Императрица-воин

После праздника у Сар'иссы было столько противоречивых эмоций, что она не выдержала и глубокой ночью вновь сбежала из дворца в город, прихватив с собой, с неохотой, лишь брэтьев. Женщина ничего им не сказала, но злость её так и выплёскивалась через край, от чего не трудно было обо всём догадаться. К тому же её мужчины были не из глупых, хоть иногда Исса именно так их и называла. 

– неужели наша сэстрица ревнует? – хмыкнул Джоук, когда та с мрачным видом не пропустила прохожих в узкой части улочки, зацепив при этом  одного беднягу плечом. 

Кар'лин тоже хмыкнул, тихо добавив что-то о своей сестре. Она бы устроила  целый разнос, будь сейчас здесь.

– с чего бы мне ревновать, – фыркнула Илахи, зло смотря на своих путников – если чувств к нему у меня нет? 

– врёшь же – деловито щёлкнул языком Лин, одной обнимая названого брата за плечи. – может и не нам, но себе точно. – второй рукой он, недолго думая, также обнял Кирамес – Пора бы тебе, наше Холодное Сердце, понять нехитрую истину: вас с Салпорином притягивает невиданная сила. 

– без присмотра сестры твой язык и вовсе остался без костей – Сар'исса несильно, но ощутимо ударила брэта локтем в бок. – не стоит забывать, что я, как-никак, императрица, и за подобные высказывания могу смело посадить вас за решетку на пару дней.

Мужчины наигранно схватились за сердца, остановившись перед самыми дверьми в их любимую кантину "Стеклянная бусина", отчего несколько людей, выходящих из заведения, недовольно заворчали. Но стоило им увидеть оружие у всех троих, как тут же рты их захлопнулись, а сами они благоразумно обошли Сваши и Ресми стороной.  

– сама говорила, что в городе ты превращаешься в Кира Амеса – охотника за головами – в своё оправдание заявил Кар'лин, глазами уже ища свободный столик на троих. – так что не угрожай нам, наше дорогое Холодное Сердце, и лучше прими правду от меня, пока другие не взялись за это дело. Хотя... Погоди немного! Развлекись с нами этой ночью, раз не смогла вечером, а потом дуйся и злись сколько душеньке твоей темной душеньке угодно! 

– у тебя явно язык без костей – подал голос Джоук. Он быстро нашёл нужный им стол, куда, только завидев компанию, хозяйская дочь принесла медовухи и тушеного мяса с гарниром из томатного соуса и фасоли. – привет, Энни. 

– привет, Джоук – Эннифен как бы невзначай отряхнула свой и до того чистый фартук да мило улыбнулась – привет, Кир, привет, Лин. 

– привет, привет, – в ответ Ресми ещё шире улыбнулся – как поживаешь? Никто больше не приставал к тебе? 

Уставившись на мужчину, девушка захлопала ресницами, покраснела, но так и ничего не смогла сказать. Лишь руку приложила к горящей щеке, в попытке скрыть смущённый румянец. 

От такой картины Сар'исса невольно фыркнула:

– не стоит так строить глазки нашему Лину. Неровен час, как заберёт он тебя в свой гарем. 

– Гарем? – удивлённо переспросила Энни и глаза её широко распахнулись, в то время как Джоук прыснул со смеху – он, что, император? 

Даже в столице мало кто видел Салпорина в живую. Горожане знали лишь то, что передавалось из уст в уста, и по этим описаниям Кар'лин и в правду походил на императора: у него, как и у Аснера, были черные волосы, синие глаза и схожие фигуры вплоть до роста. Винить Эннифен было не в чем. 

– о нет, хвала богам – Ресми отпил немного медовухи из своей кружки – я лишь скромный сын правителя Аисдарма. 

Кажется, девушка даже выдохнула с облегчением. Её плечи расправились, а на лице вновь расцвела милая улыбка. Энни помахала им, пожелав на прощание удачно провести время, и скрылась за занавеской, что закрывала проход в кухню. Лин же всё это время неотрывно смотрел на неё, даже когда она скрылась из виду. 

