Императрица-воин

Откинула капюшон Иренес только когда они с Кир'амес украдкой пробрались на территорию дворца и уже довольно заметно отдалились от ворот. Она даже вздохнула с облегчением, когда порыв ветра разметал темные пряди волос во все стороны.

– я думала, что у Императора больше сестёр – произнесла Тегин, переводя тему. Девушка едва не хмыкнула с пониманием. Ну какой женщине в Аспанской Империи захочется рассказывать первому встречному, особенно если это кто-то из правящей семьи, что её обучали сражаться?

– у Салпорина ровно дюжина сестёр – усмехнулась Гизин и искоса глянула на собеседницу. Та продолжала смотреть перед собой, даже краем глаза несмотря на свою собеседницу.

– тогда, как так получилось, что ты вынуждена была сбежать из дворца Драгоценных Самоцветов в особняк для наложниц третьего ранга? – казалось, спрашивала Амес совсем равнодушно, но если приглядеться, то можно было понять, что спрашивала она не из праздного любопытства.

– все мои сестры вышли замуж давным-давно и только я осталась в старых девах – фыркнула принцесса и закатила глаза – господы из благородных семей, знаешь, не хотят брать в жены дочь рабыни-служанки, хоть и отец у неё император. Ну что за идиотизм?

Кир'амес хмыкнула, что можно было счесть за согласие. Иренес внимательно посмотрела на свою спутницу, чуть прищурив сапфировые глаза. Глаза эти, как и тёмные волосы, были отличительной чертой императорской семьи. Подобным гордились, а девушке хотелось прятаться, ведь из всех двадцати двух детей предыдущего Императора только у неё и Салпорина в полной силе проявились эти черты. И то, у Гизин глаза и волосы были немного не того оттенка.

– по тебе видно, что ты родилась в знатной аисдармской семье, но произносишь всё так, словно выросла в Булирском королевстве. – озвучила в слух свои размышления принцесса. Теперь и она устремила свой взгляд вперёд – а потом прожила лет так тринадцать в месте, где говорят на всех языках континента.

– и почему всем так интересно откуда я? – Тегин вклинилась в этот поток слов так, что даже дворцовые правила этикета не нарушила.

– знания о том, откуда человек, помогают лучше понять человека. Кто недостаточно умён – спрашивает напрямую, а вот наблюдательные... – Иренес улыбнулась, предвкушая реакцию собеседницы – твоё имя составлено как аисдармское, но вот само слово булирское, и в переводе звучит как "острая шпилька". К этому прибавим то, что ты хорошо сражаешься... Нет, это не то слово... Хм. Прекрасно? Превосходно? Безупречно? Ладно, не будем цепляться к словам. Ты также можешь говорить на всех языках континента – она сделала паузу, глянув на Амес. Та внимательно смотрела на неё прищурив свои темные глаза. – ты выросла в Городе Богов, единственном месте, где смешались все народы. А жила в храме Зезиро, где тебя обучили сражаться. Твоим учителем был булирец, но не простой – его имя было на слуху, возможно он был уже легендой. Сейберан, верно?

– откуда ты знаешь? – только и смогла выдавить Кир'амес, резко остановившись.

– моя мать была булиркой – девушка слабо улыбнулась, но заглянув в глаза спутницы, поняла, что имела в виду Тегин – И она же была единоутробной сестрой Сейберана. Бабушка унесла бы этот секрет в могилу, но матери удалось как-то узнать. – Гизин возвела глаза к небу и тихо хмыкнула: – она до самой смерти собирала все сведения о своём брате.

Амес смотрела на принцессу во все глаза и с открытым ртом. Иренес не смогла сдержать смех.

Как тесен мир! Как странно и интересно протянулись нити судьбы!

– там много говорилось и о тебе. Знаешь как я сильно была удивлена, когда, вернувшись во дворец, Салпорин только и говорил о тебе, да о Сейберане? – девушка внимательно оглядела Кир'амес – такой я тебя и представляя, слушая и читая рассказы других. – она чуть прищурилась – скажи, почему ты скрываешь своё имя? Настоящее имя?

– а ты как думаешь? – поинтересовалась Тегин, продолжая путь к особняку Аметистого Рассвета. – будучи ещё ученицей, я была одной из лучших, а если учесть и то, что учитель мой был легендой... Имя моё ходило на слуху, но после того, что произошло восемь лет назад... – она вздохнула – слыша моё имя сейчас, многие намереваются убить меня и отнести голову в главный храм Зезиро, где за неё назначена большая награда.

