Глава 15. Накал страстей.
«Когда чувства закипают — рушится то, что казалось вечным.
И даже сердце друга может обернуться пламенем.»
— Lai Dané
Куралай
Я проснулась среди ночи. В комнате царила тишина, лишь легкое дыхание наполняло пространство. На часах было четыре утра. Голова гудела, а тело будто не помнило, как я вернулась домой.
Я села на постели и заметила Алана — он спал на диване, прямо возле моей кровати. Спал спокойно, безмятежно, как ребенок. Я встала и подошла ближе. Его лицо во сне казалось особенно притягательным: чуть нахмуренные брови, длинные ресницы, прямой нос и мягкие губы. Хотела просто поправить выбившуюся прядь, но пальцы сами собой коснулись его щеки.
И тут он заговорил, не открывая глаз:
— Я думал, ты не из тех, кто следит за спящими парнями, Неон.
Я вздрогнула и чуть не отшатнулась, но он поймал моё запястье, удержав мягко, но уверенно.
— Я... Я просто хотела...
— Я знаю, я прекрасен, когда сплю, можешь не объяснять, — насмешливо прошептал он, открыв глаза.
Он отпустил мою руку и выпрямился, откинувшись на спинку дивана. Легкая улыбка всё ещё играла на губах, но в глазах появилась тень серьезности.
— Я думал, ты больше не будешь пить до беспамятства.
— Просто... вчера... Лео...
— Вы уже так близки, что детектива называешь по имени? — перебил он, и в голосе проскользнуло что-то, похожее на раздражение.
— Мы... подружились. Он не такой плохой. У него просто тяжёлый характер. Он сказал, что я напоминаю ему кого-то... и... у него тоже нет родителей.
— Куралай, — впервые за долгое время он назвал меня по имени, и это прозвучало по-особенному. — Я знаю, ты добра ко всем. Но не каждому стоит доверять.
— Но он же детектив...
— И что? — Алан поднялся. Его голос стал ниже. — То, что он детектив, не делает его автоматически на стороне добра. Кто знает, может, Виктор его подослал?
— Это... звучит нелепо...
— А я просто боюсь за тебя.
Я хотела что-то ответить, оправдаться — но он приложил палец к моим губам, заставив замолчать. Его рука легла на мою щеку. Мой разум отключился. Сердце билось в два раза чаще.
— Ты слишком много говоришь, Неон, — прошептал он с хрипотцой, и его губы приблизились к моим ушам. Я почти не дышала. Он смотрел мне прямо в глаза, а потом — на губы.
Между нами оставалось всего несколько миллиметров.
— Твои глаза... как океан. В них легко утонуть, — шепнул он.
Он провёл пальцами по моему лицу, остановившись у линии подбородка, и посмотрел так, будто больше ничего в этом мире не существовало.
— Куралай... — его голос стал тише, почти шёпот. — Я влюбился в тебя.
Сердце дрогнуло. Внутри — будто что-то расцвело и зашевелилось, давно спрятанное.
Я не ответила сразу. Просто смотрела на него — в эти глаза, в которых дрожали страх и искренность. Его ладони обняли моё лицо, он приблизился ближе.
— Неон, — добавил он, мягко, — ты больше, чем просто свет в темноте. Ты стала моей частью.
И медленно, будто давая мне время передумать, он наклонился и поцеловал. Нежно. Осторожно. Почти трепетно. Без лишнего. Но в этом касании было всё: забота, тревога, желание и нежность.
Он первым отстранился, но не отпустил моего взгляда. Его дыхание смешалось с моим, и в воздухе повисло что-то хрупкое, почти священное.
— Неон... — произнёс он тихо, будто имя моё было молитвой. — Я просто без ума от тебя.
Он сделал короткую паузу, будто собирался с духом.
— И я хочу быть твоим первым... и последним.
Мои губы задрожали. Я не знала, что сказать. Только сердце — оно уже сказало всё за меня, в этих ритмах, в этом взгляде, в том, как я стояла перед ним — без страха, без маски. Настоящая.
Он накрыл мои губы своими во второй раз. Поцелуй стал глубже — будто в нём скрывались все слова, которые мы не успели сказать, и чувства, которым было тесно внутри.
Мир исчез. Остались только его дыхание, его руки, мои дрожащие пальцы.
Алан поднял меня, легко, как будто я весила меньше воздуха, и понёс к кровати. Он не отрывался от моих губ, словно боялся, что я исчезну, если он остановится. Аккуратно опустив меня на постель, он лёг рядом, прижимаясь ближе.
Его руки скользнули по моей талии, будто запоминали каждый изгиб. Я дрожала. Не от страха — от того, как сильно хотелось быть рядом.
Я начала расстёгивать пуговицы на его рубашке. Пальцы слушались с трудом — сердце било тревогу. Алан поймал мои руки, вложил их в свои ладони.