Не выдержав, женщина засмеялась, а пальцами взялась за переносицу, чем привлекла ненужное внимание. Иссе совсем не хотелось быть пойманной и раскрытой, а потому ей пришлось прочистить горло и посильнее натянуть капюшон, прежде чем отпить немного медовухи. 

– ах, дорогой брэтец, похоже наша сэстрица и вовсе лишилась рассудка! – оскалился в усмешке Кар'лин, на что Джоук ничего не ответил.

Он демонстративно пригубил свою кружку, давая Кирамес высказаться. 

– кто бы говорил, дражайший брэтец – в ответ оскалилась Сар'исса. – я, конечно, всё понимаю, Энни прекрасна и строит глазки всем красивым мужчинам, а тебе уже тридцать шесть лет, и ты никак не можешь найти себе жену из множества красавиц, окружающих тебя, но... 

– подожди, ты только что назвала его красавцем, а меня уродом? – Джоук шумно поставил кружку на стол и поддался вперёд, от чего его светлые волосы чуть не залезли в еду. 

– но... – продолжила женщина, сделав вид, что не обратила внимание на слова старшего брэта. Но на долго её не хватило, и она усмехнулась: – знаешь, я с удовольствием понаблюдаю за тем, как её братья будут мучить тебя. О, и ещё Кар'иссу позову. 

– смотри, как бы моя сестра тебя не замучила – фыркнул в ответ Ресми. 

Он хотел добавить что-то ещё, но рядом со стойкой кто-то пронзительно закричал, а после, всего через мгновение, послышался звук, будто кто-то опрокинул на пол стеклянные графины и чашки. Толпа посетителей тут же отхлынула назад, к дверям и дальним стенам, образовывая тем большой полукруг вокруг места происшествия. 

Сейчас было достаточно просто вытянуть шею, дабы увидеть причину шума, что Исса и сделала. Она грязно выругалась, когда увидела рядом со стойкой бывшую ланейскую рабыню в чистом фартуке, которою сейчас душил солидных размеров манехаец. Никто не решался вступиться за ланейку, а громила был настолько увлечён своим занятие, что не заметил как начал бормотать что-то себе под нос на двух разных языках. 

С раздражением натянув свой неизменный черный платок на лицо, Илахи схватила со стола первый попавшийся нож и, не обращая внимания на возмущённое и предостерегающее мычание брэтьев, запустила его в манехайца. По идеи нож должен был просвистеть перед лицом мужчины и воткнуться в деревянную стену, но меткость Кирамес в последнее время хромала. Конечно, лезвие воткнулось в дерево, но перед этим оно чиркнуло громилу по щеке и срезало прядь длинных волос, от чего "Стеклянная бусина" погрузилась в напряжённую тишину.

Наиболее умные, словно предчувствовали сильную бурю, сразу поспешили выйти на улицу. Другие же просто разошлись по углам, желая посмотреть, что будет дальше. 

– назовите имя того, что желает своей скорой смерти – прямо-таки прорычал манехаец, утирая кровь с щеки и окидывая взглядом зал. 

– Кир Амес – крикнул кто-то из толпы, а Сар'исса пометила себе, что надо будет найти и припугнуть этого человека. 

– кто это? – мужчина ослабил хватку, чем воспользовалась ланейка и убежала на кухню. Глаза его зло прищурились.

– Кир Амес – это я – женщина поднялась на ноги, а после положила руку на эфес Ночного Пения – и я бы хотел знать, по какому праву ты смеешь так обращаться со свободными жителями Аспанской империи?!

Громила от её слов только рассмеялся, обнажив пожелтевшие зубы. 

– праву, смеешь, обращаться. Юнец! Такое ощущение, будто ты из своего дворца прежде никогда не вылезал. – манехаец плюнул в сторону Иссы, а стоило Джоуку и Кар'лину подскочить на ноги, как тут же он оскалился в улыбке – я знаю тебя, Сваши. 

– тогда тебе стоит поскорее убраться в свою дыру – спокойно предложил мужчина – пока мой младший брэт не отрезал тебе язык или руку. 

– тогда вам стоит поскорее убраться в свой дворец – парировал верзила – пока я не отрезал ваши головы. 

