28 глава
Я посмотрела на брата. Выглядела я довольно жалко: растрепанные, но уже сухие волосы, красные и опухшие глаза, уставший и больной вид, прежняя радость и блеск пропал. Губа была немного разбита, а на щеках были не сильно заметные синяки.
Он включил ночник, чтобы ярко не светило и встал напротив. Выглядел он сосредоточенным и серьезным, внимательно разглядывая свою младшую сестренку. Он начал тяжело.
- Лер, я спрашиваю, ты говоришь правду. Только правду, не вздумай врать. - его зеленые глаза прожигали меня, ища ложь. Я кивнула. - Что-то еще было тогда в кафе в декабре, о чем ты не рассказала?
- Нет. - сказала я слабо, но как можно увереннее. Я посмотрела на него, поверил или нет? Я уже даже не знала, доказывать или нет. Я устала, я пыталась.
- Лера, мне нужна правда. - он сел на стул, напротив меня и устало выдохнул. - Я сейчас серьезно, от этого может зависеть все.
- Я ни в кем не спала, тем более по своей воле. Или иначе я бы не смогла сбежать. - я села на край кровати и уставилась на брата. - Валер, я очень устала, но тебе говорю правду, но твое дело, верить мне, или ДомБыту, с которым вы воюете уже какое время. - устало высказала я, следя за его реакцией. Он внимательно слушал. - Я знаю что они слово пацана все дали, но я еще раз говорю, что это ложь. Почему я вообще должна оправдываться за то, что я не делала?
Брат замолчал, обдумывая. Потом встал и прошел к окну.
- Почему же именно за последние сутки об этом всем узнали? - тихо спросил брат, скорее себя, а не меня. - Именно ты... - добавил он.
- Это... Это Тимур все. - сказала я аккуратно. Видимо пришло время все сделать рассказать.
Валера обернулся сразу и нахмурился.
- Какой еще Тимур? Кто это?
Я ему рассказала абсолютно все о наших отношениях, что касалось этой ситуации. Как познакомились, как общались, как поцеловать пытался, как потом извинился. Про слухи, про пощечину. Все.
Брат слушал внимательно, не перебивая, но я видела как он начинал злиться, как дергался его кадык, а руки сжимались в кулаки.
- Ясно блять. Хули ты раньше молчала? Сразу бы я ему сука все бы разъяснил. - брат резко встал и вспылил. Я встала следом.
- Не злись. Кто же знал? Он же потом адекватным стал... Кто же знал... - я положила руки на его плечо, успокаивая. Тяжело дыша, он усмирил свой гнев. Вдруг я подала голос. - Валер, что мне делать? - глянула я на брата с мольбой, а он на меня. Его взгляд резко стал мягче.
Валера сразу обнял меня, прижимая в груди, поглаживая по спине.
- Разберемся, Лер, я тебе слово даю. Все заебись будет. Он еще на коленях перед тобой стоять будет. Язык бляде вырву чтобы хуйню не нес.- тихо с угрозой шептал мне брат, вселяя надежду и веру. Я верила ему, я знала что он отвечает за свои слова. Знаю что защитит меня, знаю что не сдаст.
Его обьятья я помогли расслабиться, понять что я не одна, что мне верят. Что есть к кому обратиться, к кому прижаться, кому поплакать. Но плакать не хотелось уже. Я выплакала все.
- А со школой что? Знают? - аккуратно спросил Валера.
Я впала в ступор, воспоминания и боль в теле накрыли меня снова. В глазах, в ушах все снова то, что было, все те же лица и слова. Глаза наполнились слезами от обиды несправедливости и ненависти. Нет, не все выплакала.
Я хмыкнула, от чего брат, чуть отстранившись, посмотрел на меня.
- Чего плачешь? - он аккуратно вытер слезы, хмурясь. - Знают? Обидел кто? Говорили что-то? Лера, не молчи.
- Я не пойду завтра в школу... И потом тоже... - прошептала я и расплакалась. Все накрыло по новой. - Знают... Знают все. - сквозь рыдания говорила я.
Валера снова обнял меня, успокаивая.
- Чш... Лерочка, не плачь. Мы разберемся и со школой тоже. Скажи кто и чего. Надо будет - перейдешь в другую. Все будет хорошо - брат тараторил, пытаясь успокоить меня. Не получалось, я выплескивала все то, что держала в себе и не могла показать другим. А теперь могла.
Сквозь рыдания я ему опять все рассказала. Все в мельчальших деталях, начиная уже не плакать, а реветь. Реветь, кричать и сжимать футболку брата, держась за него, как за спасательный круг. Будто он один спасет, будто один поможет.
Валера снова слушал и не перебивал, но я чувствовала, как он опять напрягся. Он спокойно гладил мою спину и перебирал волосы другой рукой, пока я пыталась выплеснуть все эмоции, зажатые внутри.
