Часть 57.
10 мая.
Двор был полупустым, редкие фонари мигали, как будто подпрыгивали той мерзкой тишине, что повисла. Возле гаражей послышался смех, низкий, наглый, раздражающий. Валера, шедший впереди, уже насторожился. Вахит, шагал рядом, втянув голову в плечи, чувствуя, что пахнет чем-то недобрым.
И правда, картина за поворотом ударила в глаза сразу.
Илья стоял вплотную к Альбине, держал её за запястья, а потом резко наклонился и прижал свои губы к её. Она дернулась, зажмурилась, но для стороннего взгляда все выглядело однозначно.
Валера остановился на секунду, будто каменный. Сердце ухнуло в пропасть. Вахит тоже застыл, не веря, но молча.
А затем, Валера сорвался, словно зверь, срывающийся с цепи. Одним рывком оказался возле, с такой силой сжал кулак, что костяшки побелели, и врезал ему прямо в челюсть.
Илья только засмеялся, хрипло, нагло, словно ждал только этого.
Но Валера не дал ему опомниться. Второй удар. Третий. Глухие, страшные звуки раздавались эхом по пустому двору.
Альбина закричала, вырываясь из оцепенения.
— ВАЛЕРА! СТОЙ! — кричала она.
Она рванулась к ним, хватала его за плечо, тянула назад, но он был как зверь. В глазах ярость и предательство. Вены вздулись на шее, дыхание срывалось. Он бил его так, будто хотел стереть его с лица земли.
— ВАЛЕРА! — истошно кричала она. — ПОЖАЛУЙСТА, ВАЛЕРА! ОСТАНОВИСЬ!
Но он не слышал. Он ударил ещё раз, и ещё. Кровь брызнула, Сутулый завалился набок, но ухмылка мерзкая осталась на лице, будто он этого хотел.
Валера резко оттолкнул его, повернулся к Альбине. Та смотрела то на избитого Илью, то на Валеру. На лице неописуемый шок, на глазах слёзы. Рот разинула, словно только что увидела самую страшную картину. Руки дрожат, а голос срывается, не в силах даже объясниться.
— Поверь мне... — прошептала она. — Я не...
Но Валера уже не видел ничего. Для него картинка была простой. Этого хватило.
Валера: Шалава, — выплюнул он с такой ненавистью, что у Альбины внутри всё рухнуло. — Такая же, как все.
Она будто окаменела. Слезы душили, но она не могла вымолвить ни слова.
— Валера, нет... — только и смогла прошептать, подаваясь к нему.
Он резко отстранился, глаза горели бешенством и болью.
Валера: Пошла ты, — прошипел он и рванул прочь, даже не оборачиваясь.
Альбина рухнула на асфальт прямо там, где стояла. Рыдала навзрыд, хватая воздух ртом, будто задыхалась. Сердце разрывалось от боли, от того, что он даже не попытался услышать её.
Вахит медленно подошел ближе. Остановился в паре метров, глядя на неё сверху вниз. Лицо у него было тяжелое, мрачное. Он видел: она не врет. Он знал это. Но слов не находил. Лишь один короткий взгляд, полный жалости, и тишина.
Вахит повернулся и пошел за Валерой, оставив ее в темноте.
Альбина сидела на холодном асфальте, дрожа, прижимая ладони к лицу. Она понимала. Всё рухнуло в один миг.
***
Ровно за пятнадцать минут.
Альбина сама не поняла, зачем согласилась. Илья уже несколько дней караулил её, подлавливал после работы, будто нарочно выводил её из себя. Она старалась игнорировать, отвечала холодно, но в тот вечер он как будто специально оказался рядом, когда ей надо было домой.
Валере рассказывать она передумала о его попытках, ведь последняя ситуация с их дракой пугала её. Она не хотела, что бы все повторилось.
Илья: Давай провожу, — с ухмылкой предложил он, оперевшись на стену магазина.
— Не надо, — буркнула Альбина, шагнув в сторону и засовывая ключи магазина в карман.
Илья: Да не боись, я ж не кусаюсь, но если хочешь, могу, — ухмылка стала шире.
Она резко обернулась. Наконец, её вежливость пропала.
— Ты всегда такой мерзкий?
Илья: Только рядом с тобой, — он будто нарочно сказал это тихо, нагло глядя в глаза.
Ее передернуло. Ноги сами повели прочь, но тот упорно шел рядом, словно никуда не спешил.
— Отстань, — процедила она.
Илья: Ну ладно тебе. Всего лишь разговор, чего ты как ежиха колючая?
Шли по узкой улице, где фонари горели тускло, а людей почти не было. Альбина ускорила шаг, но он догнал.