– а что произошло восемь лет назад? Салпорин много рассказывал о Городе Богов, но редко когда о том, что произошло перед его отъездом домой. – Гизин едва поспевала за широком шагом Амес.

Перед тем как ответить, Кир'амес долгую минуту молча смотрела вдаль.

– об этом лучше не спрашивать – мрачно произнесла она наконец.

– но...

– Кир'амес Тегин, – от этого голоса, а ещё от внезапного появления слуг, принцесса заметно вздрогнула. Она устремила свой удивленный взор на Тегин Хедалы Жесир, имя которой даже в мыслях было трудно произнести – по приказу Вдовствующей Императрицы мы вынуждены заключить вас по стражу.

– в чём её обвиняют? – Иренес сделала шаг на встречу, незаметно заслоняя спиной свою спасительницу. Та и бровью не повела, оставаясь спокойной лицом. В глазах у неё не было ни паники, ни страха, ни удивления. Только внимание и расчёт. – за что приказано её взять под стражу?

– Кир'амес Тегин обвиняется в ереси – чуть ли не проворковала женщина, сложив руки в районе живота. Она посмотрела на девушку так, словно только сейчас заметила её присутствие. – приветствуем вас, Иренес Гизин, и просим прощения, что оторвали вас от дел.

Хадимы поклонились, в то время как Тегин Вдовствующей Императрицы криво улыбнулась и чуть вздёрнула подбородок. Они обвиняли служанку Несарины не в убийстве нескольких человек, а в ереси.

Принцесса уже было открыла рот, чтобы возразить, как вдруг Амес сделала резкий шаг к слугам. Те вздрогнули и отступили на шаг, поспешно хватаясь за оружие.

– вы, что же, боитесь меня? – притворно удивилась Кир'амес, но этого, похоже, никто кроме Иренес не заметил. – неужели ересь стала заразной?

Тегин вытянула руки перед собой, ладонями верх, словно показывая, что ничего у неё нет и причинить вред слугам она не может. Это было даже смешно. Гизин видела, как эта девушка влезла в сражение без оружия и вышла невредимой, в то время, как противники её остались лежать на земле, в луже собственной крови. Впрочем, на деле, Амес предлагала сковать свои запястья кандалами.

Принцесса прищурилась, силясь понять, что задумала эта странная бывшая ученица Сейберана. А ещё силясь понять, зачем всё это нужно Хедале Жесир.

– Императрица передает вам привет, Гизин – бросила на прощание женщина, когда евнухи повели Кир'амес в сторону храма Найбирана.

Иренес вдруг охватила злость. Вдовствующая Императрица вновь играла в свои игры, и вновь она вертела ею как своей пешкой.

Но зачем ей Тегин Несарины?

Осознание свалилось внезапно, как снег на голову. Амес – она же Сар'исса – живёт в особняке Невинных Цветов, куда Салпорин вот уже две с небольшим недели захаживает два раза в день – на обед и ужин. Её брат ходил туда не ради Несарины, и Хедала это поняла, но не была уверена точно, а потому и решилась на подобную проверку.

Девушка прикусила губу, смотря в след толпе, давно уже скрывшийся из виду. Императора нет во дворце, и Гизин не знает, где её брат может находиться. Несарины тоже нет во дворце, но она всего в дне езды от города.

Вздохнув, принцесса поймала одну из Коле Киз и приказала той как можно скорее собрать еду в дорогу, после чего направилась в конюшни. Она и не представляла, что может парой слов разворошить осиное гнездо.
Конюхи были не подготовлены к встрече с Иренес, от того пару раз спутали коней и больно столкнулись друг с другом, да деревянной стенкой.

К тому времени, пока молодые люди седлали кобылу девушки, служанка-рабыня успела принести еды, уйти и вернуться ещё раз, с более теплой мантией в руках. Эта мантия не грозилась промокнуть под первыми же каплями дождя, который собирался ещё со вчерашнего утра.

Не особо заботясь в том, что на ней не костюм для верховой езды, а простое и местами неудобное платье, Гизин запрыгнула в седло. Побольше натянув на голову капюшон, она погнала кобылу по улицам Аспана.

