Глава 51
Сюэ Янь не ожидал, что Цзиньбао не только выполнит свою миссию, но и преподнесёт ему большой сюрприз.
Когда Сюэ Янь вошел в зал Юнлэ, он увидел толпу слуг, стоявших на коленях на полу.
Изначально предполагалось, что Цзиньбао будет нести коробку с едой в одиночку и наблюдать за местом встречи И Цзэюй и Линтай Лана, согласно приказу Сюэ Яня. Но ему было холодно и скучно, поэтому рано утром, когда он увидел группу евнухов и служанок, проходивших мимо, он подошел поболтать с ними.
Так случилось, что группа направлялась в зал Юнлэ, чтобы доставить завтрак императору Цинпину. Одной из служанок была пожилая горничная, которая обслуживала непосредственно императора Цинпина. Цзиньбао немного поболтал с ней и уже собирался попрощаться с ними, когда они случайно увидели И Цзэюй и Линтай Лана, встречающихся в лесу за буддийским храмом.
Сюэ Янь выбрал место, откуда Цзиньбао мог видеть И Цзэюй и Линтай Лана, но они не могли видеть его со своей стороны. Это место также было уединенным. Если бы император Цинпин не остался сегодня в зале Юнлэ, группа слуг не прошла бы мимо храма. Итак, двое заговорщиков ослабили бдительность и не заметили, что за ними кто-то наблюдает. И Цзэюй горько плакала, и Линтай Лан заключил ее в свои объятия, чтобы утешить. Это было засвидетельствовано всеми.
Цзиньбао не нужно было ничего говорить, пожилая горничная немедленно взяла инициативу в свои руки и крикнула императорской гвардии, чтобы они арестовали двух заговорщиков на месте. После того, как их сопроводили обратно в зал Юнлэ, пожилая горничная немедленно доложила обо всем, что она видела и слышала, императору Цинпину.
Когда Сюэ Янь вошел, зал был заполнен коленопреклоненными людьми. Император Цинпин только что вышел из себя и разбил чашку с обжигающим чаем прямо на И Цзэюй.
— Ты встречаешься с ним наедине у всех за спиной? Какие постыдные вещи ты хочешь сказать наедине?
Линтай Лан стоял на коленях рядом с ней. Он рефлекторно наклонился и заслонил чашку с обжигающим чаем для И Цзэюй.
Как пара верных уток-мандаринок*, разлученных судьбой.
[*говорят, что утки-мандаринки выбирают пару на всю жизнь, они олицетворяют верных любовников и семейное счастье.]
Это был первый раз, когда Сюэ Янь увидел человека, который определил его судьбу и беспокоил его с самого рождения.
Линтай Лан склонил голову и ничего не сказал. У него были прекрасные черты лица и вид бессмертного. Закрыв собой горячий чай, он остался стоять на коленях и посмотрел на И Цзэюй. Даже на расстоянии Сюэ Янь мог видеть глубокую привязанность в его глазах.
Он презрительно усмехнулся. Этот глупый влюбленный взгляд – неужели Линтай Лан боялся, что смерть придет за ним недостаточно быстро? Он был таким нежным, что Сюэ Яня затошнило.
Инстинктивное поведение Линтай Лана немедленно подтвердило отношения между ними двумя. Они почти достали зеленую шляпу и надели ее прямо на голову императора Цинпина*. Император Цинпин был так зол, что у него тряслись руки. Он долго молча смотрел на них.
[*Носить зеленую шляпу 戴绿帽子 - эвфемизм для наставления рога / ваш партнер изменил вам по-китайски.]
И Цзэюй сидела на полу и плакала от отчаяния. Она оттолкнула Линтай Лана и подползла, чтобы коснуться ног императора Цинпина.
— Ваше Величество, с этой наложницей поступили несправедливо! Это все потому, что развратник заставил меня, эта наложница не хотела ...
