Несломленный [РЕДАКТИРУЕТСЯ]

Я смотрела на свою ногу, понимая, что даже не могу на нее нормально наступить. И что мне делать с этим? Как я могу идти и спасать тех, кого люблю, когда не в состоянии о себе позаботиться?

Мы сидели в комнате, обитой темно-серыми обоями и деревянными панелями, и она явно предназначалась для каких-то собраний, так как посередине стоял большой круглый стол, на котором лежали книги, карты, игры и листы бумаги. Я села на него и положила ногу, стараясь отогнать темноту, что все пытается забрать меня к себе.

- Тебе совсем плохо? - растерянно спросила Лили. – Дай я посмотрю твою ногу.

Она взглянула на нее, подняла высоко бровь, намекая, что ситуация оказалась еще хуже, чем я думала. Лили несколько раз коснулась ног, подняла, но я тут же зашипела, чувствуя жуткую боль.

- Это вывих, - заключила она.

- Нам нужно вправить ногу, - выдавила я, устраиваясь чуть удобнее.

Лили выпучила глаза.

- Ты намекаешь, чтобы я это сделала?

- Не намекаю, а говорю прямо, - попыталась я успокоить подругу.

- Я проходила курсы первой помощи, но там такого не было, - испуганно шепчет она. – Я боюсь, что сделаю что-то не так и тебе от этого станет еще хуже.

Я закрываю глаза, понимая одно:

- Ты права.

Черт, черт, черт... Какого хрена это все случилось именно сейчас? Почему я не осталась в квартире и не дождалась Темпла? Тогда он был бы безопасности, а не встречался бы с монстром своего прошлого, тогда бы парни не видели это ужасное лицо и не переживали бы те ночи и дни снова и снова. Это я виновата во всем. Почему я никогда не могу послушать других людей, считая, что знаю все на этом свете? Нельзя быть такой самонадеянной.

- Что мы будем делать? – спросила я, открывая глаза.

Но Лили не сидела рядом, а исследовала помещение, тыкая в стены и трогая любые вещи, которые попадались ей под руку.

- Что ты делаешь?

Я приподнялась на руках, внимательно наблюдая за подругой.

- Вдруг в этом здании тоже есть тайные проходы и мы сможем выбраться отсюда? – с надеждой в голове отозвалась Лили, - Тебя нужно в срочно порядке отвезти в больницу.

- Если мы выберемся отсюда, то мы поедем на завод.

Я закряхтела, слезая со стола и опираясь на стул. Пот в три ручья тек по мне, и меня одолевала невообразимая слабость во всем теле. Нет, только не сейчас.

- Кто так делает? Тебе нужны хоть каике-то медикаменты! – воскликнула Лили, оказавшись около меня и держа за руку. Она помогла мне сесть на стул, а затем приложила руку к моему лбу – Ты холодная.

Я видела, как она переживает за меня и обняла ее, чувствуя, как глаза медленно, но верно закрываются.

- Билл, мы выберемся отсюда! Обязательно, - услышала я прежде, чем уснула.

***

Темпл. Его полные губы расплывались в улыбке, обнажая ряды ровных зубов, голубые глаза искрились счастьем, на щеках алел румянец, а на лоб спадали прядки темных волос. Я провела по ним рукой и ощутила одновременно жесткость и шелковистость шевелюры.

- Темпл, - тихо позвала его я.

- Да? – отозвался он, прислонившись ко мне.

Он отдернул край свой толстовки, а затем и вовсе ее снял, открывая вид на широкую цепь и медальон в форме Христа. Стояла жуткая жара, и все вокруг нас раздевались, сетуя на палящее солнце, и ложились на траву, обливаясь водой из бутылок. Вокруг нас были сплошные деревья, но мы все находились на поляне, сплошь усеянной полевыми цветами, которые пахли так вкусно, что одно время мне не хотелось вставать с земли, чтобы не прерывать контакт с ними. Девушка, лежащая недалеко от нас, повернулась на живот и предоставила нам возможность лицезреть ее пышную пятую точку. Сказать честно – во мне шевельнулось неприятное чувство, и я понадеялась, что Темпл даже не взглянет в ее сторону. Вдруг он посчитает ее лучше?