К позднему вечеру принцесса уже была около ничем не примечательного двух этажного дома, что стоял, как и несколько других, рядом с Имперской Оранжереей. Его можно было бы не заметить или спутать с другими, но только здесь горел свет, да то и дело в окнах мелькали женские силуэты.

Иренес заявилась в этот дом подобно грому среди ясного неба, но, похоже, здешние Коле Киз ничему уже не удивлялись. Одни быстро помогли снять мокрую мантию, пока другие позвали Инеш, а третьи налили горячего чаю.

– принцесса, мне даже страшно слышать, что могло привести вас сюда в столь жуткую погоду – выдала Техмини, тихо закрывая за собой дверь. – неужели Кир'амес в особняке Невинных Цветов не смогла вам ничем помочь?

– она помогла и всего через пару часов Вдовствующая Императрица обвинила её в ереси и отправила со стражей в храм – вздохнула девушка, а придворная дама прикусила губу.

– боюсь, что слово Несарины в этом неделе не поможет.

– что не поможет? – раздалось за спиной у девушек, отчего они обе синхронно вздрогнули и обернулись. Позади стояла Ферайшан, скрестив руки на груди. – Иренес, что случилось?

Гизин удивлённо моргнула, глядя на темнокожую Асылжар. Та вопросительно подняла брови, но не потрудилась объяснить, как ей удалось вырваться из дворца, где была скорее заложницей, чем обитательницей.

– ничего, что могла бы ты, Ферайшан, посчитать важным – покачала головой принцесса, так же как и Инеш, поджав губы.

– и всё же... – Асылжар прищурила тёмно-карие глаза, что сейчас казались почти черными – ты приехала просить помощи у Несарины. Ни у Императора, ни у своих сестёр, ни у кого-либо ещё, а именно у младшей из Асылжар. Почему?

– потому, что дело касается её Тегин. – фыркнула Иренес, наблюдая, как Ферайшан посмотрела на Техмини, потом перевела взгляд на закрытую дверь, а уж потом только на девушку.

– раньше ты не переживала за судьбы Тегин – задумчиво протянула Благородная Жена Императора и хмыкнула: – госпожа Кар'исса, Несарина, Император, а теперь и ты, Иренес. Кто бы мог подумать, что у, казалось бы, ничем не примечательной Кир'амес столько обаяния?

– ты знаешь, где сейчас Император? – тяжело вздохнула Гизин. Сейчас она не хотела, да и некогда было, слушать всё это.

– он в четырёх днях быстрой езды отсюда – уже серьезно произнесла Асылжар.

Принцесса прежде не видела её такой, как сейчас. Ей бы следовало бы испугаться, или насторожиться, услышав в голосе жены брата странные нотки, но она пропустила их мимо ушей.

°*****°

Кир'амес шла меж двух грозных на вид громил, и едва сдерживала себя, чтобы не поморщится. И дело даже не в запахе этих евнухов.

Шли они сейчас по коридору строение, что здесь гордо называли Главным Храмом Найбирана. Фрески на стенах так переиначили, что от верховного бога осталось только имя, да то, что он является отцом Близнецов.

Если в Городе Богов его изображали мужчиной средних лет, ладно сложенного и стоящего на возвышении за спинами Хакры и Зезиро, меж которыми расположился Килсан, то здесь его изобразили дряхлым стариком, руки которого были окутаны пламенем, а дети его преклоняли перед ним колени.

Девушка прищурилась, когда втроём они вышли из сумрака коридора в просторное и светлое помещение, где в окружении монахов и монахинь в алых одеждах стоял жрец с полубезумным взглядом. Головной убор у него был странным, переливчатым. Похожим на язычки пламени.

"Лас-эн..." – протянула Амес, почувствовав как сердце почему-то начало биться чаще.

– он тебе не ответит – улыбнулся мужчина, держа скрепленные руки в районе живота – здесь такие, как он, моя маленькая воительница, не имеют своей власти над пространством.

Он взмахнул руками и улыбка его стала кровожадной. Этой улыбки Тегин не испугалась, лишь с отвращением скривилась, краем глаза заметив, что монахи после этого жеста взяли в руки плети.

– ты служила не тому богу, дорогая, – продолжил жрец – а Отец этого не прощает просто так.

Кир'амес улыбнулась. Она долго бегала от судьбы, скрывала свой дар от других, глупо боясь, что её накажут, пройдясь по её спине плетью. Но после удивительного путешествия из Силиканского Королевства в Аспан девушка перестала бояться плети.