Глава 101
На какое-то время вокруг воцарилась тишина, все смотрели на Сюэ Яня, но никто не произносил ни слова.
Шэнь Люфэн тоже был напуган его видом и остолбенел, не сказав ни слова. Сюэ Янь, очевидно, просто молча наблюдал за ним, но ему казалось, будто бешеный зверь яростно бьётся о железную клетку, в которой он был заключён. Словно не зная боли, он бился до тех пор, пока тело не превратилось в кровавое месиво, а железные цепи не зазвенели от ударов. Казалось, что он вот-вот вырвется из клетки, набросится на него и перекусит ему горло.
Сюэ Янь смотрел на них, поджав губы и ничего не говоря. Затем он резко повернулся и широкими шагами вышел прочь.
Префект Шэнь был ошеломлен, но сразу понял намерение Сюэ Яня.
— Быстро, быстро остановите принца! — поспешно крикнул он стоявшим по бокам чиновникам.
Теперь, когда заболел такой знатный и драгоценный наследник, как Цзюнь Хуайлан, ситуация и без того стала крайне серьёзной. Если же заразится ещё и принц Гуанлин, то даже сотни их голов будет недостаточно, чтобы умилостивить императора.
Чиновники поспешно бросились вдогонку. Но стоило Сюэ Яню выйти за дверь, он сразу же вскочил на коня, совершенно не обращая внимания на то, насколько трудно проехать по этому изящному саду Цзяннаня, где каждый шаг – новая картина. Взмахнув хлыстом, он помчался вперёд и в тот же миг исчез из виду.
Всем оставалось лишь гнаться за ним до самых ворот двора Цзюнь Хуайлана. Но когда они прибыли, перед двором уже стояла Парчовая гвардия. Стоило им только попытаться войти, как у них перед грудью сразу оказались блестящие мечи сюйчунь-дао.
— Принц приказал никого не впускать внутрь, — без выражения сказал один из солдат Парчовой гвардии. — Прошу вас вернуться.
Естественно, чиновники не осмелились прорваться под клинками Парчовой гвардии, поэтому, услышав это, были вынуждены остановиться, безнадёжно приподнимаясь на цыпочки, чтобы заглянуть во двор. Но во там было тихо, лишь шелестел бамбук и журчала вода. Там в этой тишине стояла резиденция Цзюнь Хуайлана.
Двор был пуст, не было ни одного человека.
——
Цзюнь Хуайлан чувствовал, что из-за болезни у него начались галлюцинации.
Хотя он ежедневно принимал жаропонижающие, чтобы поддерживать себя в форме, его состояние становилось всё хуже с каждым днём. Сегодня утром он с трудом выпил лекарство и съел несколько кусочков еды, а затем, собрав все силы, выслушал доклад прибывших чиновников. С трудом прояснив мысли, он дал им несколько указаний по поддержанию порядка в городе, после чего погрузился в глубокий сон.
Так продолжалось со второго дня. Каждый день он лишь с усилием мог пить лекарство, съедать всего несколько кусочков еды и, выполнив самые важные дела, проваливался в сон на весь день.
В этот раз, с трудом допив лекарство, он лёг в постель и снова начал засыпать. Но в этот момент он услышал шаги.
Цзюнь Хуайлан с большим усилием открыл глаза. Кто мог прийти к нему в это время? Неужели случилось что-то важное? Он украдкой ущипнул себя, чтобы проснуться, поднял руку, ухватился за полог кровати и попытался сесть.
Однако шаги за ширмой не прекратились. Не останавливаясь, этот человек обошёл ширму широкими шагами и прямо вошёл в комнату.
Цзюнь Хуайлан нахмурился, закашлялся и осипшим голосом сказал:
— Разве я не говорил, не входить? Почему вы всё ещё пропускаете мои слова мимо ушей…
Но на этот раз, прежде чем он успел договорить, его внезапно заключили в крепкие объятия. Этот человек одним рывком прижал его к себе, почти полностью подняв с кровати.
Только сейчас Цзюнь Хуайлан осознал насколько горячим было его собственное тело. Этот человек прижал его за затылок, заставив лицом уткнуться в свою шею. Цзюнь Хуайлан почувствовал, как его лоб и щёки коснулись холодной кожи, словно раскалённое железо внезапно погрузили в воду.
— Кого ты все еще думаешь защитить? — этот человек стиснул зубы, его голос был страшно хриплым, каждое слово будто выдавливалось через зубы. — Если с тобой хоть что-нибудь случится, никто из них не выживет. Запомни это, Цзюнь Хуайлан.
Цзюнь Хуайлан ясно услышал голос Сюэ Яня. В одно мгновение вся сила воли и здравый смысл, которые он с трудом удерживал последние несколько дней, почти мгновенно рухнули. Больные люди от природы более чувствительны, у него защипало в носу, и слёзы готовы были выступить на глазах. Он боялся увидеть его, но ничего не мог поделать и в этом хаосе эмоций невольно думал о нём. И вот этот человек появился здесь.
