Императрица-воин

Пять месяцев спустя

Сар'исса понимала, что ей не стоит так злиться, но... Этот придурок вывел её из себя своими словами, за что справедливо заслужил оплеуху. Правда, девушка хотела ударить Салпорина без свидетелей, дабы по дворцу не поползли слухи. Желание, конечно, было хорошим, да вот только перепуганные слуги совсем некстати прибежали на их крики.

Как итог – не успела Исса дойти до особняка Танцующих Огней, а вокруг все только об этом и шептались. 

– видно вы сильно повздорили, раз ты до сих пор не можешь прийти в себя – заметила Ферайшан, отпив немного обжигающе горячего кофе. Как успела заметить Асылжар, Принцесса Демдеру просто обожала так делать – обжигать кожу и внутренние ткани. 

– что? – короткий вопрос слетел с губ Кирамес раньше, чем та успела осознать то, что сказала собеседница.  

– и вновь я оказалась права, как бы сильно не было мне противно от этого – вздохнула Благородная Жена и поставила свою чашку рядом с круглобоким стаканом, в котором была странная, на вид, жидкость – знаешь, в прошлый раз... В прошлый раз так я предупреждала отца и братьев... Мне тогда казалось, что от Аспана ничего хорошего ждать не стоит. 

– незавидная у Демдеру была судьба. Их предупреждали о беде, а они не послушали.– Сар'исса вздохнула – но здесь... 

– не хуже, чем у Аисдарма, который после козней Аспана потерпел упадок. После смерти своего последнего главнокомандующего в Собрании Правителей, аисдармцы стали затворниками на многие десятилетия, если не века. – не став даже слушать возражения девушки, Ферайшан смахнула со своего плеча тугую косу без каких либо украшений, что было странно, ведь предпочитала она собирать волосы в высокие прически и украшать их разными, даже едва заметными, украшениями. 

– к чему ты это сейчас? 

– разве тебя ничего не гложет? – продолжала Принцесса Демдеру, словно не замечая настороженности во взгляде собеседницы – разве ты не хочешь отомстить, вернуть всё на свои места, Сар? 

– всё это произошло больше пяти веков назад. Я не имею никакого отношения к данной истории, мне некому, не за кого и не за что мстить. – аисдармка сцепила руки, дабы скрыть не весть откуда взявшуюся дрожь в пальцах. Эту тему она боялась, как другие – огня, а потому всячески уклонялась от таких разговоров с Лас-эном. И всё потому, что не могла определиться. Не знала, стоит ли баламутить воду спустя такое большое количество времени. 

И ведь от Благородной Жены не убежишь, ведь свой вопрос она задала чуть ли не прямо в лоб. Говорить ей неправду – всё равно, что лгать самой себе. Ей было за кого мстить. Лас-эн и Сар'енера, да даже Сейберан, только этого и ждали. Ей, также, было кому мстить. Равен, Салпорин и их предки заслужили её ненависть и гнев... Но... 

Но Исса не могла вот так просто убить этих двоих. Просто чувствовала, что потом с последствиями ей придется одной разбираться. 

– у вас всех хорошая память и слишком мстительные сердца. – фыркнула Ферайшан – не верю в то, что ты сейчас сказала. Я видела какой огонь полыхал в твоих глазах в первую нашу встречу, как видела этот огонь в те моменты, когда ты мстила за Несарину, Инеш, саму себя... 

– хватит! – рявкнула Асылжар, едва не стукнув кулаком по столу. 

– тебе не нравится правда? – удивилась Принцесса Демдеру – Ты ведёшь себя так, словно от огня остались одни тлеющие угли, но на деле в тебе живёт феникс – огненная птица, что возрождается из пепла более яркой искрой. 

– говори уже напрямую, что тебе нужно – фыркнула Кирамес, поднимаясь на ноги. Сейчас ей ничего не стоило вогнать лезвие в плоть Благородной Жены Императора. – иначе на себе ощутишь огонь, о котором говорила. 

– ты должна убить императора – Ферайшан подскочила на ноги следом и многолетняя маска с треском развалилась на мелкие кусочки, показывая её истинное лицо и волны эмоций, что мучали девушку сейчас. Она волновалась, надеялась и боялась, испытывала предвкушение, настороженность, отчаяние и тревогу. – я знаю, что ты этого хочешь, но надо именно сегодня. Больше мы ждать не можем!

– нет 

– всё уже спланировано! Пока мы будем отвлекать, ты займёшься самым главным. – Принцесса Демдеру подошла к Сар'иссе, схватила её за плечи и посмотрела прямо в тёмные глаза. – тебе всего лишь надо свершить долгожданную месть! Ради своих предков, ради детей... 

– что ты уже успела сделать? – пожелала знать аисдармка, высвобождаясь из хватки Благородной Жены Императора. – и ради чего? 

– я спланировала восстание, которое начнётся совсем скоро – улыбнулась Ферайшан, внимательно наблюдая за Иссой. Та оставалась на месте, но кулаки сжала – а знаешь ради чего? Ради своей дочери и родного королевства. Я единственная, кому важна судьба родного края. Ни охаронским, ни манехайским, ни мелениским, ни ланейским наследникам нет дела до родины. Да даже аисдармским наследникам не было дела до мести. Они просто смирились с судьбой, а после, через несколько столетий, сами примкнули к настоящим убийцам! 

– Ферайшан, – прошептала Асылжар, сама не зная почему, ведь в комнате больше никого не было. – ни у Охарона, ни у Манеха, Мелениса и Ланейя просто не осталось наследников. Некому мстить за свои семьи, а простому народу это даже в радость – нет у них рабства, как в других королевствах, что ещё не под пятой у Аспана и далеко от Города Богов. 