— Ты лжешь! — прежде чем она успела договорить, пожилая горничная, стоявшая рядом с императором Цинпином, сердито прервала ее. Эта няня служила императору Цинпину с детства. Обычно она отвечала за питание и повседневную жизнь императора. Во дворце Юнхэ, помимо Лин Фу, она была главной.
После того, как она заговорила, она вышла без малейшего смирения или высокомерия, опустилась на колени перед императором Цинпином и сказала:
— Ваше Величество, эта старая служанка все видела. Очевидно, именно она взяла на себя инициативу встретиться с Линтай Ланом. Эти двое влюблены, она даже бросилась прямо в объятия Линтай Лана! Это видела не только эта старая служанка, все присутствующие слуги. Слуга пятого принца, Цзиньбао, тоже ясно это видел!
Цзиньбао стоял в стороне, дрожа от страха при виде этого зрелища. Внезапно его окликнули, и он быстро закивал.
Эта служанка императора действительно впечатляет, она даже осмеливается кричать в присутствии императора! Ему повезло, что он остановился и поболтал с этой няней. Он не ожидал, что пожилая леди, которая выглядела такой дружелюбной, окажется такой могущественной!
Император Цинпин был так зол, что дрожал всем телом.
— Есть еще какие-нибудь оправдания? — сердито спросил он. — Когда начался роман между вами двумя? Признавайся, сейчас же!
И Цзэюй просто покачала головой и заплакала, говоря, что это не так. Рядом с ней Линтай Лан не сказал ни слова. Он просто выглядел так, как будто его устраивало любое наказание, которое его постигнет.
И Цзэюй на самом деле ничего не делала. Она просто одурачила его и воспользовалась им. Этот глупый даосский священник был чрезвычайно увлечен, и пока она притворялась, что испытывает какие-то чувства товарищества, и позволяла ему обнять себя несколько раз, он отдал бы свою жизнь, чтобы сделать все, что она ему скажет. И Цзэюй считала его всего лишь пешкой, поэтому, естественно, она не давала ему дополнительных преимуществ.
Однако, так случилось, что их двоих застукали обнимающимися в безлюдном месте перед рассветом. Какое тут могло быть объяснение?
И Цзэюй в отчаянии подняла голову. Затем, краем глаза, она увидела Сюэ Яня, стоящего у входа.
Сюэ Янь.
И Цзэюй на мгновение была ошеломлена, а затем ее взгляд стал свирепым. Лидером группы, которая только что обнаружила их, был евнух Сюэ Яня. Место, где она встретилась с Линтай Ланом, было настолько скрытым, как мог слуга Сюэ Яня просто случайно проходить мимо в окружении стольких людей?
Очевидно, он спланировал это.
— Это он, Ваше Величество! — воскликнула И Цзэюй и указала на Сюэ Яня. Ее заплаканное лицо, словно капли дождя на цветках груши, выглядело чрезвычайно хрупким и жалким. — Он явно использует своего слугу, чтобы подставить меня. Ваше Величество, вы должны судить эту наложницу справедливо!
Император Цинпин нетерпеливо наморщил лоб. Он уже терял терпение по отношению к семье Сюй и давно хотел найти повод, чтобы сделать им замечание. Но он не ожидал, что прежде, чем он сможет найти предлог, семья Сюй сначала устроит ему такой большой скандал.
Ему не очень нравилась И Цзэюй, но он жаждал ее мягкости и того факта, что она никогда не доставляла ему неприятностей. Она была хорошо воспитанной и послушной игрушкой. Он не ожидал, что ее неревнивый темперамент на самом деле был вызван тем, что в ее сердце был кто-то другой?
Как император, он меньше всего мог стерпеть такого рода оскорбление своего достоинства.
— Пригласи сюда премьер-министра, — он проигнорировал И Цзэюй, потер брови и приказал Лин Фу.
Обвинение И Цзэюй было явно беспочвенным. Их пути пересеклись только потому, что Цзиньбао доставлял еду Сюэ Яню. Первоначально молодой евнух охранял Цзюнь Хуайлана для своего хозяина. Когда лихорадка Цзюнь Хуайлана прошла, а Сюэ Янь отказался возвращаться, евнух проявил инициативу и попросил разрешения прислать Сюэ Яню немного еды.