Я сидела на кухне и спокойно кушала суп. Рядом с тарелкой стояла уже вторая кружа чая и булочка. От моей истерики прошло уже почти час, мы с братом все обговорили и он ушел к пацанам решать дело. Сказал разберутся. Я ему верю.
Закончив трапезу, я прибралась за собой и села на стул, глядя в окно. Что делать? Время почти восемь часов вечера, я спала весь день и ночью точно не усну.
Вдруг я вспомнила, что кто-то мне звонил. Точно.
Быстро подбежав к сумке, я достала телефон и глянула. Пять пропущенных от Миши и еще несколько сообщений. Сердце замерло. Что будет? Не знала.
Открыв чат, я начала читать.
- Лера, это пиздец. я
же говорил, что твой Свиридов
до добра не доведет.
- Ты сейчас как? Надо я приду.
- Лера, ау.
- Я узнал от Руслана все,
что было в школе. Свинцова тоже?
- Всем ебальники разобью и
этим трем клушам тоже. Свинцова
блять конченная сука.
- Все хорошо будет, Лер. Я тебе
обещаю, мы с пацанами разберемся.
- Кстати я ничего пока такого не слышал
у нас.
- Лерочка, ну ты где.
- Открой дверь, Лер.
- Позвони как сможешь.
Вот это да. Я смотрела в час и удивлялась, будто пропала, а на деле просто спала. Но в груди таялось приятное тепло от его слов поддержки. Я же знала, я так и знала. Миша со мной до конца. От счастья хотелось прыгать.
Я позвонила ему и ожидала ответа. Не брал.
- Ало? - через минуту услышала я. Родной голос.
- Миша, ну наконец-то, где чего не отвечал? - с ноткой возмущения, но с большей радостью начала я.
- Старшие тут решают... - он замялся. - По поводу тебя, я подслушивал.
- И...? - я напрягалась в ожидании.
- Пойдут разбираться. В качестве доков сказали тебя к врачу сводят, бумажку принести.
Я недовольна цокнула.
- То есть мне еще нужно что-то доказывать? Пиздец. - меня это изрядно разозлило. Какого.
- Лер. - он попытался успокоить меня, его голосом это получалось. - Ты как сейчас?
- Нормально. - я замялась. - После школы спать сразу, потом Валера пришел, мы с ним поговорили и он меня утешил. Прости что не отвечала, я спала и вообще сил не было до сумки дойти - к концу голос стал грустнее. Я знала что Миша хотел придти и утешить, что место себе не находил, а у меня просто не было желания отвечать кому-то.
- Да ладно, Лер. Главное что ты нормально, я переживу. - его голос стал бодрее.
- Точно? Миш, правда извини. - мне было стыдно.
- Лер, прекрати. Нормально все я же сказал. Главное что тебе легче. Не переживай ни о чем. Со всем справимся. Я с тобой вдвоем всегда, не забывай это. - я не видела Тилькина, но уверена он подмигнул, как делал всегда.
Его голос вселял надежду и веру на счастье, на справедливость. Я знала что еще пацаны будут скорее-всего за меня, ведь многим я дорога как подруга и вся эта ситуация касается их тоже. Но Миша - человек от которого мне нужна поддержка всегда и везде, я без него словно без рук и ног, не могу и шагу без сомнений. Поняла это я довольно давно, и с каждым разом утверждаюсь.
- Хочешь я приду, Лер? - вывел меня из раздумий его голос. Я задумалась.
- Поздно уже, меня брат не отпустит - я ответила грустно, но погулять хотелось, но сильнее было желание не получить потом по шапке.
- Давай я отпрошу пойду.
- Ну попробуй... - слегка замялась я.
- Давай, я отзвонюсь. - он положил трубку. Я принялась ждать, сев на кровать, поджав колени.
Через пять минут услышала звонок. Внутри слегка затрясло. Я подняла трубку. Миша.
- Ну? - нетерпеливо спросила я. Внутри сердце начало стучать быстрее.
- Лерочка, одевайся! - радостно сказал Тилькин. Я радостно крикнула и поцеловала трубку. Чтобы меня, брат отпустил гулять после восьми часов вечера зимой? Уму не постижимо! Причем без упрошений даже!
- Миша, я тебя обожаю! Я уже бегу! - сбросив трубку, я со всех сил побежала к шкафу. Внутри заиграло новые эмоции и чувства.
Быстро надев любимые черные джинсы и серую кофточку, я полетала в прихожую.
По лестничной клетки я бежала со всех ног, но выйдя я еще нн увидела Тилькина. Ну блин.
Вокруг тьма, тишина и пустота. Это все навевает страх, особенно после последних событий декабря.
- Так. Спокойно. Все тихо и закончено. Я сама себе придумываю. - тихо шептала я себе твердо и уверенно, успокаива.
Я стояла еще пару минут. Вроде и успокоилась, но тревожные мысли не покидали меня. После Москвы я больше ни разу не ходила никуда одна, боялась. Все равно в груди странные чувства, хоть я и на своей территории.
Как и сейчас. В голове снова те сценарии, голоса, руки. Мозг рисовал новые картины этого ужаса. Тревога возрастала.
