Часть 42.
Айгуль уже успокоилась. Альбина приготовила ей горячий чай с ромашкой, укрыла пледом и они сидели, молча. Обстановка была серьезная и оба это понимали.
— Расскажи мне, — произнесла она, видя как подруга допила чай. — Расскажи, что вчера произошло, после того как тот гнида вырубил меня.
Айгуль сглотнула тягучий ком в горле, её руки дрожали, похоже, вспоминая вчерашнюю ночь. И она начала.
Колик уже навис над Айгуль, его дыхание было тяжелым, тягучим, словно он смаковал каждую её слезу. Девчонка пыталась вырываться, била руками, но он был сильнее, тяжелее, сжал её запястья так, что пальцы побелели. В глазах Айгуль застыл ужас. Она понимала, что вот оно, самое страшное, что может случиться. А рядом, в метре нее, лежала без сознания Альбина, голова безжизненно запрокинута, кровь тонкой струйкой стекала по виску и капала на пол.
Колик зло усмехнулся глядя ей в лицо.
Колик: Ща посмотрим, кто тут у нас героиня..
Он потянулся к ее воротнику, пальцы грубо дернули ткань, ещё одна..и еще одна пуговица лопнула. Айгуль вскрикнула, зажмурилась, но тут резкий грохот двери. Дверь буквально слетела с петель, ударилась о стену.
В комнату влетел мужчина, лет наверное, двадцати-двадцати пяти, с темными волосами и наголо остриженной головой. Его сразу можно было узнать по шухеру, это был Цыган. Один из этих Дом-Быта.
Его взгляд сразу наткнулся на картину: девчонка без сознания на полу, у батареи, в крови. Вторая, на диване, в слезах и разобранной рубашкой, а сверху над ней его пацан, ухмыляется.
Цыган застыл на миг, и в этот миг в его глазах загорелось что то страшное, по настоящему звериное.
Цыган: Ты чё, сучонок, делаешь?! — заорал он, так что стекло в окне дрогнуло.
Тот дёрнулся, но не успел даже встать, Цыган рванул к нему и с размаху врезал кулаком прямо в морду. Хрустнул нос, кровь брызнула на пол. Колик рухнул, застонал, но Цыган не собирался останавливаться. Он подхватил его за ворот, швырнул в стену, потом в пол, снова ударил коленом в живот.
Цыган: Ты охуел совсем?! — он орал, не щадя связки. — Ты чё, тут решил с девчонками по беспределу?! Да Желтый тебя, мразь, заживо похоронит!
Колик попытался прикрыться, но получал удар за ударом. Цыган был в ярости, настоящей, неконтролируемой.
Цыган: Я тебя сам щас, падаль, порежу! — он снова врезал, Колик закашлялся, плюнул кровью. — Это ж девки! ДЕВКИ, МРАЗЬ ТЫ ДОЛБАНАЯ!
Айгуль в этот момент уже слезла с дивана, кинулась к Альбине. Села рядом на пол, трясущимися руками пыталась привести подругу в чувства.
Айгуль: Альбин, слышишь? Пожалуйста.. — но та не открывала глаза. Кровь всё текла и текла, и от этого ее сердце сжималось сильнее.
Цыган, отдышавшись, выпрямился. Его грудь ходила ходуном, кулаки в крови, а взгляд был таким, что даже взрослый мужик шарахнулся бы. Он схватил Колика за шкирку, поднял, будто котёнка, и тряхнул так, что зубы у того лязгнули.
Цыган: Всё, пиздец тебе, ублюдок. — прошипел он, в было в этом шипении обещание..
Повернувшись к девочкам, он кивнул коротко:
Цыган: Живые? Держитесь рядом, не ссать.
И тут же снова рванул к выходу, таща за собой Колика, который уже даже не держался на ногах. По дороге ещё раз приложил его головой об дверной косяк.
Цыган: Желтый тебя лично разорвет, понял, падла? — его голос разносился по коридору, а Айгуль слышала, как тот, волоча его, плюется матом и пинает дальше, наружу.
А в комнате осталась тишина... только тяжелое дыхание Айгуль и тихие капли крови с виска Альбины, падающие на холодный пол.
Альбина слушала её внимательно, и не могла поверить в то, что их буквально спас сам Дом-Быт. Она не знала Цыгана, но уже была безумно благодарна ему, за спасение подруги.