- Это никогда не будет, - словно прочитав мои мысли, вдруг произнес он. Его ладонь легла на мою шею и обхватила ее, а большой палец нежно гладил щеку.
Я замурлыкала, закрыв глаза от удовольствия. Вот бы всегда так чувствовать его прикосновения на своей коже, быть с ним здесь и наслаждаться жизнью.

- Чего не будет? – спросила я.

Он подтянул меня к себе и усадил на колени, обхватив за талию.

- Мне никто не нужен, кроме тебя.

Все внутри меня сжалось от радости и какого-то непонятного мне чувства. Я прислонилась к его губам, коснулась их, а затем отстранилась, но Темпл притянул меня обратно, жадно вцепившись в них. Он терзал меня, то увеличивая темп, то уменьшая, доводил до иступления, и пару раз я тихо застонала, изо всех сил сдерживая. Его язык мягко исследовал мой рот, а зубы кусали губы, дергали их, отчего я хотела большего. Казалось, что с каждым его прикосновением, я падаю в бездну все быстрее и быстрее. Вцепившись в его волосы, я потянула за них и получила в ответ тихое рычание, и мне захотелось большего – мои руки сами полезли к нему под футболку и стали трогать и царапать горячую мягкую кожу. Его мышцы при каждом движении перекатывались, и это приводило меня в восторг. Он такой сильный.

Прервав наш поцелуй, он чмокнул меня около губ и обнял, уткнувшись носом в волосы. Я стала слушать его частое и прерывистое дыхание и, поерзав немного, ощутила, как он не на шутку возбудился. Его состояние полностью отражало мое.

- Я люблю тебя, - прошептал он мне на ухо. – Бесконечно.

- Я люблю тебя. – отозвалась я, стараясь не заплакать от этих слов. – Безмерно.

***

Резкий удар в дверь разбудил меня, и я вскочила со стула, упав на пол. Послышался еще один, и еще, и я оглянулась в поисках хоть какого-нибудь оружия, когда резкая боль в ноге дала о себе знать. Сустав ноги был неестественно вывернут. Лили подбежала ко мне и оттащила за стол, а из-за ее спины опасно выглядывал кий, который она держала в руках, словно меч.

- Лили, - прошептала я, с содроганием слушая удары в дверь. – Если у тебя появится возможность сбежать отсюда – беги. С такой ногой я далеко не уйду.

- Я не брошу тебя! – рявкнула она. – Кто бы не был за этой дверью, я засуну ему этот кий в задницу, если только он посмеет коснуться тебя.

Мы обе думали только об одном человеке – о Карле, который сбежал еще тогда, когда Зейн сообщил нам ту ужасную новость. Не удивлюсь, если он снова пришел за мной.

-Я не буду тебе баластом. Слышишь?

- Если ты считаешь, что я способна бросить тебя..., - гневно прошептала она. – Как ты можешь так говорить?

- Зачем ты рискуешь своей жизнью, когда можешь спастись?- искренне спросила ее я.

Она взяла меня за руку и заглянула в глаза.

- Ты бы смогла бросить меня, если бы я попала в беду? - Я отрицательно покачала головой. – Вот и мой ответ. Я никогда не брошу тебя, потому что ты моя сестра, потому что за тебя я готова отдать свою жизнь. Если так, то только вместе.

Сердце сжалось от ее слов, и я улыбнулась сквозь слезы.

- Мы засунем ему этот кий в задницу и сделаем так, что он пожалеет. Кто бы там не был, - с улыбкой прошептала Лили. –Уяснила?

Я кивнула головой.

- Спасибо.

