Сколько?
Внимание толпы моментально приковывается к Ите и выдавливающему кашель старику. Пока оркум лежит на брусчатке и "сходит с ума", Ита мысленно готовится встретиться с местными палачами - высокими мускулистыми ребятами с мешками на головах. Так она себе их представляет. «Сейчас мне скрутят руки за спиной и пинками поведут к этой башне,» - мелькает в сознании девушки. Но происходит не это. Рыжеволосый мальчик подходит к оркуму и обхватывает его высохшую ладонь двумя своими с обеих сторон. Старик успокаивается. Ребёнок помогает ему подняться. Тот самый синеглазый мальчик, единственный друг Иты здесь (не считая Зилги) берёт её за руку и ведёт к изящной башне белого цвета.
К башне, где должна умереть Ита.
Оркум идёт сзади. Девушка чувствует его дыхание и тяжёлые шаги. Этого человека будто пробудили от многолетнего сна, и теперь он жаждет вновь забыться в нём. Возможно, так и есть. Думать об этом сейчас глупо и бесполезно.
Ита идёт, нежно держа маленькую руку своего друга. Это, наверное, какая-то шутка. Почему этот мальчик? Что сейчас будет? Страх, тревога, напряжение не покидают девушку с первых секунд её пребывания здесь. Теперь же эти чувства разрастаются в теле Иты, смещая внутренние органы. Всё меньше она чувствует собственное тело. Видит запачканные исцарапанные ноги, бледные холодные руки, подол потускневшего мятого платья. Но чувствует лишь страх, тревогу и напряжение. Она не смеет сказать мальчику и слово, он молчит тоже. Молчит и смотрит вперёд. Ита слегка поворачивает голову налево, скользит взглядом по профилю его лица. Девушка замечает покрасневшие белки глаз и слёзы. Они скользят по веснушчатым щекам мальчика одна за другой. Сердце Иты болезненно сжимается: теперь она тоже не может их сдерживать. Её впавшие щёки мокреют, а обкусанные губы легонько дрожат. Какой странной и глупой смертью она должна умереть.
Все трое останавливаются перед стеклянной лестницей, которая оборачивается вокруг башни-убийцы. Ита бросает взгляд на толпу. По-прежнему серая масса с чёрными точками. О чём они думают сейчас? Сочувствуют ей? Или, может, завидуют? Люди молча стоят и смотрят на девушку с мальчиком и оркума, который готов упасть от бессилия в любую секунду. "Не бойся," - шепнул мальчик. По телу Иты пробегает что-то тёплое: на миг она снова почувствовала ноги и руки. На первой стеклянной ступеньке внутри опять похолодело и опустело. Как высоко они будут подниматься? Размышления девушки прерывает внезапный толчок, совершённый мальчиком. Ита спотыкается и ударяется коленом.
"Не сильно больно?" - мягко спрашивает ребёнок. "Ввсё хорошо," - бросает Ита, недоумевая, зачем он это сделал. Она уверена, что это специально. Но эта боль - ничто по сравнению с тем, что ей предстоит испытать через несколько дней.
Неизвестно, как высоко они поднялись: Ита старается не смотреть вниз. Последняя ступенька ведёт к блестящей серебряной двери, красиво украшенной декоративными элементами. На ней Ита видит огромное солнце, свечи, языки пламени, перья и полумесяцы. Мальчик надавливает на большую вычурную ручку, тянет её на себя. Дверь отворяется. Перед нашими героями открывается маленькая, тёмная комната с белыми стенами. Только сейчас Ита замечает, что старика с ними нет. Куда он пропал – ей всё равно. Рыжеволосый мальчик и девушка с изумрудными глазами заходят в комнату, двери за ними захлопываются. Оба стоят на холодном бетонном полу в абсолютной темноте: окон тут нет. Ребёнок поднимает руки, и светящаяся сферка появляется между его ладонями. Ита облегчённо улыбается. Лицо мальчика серьёзно и встревоженно.
- Слушай. Извини, что толкнул тебя. Но из-за твоей больной ноги я смогу приходить, пока ты будешь здесь. Скажи, ты хочешь домой?
- Да, очень хочу. Ты сможешь мне помочь? - в голосе Иты мелькнула надежда и искренняя радость.
- Смогу. Я единственный, кто может открыть эту дверь. Ты не должна умереть. И всё равно, что потом со мной сделают. Моя жизнь ничего не стоит.
- Тебя убьют! Что я могу сделать?
- Молчать и бежать так быстро, как можешь, когда я скажу. Если будешь делать что-то ещё – нас убьют.
- Когда ты придёшь? Сколько ждать? - Ита умоляюще смотрела на друга. Он – всё, что у неё есть.
- Не знаю. Жди. Не бойся, тебя никто не тронет.. раньше времени.
Комок застрял в горле Иты. Сейчас она ощущает себя беспомощной как никогда раньше. Красивая дверь закрывается за мальчиком, и девушка остаётся одна в абсолютной темноте. Время суток, число дней для неё теперь неважно. Девушка наедине со своими мыслями, которые вот-вот хлынут из её головы неконтролируемым потоком. Ита начинает плакать, затем - рыдать, смеяться, глотать слёзы, улыбаться. Она кричит, разговаривает с кем-то, ощупывает стену и снова плачет.
У неё отняли то, что она ценит больше всего на свете - свободу. И ничего она сделать не смогла. Даже не попыталась.
Всё это походит на страшный сон. Ита повалилась на бетон и стала смотреть вверх. Она улыбается, а слёзы солёными водопадами хлещут её по лицу.
В голове девушки заиграла песня, которую она слушала, чтобы ненадолго забыть о повседневности и устремиться к звёздам, в вечность. Ита представляла себе взрывы сверхновой, чёрные дыры, кометы и метеориты, когда слушала её – Jetta - I'd Love to Change the World (Matstubs Remix). Под такое музыкальное сопровождение перед взором Иты по очереди возникают картинки её жизни. С момента, когда она себя помнит, по настоящее время. Она видит друзей, родных, места, события, впечатления, собственные эмоции. Девушка мучается от осознания неповторности этих моментов, от тоски по людям и местам, от чувства отчаяния и невозможности что-то изменить. Лицо полностью мокрое. От стен отскакивает крик Иты, возвращаясь к ней и словно ударяя её по слабеющему телу.
«Сколько будет ещё боли, сколько?..»