В объятиях боли

Вода наполнила ящик, я постучал по стеклу три раза, и улыбнулся, когда кровь окрасила жидкость в алый цвет.

—Кипяти, - дал приказ, скрещивая руки на груди.

Томило барахтался в воде, ловя ртом воздух. Его член продолжал кровить, дёргаться после того, как я отрезал головку самым тупым и ржавым ножом в своем арсенале. Как приятно смотреть на агонию существ, что когда-то считали себя высшим звеном. Наслаждение.

Я сделал два шага назад, и посмотрел на часы. Горячие тены на дне стеклянного ящика стали нагреваться, и я улыбнулся снова. Томило рассказал мне все, что происходило с Лией в надежде на то, что я скощу ему наказание, и не прогадал. Остальные умерли раньше, чем он, поэтому ему стоит поблагодарить меня за такую неведомую щедрость.

—Скоро отключится, - предупредил Лука, подходя ко мне, и держа в руках пульт от этого ящика, —сварим?

Я отрицательно покачал головой.

—Надо бы Адриану вызвать, прошить, чтобы потом ему штыри в задницу вогнать, штук десять, - задумчиво произнес я, и не успел продолжить мысль, как Лука тут же напрягся, и возразил.

—Я могу зашить, не обязательно дергать доктора по мелочам, тем более касаемо чужих членов.

Я нахмурился, и отвел взгляд от Томило.

—Это работа, не перегибай палку, Лука, твоя ревность переходит границы твоих же возможностей.

Я и Невио подозревали,что между тренером и доктором что-то происходит, но никто из них не признавался в этом. Адриана злилась и нервничала, когда Луке угрожала опасность, а он же с ума сходил, когда она по своей профессии была обязана работать с мужчинами.

—Ревность здесь не причем, - оскалился Лука, опуская голову, —я просто не хочу подвергать наших опасности. Сам разберусь, если даешь разрешение.

Лука лгал, но я не стал спорить, всего лишь кивнул, и стянул с себя грязную кофту, посматривая на Томило. Внутри меня ликовала победа.

Я видел, как Рамирез, те, кто посмел причинить ей боль, страдают. Я видел, как тело Томило содрогается от боли, как он умоляет о пощаде. Но я не чувствовал жалости. Я не чувствовал ничего, кроме удовлетворения.

Они позволили моей Лие пройти через те ужасы, которые будут преследовать ее всю жизнь. Я видел, как ее глаза полны страха, как она дрожит, как ее тело сковано ужасом. И я хотел, чтобы они испытали то же самое. Хотел, чтобы они прошли по девяти кругам ада, чтобы их души пронзила та же боль, которую они причинили моей Лие. Я дал волю своим демонам, позволив им наконец утолить свою жажду. Я истязал их, издевался над ними, заставляя прочувствовать всю полноту своего отчаяния. Я видел, как они ломаются, как они молят о пощаде, но не чувствовал сострадания. В конце концов, я оставил их в их аду, но только после того, как убедился, что они никогда не смогут причинить ей боль. Я хотел, чтобы Лия была в безопасности. Хотел, чтобы она наконец успокоилась. Я сделал все, чтобы она больше никогда не боялась. И, наконец, смог успокоиться, зная, что сделал все, что в моих силах.

—Делай, завтра вечером продолжим, - сообщил Луке, бросив кофту на сырой пол, —и будь аккуратнее, все таки ты тренер, а не врач.

Ирония не понравилась Луке, и он сжал челюсти, достав из кармана кулон, который я видел не раз. Когда тот злился, эта вещь, словно магнит вытягивала из него агрессию, и я подозревал, кому она принадлежит. Сандре Тиара - матери Луки и Инессы.

—Возвращайся к Лие, брат, - кивнул Лука, переводя взгляд на уже хорошо подогретую воду в ящике, —я оставлю для тебя этого ублюдка.

И я покинул помещение, снова запирая самого себя под замок. Настоящего себя, который так рьяно искал Лию, и все же нашел.

Больничный запах ударил в ноздри. Я уже переоделся, смысл себя кровь, потому что не хотел предстать перед Лией в ужасном виде. Ей хватило картин, которые она видела, и ухудшать ее моральное состояние нельзя. Только вот новость, которую мне сообщила Адриана несколько дней назад всё ещё заставляла мой разум кипеть от злости на самого себя и горести.

—Сообщила, - заговорила Адриана, которую я встретил неподалеку от палаты Лии.

Охрана стояла повсюду. Я взял Адриану под руку, и завел за угол.

—Реакция?

—Слезы, дрожь, паника, как и положено. Адамо, нужно было говорить правду, - Ри прищурилась, показывая мне копию поддельного документа, —зачем обходить таким образом? Сильная девушка, все пережила, и ещё больше переживет.

Ощущение вины накатило, я поежился. Наверное, может мне стоило не просить Ри врать по поводу метастаз и рака, но я не мог позволить Лие подумать о том, что все произошедшее оставило такой сумасшедший след в ее жизни.