Он со звоном вытащил меч из ножен, и его примеру последовало ещё четверо мужчин. Илахи и её названным братьям просто не оставили выбора, а потому они обнажили свои клинки. 

Стараясь не обращать на толпу, что ахнула от восхищения, увидев исданскую сталь, внимание, Кирамес устремилась к верзиле. Знала, что брэтья займутся остальными, не смея претендовать на голову манехайца – уж раз она ранила его, то и убить должна она. 

Но Сар'исса не успела подойти достаточно близко для атаки – мужчина ударил первым, пустив длинный меч по широкой дуге. Женщине оставалось только увернуться, что она и сделала, но не достаточно быстро, от чего лезвие прошло вскользь, и плечо обожгла нестерпимая боль. 

Громила усмехнулся и бросил Иссе несколько грязных и презрительных фраз, смысл которых Илахи не смогла разобрать из-за шокового состояния, а потому до крови закусила губу. Вкус крови всегда отрезвлял её. Делал её дикой и беспощадной хищницей. Кирамес улыбнулась противнику в ответ кровавой улыбкой под платком, повела плечом, словно рана была не больше царапины, а после сделала шаг на встречу, блокировав на мгновение мечом меч манехайца. 

И в это мгновение, пока мужчина не навалился на оружие всем своим весом, Сар'исса чиркнула кинжалом по сгибу локтя, перерезав тем сухожилия и мышцы ведущей руки.

– теперь мы квиты, не находишь? – женщина отскочила в сторону, прокрутив в руке Ночной Ветер. 

– я скормлю твой труп псам, юнец. – верзила же перекинул меч с правой руки на левую. Что ж, ладно. 

– скорее отправишься на вечный покой. – Исса и не заметила, как перешла на аисдармский, от чего слова её больше прозвучали как проклятие, нежели как угроза. 

Илахи нанесла удар, который едва не стоил манехайцу жизни, но он, чудом не иначе, в последний миг сумел отбить её меч. Вот только второй удар, уже кинжалом, мужчина не успел даже заметить, и лезвие из исданской стали вонзилось между рёбер – прямо в сердце. 

А когда обмякшее тело упало на пол,  Кирамес почувствовала движение за спиной, но, обернувшись, она увидела  лишь то, как один из дружков верзилы отлетел от неё с широко распахнутыми глазами и налетел на случайно выставленный меч Джоука. 

"Кажется, я вовремя пришёл" – промурлыкал Лас-эн, появляясь прямо перед Сар'иссой и лениво улыбаясь. 

°*****°

Райса неодобрительно покачала головой, глядя на то, как Сар'исса в образе Кира Амеса пыталась закрыть створки дверей, не замарав при этом дерево окровавленной рукой.

– я думала, что возраст и дети с годами умерят твоё безрассудство, – она щелкнула языком, тяжело вздохнула, а после, взяв сундучок со всем необходимым, проворчала. – а ты как была восемнадцатилетней девчонкой, так ею и осталась! Ничему тебя не научила жизнь за четырнадцать лет, а ведь ты теперь императрица!

– вот именно – усмехнулась женщина, стягивая с себя платок и плащ – я императрица и в мои обязанности входит защита всех жителей империи. Что я должна была делать, когда недалеко от моего стола пытались удушить ланейку? Смотреть или вовсе не обратить внимание? – она сняла куртку, дабы Рехэйн смогла получше разглядеть рану – В храме Зезиро мы боролись с подобными людьми, а потому, считай, я преподнесла своему богу жертвенный подарок.

– тебя не переспоришь, а потому дай хоть поворчать немного! – фыркнула бывшая куртизанка. Разрезав рукав рубашки, она вновь покачала головой – ах, Светлая Хакра, разве может быть у Илахи столько шрамов?

На эти слова Кирамес лишь рассмеялась, дернувшись, когда Райса слишком сильно втёрла лекарство в рану.

– не шевелись!

– хорошо, милая бабушка – Сар'исса придержала край бинта и затушила смех кривой улыбкой.

– это я-то милая бабушка? – возмущённо ахнула Рехэйн – я одного возраста с Джоуком!

Она прищурила свои зелёные глаза, и женщина только сейчас заменила пару новых татуировок на коже подруги – едва заметных узоров у внешних уголков глаз.

