Императрица-воин

Три года спустя.

Утро было бы чудесным, по мнению Мириах, если бы Вестин не ушёл с императрицей в город на очередную охоту – довольно плодовитую, надо сказать – и если бы Корлис не кричал на Айсун, а та, в свою очередь, не ныла бы каждый раз когда он замолкал.

И каким только ветром их занесло в пределы дворца Серебряной Воли?

Подавив вздох и положив руку на округлившийся живот, принцесса попробовала подняться на ноги, но тут же потерпела неудачу. Уютное и мягкое кресло совершенно не хотело выпускать её из своих объятий, а потому девушке пришлось звать Коле Киз. Войдя в комнате, те встревоженно посмотрели на госпожу, а после перевели взгляд на открытое окно, из которого доносились крики, словно опасались как бы беременная жена наследного принца не пошла на разборки с другим наследным принцем.

И они были правы в своих опасениях, ведь Мириах осталось совсем немного, а Корлис славился своим вспыльчивым характером. И если при их стычке пострадал бы ребёнок, ответ перед Илахи, в первую очередь, держали бы именно слуги.

– не смотрите так – упрекнула служанок принцесса и протянула руку в их сторону – лучше помогите мне встать.

– но, Госпожа... – протянула одна из Коле Киз и, не находя подходящих слов, неопределённо махнула рукой в сторону окна.

– не стоит беспокоиться – отмахнулась девушка – Корлис Ирадез достаточно умён, чтобы не причинить вреда жене и ребёнку старшего брата.

Служанки поджали губы, но, в конце концов, помогли силиканке подняться на ноги. Они не особо поверили в её слова, а потому проследовали за ней и во двор, и за ворота, отделяющие территорию дворца Серебряной Воли от широкой каменной дороги дворцового комплекса.

На это Мириах лишь хмыкнула да так и застыла, увидев как средний наследный принц тянет маживскую наследницу за волосы, а слуги тем временем спокойно стоят рядом и даже улыбаются.

Те самые слуги, которых Сар'исса Илахи поставила следить за поведением Корлиса и жизнью Айсун...

– Корлис, немедленно прекрати всё это! – Спешно, но в то же время недостаточно быстро, придя в себя, гневно воскликнула принцесса.

Хадимы и Коле Киз тут же вздрогнули и попытались изобразить будто всеми силами успокаивают разбушевавшегося наследного принца, вот только было уже поздно. Техмини среди толпы поняла это быстрее всех. Именно она поймала маживку, когда та, отступив на несколько шагов от Ирадез, споткнулась о собственную юбку.

– ах, сестрица, я помешал твоему отдыху? – наследный принц сложил руки за спиной, и на губах его заиграла жутковатая улыбка.

Хоть он и был похож на свою мать и старших брата с сестрой, шрам и весь его облик, который он создавал одеждой, поведением и мимикой, портили всё. Юноша был жёстче и злее, чем все остальные, а по кровожадности мог состязаться с самим Зезиро.

– что она сделала? – сделав вид, что не обратила внимание на его слова, поинтересовалась силиканка. – что она сделала не так, чтобы заслужить такое отношение к себе?

– мне не понравился её внешний вид – Корлис как бы невзначай провёл руками по своему камзолу, целиком состоящего из острых изгибов и тёмных оттенков без каких либо узоров. – она живёт в аспанской столице – сердце Аспанской империи, и не должна носить маживские одежды.

Только после этого замечания Мириах заметила, что Айсун и вправду была одета на манер маживской аристократии – светлая шелковая рубашка, расшитая цветочными узорами, тёмная атласная юбка, поверх которой была надета шифоновая юбка чуть покороче нижней, и свободный халат из шифона без ремня и каких-либо застёжек.

Правда сейчас верхняя юбка была порвана, а халат сполз с плеч и весел теперь на локтях бесформенными волнами. Глаза маживки опухли и покраснели, а сурьма от слёз растеклась по загорелым щекам. У брови виднелась рана с запекшейся кровью.

– в Аспанской империи много областей, и у каждой свои традиционные одеяния. – принцесса прищурила глаза, одной рукой подзывая Айсун к себе и своим Коле Киз. Ей стало жаль девочку, что была совсем одинокой вдали от семьи. – Мажив является одной из этих областей. Глупо ждать от маживской наследницы, что она будет ходить в аспанских одеждах, когда остальные ходят в костюмах своих народов.

– ты! – вскрикнул Ирадез. Он сделал несколько широких шагов, но остановился, когда силиканка положила руку на свой живот – не прикрывайся ребёнком у себя под сердцем.