Цзюнь Хуайлан на мгновение не смог сдержать себя и поднял руку, желая обнять его. Однако, когда его ладонь коснулась холодной, влажной от росы ткани на плече Сюэ Яня, он внезапно пришел в себя. Объятие превратилось в отчаянную попытку оттолкнуть его.
— Что ты здесь делаешь! — Цзюнь Хуайлан, отпихивая его, закашлялся и хрипло произнёс, — Эта болезнь заразна!
— Думаешь, лаоцзы* боится этого? — сквозь стиснутые зубы сказал Сюэ Янь.
[*老子 — здесь разговорное, дерзкое «я», не буквально «старик», а самоназвание типа «я» с наглостью и вызовом.]
Цзюнь Хуайлан уже был болен, поэтому в его руках не было особой силы. Сюэ Янь тоже нисколько не церемонился с ним и за несколько секунд подавил сопротивление, крепко прижав его руки к себе, лишив возможности двигаться.
Глаза Цзюнь Хуайлана покраснели.
— …Отойди от меня, — хрипло проговорил он, чувствуя, как в горле образовался ком.
Болея уже несколько дней подряд, даже в своём затуманенном состоянии он ясно понимал, что излечение болезни во многом зависит от воли небес. Все, что он мог сделать, это изо всех сил помогать Цзиньлину сдерживать распространение заразы, чтобы как можно меньше людей заразились. Что касается того, можно ли вылечить болезнь и сможет ли он выжить... Цзюнь Хуайлан уже был к этому готов.
В прошлой жизни из всех его самых близких в конце концов остался только он один. Так что теперь, если бы он мог действительно использовать свою жизнь в обмен на безопасность всей своей семьи, это стоило бы того. Однако одно дело быть готовым самому, а вот совсем другое... встретиться лицом к лицу с Сюэ Янем
Глаза Сюэ Яня тоже покраснели, но он совсем его не слушал.
— Это исключено, — яростно произнес он, крепко обнимая Цзюнь Хуайлана, отчётливо выговаривая каждое слово.
— Перестань дурачиться... — Цзюнь Хуайлан несколько раз попытался вырваться из его объятий, но так и не смог пошевелиться. Он был так встревожен, что на глаза навернулись слезы, готовые вот-вот политься, — Я уже болен, неужели ты хочешь умереть вместе со мной?
В глазах Сюэ Яня возник красноватый отблеск.
Цзюнь Хуайлан осознал свою ошибку лишь после того, как слова сорвались с его губ. Но тут всё вокруг закружилось, и Сюэ Янь крепко обнял его и с силой прижал к кровати. В следующее мгновение поцелуй, полный страсти и безумных эмоций, обрушился на губы Цзюнь Хуайлана.
Цзюнь Хуайлан изо всех сил пытался увернуться, но Сюэ Янь упрямо не давал ему уйти. Он неуклюже, но яростно сплетал губы и язык, заставляя их дыхание тесно переплетаться, стирая все границы между ними.
Постепенно Цзюнь Хуайлан стал задыхаться и утратил силы. Его глаза были затуманены, и он смог лишь встретиться взглядом с Сюэ Янем, смотревшим на него. Эти янтарные глаза были также затуманены, в них читались некоторая доля упрямства и готовность смотреть смерти в лицо.
Цзюнь Хуайлан всё понял.
Сюэ Янь явно боялся, что с ним что-то может случиться, но он все равно был упрям и хотел рискнуть своей жизнью, связывая её с его.
Слезы покатились из уголков глаз Цзюнь Хуайлана.
Лишь спустя долгое время Сюэ Янь, тяжело дыша, наконец остановился, но всё ещё прижимаясь к его губам, прошептал предупреждение.
— Чтобы я больше никогда не слышал этого слова из твоих уст, — сказал он. — Просто подожди, пока я тебя спасу.
Цзюнь Хуайлан посмотрел на него и спросил сдавленным голосом:
— Сюэ Янь, ты не боишься смерти?
Сюэ Янь сильно прикусил его губу.
— Лаоцзы ничего не боится, — сказал он.
Цзюнь Хуайлан слегка шмыгнул носом.
Он подумал про себя: зачем он спорит сам с собой.
Он упрямо цеплялся за книгу, которую видел в прошлой жизни, отчаянно пытаясь сдерживать себя, чтобы не отвечать на чувства Сюэ Яня. Но именно он пережил предыдущую жизнь, и именно он невольно влюбился в Сюэ Яня в этой жизни.
Так в чем же вина Сюэ Яня в этой жизни?