Вдруг я увидела впереди мужчину, вернее молодого человека. Он шел в мою сторону. Я стала чаще дышать, а в ушах слышала звон. Легкая тошнота подкатывала к горлу, а в глазах стало нечетко, будто легкая пелена. Я взяла руки в карман, они начали дрожать, видимо от холода.
- Прекрати, Лер. - повторяла я себе. - Прекрати. Прекрати. Прекрати.
Он все ближе, он смотрит на меня. Я огляделась по сторонам: никого.
Не сдержавшись, я резко достала ключи и завернула в подъезд, закрывая за собой дверь. Сев на ступеньки я поджала колени и начала прырывисто дышать, но слез не было. Только обняв колени, я поняла как сильно я дрожу, и это не от холода.
В глаза темнело и снова светлело, мерцало. В ушах шум и гум и было чувство, что сейчас он зайдет в подъезд и схватит меня.
Дверь подъезда открылась, прям напротив меня. Я сразу вздрогнула и подняла взор - Миша. Он сразу подошел ко мне с улыбкой.
- О, ты че здесь жопу мерзнешь? - он сел на карточки передо мною и тут же нахмурился. - Лер, ты чего? Че с тобой? - он взял меня за плечи.
Я ничего не могла сказать, в горле ком и тошнота. Я просто смотрела на него, в его серые глаза, что сейчас пристально изучали меня, что выдавали страх за меня, что показывали любовь ко мне.
Я просто быстро обняла я, прижалась к груди. Тот же среагировал быстро - заключил в крепкие объятия и сел со мной на лестницу.
- Лер, ты чего врала что плохо все? Дрожишь жутко. - он гладил меня по спине и целовал в макушку, пытаясь успокоить. - Лерочка, успокойся, я здесь рядом, тебя больше никто не обидит. - прошептал он мне на ухо.
- Я-я... Я... Не из-за этого - голос сильно дрожал. Я отстранилась чтобы попробовать объяснить, но не могла сказать и слова.
- Лер. - из беспокоенного лица Миша перешел в серьезное. - Лера, у тебя паничка? - он взял меня за лицо, всматриваясь. - Тошнит? Голова кружится? В ушах звенит? - он говорил медленно и очень четко, на что я кивала, а в конце кивнул и он?
Прерывестое дыхание через рот, отсутствие слез, дрожь, ком в горле, тошнота, звон - Тилькин понял что это значит. Моя первая паническая атака.
- Лер, смотри мне в глаза. - я глянула, все так же дрожа. Его портрет слегла расплывался, а голос отдалялся. Но я старалась смотреть и слушать его. - Лер, вдох выдох. Глубокий и задерживай. Вот так. - Миша начал дышать со мной. Я старалась, получалось плохо, но постепенно, становилось лучше и слегла легче. - Умница, давай теперь носом так же. - я повторяла за ним, внимательно смотря на него и сжимая его куртку в своих руках. Мне так спокойнее.
- Лерочка, принцесса, молодец. - спокойно и по ласковому говорил он мне. - Теперь скажи пожалуйста что ты видишь.
- В-всмысле...? - мой голос все еще дрожал, но дышать уже получалось.
- Все, Лер. Как я выгляжу, как ты, как подъезд. Цвета, запахи, формы - все. - объяснял мне Тилькин.
Я задумалась.
- Тебя... Твои серые глаза... Твои белые пушистые волосы... Твоя черная куртка..с-с... значком этим... - я бегала взглядом по его фигуре, описывая все что видела.
- Вот. Вот так да. Еще что? - поддерживая мое описание, он поглаживал одну мою руку и тихонько спрашивал. - А на формы какие. Квадрат там, прямоугольники.
Я постепенно успокаивалась. Отвлекаясь на описание и с ровным дыханием, память почистилась, а спокойный и тихий Тилькин, поглаживавший меня еще больше утешал.
Мы сидели на лестнице. Я прижалась к его груди боком, а он гладил меня.
- Все? Хорошо? - тихо спросил он меня, заправляя прядь за ухо.
- Да-да... Спасибо большое... - прошептала я. - Прости... Я... Я просто впервые в даже не знала как и что.
- Нормально все, Лерок. Главное что ты успокоилась. - я почувствовала поцелуй на макушке. - Долго ты тут сидела?
- Минуту наверное, две. - чуть задумавшись ответила я.
- А чего у тебя началось то? Дома вроде нормально было сказала, и Турбо тебя успокоил. - он чуть приподнял мое лицо чтобы видеть. Я замолчала.
Рассказать или помолчать? Вдруг осудит? Вдруг уйдет скажет что грязная? Вдруг слухи?
А вдруг пожалеет? Вдруг поможет и не осудит? Не бросит?
Удивительно, я знаю его всю жизнь, знаю как любит меня, знаю как дорожит мной. Но каждый раз боюсь что предаст, каждый сука раз. И каждый раз все было иначе, чем я боялась.