– вы бы с ним были хорошей парой – и зачем она это сказала? Кажется, алкоголь и лекарства начали действовать.

– нет уж, увольте! – воскликнула бывшая куртизанка, а после, с опаской глянув на тонкую стену, уже тише продолжила: – если уж решила попробовать себя в роли свахи, то отыгрывайся на детях. Их у тебя теперь много.

– их всего четыре. Кар'исса сказала бы, что их ещё мало.

Райса лишь хмыкнула да потуже перевязала рану.

– тебе стоит вернуться в свой дворец и отдохнуть... – она хлопнула Иссу по здоровому плечу, а после поднялась на ноги и принялась собирать склянки обратно в сундучок.

– я не устала – отмахнулась Илахи – и у меня ещё много дел.

– ты пьяна.

– и что? – Кирамес вскинула брови на замечание собеседницы – мне это нисколько не мешает.

Сар'исса и сама поднялась на ноги. Она повела больным плечом, в попытке понять, удобно ли будет ходить, но от мази всё онемело.

– может скажешь, что тебя гложет? – в одночасье выражение лица и голос Рехэйн стали серьезными, а сама лекарь стала активно перебирать пальцы, тря при этом смуглую кожу с тёмными узорами татуировок.

Так проявлялось волнение у феранишан, и женщина не упрекала подругу в этом. Знала, что они считают друг друга семьёй, а в семье, как издавне принято, переживали за родных.

– я и сама не знаю... – Исса остановилась у двери, натягивая верхнюю одежду – мне не нравится вся эта история с... Гм... Линорой Маах, но я ничего не могу узнать или увидеть.

– и ты собираешься пойти к Провидцу за информацией? – бывшая куртизанка скривилась – о Хакра, он ведь шарлатан, как и все остальные Провидцы в Аспанской империи!

Усмехнувшись, Илахи покачала головой, а после успокаивающе погладила Райсу по волосам, словно была старшей сестрой.

– я жила в Городе Богов, а потому не переживай, я смогу отличить шарлатана от Провидца.

Рехэйн вознесла глаза к потолку, видимо, вознося молитву богам, а после с улыбкой покачала головой.

– ты никогда и никого не слушаешь – прищёлкнула она языком – и поступаешь так, как считаешь нужным. Когда-нибудь это доведёт тебя и всех нас до могилы.

– будем надеяться, что произойдёт это в глубокой старости.

На прощание Кирамес махнула рукой и, прежде чем лекарь успела что-либо ещё вставить, скрылась из виду, в голове обдумывая как быстрее добраться до домишки Провидца. Сар'исса смутно помнила дорогу от особняка лекарей, но всё же, полагаясь на свои чувства и невидимую нить, смогла пройти до нужного места короткой дорогой да так, что и на глаза никому не попалась. Вряд-ли она смогла бы внятно объяснить слугам и страже откуда кровь на её одежде и, что с ней всё в порядке.

Проскочив мимо двух уснувших воспитанниц Провидца, женщина подошла к крыльцу. Там, на пороге, сложив руки за спину, её уже ждал мужчина в белых одеждах с алыми всполохами. Он уже проснулся. Отлично.

– мне приятно видеть вас, Ваше Величество, но, в то же время, я немного сконфужен вашим появлением в столь поздно-раннее время. – Провидец галантно отступил в сторону, пропуская Иссу в своё скромное жилище – что привело вас ко мне?

Мужчина старательно делал вид, что не замечал кровь на одежде Илахи, хотя, она была уверена, не только мог видеть, но и чувствовать её. Что ж, хорошо, Кирамес это даже нравилось.

– у меня есть несколько вопросов, – заявила Сар'исса, присаживаясь на шаткий стул, словно тот был роскошным креслом. – вот и всё.

– касательно новой фаворитки Императора – Линоры Маах? – Провидец наклонил голову на бок – слуги об этом только и говорят.

– да, о ней... Мне нужно знать её будущее, как и будущие ребёнка в её чреве. Господин... – женщина нахмурилась, силясь вспомнить имя мужчины, что стоял перед ней – как странно. Я не помню вашего имени и назвали ли вы его вовсе.

