Часть 37.
Альбина ещё секунду постояла возле двери, пытаясь переварить разговор с Ильей, и мысленно пообещала себе:
«Всё, с этим типом болтать больше не буду. Что-то он мутный..»
Она глубоко выдохнула глубокий воздух, и, поправив волосы вернулась в комнату.
В комнате было шумно: кто-то что-то шумно спорил, кто-то ржал, а не телеке они уже включили футбол. Илья, будто ничего не было, протиснулся между пацанами и плюхнулся на диван. Альбина собиралась подойти к Валере, сказать, что хочет домой. Но как только увидела, как он сидит, уперевшись локтями о колени, и с таким злым лицом смотрит на экран, будто хочет его с кулака пробить, она замерла.
«М-да, сейчас к нему с новостями о «проводить» подходить — себе дороже.» мелькнуло у нее в голове.
«Ладно, пойду к Марату, он нормальный, пожалеет небось»
Подойдя к нему, она склонилось чуть ближе, но прежде чем успела что-то сказать, Марат, гадёныш, вдруг хитро ухмыльнулся, нагло оскалился, и почти крикнув на всю комнату, с самым издевательским тоном выдал:
Марат: Э, Турбо! Тут Альбина эта, к тебе приставать перестала, теперь меня уламывает! Просит, до дома провести!
Всё в комнате моментально затихло на секунду, даже, будто комментатор футбола из экрана, замолк. А Альбина стояла с глазами по пять рублей, не веря, что это только что прозвучало.
— Ты че несешь, придурок?! — едва не взорвалась она, инстинктивно сжав кулаки, готовая прямо щас вмазать этому сукиному сыну.
Валера, который до этого жёг экран взглядом, медленно повернул голову к ней. Ни слова, только тяжелый, серьезный, почти хищный взгляд, от которого внутри у неё все сжалось. Она, всё ещё сверля Марата глазами, ощущала на себе этот немой вопрос: «И что мне теперь думать?»
Валера молча встал, глухо сказал что-то короткое, почти без эмоциональное, и направился к выходу. Альбина, сдержанно выдохнув, медленно пошла следом.
Проходя мимо Марата, она бросила на него такой взгляд, что им можно было убить. Тот, однако, весело подмигнул и хмыкнул:
Марат: Не благодари, я всё правильно сделал.
Альбина в ответ обреченно закатила глаза и, не глядя больше в его сторону, вышла за Валерой.
***
Они шли молча. Валера чуть впереди, руки в карманах, шаги уверенные, спина прямая, голова высоко, будто, его вообще не касалось, что идет за ним. Ни разу не обернулся, ни словом, ни взглядом не дал понять, что замечает её присутствие. Альбина шла сзади, глядя на его спину, и почему-то от этой отстраненности внутри становилось тяжело и обидно. Он даже не попытался что-то сказать.
В какой-то момент она решилась первой.
— Я.. — начала она тихо, но, почувствовав, что он даже не думает замедлять шаг, добавила громче. — Я вообще не за этим к Марату подошла.. — она солгала, даже успев подумать, зачем, — могла бы и сама дойти до дома. Так что...можешь не провожать. — робко выдавила она, забыв, что идут они в одно же место.
Валера чуть повернул голову, но всё так же продолжал идти. Помолчал пару секунд, и глухо, без интонации бросил:
Турбо: А могла бы попросить Илью. Раз так боялась одна идти.
Эти слова ударили сильнее, чем она ожидала. Альбина резко остановилась. Пауза затянулась, и наконец она, сжав кулаки, почти выкрикнула.
— Валера, чёрт тебя побери!
Он обернулся. Лицо холодное, взгляд прямой, без единой эмоции. Только легкий прищур, будто ждал, что она скажет.
— Что с тобой?! — почти срываясь, говорила она. — Почему ты вдруг стал таким?! Почему смотришь на меня, как на... — она замялась, но всё же договорила, — как на отброса? А потом ещё смеешь ревновать и упоминать каких-то парней! Это вообще не твое дело, раз уж ты так ведешь себя со мной!
Он слушал, не перебивая. Ни один мускул на лице не дрогнул, только медленно, нарочито сделал пару шагов к ней. И вдруг, уголок его губ пополз в ту самую ухмылку, от которой у неё всегда бегали мурашки.
Турбо: Холоден? — протянул он, глядя прямо в её глаза. — Девочка, ты даже не представляешь, как я сегодня сдерживался. Чтоб не врезаться в тебя и не поцеловать прямо там. Чтоб не врезать этому сутулому Илье, когда он поплёлся за тобой.
Он сделал ещё шаг, расстояние между ними почти исчезло. Голос стал ниже, жёстче, но в нем слышался едва заметный хрип, от которого внутри всё сжалось.
Турбо: Думаешь, я просто так молчал? Я считал, сколько секунд смогу продержаться, чтоб не сорваться и не показать тебе всё, что у меня в башке.
Он смотрел на неё в упор, не моргая, ухмылка стала чуть шире.