В этот момент послышался оглушительный треск, и дверь с грохотом открылась, ударившись об стену. Послышался шорох, затем кто-то вошел в комнату...., а за ним еще кто-то..., и вдруг тихий звук работающего механизма.

Мы напряглись всем телом, готовые порвать друг друга, когда перед нами показались носки женских кроссовок, покоящихся на ступени кресла. Я подняла голову и увидела Айрис, которая смотрела на меня с улыбкой.

- Привет, - робко поздоровалась она. – Надеюсь, вы в порядке.

Валери тут же оказалась рядом, когда увидела мою ногу, а Лили облегченно выдохнула.

- Думаю, ЛерИ тебе поможет, - сказала Айрис, задумчиво разглядывая ногу. – Ты ведь уже делала такое с Темплом.

- Постоянно, - хмыкнула она, сверкнув голубыми глазами.

Глазами Темпла.

- Давайте положим ее на диван в зале, - предложила Лили. – Что из инструментов понадобится?

- Только бинт, - отозвалась Валери, уже сев на пол и осматривая мою ногу. Она делала это так, будто понимала все, что ей нужно делать. Видно, что это не вызывало у нее никакого испуга и не было для нее ново.

- Когда Темпл дрался с кем-то или участвовал в подпольных боях, у него постоянно были какие-то травмы. Было бы странно, если бы подросток ежедневно обращался к врачу в больницу, поэтому мне пришлось занять место доктора, - хмыкнула она.

- А знаешь, сколько раз она помогала мне с моими болячками после вылазок с Харви? – засмеялась Лили.

- Кто и почему вас запер? – озадачилась Айрис, хватая меня обе руки.

- Валери, пожалуйста, вправь мне ногу. Я должна быть с Темплом сейчас, - прошептала я, умоляюще глядя на нее.

Валери нахмурилась.

- С ним что-то случилось?!

Мы с Лили переглянулись.

- Пожалуйста! – отчаянно попросила я. – Умоляю, Валери!

Без лишних слов, она кивнула Лили, которая схватила меня за ногу и налегла на руки, помогая Айрис.

- Будет неприятно, - предупредила Валери.

Я кивнула головой, закрыв глаза и представив, что сейчас прогуливаюсь с Темплом вдоль набережной в Сиэтле, когда резкая боль пронзила всю ногу и из моей груди вырвался крик. Перед глазами кружились звездочки, дыхание сбилось.

- Ну все, - выдохнула Валери. – Можешь открывать глаза.

- Ты говорила, что будет неприятно, - обиженно выдохнула я.

- Тебе понравилось? – вскинула брови она. – Можем повторить.

Легкая усмешка коснулась ее рта, и я улыбнулась ей в ответ. Она была очень красивая: высокая, с длинными красивыми ногами, тонкими и изящными пальцами рук, заостренными скулами и большими небесными глазами. Ее чуть полноватые губы с четко очерченным луком Купидона сложились в трубочку.

- Алло, гараж, где Темпл? – спросила она, прикладывая к моей ноге лед.

Тут перед глазами появилась Айрис, которая была в точности как сестра, разве только волосы ее были подстрижены под каре, и ей безумно шло. Обе такие красивые, они были перед мной, и я не знала, что им сказать. Лили решила помочь мне, ответив за меня:

- Он сейчас на заводе.

- Что ему там делать? – испугалась Айрис, привстав со своей коляски. Она пошатнулась, но Валери тут же ухватила свою сестру за руку с одной стороны, а с другой – Лили.

- Я не смогу это произнести, - проплакала я, представляя весь тот ужас, который довелось уже испытать Темплу. - Боже. Я так надеюсь, что он еще не встретил эту мразь, что парни спасут его прежде, чем это случится.

Валери побледнела при моих словах и сама чуть не упала, но ее спас диван: она рухнула на него, смотря сквозь меня. Айрис тоже все поняла.

- Папа все-таки сделал это, - ничего не выражающим голосом произнесла Валери. – Сделал то, что обещал, если Темпл его не послушается...