—Если бы ты сказала ей о том, что удаление маточной трубы случилось из-за насилия, она бы сошла с ума, Адриана. Лучше, пусть она думает, что рак поглотил ее раньше, чем все произошло.

Адриана вздохнула, сделала шаг вперёд, и казалось, хотела обнять меня, но как всегда сдержалась.

—Я доверяю тебе не только как консильери, Адамо, я доверяю тебе как другу. Подумай хорошо, ещё не поздно грешить на лабораторию и анализы, можно сказать правду, - произнесла Адриана, и сжала ручку в руках, —у меня операция, я пойду.

—Удачи, - кратко ответил я, и посмотрел вслед Ри, что двигалась по коридору.

И теперь предстояла самая сложная часть сегодняшнего дня - разговор с Лией. Как бы я ни старался убедить себя в том, что все налаживается, с Лией было сложнее. Да, я обеспечил ее безопасность, успокоился сам, найдя ее, но остальное оставалось неизменным, она пережила рабство и насилие, которое просто так никогда не испарится из ее мыслей, а новость о бесплодии разрушит ещё сильнее. Каким бы смелым не был, сейчас я превратился в загнанного зверя, который боится, боися боли для женщины.

Зашёл в палату, метнулся взглядом к Лие, что стояла лицом к окну, которое открывало вид на больничный коридор. Длинная сорочка струилась по ее телу до самых щиколоток.

—Лия, - шепнул я, и не сделал ни шагу, пока она наконец не обернулась.

Темные круги под орехово-зелеными глазами пронзили мое сердце тысячей игл. Сами глазные яблоки покраснели, капилляры полопались от слез.

—Когда я смогу увидеть Джулио и Миреллу? - без эмоций проговорила Лия, и устало вздохнула, —хочу сделать это как можно скорее.

Я понимал, что она скучает, но ускорить процесс не мог. Грёбаный Доменик Дероса не шел на компромисс, буквально требовал вернуть Лию, но Невио высказал свою позицию. Он видел, что происходило со мной в момент отсутствия Лии, и без моего ведома отказал Дероса в своем стиле, кровью, смертью и хаосом. Подорвал места, которые были так важны Доменику, и разразил ещё большую войну с Пятью Семьями, чем она была.

—Постараюсь связаться с Джулио на днях, но не уверен, что ему удастся выбраться из тисков отца для встречи. Мирелла и вовсе недоступна для всех нас, - постарался говорить тише, и Лия разочарованно вздохнула, делая пару шагов вперёд.

Она медленно передвигалась, плечи были подняты, тело напряжено, а глаза виновато опущены в пол. Я ждал, что она сообщит мне о новости, которую я уже знал, но не был уверен, что это случится. Мы были вместе, но я всё ещё не решился сказать ей то, что таится глубоко в моем сердце. Сказать о любви.

—Ты заберёшь меня из больницы? - сглотнув, проговорила Лия, и неожиданно распахнула руки, обвивая ими мою талию.

Кудрявая голова прижалась к моей груди, и я моментально обнял ее.

—Перестань мстить, ты обещал быть рядом. Мне тут плохо, хочу уйти, пожалуйста, - пробормотала она мн в грудь, цепляясь пальцами за свитер на спине.

Желудок скрутило. Я не мог забрать ее раньше, чем произойдет операция, но и сказать об этом тоже не мог, потому что весь план может рухнуть.

—Адриана должна убедиться, что с тобой все в порядке, - прохрипел я, запуская пальцы в ее волосы, —тогда я с радостью заберу тебя, кисточка.

Лия замерла. Ее кожа моментально охладела, и я не мог оставить это без внимания.

—Лия?

—Со мной все в порядке, я чувствую себя хорошо, забери меня сегодня, - ломаным голосом проговорила она, — сейчас.

И я бы сделал это не задумываясь, если бы не здоровье Лии, которое слишком важно для меня.

—Пожалуйста, Адамо. Мне плохо в этих стенах, ты обещал оберегать, обещал! - взорвалась вдруг Лия, и ударила меня в грудь кулаками, делая шаг назад, —я встану на колени если нужно, отдам себя, просто вытащи меня из больницы! Вытащи!

Ее движения стали резкими, глаза расширились, а дыхание рвалось. Я перехватил ее запястья, притянул к себе, позволив ее груди удариться о свою.

—Тише! - произнес я с некой тяжестью в голосе.

Лия замерла, испуганно поднимая глаза на меня. Резкое осознание, паника во взгляде заставила меня почувствовать боль в районе сердца.

—П-прости, - мгновенно опомнилась Лия, и дрожь проникла в ее тело, —п-прости, пожалуйста.

Я замотал головой.

—Брось это, - шикнул, прижимая ее ближе, а затем сдался, —в тумбочке есть вещи, одевайся, буду возить тебя в больницу каждую среду.

Она на секунду застыла, а затем неожиданно потянулась, и слабо поцеловала меня в губы, криво улыбаясь.

—Спасибо, - пробормотала Лия, поднимая брови, и сводя их в грустном жесте, —ты много делаешь для меня.