Император Цинпин с несчастным видом подумал: "Способен ли Сюэ Янь вообще манипулировать мной?"
Лин Фу получил приказ, взглянул на И Цзэюй и, не останавливаясь, удалился, чтобы выполнить приказ.
Сегодняшнее преступление означало, что даже если И Цзэюй выживет, у нее никогда не будет шанса восстановиться. Теперь император попросил его пригласить премьер-министра Сюй, естественно, не для того, чтобы проявить к ней милосердие, а для того, чтобы нанести удар по семье Сюй и дать им шанс доказать свою лояльность. Хотели ли они дочь или императорскую милость, решать им самим.
Лин Фу был старым лисом, выведенным из дворца, и никто лучше его не умел взвешивать выгоды. Вначале он заключил союз с И Цзэюй только потому, что она пользовалась поддержкой семьи Сюй и главного астролога. Но теперь с этим человеком было покончено, и ему не нужно было беспокоиться ни о какой прошлой дружбе.
Не было такого понятия, как привязанность или ее отсутствие, это просто взаимовыгодные отношения.
Император Цинпин потер виски и поднял руку, приглашая Сюэ Яня пройти вперед.
— Почему ты стоишь у двери и не входишь?
Его тон был намного добрее.
События этой ночи были доказательством того, что “Священное Писание” могло подавить Сюэ Яня. В таком случае, разве его злая энергия не исчезла бы, если бы он копировал Священное Писание круглый год? Теперь, когда трону под ним ничто не угрожало и его Императорской Звезде ничто не мешало, император Цинпин мог, наконец, расслабиться и относиться к Сюэ Яню как к собственному сыну.
Императорские отец и сын должны выполнить это условие, прежде чем они смогут задуматься о семейных чувствах.
Сюэ Янь выступил вперед и поприветствовал императора Цинпина.
— Отец, зачем вы призвали меня?
Император Цинпин взглянул на И Цзэюй, и выражение его лица стало холодным. Он сказал:
— Кризис прошлой ночи миновал, и сегодня утром у буддийского храма разразился еще один скандал. Тебе больше не нужно копировать Священные Писания.
Выражение его лица потеплело, когда он посмотрел на Сюэ Яня и продолжил:
— Похоже, что копирование этого Писания эффективно. В будущем ты можешь регулярно копировать его, чтобы успокоить свое сердце и стабилизировать свой характер.
Самым важным было подавление злой энергии Сюэ Яня. Император Цинпин не сказал этого прямо, но все присутствующие поняли.
Сюэ Янь кивнул и согласился.
Император Цинпин жестом указал на место рядом с собой и пригласил его сесть.
Сюэ Янь поднял голову и осмотрел зал. В дополнение к толпе свидетелей, стоявших на коленях, было также несколько дворцовых слуг, которые следовали за И Цзэюй. У одной из них была родинка на левой щеке, она привлекла внимание Сюэ Яня.
Его взгляд стал острее. Он всегда легко узнавал людей и мог запечатлеть внешность человека в своей памяти, просто внимательно присмотревшись. Прошлой ночью, когда фейерверк осветил небо, Сюэ Янь ясно увидел, что у горничной, которая пришла искать Цзюнь Хуайлана, была маленькая родинка на левой щеке.
Это она.
Просто горничная стояла сзади, опустив голову, поэтому не бросалась в глаза. Если бы Сюэ Янь не смотрел намеренно, он определенно бы ее не заметил.
Глаза Сюэ Яня потемнели, и он отвел взгляд, не выдавая себя. Изначально он хотел подождать, пока осядет пыль, прежде чем разбираться с этими приспешниками. Он не ожидал, что именно эта особа появится на пороге его дома.
