Друг друга поняли
С позволения читателя я оставлю страдающую Иту и расскажу, как Эрик увиделся с Глебом. Действия, описанные в данной главе, продолжают события главы «Он болен. Смертельно».
«21 Палата... 21...
20, 19...
Нет, значит, в другую сторону...
23, так, а где 21? Здесь, может?
То 22, а 21...
Извините, а 21 палата, это где?» – обращается Эрик к проходящей мимо молодой медсестре.
— А это в другой части коридора. Эта палата отделена от остальных. А Вы туда с какой целью?
— У меня там... друг лежит, – замялся Эрик. Называть человека, который чуть не убил его любовь, другом.. и всё же это самая подходящая роль для Глеба в данный момент.
— Извините... Вы, видно, в первый раз. Эта палата для пациентов с последней стадией. Которых... Вы понимаете?
— Понимаю, – Эрик бледнеет с каждым словом медсестры. Как бы ему хотелось всего этого не понимать.
Медсестра со скорбящим видом поворачивает в противоположную сторону больничного коридора. Эрик, следуя за ней, чувствует, что сейчас ему будет тяжело. А потом произойдёт что-то важное. И что день сегодня особенно важный. Что-то решается в этот день, но он не знает, что именно.
— Пожалуйста, – шёпотом произносит медсестра, открывая дверь в 21-ю палату, цвет дверей в которую как будто специально сливается со стенами, чтобы скрыться от посторонних взоров.
Парень осторожно входит. Его взгляд приковывается к человеку, поглощённому белизной постельного белья. Руки, сложенные на покрытом одеялом животе, кажется, почти исчезли: до того они стали тонкими и белыми. Рыжие волосы как будто тоже потускнели, хотя и ярко контрастируют с белой наволочкой. Голова Глеба повёрнута к окну, бросающему унылый свет на его такое же лицо. Пыльными сапфирами глядят глаза под полуопущенными веками. Парень не обращает внимания на Эрика.
Неловкость. Как нужно разговаривать со смертельно больным? Что надо делать? Но тут Эрик замечает провод от наушника возле уха больного. Значит, Глеб не намеренно игнорирует его, а просто не слышит. Эрик делает несколько шагов в сторону, попадая в поле зрения Глеба. Замечая его, парень оживляется: на его полумёртвом лице даже просвечивается улыбка.
Эта улыбка помогла Эрику перестать робеть. Ощутив себя увереннее, он рассказывает Глебу обо всём подряд, пытаясь быть как можно аккуратнее, чтобы не расстроить больного. А тот внимает каждому слову своего посетителя, улыбается и расспрашивает совершенно ненужные ему подробности. Мне, во всяком случае, они кажутся бесполезными. Но, может быть, на месте Глеба я бы так не считала.
Разговор незаметно подошёл к общей и особенно больной для обоих теме.
— Как она? Есть какие-то улучшения? Если она тоже, как я... Нельзя...
— Не знаю. Мне же никто ничего не говорит, кто я ей такой. Но последний раз ничего особенного в ней.. в её состоянии я не увидел. Лежит, дышит... Слабо дышит. Глаза закрыты. Так.
— Подожди, ты ей – никто? А.. почему ты тогда так волнуешься? То есть, я хотел сказать...
— Я бы сам хотел знать.
Эрик замолчал. Глеб не расспрашивает его. Оба парня устремились в окно, точно именно там были все ответы. Внезапно Глеб приподнимается с кровати, оставив нижнюю часть почти гипсового тела в одеяле. Они продолжают молча смотреть в окно. Тут Эрик резко поворачивается и обнимает тощего белого парня с огненными волосами. Глеб чувствует, будто это внезапная, но такая живая радость заключает его в свои объятия, а не Эрик. Он oбнимает красивого, здорового парня с карими глазами в ответ так крепко, как позволяют силы. Почему они не узнали друг друга раньше?
Эрик чувствует, как много хочет ему сказать. Но теперь будто бы уже сказал всё, что должен был. И оба они поняли друг друга. Всё поняли. Слёзы прорывают сдержанность, оставляют на лице длинные солёные следы.
— Ты... спасибо тебе, за.. за всё. Она выздоровеет, я знаю.
— Да, да. Ты прав.
_____________________________________________
Эрик борется с искушением зайти в палату к Ите. Ведь она совсем рядом, стоит только подняться на три этажа. Но почему Эрик и хочет, и не хочет к ней заходить? Видеть её так, как она выглядела бы в гробу – вот от чего стынет кровь в жилах Эрика. Но видеть... Просто видеть её.
Уже решившись подниматься наверх, парень вдруг вспоминает о боли в руках, которую он испытал в прошлый раз в палате Иты. И на уроке. Ему кажется, что сейчас это снова произойдёт, стоит ему переступить порог палаты. Но желание видеть Иту сильнее. Да и неизвестно, когда он ещё сможет её видеть, и сможет ли вообще.
Поднявшись на нужный этаж и пройдя к отделению, Эрик подходит к палате. Знакомый пропахший лекарствами коридор, скрипящий пол. Облупившаяся белая дверь. Уже положив пальцы на дверную ручку, Эрик слышит голос: в палате кто-то есть. Быстро отойдя за стену, парень прижимается к стене, пытаясь уловить, чей это голос и что он говорит.