Но Мириах и не собиралась этого делать. Просто почувствовала, что что-то не так. Что-то было в корне неправильно, вот только она понять не могла что...

– Корлис, что ты тут делаешь? – только один голос мог заставить юношу заметно вздрогнуть, но... Илахи была на охоте с Вестином, а средний наследный принц всё равно вздрогнул, в то время как Айсун спряталась за служанками из дворца Серебряной Воли, пряча порванные одежды и рассечённую бровь.

Принцесса резко повернулась к месту откуда донёсся мрачно-знакомый женский голос. В этот же момент толпа слуг испуганно расступилась, пропуская вперёд Сар'иссу с Тегин и Рехэйн.

Нет... Нет, нет, нет.

Силиканка покачала головой, сильно зажмурив глаза. Императрица не могла быть здесь сейчас... Не могла потому, что была в городе с Вестином.

Но... Мириах открылась глаза, с удивлением отметив, что все взгляды прикованы к ней. Илахи была здесь, а не там, и глаза не обманывали ни её, ни других людей на этой проклятой улице рядом с воротами дворца Серебряной Воли.

– Мириах, что случилось? – голос Сар'иссы стал нежным на столько, на сколько вообще был способен стать голос самой мрачной Илахи и безжалостной служительницы Зезиро.

Девушка хотела ответить, сказать, что всё неправильно сейчас, но ничего не смогла сделать. Ей словно не хватало воздуха. Тело стало ватным, а колени подкосились. Она бы точно упала, если бы Ян-лин и Райса не подоспели вовремя.

– Вестин... – протянула принцесса, начав приходить в себя в руках женщин – Ваше Величество, разве он не должен быть с вами?

– нет – императрица сделала пару шагов навстречу, прищурив тёмные глаза при этом – зачем ему быть со мной сегодня?

– он сказал... – чувство, что что-то не так, под взором внимательных глаз Сар'иссы, стало только сильнее.

Оно неприятно обволакивало всё тело силиканки, собираясь где-то внизу. С Вестином было явно что-то не так. С ней самой было что-то не так.

– чёртов глупец! – гневно прошипела женщина, и странный рубин на её шее ярко вспыхнул то ли от солнечного света, то ли сам по себе.

Слуги за спиной Илахи вздрогнули, отошли от неё подальше, а Мириах тем временем закрыла глаза. Ей почему-то было больно.

– Корлис, найди своего брата и верни его во дворец!

Но Ирадез не сдвинулся с места, пока императрица не перевела на него свой взор, полный гнева и злости. Девушке хотелось усмехнуться на сей счёт, ведь как бы сильно принц ненавидел свою мать – боялся он её больше.

И все его протесты пресекались почти на корню.

– Ис... – начала было глава лекарей, но осеклась на полуслове – Ваше Величество, у Её Высочества воды отошли...

°*****°

Фалена не знала, как Сар'исса достала доказательства деяний Гавина. Не знала, как сама ничего не заметила и как, чёрт возьми, всё это незаметно попало сюда, в самую охраняемую часть из особняка!

Принцесса смяла лист бумаги в своей руке, совершенно не заботясь о том, что сургучная печать с изображением черепа и цепями может сломаться и оцарапать нежную кожу на её ладонях. Какой же дурой она была! Конечно, её муженёк был несчастен в браке с её сестрой, ведь та не интересовалась властью и совершенно не хотела возвращаться из тихой провинции в шумную столицу. Сестрица не смогла бы вести игру, в отличие от Фалены, но сразу бы разглядела неладное, ведь ничем особо не увлекалась, внимательно следя за своим окружением.

Женщина никогда не отличалась внимательностью, но превосходно плела интриги и отлично знала дворцовую жизнь. Ей не хватало страсти, она нуждалась в ней, как в глотке дорого вина. Гавину, для достижения своих целей, надо было лишь показать эту страсть, создать иллюзию, что он и сделал, подкрепив всё смертью своей первой жены. Её младшей сестры...

Ох, ну и дура же она!

Гизин бросила смятый лист бумаги обратно на стол, так и кипя от злости. Она должна была понять, заметить, распознать раньше этой суки из дворца Небесной Души.

– возьмите все доказательства, мы отправляемся в кабинет Гавина Лонер! – крикнула принцесса, резко отдёрнув широкий рукав платья себе за спину.

Она ни за что и никогда не позволит Сар'иссе чувствовать себя победившей в этом деле. И уж точно не позволит ей раздуться от гордости из-за того, что смогла найти все эти улики и незаметно подбросить их в самую охраняемую часть особняка, в то время как сама Фалена ничего даже не подозревала.