Принцесса Демдеру недовольно скривилась, резко отвернулась к окну, а после прошипела, словно была настоящей змеёй из пустынных земель:

– ты просто тянешь время. Наверняка хочешь играть на своих условиях. Хочешь, чтобы мы плясали под твою дудку, ведь тебе некуда спешить, а у нас каждое мгновение на счету. – она вновь повернулась к собеседнице – но что ты будешь делать, когда узнаешь, что твои дети у меня? Что получишь их только тогда, когда убьёшь Салпорина? Хош-нева! 

Кирамес прищурилась, чувствуя, как сердце бьётся все быстрей. Одна из дверей в это же мгновение отъехала в сторону и в комнате появилась Тегин, держа за руки Близнецов и Джерсерру. Глаза у старшей Гизин были широко распахнуты, словно в свои почти семь лет понимала куда больше, чем её мать в свои двадцать шесть. 

– ты использовала дочь в своих целях. Как ты потом ей в глаза смотреть будешь? – спокойно поинтересовалась Сар'исса, хотя внутри у неё так и бурлил гнев напополам со злобой. 

– всё это ради Демдеру! – огрызнулась Благородная Жена – в будущем она всё поймёт и скажет мне спасибо за это! 

– если доживёт! – рявкнула в ответ девушка. Она уже слышала отголоски битвы, что началась совсем недавно – твоё восстание заранее обречено на провал, как был обречён когда-то бунт Сальмы. Вас всех казнят и разбираться не будут. 

– убей Аснера, иначе я убью Вестина и Нэйлу – Ферайшан не желала слушать ничьих слов, словно полностью выжила из ума от жажды власти. – убей его! Сейчас! 

– я быстрей убью тебя и всех твоих верных слуг, что встанут у меня на пути. Вы даже глазом не успеете моргнуть, а ваши души уже будут обречены на вечное скитание по миру, если не на вечное забвение. 

Сейчас Исса хотела лишь одного – забрать всех детей и как можно быстрей уйти отсюда, но на улице не было безопасно, пока восстание Принцессы Демдеру пыталось чего-то добиться. А брать в руки меч во дворце было опасно. 

Благородная Жена Императора после таких слов побледнела, отступила на шаг и криво улыбнулась. 

– пусть так... Но перед смертью я прокляну тебя, так и знай. – подбежав к столу, она схватила круглобокий стакан и выпила всё его содержимое, не оставив и капли. Теперь не трудно было догадаться, что был там яд. – это пятно будет висеть на тебе всю жизнь и за это люди будут презирать тебя, убийца. – в уголках её губ собиралась кровавая пена, которая после медленно стекала по подбородку и капала на грудь – ты не будешь счастлива здесь, смерть будет ходить по пятам, забирая дорогих тебе людей... 

– Госпожа! – воскликнула Хош-нева, подбежав к Ферайшан и поймав её в последний момент. 

О детях она совсем забыла, и те, недолго думая, спрятались за Асылжар, дабы почувствовать себя в безопасности и не видеть крови с остекленевшими глазами Принцессы Демдеру. 

°*****° 

Советники быстрее ожидаемого прознали о том, кто стоял за плохо спланированным восстанием, которое иначе как беспорядок и не назовешь. Прознали они и о том, что случилось с виновником, а потому решили вылить свой гнев на невиновных, о чём громко заявляли на главной площади перед дворцом Золотой Воли. 

Кенесши требовали у Императора выдать им Джерсерру Гизин, дабы судить её за преступления Ферайшан Асылжар и "наконец усмирить Демдеру". Да так громко, что Сар'исса прекрасно слышала каждое слово, когда была в своём особняке, что стоял на другом берегу Пейнеры, в отдалении от придворной части и дворцов Золотой и Серебряной Воли.

Глупцы – и это ещё мягко сказано. Девушка могла бы придумать сотню грязных словечек, описывающих этих придворных куда лучше, но не осмеливалась, почему-то. Словно Джерсерра могла прочитать все её мысли и впитать в себя все бранные выражения. 

Исса крепче сжала тонкую ручку Гизин в своей руке, чётко ощущая каждую мозоль, которая царапала нежную кожу девочки. Им осталось пройти совсем немного – они уже прошли первые ряды Советников, что притихли под гневным взглядом императора. 

Салпорин ничего не говорил, лишь ждал, когда принцесса и Асылжар наконец дойдут до него. Но и после того, как они подошли, он не проронил ни слова, даже не взглянул в их сторону, молчаливо предоставляя Кирамес говорить за него. Словно она была уже императрицей, что защищала, в отсутствие Вдовствующей Императрицы, не только народ, но и отвечала за гарем. 

– и в чём же, скажите мне, о мудрые Кенесши, виновна Джерсерра Гизин? Что сделала она не так, кроме того, что родилась у Ферайшан Асылжар? – голос Сар'иссы разнёсся по округе, подхваченный ветром. 

– жители Демдеру успокоятся только в тот момент, когда последняя из их королевской династии перестанет дышать. – с умным видом заявил один из мужчин, что метили на пока ещё свободное место Главного Советника. 

Идиот, иначе и не скажешь. 

– Джерсерра, в первую очередь, относиться к правящей династии Аспана – спокойно заявила девушка, гневно сверкая глазами – к тому же, династия Демдеру всегда славилась своей плодовитостью. Где гарантия, что их дальние родственники не объявятся и не заявят о своих правах? Не соберут под свои знамёна войска? 

– но...

– всё дело в воспитании, дорогой Советник, а потому я беру Джерсерру Гизин, как и Лювейна Тарон, к себе в воспитанники – Исса повернулась лицом к Салпорину – если Его Императорское Величество будет согласен. 

– конечно – только и ответил молодой человек.