—Я ещё ничего не сделал, чтобы заслужить твою благодарность, - сорвалось с губ раньше, чем я успел подумать.

—Ты нашел меня, Адамо, за это я обязана...

Она не договорила, я перебил.

—У тебя нет обязанностей, Лия, и больше не будет, - произнес я, и прижался губами к ее виску.

Черт возьми, эта женщина делает из меня тряпку, но мне плевать. Лия вольна делать то, что пожелает, потому что пока она рядом со мной, весь мир у ее ног.

***

—Закончим разговор, - произнес я в трубку, сжимая руль, —она не будет жить в этом доме.

—Невио уехал, Алессандро постоянно на работе, вы хотите, чтобы я сошла с ума в четырех стенах? - обычно тихий мамин голос раздался звоном, и я отодвинул телефон от уха, —вернись домой, Адамо! Приведи женщину, хоть двадцать, просто вернись домой.

Пришлось подавить едкий комментарий, потому что мама была самым невинным человеком в нашей семье.

—Мне двадцать четыре года, что за манипуляции!? - фыркнул, откидываясь на спинку, —я сказал тебе, что не приведу девушку в наш дом, тем более Лию.

—Растишь сыновей, а они тебя бросают, - с недовольством пробурчала мама, и я усмехнулся.

Причины на то, чтобы не приводить Лию домой были, и я хотел уберечь ее от вечных расспросов и сожалений.

—Может, потреплешь нервы старшему сыну?

—Сицилия его за уши домой таскает, - проговорила мама, —если твоя художница такая же, я подумаю, чтобы не закатывать истерики.

Снова усмешка, и кривая улыбка.

—Я буду приезжать, перестань, мам, знаешь же, люблю тебя больше жизни, - вздохнул я, и уловил силуэт Лии, что двигалась в компании Адрианы прямо к машине, —созвонимся позже.

—Я зла на тебя, сынок.

—Говори давай, что любишь меня, и клади трубку, - фыркнул, сдерживая смех.

—Люблю тебя, - пробормотала мама, и раздались короткие гудки.

Я готов познакомить семью с Лией, но ещё не уверен, готова ли она. Сейчас мне нужно обеспечить ей комфортное проживание, и я постарался сделать это как можно лучше.
Вышел из машины, и губы Лии растянулись в улыбке. Она торопливо подошла ко мне, и сразу же обняла, отходя от Адрианы.

—Мы поедем к тебе домой? - прошептала Лия, упираясь подбородком мне в грудь, —наверное, я выгляжу неподобающе для встречи с твоей семьей.

Я улыбнулся краем губ, и метнулся взглядом к Адриане, что кивнула, и направилась обратно в больницу.

—Мы едем в твой дом, - произнес я, приглаживая ее торчащие волосы на макушке.

Как только я нашел ее, сразу же нанял людей, которые занялись квартирой, и сделали все так, как скорее всего, хотела бы Лия. Не знаю, почему я был уверен, что Лия останется со мной, почему не захочет уйти, или вернуться домой, но внутри что-то подсказывало, что она не оставит меня, хоть я и не собирался ее отпускать.

Ее глаза загорелись.

—Мой дом?

—Я не могу назвать его нашим, - ответил честно я, и поцеловал ее в лоб, затяжно, нежно.

Ее кожа мгновенно покрылась мурашками, и Лия прижалась ближе.

—Ты словно был создан вселенной, чтобы стать мужчиной для меня, - Лия опустила голову, но хватку на моем торсе не ослабила, —пожалуйста, прими мою благодарность. Не знаю почему, но я где-то внутри знала, что именно ты будешь искать меня, и в конце-концов найдешь. Мы были мало знакомы, но нашли общий язык почти сразу же. После Ноэля в моих глазах ты казался богом, и...

Я был польщён такими словами, и слушал Лию внимательно, поглощая информацию с интересом.

—И ты им и оказался. Я обманывала тебя, знала кто ты, но скрывала свое "я". Я боялась, что все это выльется в адское пекло, и так и вышло. Но сейчас я готова гореть только для того, чтобы ты был рядом, Адамо, - она задыхалась из-за быстрого говора, а мое сердце с каждым словом колотилось все сильнее, —хочу сказать, что чувствую к тебе слишком много, но пугает то, что я не знаю, что будет дальше. Все изменилось, много проблем, много ужасов. Я словно нахожусь в объятиях боли, а внутри давит, и давит. Прости, что выливаю все это на тебя, но теперь ты единственный, кто рядом. Пойми меня, прошу тебя. Просто пойми.

Я обхватил ее подбородок двумя пальцами, и поднял его выше, нервно сглатывая. Я был холодным и расчетливым, а с ней превратился в подростка, который переживает сумасшествие внутри себя.

—Все в порядке, кисточка, - проговорил я, и сразу же прижался губами к ее, заставляя замереть.

И я был готов продать душу, чтобы испытывать взрыв эмоций внутри себя, когда я рядом с ней.