Испорченный король

Рёв турбин вертолёта заглушал все остальные звуки, и я крепче сжала руку Доменико. Когда мы начали снижаться, Марсела, которая сидела напротив нас, рассказала, что выросла в этом особняке и о бескрайнем саде, где они с братом любили играть. Но в её голосе, несмотря на все старания говорить бодро, звучала тоска, а в глазах, когда она смотрела в иллюминатор на приближающийся дом, застыла невыносимая боль.

Я невольно представила, как тяжело ей возвращаться в место, которое когда-то было для неё домом, а теперь стало символом вражды и боли. Не удержавшись, я коснулась её руки, слегка сжав, пытаясь передать хоть частичку своей поддержки.

– Марсела, я не знаю, что у тебя случилось с семьёй, – произнесла я, глядя ей прямо в глаза. – но, если захочешь поговорить, я всегда выслушаю.

Она взглянула на меня с благодарностью, губы тронула едва заметная улыбка, но затем она резко повернулась к Доменико.

– Я не собираюсь извиняться за то, что напала на тебя и защищала своего мужа.

– Я и не ожидал этого. – спокойно ответил он.

– Но спасибо, что взял меня с собой. – голос Марселы заметно смягчился. – Я понимаю, что тебе было непросто поддержать меня, а не свою кровь. Но я очень ценю это, и возможность встретиться с братом и подругой.

Вертолёт плавно опустился на лужайку перед особняком. Доменико первым ступил на землю и, подав руку, помог нам с Марселой спуститься.

Возле нашей «птички» уже ждал другой, гораздо более крупный вертолёт, из которого вышли пятеро крепких солдат, и двое его капо, суровые мужчины в идеально сидящих костюмах. Доменико коротко отдал им распоряжения, подчеркнув, что мы прибыли для перемирия, и что наша с Марселой безопасность имеет для них первостепенное значение.

Мы направились к особняку, который одновременно поражал своей величественной красотой и внушал тревогу. Высокие стены, увитые плющом, мраморные колонны, огромные окна. Всё здесь дышало богатством и властью, но в воздухе висело напряжение, которое невозможно было не заметить. Вокруг сновали вооружённые люди. Двое из них, увидев Марселу, расплылись в приветливых улыбках и почтительно склонили головы.

– Синьора Моррети, с возвращением домой. – произнёс один из них.

– Спасибо, Марио. – улыбнулась Марсела, и я заметила вспышку облегчения в её глазах.

– Мы рады видеть вас. – добавил второй охранник. – Ваш брат и его жена встретят вас внутри.

– Я тоже рада вас видеть, Давидэ. – ответила она ему с теплом в голосе.

Однако, прежде чем мы успели пройти дальше, к нам подошёл ещё один солдат – высокий, широкоплечий, с непроницаемым, почти враждебным лицом.

– Мы должны вас осмотреть. – заявил он сухим, официальным тоном.

Марсела, с явным раздражением, вздохнула:

– Франко, это не обязательно. Мы прилетели не за дракой, и ты прекрасно это знаешь.

– Это приказ босса – проверить всех на предмет оружия. – отрезал он, не глядя на неё. Его глаза, как чёрные бусинки, излучали холодную решимость.

– Вы можете обыскать моих людей и забрать у них пистолеты. – твёрдо заявил Доменико тоном, не терпящим возражений. – Но мой останется при мне. Я отвечаю за безопасность этих женщин, и, чёрт побери, я буду безоружен.

Франко на мгновение замялся, недовольно буравя Доменико взглядом, но, в конце концов, решил не спорить. Он отошёл в сторону, что-то пробурчал себе под нос, и через пару минут вернулся, коротко кивнув.

Доменико повернулся к своим людям и приказал:

– Сдайте оружие.

Солдаты без колебаний выполнили приказ, их движения были отточенными и быстрыми. Когда все формальности были соблюдены, мы снова двинулись к дому. Пока мы шли по вымощенной камнем дорожке, Марсела тихо пояснила:

– Марио и Давидэ – братья. Их отец был когда-то капо у моего. Мы росли вместе, поэтому я хорошо их знаю. А Франко... – она презрительно фыркнула. – ...просто неудачник, который всю жизнь, сколько я его знаю, пытался пробиться по карьерной лестнице, но он слишком... – Марсела запнулась, подбирая подходящее слово. – ... недалёкий.

Доменико коротко кивнул, и мы подошли к массивным дубовым дверям, украшенным коваными ручками в виде львиных голов. Двое солдат в чёрной форме, стоявшие по обе стороны от входа, молча распахнули их перед нами. Прохладный воздух особняка, густой и тяжёлый, окутал нас, контрастируя с теплом закатного солнца, ещё не полностью скрывшегося за горизонтом.