– у меня много имён, Ваше Величество, но вы можете называть меня Рашином. – он отошёл к огню – что же касается будущего... Я не могу ответить на ваши вопросы, потому как его нельзя видеть по собственному желанию.

Исса цокнула, откинувшись на спинку стула:

– брось ты это. Сам ведь прекрасно знаешь, что я из себя представляю – она начала играться с кровавым рубином, что в сумраке ярче сверкал и переливался. – нам для того, чтобы увидеть прошлое нужен кровавый рубин, а так же недюжинное везение, потому как призраки зачастую несговорчивы. Мало кто из них хочет по доброй воле рассказывать о причинах своей смерти, да и о своей жизни в общем... У вас же другое дело. Вам нужен огонь и знание как им управлять. – Илахи резко выпрямилась, поддавшись вперёд и прищурив тёмные глаза – тут дело не в самом будущем, а в тебе. Ты либо не умеешь правильно направлять огонь, либо кто-то приказал тебе держать язык за зубами.

Лицо Провидца перекосилось, от чего Кирамес засмеялась. Сар'исса с изящностью и лёгкостью подскочила на ноги и в мгновение Ока оказалась рядом с одной из жаровен, где тлели угли.

– и судя по всему, правдиво второе. – женщина улыбнулась своей излюбленной улыбкой, которая, почему-то, вызывала у людей только страх. – вопрос теперь только в том, кто это? Император или старейшины храма?

– как же хорошо у вас язык подвешен – вздохнул Рашин – вы разговорите даже немого.

Исса скрестила руки на груди, и, не переставая улыбаться, вскинула бровь, показывая тем, что ждёт ответов.

– ко мне сегодня приходил Император и спрашивал то же самое, что и вы сейчас. Я ответил ему так же, как и вам – будущее нельзя смотреть из прихоти. Поймите, госпожа Илахи, нас так учат в храме Килсана. – попытка отговориться у мужчины была хорошая, но Кирамес была непреклонна.

– ты уже видел её будущее – мрачно произнесла она, с прищуром наблюдая как рядом с Провидцем появляется Инеш с Лас-эном. – сокрытие правды не имеет смысла и, в твоём случае, даже опасно... Тебе лучше всё рассказать.

– я не могу вам рассказать, простите...

– о, можешь рассказать не мне, а духам... – в этот момент Инеш играючи погладила Рашина по щеке, а Лас-эн поднял пару заинтересовавших его книг. – я их оставлю с тобой, пока не получу желаемое.

Глаза мужчины широко распахнулись, от чего духи засмеялись, довольные лёгкой добычей. Они мало чем на себя походили, потому как играла в них сейчас тёмная сторона, что появлялась после смерти даже у самых светлых людей.

– Линору Маах что-то оберегает – с силой зажмурившись, произнёс Провидец – и это что-то не даёт узнать кто родиться у Севимли, лишь показывает два варианта событий.

– и что это за варианты?

– если родиться девочка, то девушка умрёт на родильном ложе, – он тяжело сглотнул, но глаз не открыл – но если родиться мальчик, то она станет великой и изменит будущее целой империи... Если... Если родиться принц, то моё прошлое предсказание никогда не сбудется, а вы... Вы можете умереть и никогда больше не возродиться...

– молись всем богам, чтобы этого не случилось – прошипела Сар'исса, направляясь к выходу.

– Ваше Велич... – Рашин открыл глаза и тут же испугано воскликнул. Похоже, на короткий миг оба духа показались ему на глаза, но женщину это мало волновало.

Не за этим Исса сюда приходила. Не за такими ответами она сюда пробиралась. Сейчас ей хотелось убивать, хотя совсем не давно единственным её желанием было успокоиться и притушить жажду крови.

Илахи успела довольно далеко отойти от домишки Провидца, но до женской части дворцового комплекса ещё было далеко. Кирамес могла спокойно достать кинжал и выпустить пар на первом попавшемся дереве, что и собиралась сделать. Но не успела она вытащить Ночной Ветер из потайных ножен, как на неё кто-то навалился, прижав к гладкому камню ограды одного из особняков придворной части.