Он подумал про себя: даже если придётся пойти против своей совести, а после смерти спуститься на восемнадцать уровней ада, где небеса сами назначат ему наказание.
Он все выдержит.
Цзюнь Хуайлан посмотрел на Сюэ Яня, и по его щекам снова потекли слезы.
— Я тоже не боюсь, — он поднял руку и положил её на щеку Сюэ Яня.
Сюэ Янь на мгновение остолбенел, а затем сразу понял, что он имел в виду. Железные цепи, сковывавшие свирепого зверя, с треском оборвались, и больше ничто не могло остановить бушующие чувства, таившиеся глубоко в сердце принца.
Сюэ Янь пристально посмотрел на него, а затем наклонилась, чтобы снова поцеловать его, но на этот раз его остановила рука Цзюнь Хуайлана.
— Если в этот раз всё обойдётся, мы будем вместе, Сюэ Янь, — он приложил руку к губам Сюэ Яня. — Хорошо?
Сюэ Янь только смотрел на него, не в состоянии ответить. Но Цзюнь Хуайлан уже давно видел ответ.
— Но сейчас ты должен уйти, — сказал он. — Иначе я заберу свои слова назад.
——
Сюэ Янь действовал быстро.
До полудня того же дня он уже разместил всех врачей, прибывших из Чанъаня, и велел доставить двух больных, чтобы те могли изучить течение болезни и найти противоядие.
Так как император Цинпин узнал, что в Цзяннани свирепствует эпидемия, он, опасаясь, что с его самым любимым принцем может что-нибудь случится, приказал собрать почти всех императорских и знаменитых врачей из Чанъаня и вместе с большими повозками лекарственных трав отправил их в Цзиньлин.
Сразу же после этого Сюэ Янь вскочил на коня и помчался к резиденции префекта Шэнь.
Когда префект Шэнь увидел его, прежде чем он успел что-либо сказать, Сюэ Янь спросил:
— Где Шэнь Люфэн? Пусть выйдет.
Префект Шэнь не посмел ослушаться и быстро послал слуг позвать Шэнь Люфэна.
— Чудо-доктор, о котором ты говорил тогда, все еще в Янчжоу? — спросил Сюэ Янь.
Шэнь Люфэн, которого префект Шэнь запер дома, поспешно кивнул, услышав его вопрос.
Сюэ Янь взглянул на него.
— Иди подготовь лошадь, возьми самую быструю из тех, что есть в вашем доме, — сказал он, — Я буду искать его вместе с тобой.
Шэнь Люфэн остолбенел, а затем с радостью посмотрел на префекта Шэнь.
На этот раз префект Шэнь не посмел остановить его.
Шэнь Люфэн поспешно пошёл запрягать лошадь. Сюэ Янь взглянул на префекта Шэнь, который выглядел так, будто хотел что-то сказать, но не решался, и спокойно произнёс:
— Не беспокойся. Я верну тебе этого человека таким, каким увёз.
Префект Шэнь знал, что Сюэ Янь всегда держит свое слово.
Не прошло и четверти часа, как Шэнь Люфэн прибежал, ведя за собой лошадь.
Сюэ Янь больше ничего не сказал префекту Шэнь, развернулся и повёл Шэнь Люфэна с собой.
Они собирались отправиться в горы на поиски человека, поэтому путешествовали налегке, не взяв с собой лишних слуг.
Шэнь Люфэн, следуя за Сюэ Янем и глядя на его спину, вдруг почувствовал прилив восхищения в своем сердце.
Хотя принц Гуанлин был холодным, немногословным и довольно грубым, на деле он оказался самым верным и благородным человеком. В прошлый раз, когда на горе произошёл оползень, именно он спас Цзюнь Хуайлана, а теперь, когда тот снова попал в беду и оказался в безвыходной ситуации, именно принц Гуанлин пришёл ему на помощь.
В глубине души Шэнь Люфэн уже давно считал принца Гуанлина родным братом.
Думая об этом, он сделал несколько шагов вперед, поднял руку, собираясь положить её на плечо принца Гуанлина, желая сказать ему несколько слов благодарности.
Однако Сюэ Янь, словно у него были глаза на затылке, в тот момент, когда Шэнь Люфэн уже почти собирался повиснуть на нём, поднял руку и ткнул его пальцем в плечо, заставив отступить на несколько шагов. Затем Сюэ Янь остановился, повернул голову и равнодушно взглянул на него.
— Держись от меня подальше, не подходи ко мне ближе чем на пять чи*, — сказал он.
[*Чи – традиционная китайская мера длины, около 30 см.]
Как раз в тот момент, когда на лице Шэнь Люфэна отразилось изумление, Сюэ Янь развернулся и пошёл дальше.
— Лаоцзы имел тесный контакт с больным. Это очень опасно.
——
Автору есть что сказать:
«очень♂ тесный♂ контакт♂»