Айрис заплакала. Лили помогла ей сесть, а затем, быстро взглянув на всех нас, побежала в сторону бара.

- В чем же он не послушался? – спросила я.

Девочки долго не отвечали, глядя в разные стороны и пребывая в своих мыслях, когда Валери повернулась ко мне.

- Он не отказался от тебя, и я его за это уважаю, - по ее щекам потекли слезы. – Мой брат пожертвует собой, но никогда не другими.

Я заплакала вновь.

- Я никогда никого не любила, - призналась я. Лили поставила перед нами кружи и разлила по ним чай, а затем села около меня и взяла руку. – Но с ним я впервые испытала это чувство и поняла, насколько это прекрасно.

Мне не хватит слов, чтобы описать то, что я испытываю к нему, описать, как сильно люблю его, на что готова пойти, лишь бы он спокойно спал по ночам и улыбался днем. Мой Темпл. Я больше не могу сидеть здесь и ждать у моря погоды - быть в неведении еще хуже, чем находиться непосредственно там. Я должна помочь ему.

Выпив залпом всю чашку, я привстала, но Валери вскочила и тут же положила руку мне на плечо, опуская на диван.

- Тебе нужна фиксирующая шина, - сказала она. – Сначала мы поедем в больницу, а потом сразу же на завод.

- Я не могу терять столько времени! – вскричала я.

- Я не буду рисковать твоим здоровьем и своим братом! – сверкнула глазами она. – Если ты собираешься спасать моего брата, тогда ты должна сделать все, чтобы не умереть перед этим, а с такой ногой ты точно мертвец. Я никогда не была там, но знаю из разговоров своего отца, что там происходит. И поверь, было бы лучше, если бы жизнь никогда не приводила тебя туда...

- Но у нее другие на нас планы, - закончила Айрис. – Я тоже еду.

- Айрис! – дернула себя за волосы Валери.

- Она тоже хочет быть рядом со своим братом, - успокаивающе сказала Лили, встав рядом с Айрис. – Это ее право.

- НЕТ и ТОЧКА! – заорала она.

Из ее глаз еще сильнее потекли слезы.

- Я справлюсь, - ободряюще улыбнулась Айрис. – Тем более я не собираюсь с вами прямо в сам завод. Оставь меня неподалеку, и я помогу вам со всей электроникой. Я же профессиональный хакер.

Что?! Где она была раньше?!Мы с Лили вновь переглянулись, явно пораженные словами Айрис. Валери заулыбалась сквозь слезы.

- Ты не можешь и дня прожить без адреналина?

Айрис пожала плечами, хмыкнув, на что ее сестра кивнула головой.

- Но ты будешь не одна. Лили ты останешься с моей сестрой?

Видно, что эта идея пришлась ей не по душе, но она была вынуждена согласиться, так как я умоляюще на нее посмотрела. Лили кивнула головой в знак согласия, и Айрис начала что-то без умолку говорить. Только сейчас, когда я выдохнула, мне стало понятно, как сильно я устала.

- Ты знаешь, где они хранят ружье? – спросила Валери.

Улыба медленно расползалась на моем лице.

***

Поняв, что наш план – полное дерьмо, мы решили сделать все в пути. Пришлось звонить ребятам и вытаскивать их из уютной постельки. Они приехали через двадцать минут к назначенному месту, и мы объяснили им, что нужно будет делать.

Сейчас я вместе с ними стоял недалеко от того места, где растет зеленое и других цветов золото наших отцов, и подавал знак своим людям, чтобы они стояли на месте. Я еще не получил сигнал от Зейна. На мне была венецианская маска, уголки красных губ которой тянулись вверх, изображая улыбку. Ехидную и таинственную. Все внутри кипело от адреналина, и мне не терпелось положить конец всему этому дерьму, увидеть лицо Темпла и моих братьев, а затем сбежать с ними отсюда и больше никогда-никогда здесь не появляться. Но жизнь, как обычно, распорядилась иначе.

