47. Первая карта в игре
– всё пойдёт точно по плану, что даже Сефар Тарон не заметит, пока беда во врата не постучит. – улыбнулся Лонер Шев-кидал Аранере Ресми*. Имея с рождения титул виконта крупной провинции, множество влиятельных родственников и точный ум, он был одним из немногочисленных чиновников, допущенных ко двору. Идеальный сторонник при первых шагах к государственному перевороту – главное, чтобы все бумаги были точны.
– никто даже не подозревает о наших планах, а потому нам не о чем беспокоиться. Что же до сторонников... Многим не нравиться его политика, в частности последнее решение насчёт королевской семьи Ланейя. – произнеся это, Равен Аоспан открыл дверь в свой кабинет и, прежде чем войти, придирчиво оглядел помещение.
– беспокоиться, возможно, и не о чем сейчас, но нам надо больше сторонников среди советников и чиновников, иначе ничего не получиться. Какими бы влиятельными и жадными до власти ни были мои родственники – они не привыкли рисковать.
Всё было на своих местах. Слуги даже масляные лампы не меняли за то время, пока молодого человека не было в кабинете. Но при этом что-то было явно не так. Что – бывший капитан, а нынче Кенесши, не знал.
– что там? – заметив заминку, поинтересовался Шев-кидал. Не дождавшись ответа, он заглянул в кабинет через широкое плечо Равена.
Впрочем, это ему ничего не дало.
– сам не знаю – тихо ответил молодой человек, подходя к массивному столу из Мелениса с парой щербин на гладкой поверхности крышки. – что-то...
Чистые бумаги, непроверенные и проверенные документы, печати, чернильницы, стеклянные перья и свинцовые карандаши...
Аоспан выругался. Грязно. Забористо. Так, что даже Ресми, вынужденный работать с весьма темными личностями, присвистнул в удивлении.
Будь повнимательней со своими бумагами и не зли определенных людей, угрожая их детям. Неровен час, как рассерженная знать даст о себе знать, а сам ты останешься лежать в сточной канаве с проткнутым сердцем.
Почерк на бумажке, что лежала на стопке проверенных документов, Кенесши не узнал. Прежде он никогда не видел столь странного начертания букв. Шрифт казался древним, возможно, эпохи краха Аспанского королевства. Точно. Нечто подобное Равен встречал однажды – когда нашел увесистый том о поражении своих предков.
– проверь свои документы, Аранере – прерывисто бросил молодой человек, резко повернувшись в сторону Лонера. Он мог поклясться, что его изумрудные глаза опасно вспыхнули, потому как лицо Шев-кидала вытянулось и побледнело.
Виконт бросился к, скрытому в стене шкафу и принялся судорожно перебирать бесценные бумаги. Секунды казались минутами и даже часами, пока чиновник не опустил руки и беспомощно посмотрел на Аоспана.
– всё впустую – тихо проговорил Шев-кидал, хотя с каждым словом голос его становился всё громче и громче – мы потратили два года в пустую! Понимаешь? В пустую! Кто-то ещё двадцать одну луну назад испортил всё, а мы и не заметили.
Кенесши сжал зубы и зашипел. Ну как можно быть на столько слепым? А ведь он ещё вечером насмехался над Сар'иссой, подкинув в детскую особняка Поющего Ветра ядовитую змею с запиской о том, что с её стороны нет никаких действий.
Как оказалось, она уже давно положила свою первую карту, испортив ею все его планы.
– они заметят это – вновь перейдя на шепот, добавил Ресми.
Да, заметят. Равен выглянул в окно. И заметят скоро, потому как запоздалое осеннее утро постепенно прогоняло предрассветные сумерки. Собрание малого круга уже началось и вопрос времени в том, как быстро бегает посланник.
– сжигай все улики – в повисшей тишине голос его звучал резче обычного.
– но... Это ведь труды последних двух лет...
– сжигай, коль жизнь дорога! – рявкнул молодой человек, искоса глядя на дверь – ибо, как только нас уведут, Сваши прочешут кабинет вдоль и поперёк.
Аранере спешно побежал к растопленному камину со всей кипой своих драгоценных бумаг, а сам Аоспан смял послание Сар'иссы и бросил в ближайшую жаровню, куда обычно добавляли благовония.
– меня, всё же, волнует вопрос – осмелившись, Шев-кидал всё же подал голос, посмотрев на Равена – вы с Императором были дружны в детстве. Не уж, это не зачтётся тебе? У них нет доказательств, только подозрения.
– здесь это не имеет значения. Никому нельзя доверять и всё надо проверять. К тому же у стражи на сей счёт свои предписания и они никак не зависят от воли Императора. – молодой человек хмыкнул – они не видят полной картины, а потому сейчас у них нет даже подозрений. Только вопросы. – он посмотрел на виконта – просто веди себя так, словно вся эта ситуация вызывает вопросы, а не подозрения.
Вскоре раздался цоканье каблуков по каменному полу, а после стук кулака по деревянной двери. Не дожидаясь разрешения войти, дверь распахнулась и на пороге появился стройный слуга в одеждах, сильно похожих на те, что носила дворцовая стража.
– Его Императорское Величество требует вас, Равен Аоспан Кенесши, и вас, Лонер Шев-кидал Аранере Ресми, в тронном зале.
И молодые люди последовали за посланником. Потому как иного выхода из этой ситуации просто не существовало.
Они шли в напряжённом молчании весь путь от придворной части дворцового комплекса к его сердцу – дворцу Золотой Воли на самом живописном берегу Пейнеры. В молчании шли Кенесши с Ресми и по просторным коридорам, где декор собирался на протяжении нескольких столетий правления династии Аснер. Равен давно уже убедился, что в империи можно было по пальцам пересчитать предметы, что созданы были во времена другой династии...
В молчании они поклонились, когда вошли в тронный зал. Император столь же молчаливо махнул рукой, подзывая советника и чиновника к себе. Сидел он не на троне, а на скамье у первых ступеней к престолу. Его выражение нельзя было прочесть. Лицо Салпорина сейчас скорее отталкивало и пугало своей едва заметной неестественной тенью, словно кто-то другой им управлял.
По бокам от скамьи застыли представители шести областей (всех, включая даже Ланей) и Сефар собственной персоной. Похоже старик начал терять свою хватку, раз оказался в самом конце получившегося полумесяца.
– Шев-кидал Ресми, вы два года назад работали над документами по распределению запасов по провинциям, а вы, Равен Кенесши, работали над этими документами весь последний год. – заговорил Главный Советник, не дожидаясь, пока голос подаст император. – вы ничего не заметили? К примеру, какой-нибудь странной закономерности, что в общем-то не имеет значения?
– если она в общем-то не имеет значения, то к чему же спрашивать? Не всё ли равно, Ваше Превосходительство? – бывший капитан сцепил руки за спиной, всем своим видом показывая небрежность в позе.
– равно или нет, но нам нужна стабильность и точность, а не странные закономерности – на этот раз голос подал сам Салпорин, чуть наклонив голову на бок. Как странно. Раньше за ним подобной привычки не замечалось. – вместо того, чтобы кривляться и отвечать вопросами на вопрос, ответь, Равен, чётко и ясно: откуда взялись эти числа?
Аоспан, в свою очередь, выпрямил спину и прищурил свои изумрудные глаза. Голос, как обычно, звучал ровно:
– я не хотел говорить об этом раньше времени – пока не узнаю все детали происшествия – но вы, мой Император, не оставляете мне иного выбора... Кто-то проник в мой кабинет и сжёг все документы по этому делу.
*Ресми – чиновник.
И да, теперь у всех, наконец, есть родовые имена.