Турбо: Так что, Альбина...если я холоден, это не потому, что мне плевать. А потому что, если я хоть чуть чуть поддамся, тебе будет очень сложно от меня отвязаться.
Она стояла, не зная что ответить. Слова застряли в горле, сердце билось так, что она боялась — он его услышит. Она непроизвольно отступила на шаг, но он тут же, как хищник, сделал шаг вперёд, сокращая дистанцию.
Турбо: И поверь, — он чуть склонил голову на бок, ухмылка стала шире, почти вызывающей, — тебе бы это понравилось.
Альбина сглотнула, чувствуя, как в груди всё переворачивается. Ей хотелось ответить, крикнуть, что он наглец, что он не имеет права...но язык не слушался. Слова застряли где-то в горле, а в ушах шумело.
Валера заметил её растерянность, и это его будто еще больше подогрело. Он медленно, без спешки отступил на шаг, но при этом не отрывал от неё взгляда, словно держал её невидимой хваткой.
Турбо: Ну что, — тихо бросил он, — пойдем? Или ты всё таки хочешь, чтоб я показал, какой я «не холодный»?
Внутри неё все кипело. Она и злилась, и смущалась...и чёрт, ей нравилось это. Именно в этот момент она поняла, он вовсе не тот, кто отстранился. Он был вулканом, который держит лаву внутри, и ей оставалось только гадать, когда он взорвётся.
Или, он уже?
***
Начало весны в Казани всегда было особенным, воздух уже не резал холодом, но в нем ещё витала та свежесть, которая щекотала легкие и будоражила кровь. С крыши тихо капала талая вода, асфальт внизу блестел темными, мокрыми пятнами, а ветер приносил с собой запах сырой земли и далекого дыма. День был странно теплым для марта, и Валера чувствовал в груди то же странное, непонятное волнение, которое всегда приносила весна, будто всё внутри готово было сорваться с цепи.
Он уже был на выходе, в легкой куртке, стоял у входной двери, облокотившись на стену. Вова позвал на базу, и Валера собирался забрать с собой Альбину, по просьбе Вовы. Но когда он собрался сказать ей об этом, та лишь мелькнула перед ним босиком, с полотенцем в руках, и юркнула в ванную.
С тех пор он стоял и ждал. Вроде бы всего пару минут, но они тянулись чертовски долго.
И вдруг дверь ванной щёлкнула, она вышла.
Альбина.
Мокрые, тёмные от воды волосы прилипали к телу, отдельные пряди лениво стекали каплями по шее, теряясь где то за тонкой лямкой майки. Майка была на тонких лямках, немного сползшая с плеча, и от этого казалось, что она держится на ней по чуду. Шорты...да это даже не шорты, а дерзкий намёк на них - такие короткие, что Валера чувствовал, как у него в груди что-то медленно и опасно сжимается.
Она шла, не спеша вытирая волосы полотенцем, и, черт возьми, даже не смотрела в его сторону. А он...он просто замер, будто его вырубило. Каждое её движение било по нему, как током: как она встряхнула волосы, как повела плечом, как ткань майки чуть натянулась при этом...
Он провел языком по губам, стиснув их, чтоб не сорвалось что-нибудь лишнее. Чёрт, да она даже не понимает, что делает. Не понимает что - вот так, в этой тряпке, это уже перебор.
Турбо: Ты... — голос у него вышел хриплым, он быстро кашлянул, но это не помогло. — Ты вообще не понимаешь, что в таком виде... — он ухмыльнулся, но в глазах его горело что-то совсем не насмешливое. — ..со мной рядом опасно стоять?
Она вскинула на него взгляд, но ничего не ответила, лишь прошло мимо, будто и не заметила его реакции.
А он следил за каждым её движением, чувствуя, как пальцы сами сжимаются в кулаки - чтоб не дай Бог, не сделать того, что так и просилось.
Альбина, почувствовав сзади взгляд, вздохнула и обернулась, смотря невозмутимо на того, кто так откровенно пялился на неё.
— Какая тебе разница? — коротко бросила она, и не подумав.
Турбо: Разница? — он шагнул к ней, та нахмурилась. — Да потому что, если ты ещё раз вот так вот выйдешь при мне.. — он скользнул вниз от её плеча, и снова встретился с её глазами, — я, может, и дверь не открою. Закрою, и...дальше сама догадывайся.
Она нахмурилась, но её щеки выдали - её кровь хлынула к лицу.
— Ты больной, Валера.
Турбо: А ты думаешь, я железный? — он ухмыльнулся, но голос стал ниже, почти глухим, — Семь дней, Альбина. Семь, мать его, дней, я хожу и делаю вид, что мне всё равно. Думаешь, легко? Легко сдерживаться и.. — он запнулся, сжал кулак, — не врезаться в тебя так, чтоб ноги отказали.
Она отвернулась, но тот быстро схватил её за локоть и повернул к себе.
Турбо: Ты играешь со мной, Альбина... и, черт возьми, ты в опасной игре. — она моргнула, и он отпустил её. — Одевайся, пойдём. А то я уже хрен знает, сколько ещё выдержу.