Получив сигнал от Зейна, я подал знак Доминику, что тот может начинать, и где-то в противоположной стороне от нас прогремел взрыв. Все те, кто охраняли поле, загалдели, озираясь по сторонам и выставив вперед автоматы. Я повесил на спину автомат, достав пистоле и прикрутив к нему глушитель. Стефано посмотрел на меня, показывая один палец, на что я покачал головой. Нет, еще не сейчас.

- Рафаэль, - прошептал Зейн рядом. Он также привел своих сюда, понимая, что людей наших отцов слишком много и эта территория рьяно охраняется. Чудо, что мы смогли до этого места незамеченными.

- Все нужно делать тихо, - сказал я. – Как только раздастся второй взрыв, они начнут стрелять. В этот момент необходимо действовать.

Он кинул, обращаясь по-турецки к мужчине, что стоял около него, и я показал условный знак. Парни достали пистолеты и глушители.

Я издал характерный звук, подражая птице, прогремел еще один взрыв, вдали вспыхнул огонь и затрещали автоматы. Пули врезались в стволы деревьев, застревали в земле, но я так и не дал знак своим. Подождав еще несколько минут, когда эти шакалы начнут менять магазины, я сложил пальцы определенным образом и выстрелил в голову одного из ублюдков. Тот упал замертво.

- Бойня началась, - сказал я, услышав, как остальные тоже начали стрелять.

Каждый из нас понимал, что кто-то сегодня не вернется домой, но нам нужно было отвлечь этих мерзавцев от остальных.

***

Твою мать, Эйден слишком долго не выходил оттуда, и я уже забеспокоился, когда его голова показалась в проеме.

- Чувак, ты меня доведешь когда-нибудь, - прошептал я, - помогая ему вылезти.

Мы были по пояс мокрые.

- Жутко пахнешь, - ухмыльнулся он.

- Да пошел ты, - брякнул я.

У меня у самого глаза слезились от запашка, который исходил от нашей одежды.

- Такое ощущение, как будто там жили крокодилы и наваляли гору прежде, чем сдохнули и разложились в этой воде.

- Ей лет двести, - прошептал Эйден, доставая какую-то электронику из рюкзака, который мне пришлось нести над головой. – Считай, что она достопримечательность.

- Знаешь что?! – проскрежетал я. – Да в рот я эту достопримечательность...

Он не дал мне договорить, зажав мой рот рукой. Я пнул его по ноге, прислушиваясь к шагам, которые приближались. Мы спрятались в нише, кишевшей крысами и какими-то насекомыми, когда в помещение вошли два огромных буйвола, одетых в военную экипировку.

- Я же говорил, что тебе показалось, - хмыкнул один, играясь зубами с зубочисткой.

Он был явно старше того, кто с прищуренными глазами осматривал эту каморку и дергал плечами.

- Чак, хорош валить дурака и пошли. Меня дет знойная красотка из Калифорнии, - заныл мужик, и я увидел золотой зуб, сверкнувший в свете одной единственной лампы.

Чак выпрямился во весь свой немалый рост и искоса посмотрел на товарища, улыбнувшись.

- Что, дружок уже из штанов выпрыгивает, Вилли? – спросил он.

- Только не говори, что твой не дернулся при виде ее огромной задницы.

По-глупому улыбнувшись, Чак кивнул головой, и они вышли. Я схватил Эйдена за руку.

- Я сдам анализы на глисты и другие заразы, и если хоть одна выйдет положительной, я заставлю тебя сожрать землю! – рыкнул я, брезгливо вытирая рот.

Эйден сдержал смешок и серьезно посмотрел на меня.

- Молчи, а не то они вернутся.

Отставив в сторону юмор, я сосредоточился на деле, доставая ружье. Не самое полезное здесь оружие, но с автоматом целится в видеокамеры – это сильно. Хотя и с оружием тоже не очень, особенно если учитывать уровень шума, производимый им.