Слуги быстро собрали все бумаги и учётные книги, но не успели они и дверей раскрыть, как застыли на месте, низко поклонившись вошедшему в комнату мужчине.

– жёнушка, что разозлило тебя в столь прекрасный день? – спокойный голос Фириона был подобно пощёчине.

– ты ещё спрашиваешь?! – воскликнула Фалена, пальцем показывая на бумаги и книги с чёрными печатями, где были изображены черепа и цепи – символы преступников и предателей, решивших захватить власть ради высшей цели всего Аспана. – ты хоть помнишь, что я сказала тебе перед нашей свадьбой? Нет? Тогда я тебе напомню: я предупредила тебя, чтобы ты не смел предавать меня и всю имперскую семью. А ещё сказала, что за предательство ты поплатишся своей жизнью и жизнями всех членов своего рода!

В какой-то момент женщина перевела свой палец на виконта, чуть ли не тыча им в лицо мужчины, но тот лишь равнодушно посмотрел на неё.

А после столь же равнодушно взял у одной из служанок документы.

– значит, ведьма всё же нашла их – Гавин хмыкнул и бросил документы обратно служанке в руки – как жаль, что за это она потеряет кое-кого...

– что ты успел сделать? – ей было всё равно на Илахи, но Гизин просто чувствовала, что это заденет её брата или племянников.

– его тело должны совсем скоро привезти во дворец – Лонер улыбнулся, погладив принцессу по щеке – ты можешь успеть к самому началу.

Фалена стиснула зубы чтобы не сказать чего-нибудь глупого или необдуманного. Злость жгла изнутри, но любопытство было сильнее, а потому, сохраняя остатки достоинства, женщина вылетела из особняка по направлению к главным воротам.

Тут было недалеко, но принцесса всё равно пропустила момент, когда небольшая делигация въезжала на территорию дворцового комплекса, и застала их только когда они остановились перед мостом через Пейнеру, рядом с которым стояли Салпорин и Сар'исса с дочерью, воспитанником, Техмини, Тегин и верным псом из рядов Сваши.

Ехавший впереди Корлис с несколькими стражами, остановились синхронно, а вот повозка с покрытым тканью гробом остановилась чуть позже с ужасным скрипом.

– отец, матушка... – протянул средний наследный принц, спрыгнув с коня.

В ответ же лишь получил пощёчину от матери.

Нэйла тем временем осторожно зашагала к повозке, но не она была той, кто на всю округу, полным отчаяния голосом, прокричала имя старшего наследного принца.

То была его молодая жена и силиканская принцесса, что, мокрая от пота и крови, добежала до гроба и сорвала с него ткань быстрее, чем Гизин успела преодолеть расстояние всего в шесть с половиной шагов.

Вестин.

В гробу лежало изуродованное тело Вестина, при виде которого Нэйла истошно закричала, вцепившись в край гроба, а Мириах упала в обморок и только благодаря Лювейну не встретилась лицом с камнем.

– я убью его как скотину и оставлю тело гнить в сточной канаве, привязав душу к костям! – прорычала Илахи, выхватывая странный меч из ножен на боку своего верного пса.

Тегин и Техмини со Сваши тут же схватились за неё руки и плечи, в предупреждении качая головой и вырывая меч с черным лезвием из рук, пока император неотрывно смотрел на гроб.

– во всём виноват не он – вдруг сказал брат, поворачиваясь к своей жене. С пугающей быстротой он схватился за рубин в колье Сар'иссы и дёрнул его на себя. – все беды из-за этого камня!

– нет...

Глаза императрицы впервые испуганно распахнулись, потому как в следующее мгновение Салпорин выронил рубин, словно тот его обжёг, а после схватился за сердце.

– отец!

– Ваше Величество!

– Салпорин! – Илахи поймала обмякшее тело мужчины и прижала к себе, когда вместе с ним осела на каменные плиты площади. – дурак! Безмозглый дурак! – прошептала она, прижавшись лбом к его лбу, но в повисшей тишине её слышали все – эмоции плохо влияют на... сердце...

– ты плачешь – брат и вправду был полным дураком, раз, стоя на волосок от смерти, прошептал нечто подобное, а перед этим сказал какой-то бред о простом рубине.

Но Фалена так же отметила, что он был внимательным, раз смог заметить тщательно скрываемые слёзы своей жены.

– а ты умираешь – парировала императрица, совершенно не обращая внимания на людей вокруг.

– это спасение от болезни – на полном серьёзе заявил император с усталой улыбкой на губах. – жаль только, что меня ждут Вестин и Мириах для суда перед Близнецами. Они рано умерли, а я совершенно не заслужил их компании.