Илья: Ты чё, прям серьезно думаешь, что я на тебя зуб точу? — он говорил быстро, почти смеясь. — Да мне вообще плевать, просто захотел поболтать.
— Поболтал, и всё, иди.
Илья: Не, не все. Ты ж сама понимаешь, какой у тебя пацан, — он многозначительно скривил улыбку.
— Что ты несешь? — она остановилась.
Илья: А то, что твой Валера, такой же, как все. И ты ещё удивишься.
— Заткнись! — сорвалась она, сама не ожидая, что так закричит.
Он чуть вскинул руки, делая вид, что сдается.
Илья: Ладно, ладно. Но не бесись так. Я ж не враг.
Она развернулась и пошла дальше, решив, что все, разговор окончен. Но он не отставал. В какой-то момент, когда они свернули в двор, он резко схватил её за руку и остановил.
Илья: Погоди, — голос его уже не был шутливым. — Ты правда думаешь, что я просто так бегаю за тобой?
Она дернулась, пытаясь вырваться.
— Пусти, с ума сошел? Знаешь, что с тобой Валера сделает? — голос дрожал, но в нем была уверенность.
Его бесило то, что эта девка настолько уверена в своем парне. Бесило, что этот парень, не он.
Илья: Да ну? Проверим? — он потянул её к себе ближе, резко, грубо.
Она почувствовала его запах, алкоголь, сигареты. Оттолкнула ладонями, но он схватил крепче.
— Отвали! — почти выкрикнула она.
Он вдруг наклонился и, не дав ей даже моргнуть, прижал свои губы к её. Сильный, резкий поцелуй, не спросил, не дал шанса отвернуться. Она задыхалась, упиралась, но хватка железная.
— Твою мать! — сорвалось у неё когда он все же оттолкнула его, но было поздно.
***
На базе царил гробовой перегар. Воздух стоял тяжелый, прокуренный, с запахом тяжелого пива и перегара. Валера сидел на диване, закинув голову назад, глаза красные, скулы сжаты. Он нервно стучал пальцами по бутылке, а потом вдруг резко рванул её ко рту, будто хотел задавить все внутри спиртом. Выпил залпом половину и хрипло рассмеялся. Смех был невеселый, надрывный, будто откуда-то из самых кишок, так что пацанам стало не по себе.
Валера: Чё, блядь, смотрите? — он со злостью стукнул бутылкой об стол, стекло звякнуло. — Шалава.. — он опять засмеялся, но в глазах мелькнула такая тоска, что даже Андрей отвел взгляд.
Вахит сидел напротив, курил одну за одной, не говоря ни слова. Он смотрел на него и видел не сегодняшнего жестокого, агрессивного пацана, а того Валеру трехлетней давности. Когда находил его в пьяном состоянии, где-то в снегу. Но Вахит был уверен, что даже тогда он не выглядел настолько беспомощным. Сейчас все было иначе. Сейчас — больнее. И он это видел.
Валера: Ты ж знал, да, Зима? — вдруг выдохнул он, осипшим голосом. — Ты всегда раньше всех всё чуял...Знал, что она такая же, да?
Вахит: Хватит, Турбо, — хрипло ответил тот, затягиваясь. — Не неси хуйню.
Валера: ХУЙНЮ?! — он вскочил, сбивая коленом пустую банку, которая грохнулась на пол. — Ты её видел! Своими глазами видел, как она стояла там! Она даже не оттолкнула его, нахуй! Стояла, блядь, и всё!
Он схватил бутылку и швырнул в стену. Стекло разлетелось, капли пива стекали по побелке, словно кровь. Пальто вздрогнул, но ничего не сказал. Марат тихо процедил:
Марат: Турбо, может, не так всё было..Может, ты...
Валера: Заткнись! — рыкнул кудрявый, указывая пальцем прямо ему в лицо. — Вы все за неё будете впрягаться? Да пошли вы нахуй!
Он сел обратно, лицо спрятал в ладони. И только сиплое дыхание наполняло комнату.
Пацаны переглянулись. Никто не верил, что Альбина могла так. Ну не та она девка. Но доказательств у них не было, только картинка, что въелась им в память: Илья, Альбина и поцелуй. Слишком очевидный и слишком мерзкий.
Андрей: Сутулого теперь гнать надо, — пробормотал он. — После такого с ним даже разговаривать западло.
Марат: Его уже увезли, — подняв взгляд на него, сказал младший. — всю ночь в том дворе валялся, блядь. В больничку утром забрали, очухается, нахуй пошлем.
Вахит молчал. Как и Вова. Внутри все клокотало. Они верили Альбине. Почему-то. Знали нутром: не могла она так. Но сейчас любая попытка оправдать её, это нож в сердце Валеры. А он и так дышал, как будто каждое слово давалось с болью.
***