– что ты здесь делаешь? – поинтересовался Салпорин и Сар'исса встретилась с сапфировыми глазами, что в темноте казались почти чёрными.

– да вот, искала жертву для кровавого обряда.

– я серьезно! – прорычал император, сильнее прижимая женщину к холодному камню.

Исса же лишь молча поморщилась от боли в раненом плече. Кажется, рана вновь открылась и кровь побежала с новой силой, обагряя белые бинты и чёрные одежды.

– что ты делала у Провидца? Зачем ходила к нему?

– хотела узнать будущее – Илахи попыталась высвободиться, но Аснер не дал ей этого, нависнув подобно грозовой туче. – нас ждёт много сражений, а потому...

– не вмешивайся в эти дела! – не дав даже договорить, сквозь зубы прошипел мужчина, и тут Кирамес захлестнула злость.

– не вмешивайся? – переспросила она, вновь попытавшись вырваться – не вмешивайся! Неужели ты думал, что став твоей Илахи я стану другим человеком? Смешно! Только круглому идиоту придёт подобное в голову. – Сар'исса усмехнулась – тебе уже пора понять, что в стороне я сидеть не собираюсь, как не собираюсь посвятить всю жизнь детям. Меня не колышут твои сиюминутные увлечения, пока они не раздражают меня своими выходками, а потому передай своей Линоре, что в следующий раз я не буду милосердна и сама убью её на месте.

– за такие слова я могу забрать у тебя всё, что дал.

– а я могу забрать у тебя жизнь прямо сейчас – парировала женщина – и твоя душа никогда больше не увидеть солнечного света.

– да, ты можешь сделать это, но мы оба прекрасно знаем, что делать этого не станешь. – теперь уже Салпорин растянул губы в улыбке, от которой у многих бы побежали мурашки по всему телу – потому как иначе пострадает вся твоя семья – и дети, и брэтья, и сэстры.

Исса скрипнула зубами. В храме её с детства учили прятать свои привязанности к другим людям, дабы противник не воспользовался ими.

– я не перестану бороться с рабством, а ты не перестанешь думать о том, как бы завоевать земель побольше, чем предыдущий император – Илахи едва слышно вздохнула – так почему бы нам не объединить наши цели в одну? Объединяя континент под своим началом, мы избавимся от рабства и аспанцы не будут недовольны.

– чтобы объединить континент, нужно много солдат – император отступил на шаг и задумчиво посмотрел на Кирамес – у нас нет столько мужчин.

– отмени закон, запрещающий женщинам брать оружие в руки. Пусть желающие начнут обучаться с мужчинами воинскому делу, и тогда у нас исчезнет нехватка солдат.

°*****°

Всё рушилось на глазах Фалены и Велары, а они были бессильны этому помешать.

Мало того, что аисдармской сучке удалось убедить Салпорина, что женщины тоже могут сражаться, так она ещё, наплевав на все правила и традиции, в открытую ускакала вместе с ним на войну с Силиканском королевством, а дворцом осталась управлять Иренес.

Единственным утешением для сестёр было то, что в руках у них была беременная наложница, с чьей помощью они могли вернуть всё на круги своя.

Линора была уверена, что носит в утробе принца. Она даже клялась Найбираном и святыми Близнецами  в этом, от чего Гизин не стали сомневаться в правдивости слов и пообещали ей, в обмен на верность, помочь возвысится, как говориться, до самых небес, стать императрицей...

Как же принцессы ошиблись!  Севимли родила девчонку и сразу после этого в муках умерла, словно боги не были недовольны её громкими речами и грандиозными планами.

– так и знала, что рабыне нельзя было доверять – выплюнула Велара, наблюдая как повитухи накрывали остывающее тело наложницы белой простынёй, а новорожденную закутывали в тёплую ткань – и что теперь делать с этой девчонкой?

–Кияанна – задумчиво протянула Фалена на древнем наречии, что означало "ненужная" – она может нам ещё пригодится...

– и чем она может нам пригодиться? – Велара с сомнением посмотрела на предмет обсуждения.

Старшая Гизин пожала плечами:

– посмотрим, когда подрастёт. Сейчас это не столь важно, потому как нам нужно найти более умную наложницу для нашего плана.