Это был первый день Нового года. Хотя все чиновники отдыхали дома, сегодня они должны были отправиться во дворец, чтобы выразить почтение императору. Таким образом, все официальные лица, включая премьер-министра Сюй, ждали перед воротами Сюаньу.
Вскоре Лин Фу провел премьер-министра Сюй до самого зала Юнлэ.
По дороге премьер-министр Сюй услышал от Лин Фу обо всем, что произошло во дворце, поэтому не посмел медлить и поспешно направился в зал. Увидев императора Цинпина, он опустился перед ним на колени.
— Ваше Величество, этот старый чиновник виновен! — премьер-министр Сюй постоянно кланялся, в его голосе слышались рыдания. — Этот старый чиновник не был строг в обучении своей дочери, пожалуйста, накажите меня.
Из всех старых лис, служащих при императорском дворе, кто не был старым упырем, повидавшим все это? Все могли слышать его жалобные крики, но были ли эти крики настоящими или фальшивыми, никто не мог сказать наверняка.
Император Цинпин не позволил ему встать.
— Премьер-министр Сюй, поскольку сегодня начало нового года, Чжэнь готов быть милосердным. Но И Цзэюй совершала подобные вещи, и Чжэнь не может игнорировать закон, — сказал он. — Теперь эти двое здесь. Чжэнь позвал тебя сюда, чтобы спросить, как должен наказать свою любимую наложницу?
Стоящая на коленях И Цзэюй подняла голову и посмотрела на своего отца.
Она знала, что, хотя ее отец нежно любил ее, она была незначительной по сравнению со всей семьей Сюй. Ее отец не отказался бы от будущего семьи ради нее. Но она также верила, что ее отец обязательно найдет способ спасти ей жизнь.
— Моя дочь совершила такую ужасную ошибку, что мое лицо не может опуститься ниже. Я не смею больше просить о пощаде у Вашего Величества! — премьер-министр Сюй поклонился, распростерся на полу и искренне заплакал. — Ваше Величество должны наказать эту женщину так, как считаете нужным, и у меня нет права продолжать служить придворным чиновником! Я умоляю Ваше Величество лишить меня должности, предоставить мне экипаж и позволить мне вернуться в мой родной город!
Как и ожидалось, император Цинпин выглядел довольным.
Он боялся того, что семья Сюй неуклонно накапливает власть. Но теперь, когда с семьей Сюй случился такой большой скандал, у него было кое-что, что могло держать их в узде. Пока он проявлял к ним немного милосердия, он мог спокойно использовать семью Сюй.
— Семья премьер-министра Сюй не жалел усилий для служения нашему Великому Юну и добился больших достижений. Естественно, Чжэнь будет снисходителен, — сказал он. — Премьер-министру Сюй нет необходимости произносить такие слова. Если вы уйдете, что будет с моим двором?
— Линтай Лан должен быть выведен и четвертован. И Цзэюй должна быть лишена своего титула и понижена до простолюдинки. Она будет заключена в Холодный дворец навсегда, и ей не будет позволено покидать его до конца своей жизни, — приказал император Цинпин.
Хотя премьер-министр Сюй и не умолял об этом, императору Цинпину все же пришлось проявить к нему уважение. В конце концов, они не застали изменщицу в постели, это все еще было не самым серьезным преступлением. Сохранение ее жизни было сделано ради всех гражданских и военных чиновников, наблюдавших за происходящим.
На мгновение никто не произнес ни слова, но все были удовлетворены.
Сюэ Янь бросил равнодушный взгляд на премьер-министра Сюй и встал.
Ящерица отрезала себе хвост и подумала, что может убежать. Она не знала, что перед ней была спрятана ловушка. Он хотел спасти жизнь своей дочери, уступив, чтобы продвинуться вперед, но он не спросил, согласится ли Сюэ Янь.
— Отец, — он поклонился императору Цинпину и сказал, — Этот сын внезапно увидел дворцовую служанку, которая выглядит знакомой. У нее на лице родинка, и она похожа на человека, который прошлой ночью увёл наследника Юннин.