27. Яд зависти и план мести
Пока Ксения, Иван, Анна и Егор погрузились в опасные тайны прошлого, двое других обитателей университета наблюдали за ними со все более чернеющей от зависти душой. Лиза и Кристина. Их примитивный, но острый ум уловил изменения в атмосфере, странную озабоченность четверки, их тайные встречи и исчезновения. И самое главное — они заметили, как Ксения, эта розоволосая выскочка, стала объектом какого-то нового, глубокого внимания со стороны Ивана и Егора. Внимания, которое раньше, хоть и в извращенной форме, принадлежало им.
Их собственные попытки привлечь к себе внимание провалились окончательно. Иван проходил мимо, словно не замечая Лизы, а взгляд Егора скользил по Кристине с таким скучающим безразличием, что ее аж передергивало. Они были не просто отвергнуты — они были стерты в порошок. А их места заняла эта… никчемная первокурсница и ее ангельская подружка.
Их обида, подпитываемая сплетнями и собственной несостоятельностью, медленно, но верно перерастала в ядовитую, осознанную ненависть. Они жаждали мести. Не просто насолить, а уничтожить. Стереть их так же, как стерли их самих.
Их шанс представился случайно. Кристина, рыская по библиотеке в поисках компромата (она надеялась найти хоть что-то, что могло бы скомпрометировать Анну), наткнулась на забытый на столе конспект. Это были заметки Анны — аккуратные, четкие, с пометками на полях. И среди схем по небесной гармонии Кристина увидела кое-что интересное. Несколько раз повторяющееся слово: «Амарант». Рядом с ним — вопросы: «Клан?», «Уничтожен?», «Связь с К.?», и самое главное — «Наследственность? Магические метки? Розовый пигмент?».
Кристина не была умной, но она была хищной и обладала цепкой памятью сплетницы. Она вспомнила старые, полузабытые слухи, ходившие в демонических кругах — о проклятом клане, о предателях, о розоволосых демонах, несущих погибель. Раньше она не связывала эти байки с Ксенией, считая ее розовые волосы просто дурацким капризом. Но заметки Анны заставили ее задуматься.
Она сфотографировала страницы и помчалась к Лизе. Та, уставшая от бессмысленного вязания (она пыталась сделать свитер для Егора, который бы подчеркнул ее «нежность»), скептически приняла новость.
—Ну и что? — пожала она плечами. — Какой-то древний клан. Какое нам дело?
—Дура! — прошипела Кристина. — Ты ничего не понимаешь! Смотри! — она ткнула пальцем в фото. — «Связь с К.»! Это же Ксюха! И ее волосы! Они не просто так! Они… метка! Проклятие! — Ее глаза горели лихорадочным блеском. — Они что-то скрывают! Что-то большое и опасное! А Румянцева ей помогает!
Лиза вгляделась, и ее тусклые глаза медленно загорелись пониманием, а затем и восторгом.
—Ты права… — прошептала она. — Они… они изучают запретное! Она… она может быть опасна! Для всего университета! — В ее голове уже складывалась картина: она, Лиза, разоблачает страшный заговор и становится героиней, а Егор наконец-то видит ее истинную ценность.
Их план родился быстро, как ядовитый гриб после дождя. Он был простым, грязным и беспроигрышным. Они не могли доказать ничего конкретного, но они могли посеять семена паники и недоверия. Они решили сыграть на самых темных инстинктах толпы — на страхе перед чужим, перед непонятным, перед «нечистым».
Они стали осторожно, исподволь, распускать слухи. Сначала среди самых доверчивых и глупых ангелочков-первокурсниц. Потом — среди демонов, любивших похабные истории.
«Слышала,у Абрамовой кровь нечистая…», «Говорят, ее предки были предателями, продались темным силам…», «А Румянцева покрывает ее, они вместе что-то замышляют…», «Видела, как они по ночам в запретные места ходят…», «А ее волосы… это же метка! Знак проклятия!».
Слухи ползли, как ядовитая плесень, обрастая новыми ужасающими деталями. Вскоре на Ксению и Анну стали показывать пальцами. Шептаться за их спинами. Преподаватели стали смотреть на них с настороженностью. Даже некоторые демоны из окружения Ивана начали сторониться Ксении.
Лиза и Кристина наблюдали за этим с болезненным удовольствием. Их скромные способности к магии они направили на подкрепление слухов — создавали легкие, почти неосязаемые иллюзии страха и отвращения вокруг Ксении и Анны, подбрасывали в их вещи мелкие, но странные предметы — засушенные ягоды чертополоха, перья неизвестных птиц, обрывки пергамента с начертанными непонятными символами.
Они ждали подходящего момента для решающего удара. И момент этот настал, когда Ксения и Иван пропустили несколько важных пар подряд, а по университету поползли сказки о ночном «энергетическом всплеске» в ротонде.