Айгуль: А затем, пришли они... — уже намного тише произнесла она. — Ты бы видели их взгляд на мне.. Сначала, мне показалось, что мне помогут, пожалеют. Но нет... они ужаснулись меня, побоялись. — в её голове уже звучало некая ярость. — Трусы.
— Подожди.. — она облизнула губу, и нахмурилась, будто что-то вспоминала. — Значит, кроме Колика и Цыгана, никто настоящую ситуацию не знает?
Девушка кивнула.
— Тогда, какой хер наплёл им то, что ты грязная? — она встала с дивана, на котором сидела. — Тут что-то не сходится.. Не думаю, что у пацанов проверенная информация. Может, они решили всё исходя из ситуации и твоего внешнего вида?
Айгуль: Это же...полный абсурд, черт бы их побрал..
— В таком случае и про меня не сложно сказать, «грязная». — сказала она, поднимая взгляд на Айгуль. — У меня есть план.
***
ДК в тот вечер гудел, как улей. На улице тепло, а внутри душно, мигающие цветные лампы, музыка из динамиков трещит, народ толкается, ржет, а кто-то уже бухой в углу.
Альбина шла уверенной походкой. Голова высоко, подбородок острый, взгляд холодный и решительный. Рядом Айгуль, бледная, ещё не до конца оправившаяся, но Альбина держала её под руку крепко, будто оберегала от чужих рук.
Она знала, что Дом Быт точно тут: все приходят, там более дискотека субботняя. И она так же знала, что здесь должен быть Цыган. Единственный, кто мог вытащить Айгуль из ямы слухов. Единственный, кто мог подтвердить: всё, что несет Колик, враньё.
И вот, она шагнула в зал. Сначала огляделась, люди, музыка, дым в воздухе. Но через секунду её взгляд зацепился за то, что словно ударило током.
Там, в середине зала, среди танцующих, стоял Валера. Он держал за талию девицу, незнакомой, в короткой юбке и ярко-красной помадой. И держал так, будто боялся отпустить. Их лица были почти рядом. Девица улыбалась, а Валера смотрел на неё так...так, как недавно смотрел на Альбину. Точно так же.
У Альбины ноги вросли в пол.
Сердце будто остановилось, а потом ударило с такой силой, что дыхание перехватило.
Она почувствовала, как по телу прошел холод. Казалось, что весь шум вокруг стих, музыка пропала, люди растворились. Была только эта сцена: Валера и чужая девица, их медленный танец, его ладонь на её спине, его взгляд, который уже был направлен не на Альбину.
В горле пересохло.
Глаза жгло так, будто туда насыпали соли. Но она стиснула зубы.
«Нет. Черт с ним, Валерой...»
Но мысли не уходили. Перед глазами всплывал вечер, его руки, его губы. Его голос, шепчущий ей, что любит. И вот сейчас: всё перечеркнуто одним танцем.
Сердце ломалось, раскалывалось на мелкие острые куски. Боль была такая сильная, будто ножом прошлись изнутри. Альбина ненавидела себя за эту слабость. Ненавидела, что сердце предало её в самый важный момент.
Она резко отвернулась, что бы не видеть. Сжала руку Айгуль сильнее, словно хватаясь за неё, как за спасательный круг.
— Всё нормально, — процедила она сквозь зубы, хотя голос предательски дрогнул. — Пошли.
Внутри гремело:
«Забудь, Альбина. Не время! Ты должна думать об Айгуль! Ты должна вытащить её, а не раскисать из-за какого-то пацана! Пусть танцует хоть с чёртом! Пусть клянется хоть всем миром. Всё. Для меня его нет.»
Альбина подняла взгляд. Лед в глазах. Железо в голосе. Она заставила себя идти дальше сквозь толпу, сканируя зал. Где Цыган? Только он сейчас важен.
Но в этот момент...
Валера будто чувствовал, что она здесь.
Оторвался от девицы и ищет взглядом её.
И застыл.
Альбина, с Айгуль под руку, гордая, прямая, будто ничего не произошло. Валера же, с чужой, которая продолжала держать его, ничего не подозревая. И в этих нескольких секундах замерло всё.
Валера нахмурился. Его лицо изменилось: злость, удивление и ещё что-то, он не ожидал её тут.
Альбина же, чувствовала его взгляд, но сжав губы, отвернулась. Внутри всё горело огнем, обугливалось.
***