В просторном, высоком холле, царила полутьма, разгоняемая лишь неярким светом хрустальной люстры, свисавшей с потолка. Воздух был наполнен ароматом старинного дерева и чего-то ещё, неуловимого, но тревожного. Напряжение, которое висело в воздухе снаружи, здесь, внутри особняка, стало почти осязаемым.

Я чувствовала себя не в своей тарелке, как заблудившийся путник в чужом, враждебном мире, где каждый шаг мог стать роковым. Сердце билось где-то в горле, а ладони покрылись холодным потом. Я старалась казаться спокойной и уверенной, но не могла избавиться от ощущения, что нас постоянно оценивают, что за нами следят, взвешивая каждое наше движение. Лишь крепкая, тёплая рука Доменико, которую я не выпускала из своей, давала мне хоть какое-то ощущение безопасности.

В глубине холла, на верху широкой мраморной лестницы, я разглядела две фигуры. Мужчина в идеально скроенном красном костюме, подчёркивающем его широкие плечи и узкую талию, и молодая женщина в роскошном бордовом платье, идеально облегавшем её стройную фигуру. Они выглядели как королевская пара, сошедшая со страниц глянцевого журнала, но в напряжённых линиях их тел, чувствовалось, что между ними что-то не так. Мужчина, сжав челюсти, пристально смотрел куда-то поверх неё, а она нервно теребила тонкую золотую цепочку на шее.

– А вот и мой брат со своей женой, Серафиной. – тихо, с едва уловимой ноткой горечи в голосе, произнесла Марсела.

И как будто по сигналу, пара тут же повернулась в нашу сторону. На лице Серафины мелькнула натянутая улыбка, в которой я уловила скорее попытку скрыть тревогу, чем искреннюю радость. А Микеле лишь сильнее стиснул челюсти, его взгляд был холодным и непроницаемым. Да и Доменико тоже напрягся, его тело стало твёрдым, как сталь, готовым к схватке.

Вот вам и перемирие.

Этот вечер был переломным для обоих кланов, от него зависело их будущее, которое, я отчаянно надеялась, будет мирным. Всё это разительно отличалось от того, как дела у русских. Насколько я слышала об Олеге, он бы никогда не пошёл на такие переговоры, на компромисс. Смирнов старший сражался бы до последнего, пытаясь доказать своё превосходство, даже ценой жизней собственных людей.

Но эти двое – Доменико и Микеле – были гораздо умнее и дальновиднее своего «коллеги». Они были готовы сложить оружие, заключить перемирие ради будущего и благополучия своих людей. И, честно говоря, это не могло не вызывать уважения. Поэтому я должна была стать для Доменико опорой, поддержкой, как он всегда был для меня.

Я мягко сжала его ладонь, призывая его взглянуть на меня. Когда его голубые глаза встретились с моими, я прошептала, вкладывая в слова всю силу своей любви и веры в него:

– Доменико, ты справишься. Все твои усилия, весь пережитый стресс, вся эта нелёгкая борьба за перемирие окупятся сегодня, когда вы положите конец этой войне. После этого наступит мир, где не будет места кровопролитию между вашими семьями. То, что ты делаешь, – это поступок сильного, мудрого человека. Не каждый босс мафии способен на такое. Многие посчитали бы это слабостью. Но твои люди, даже те, кто сейчас не согласен с тобой, однажды поймут и поддержат твой выбор.

Доменико крепко сжал мою руку в ответ, его взгляд потеплел, напряжение, сковывавшее его, немного отступило. Его губы тронула едва заметная улыбка, и он произнёс:

– Спасибо, Biancaneve.

В его глазах я увидела не только благодарность, но и нечто большее... словно мои слова вдохнули в него новую жизнь и дали ему силы. И это наполнило меня гордостью. Я знала, что Доменико сильный, решительный, но в этот момент я увидела в нём ещё и мужество, способность идти против течения, принимать сложные решения.

Мы подошли к подножию лестницы, и Марсела, сделав глубокий, чуть дрожащий вдох, обратилась к Микеле.

– Брат. – произнесла она, её голос дрогнул, но она тут же взяла себя в руки. – Давно не виделись, но я очень рада, наконец, встретится с тобой.

Микеле медленно спустился по нескольким ступеням, его взгляд был цепко прикован к Марселе. Серафина последовала за ним, её лицо было бледными, а тонкие пальцы нервно сжимали небольшой клатч.

– Сестра. – ответил Микеле, его голос был странно хриплым, словно каждое слово давалось ему с трудом. – Да, прошло много времени... как будто целая жизнь.