- Черт, - это не вариант, - прошептал я, отставив в сторону ружье. Эйден вопросительно посмотрел на меня.- Действительно, а что мы не на танке приперлись сюда?

- Джейми, у нас нет другого выхода.

- Есть, - прошептал я, а затем подошел к стулу и уронил его. Эйден широко распахнул глаза, и я, схватив его, тут же встал около входа.

Громила Чак ворвался в комнату и встал перед стулом, словно вкопанный, и я два раза хорошенько ударил его ручкой ружья по голове.

- Он умер? – спросил Эйден, когда около головы Чака на полу пояивлись следы крови.

Я оттащил в угол тело Чака, проверяя пульс.

- Нет, но я надеюсь, что эта гнида когда-нибудь будет гореть в аду.

- Зачем ты это сделал?

- Вот за этим.

Я полностью раздел Чака и оделся в его экипировку, а затем достал черную маску с прорезями для глаз и натянул на лицо, ощущая, как неведомая сила овладела мной.

- Настрой всю свою хрень, а я сейчас вернусь.

Я вышел из комнаты, идя вдоль коридора, когда встретил Вилли.

- Кто это был? – спросил он.- Что у тебя на голове?

Я не удостоил его ответом, достал ружье, выстрелил в камеру, вытащил и нож в следующую секунду пронзил им его; Вилли упал на пол, смотря на меня так, словно увидел призрака, когда я показал ему свое лицо.

- Передай привет моему папочке, когда встретишь его здесь, - сказал я. – И передай: один:ноль в мою пользу.

Когда я был маленьким, мой отец учил меня владеть холодным оружием так, словно без этого моя жизнь не имела никакого смысла. Сколько раз я оказывался пронзенным ножами, кинжалами, ранен ими, порезан – мне суток не хватит, чтобы все это перечислить. Сколько раз я оказывался на волоске от смерти, сколько раз просил отца прекратить эти пытки, спрашивал его, зачем мне все это, но он говорил, что однажды это все понадобиться. И он был прав. Мне не нужно было ружье, потому что я умело обращался с тем, что убивает ничуть не хуже. Но сейчас я достал автомат, проверил магазин и пошел в сторону небольшого зала, который служил оком для наших папаш, - управление всеми видеокамерами, которые были на заводе и лесу.

Человек шесть-семь сидели за компьютерами и что-то громко обсуждали, а двое рядом заряжали свои пистолеты, когда я вошел и выстрелил каждому из них в голову. Айтишники (как я их называл) вскочили со своих мест, кто-то закричал, падая на пол и закрывая голову, а кто-то поднял руки вверх, на что я оскалился. Интересно, они так же реагировали, когда видели, что делают все эти ублюдки или только мой вид их так напугал? Где были их страх, жалость, когда здесь кричали другие, умоляя пощадить их семьи, их детей, умоляя убить только их, но на их глазах лишали жизни всех родных? Где? Я знал каждого, кто здесь находился, знал, чем они занимаются по ночам, что делают у себя дома, о чем мечтают, чего желают, и потому рука моя не дрогнула, когда каждому из них я засадил пулю в лоб и одному в голову. Стена окрасилась в красный цвет, но мне было плевать, потому что они заслужили своей смерти, заслужили быть убитыми как трусы, как шакалы.

Я свистнул, и через пару минут здесь показался Эйден, бледный, с трудом сдерживающий себя. Он тяжело переносил насилие, мог лишь избить человека, если необходимо было защищаться, но убийство для него – табу. Он считает, что каждая душа имеет право на спасение, может найти свет и прийти к нему, а я так не считал. Если твоя душа сделана из грязи, бриллиантом она никогда не станет.

- Колдуй над своими компуктерами, а я пока постою на стреме, - он ничего не ответил, лишь только кивнул головой. – И посмотри, где там остальные и нужна ли их задницам наша помощь, а то у меня слишком много заряда осталось.

Я вышел из зала, прислушиваясь и ощущая пустоту внутри.