– Слишком много. – тихо согласилась Марсела, её голос был наполнен невысказанной болью. – Мы можем поговорить? Наедине. Хотя бы пару минут.

– Не уверен, что сейчас подходящее время для задушевных бесед. – резко ответил он, и его взгляд переместился на Доменико. – Думаю, пора начинать. Все уже собрались, ждут только нас.

В этот момент атмосфера в холле стала ещё более напряжённой. Воздух как будто затрещал от взаимного недоверия.

– Как скажет, хозяин дома. – спокойно ответил Доменико, ничем не выдав своего внутреннего напряжения. Его голос был ровным, будто говорил о погоде, а не о судьбах двух враждующих кланов.

Он перевёл взгляд на жену Микеле, и на его губах появилась лёгкая, но от этого не менее очаровательная улыбка.

– Серафина, благодарю вас за организацию сегодняшнего вечера. Всё выглядит просто великолепно, а вы, как всегда, безупречны.

Девушка слабо кивнула, её взгляд на мгновение задержался на муже, прежде чем она ответила Доменико:

– Спасибо, синьор Моррети. Мне было в удовольствие устроить этот... важный для всех нас вечер. Проходите, пожалуйста, в гостиную. А мы с Марселой и... синьориной Анастасией, пройдём в другую комнату, чтобы не мешать вам обсуждать... дела.

– Благодарю. – кивнул Доменико, его взгляд на мгновение задержался на мне, а в его голубых глазах промелькнули нежные искорки.

Я улыбнулась ему в ответ, и, поднявшись на носочки, коснулась его щеки лёгким поцелуем, прошептав ему на ухо, чтобы никто, кроме него, не услышал:

– Если сегодня всё пройдёт хорошо, я позволю тебе взять надо мной полный контроль... и трахать меня до тех пор, пока я не смогу даже пошевелиться.

На долю секунды его глаза вспыхнули, в них промелькнуло пламя желания, а губы дрогнули в едва заметной улыбке, но тут же он взял себя в руки, и его лицо вновь стало непроницаемым.

– Тебе лучше запомнить своё обещание, Анастасия. – прошептал он мне в ответ, его голос был хриплым от едва сдерживаемого желания. – Потому что теперь у меня есть чертовски хорошая мотивация, чтобы убраться отсюда как можно быстрее. И вернуться к тебе.

Доменико, бросив на меня многозначительный взгляд, развернулся и, вместе с Микеле, стремительно направился в гостиную. В его походке, в каждом его движении, чувствовалась скрытая сила, и я, как заворожённая, наблюдала за ним.

Что ж, эта ночь обещает быть жаркой.

Но внезапно позади нас донеслись приглушённые голоса, и мы все обернулись. В холл вошла ещё одна пара – крупный, широкоплечий мужчина с тёмными, аккуратно уложенными волосами и модной стрижкой, в сопровождении изящной девушки в шикарном серо-розовом платье, расшитом блёстками, которое переливалось и искрилось при каждом её движении. У девушки были короткие, пшеничного цвета волосы, обрамлявшие её милое, немного детское личико. Мужчина обнимал её за талию, прижимая к себе, и что-то тихо говорил ей на ухо, а девушка, улыбаясь, кивнула в ответ.

– Что, чёрт возьми, здесь происходит? – удивлённо воскликнула Марсела.

Парочка обратила на нас своё внимание, и в тот же миг девушка радостно вскрикнула и бросилась к Марселе, которая тут же заключила её в крепкие объятия.

– Джу! Боже, как я по тебе скучала!

– А я по тебе, Марси! – смеясь, ответила девушка. На безымянном пальце её левой руки я заметила изящное кольцо с крупным бриллиантом.

Когда первые бурные эмоции улеглись, и девушки, наконец, расцепились, Марсела, обращаясь ко мне, представила меня своей подруге Джулии и её спутника – Рафаэля, лучшего друга Микеле и его правую руку. Рафаэль вежливо кивнул мне, извинился и быстро удалился в гостиную, к остальным.

Когда дверь за ним закрылась, Марсела, нахмурив брови, бросила на Серафину испытующий взгляд, и тихо, но с явной ноткой обвинения, произнесла:

– Ты не говорила мне, что Джу выходит замуж!

– Марси, пожалуйста, не сейчас. – устало вздохнула Джулия, её лицо омрачилось. – Мне нужно выпить, перед тем как рассказывать тебе всё, что произошло после того, как тебе похитили.

– Девушки, пойдёмте в малую гостиную. – предложила Серафина. – Там нам никто не помешает.

И, не дожидаясь ответа, повела нас в комнату, расположенную в противоположном конце особняка.