— Не торопись, Неон, — прошептал он. — Не бойся. Я здесь.
Он позволил мне снять рубашку с него, и сам медленно помог расстегнуть молнию на спине моего платья. Наши взгляды встретились, и в них не было ничего, кроме доверия. Платье скользнуло вниз по коже, обнажая мои плечи и спину. Он провёл пальцами по моей щеке — так нежно, будто я могла исчезнуть от одного неловкого движения.
Но в тот момент дверь внезапно распахнулась.
— Не-не-не, я ничего не видела! — воскликнула Дани и резко закрыла глаза рукой. — Господи, я просто искала, где мой телефон, но, похоже, нашла не то, что искала!
Мы с Аланом замерли, почти не дыша.
— Дани?! — одновременно выдохнули мы.
— Я... уйду! — Она махнула рукой, пятясь назад. — Забудьте, что я заходила. И, пожалуйста, поставьте замок!
Дверь захлопнулась.
Мы переглянулись. Несколько секунд молчали, а потом... рассмеялись.
— Напомни мне, чтобы я навесил на эту дверь три замка, — выдохнул Алан, всё ещё улыбаясь.
Я накрыла его плечи простынёй и тихо прошептала:
— Значит, вторая попытка?
Он прижался лбом к моему:
— Только когда будешь готова. Я подожду хоть вечность. Я встала с кровати и накинула на себя пижаму. Не могла ходить перед ним в одном белье — слишком всё было хрупко, слишком настоящее.
Алан сидел на краю кровати, надевая свою футболку. Свет падал на его лицо мягко, словно сама ночь бережно обнимала его плечи.
— Я тоже... — прошептала я, глядя на него.
Он обернулся, удивлённо, немного растерянно:
— Что?
Я прижала ткань к груди, будто защищаясь от самой себя, и всё же сказала:
— В тот день... когда я впервые услышала твой голос в клубе... Я не смогла тебя забыть. Даже когда ты исчез на три месяца. Я не переставала думать о тебе.
Потому что до тебя... я никогда не чувствовала ничего подобного.
После одного дня — я уже знала. Моё сердце дрогнуло.
Ты украл его. Совсем.
Он молча подошёл, мягко, почти неслышно, и обнял меня. Тепло его тела, тяжесть дыхания, его ладони на моей спине — всё это было тихим обещанием. Обещанием быть рядом.
Мы легли рядом. Без слов. Просто дышали в одном ритме.
И в эту ночь сон пришёл легко. Потому что я была в его объятиях.
Утро. Куралай
Я проснулась от тепла. Его руки всё ещё были на моей талии, а дыхание касалось шеи. Глаза не сразу открылись, но сердце уже било в том самом ритме, который я знала — рядом был он.
Алан.
Он спал крепко, лицо расслабленное, волосы немного растрепались. Я осторожно повернулась лицом к нему, и в этот момент он тоже проснулся.
— Доброе утро, Неон, — прошептал он хрипло, с лёгкой полуулыбкой.
— Доброе, — улыбнулась я и прикрыла глаза на секунду, пытаясь сохранить этот момент под кожей.
Мы ещё немного полежали в тишине, просто дыша одинаково, а потом — оделись и спустились вниз.
На кухне уже пахло кофе и жареными тостами. За столом сидели Фаиз и Дани — в обнимку, словно это было само собой разумеющееся. А чуть поодаль, у окна, стоял Дэн, глядя в телефон. Лицо его было спокойным, но чересчур серьёзным.
Дани первой заметила нас.
— Оу... ну как провели ночь? — игриво приподняла бровь она, с трудом сдерживая ухмылку.
Я напряглась. Рядом Алан словно чуть выпрямился.
Фаиз взглянул на Дани, потом на нас и спросил уже серьёзно, как будто между делом:
— Подожди... а что случилось ночью? Она же вроде спала? — он обернулся к Алану. — Алан, между вами что-то было?
Я почувствовала, как во мне всё сжалось. Но Алан ответил спокойно:
— Нет, Фаиз. Мы просто спали. Всё спокойно.
— Ага, — кивнул он, но всё ещё глядел на нас в упор.
— Правда, — добавила я. Я была пьяна чтобы выставать когда встала увидела Алана.
Дани продолжала улыбаться, но уже мягче, как будто видела сквозь нас.
Дэн не произнёс ни слова.
Тишина повисла на миг.
Дэн
Они стояли рядом. Он смотрел на неё так, будто мир заканчивался у её плеч. А она... она светилась. И, кажется, даже не замечала этого.
Я отвёл взгляд в окно, сделав вид, что читаю сообщения. Пальцы сжали телефон, как будто это могло остановить ту боль, что подступала изнутри.
Я же знал, что это возможно. С первого дня, как увидел, как он смотрит на неё. Даже тогда, когда Алан сам не понимал, что тонет. А она — уже стала его воздухом.
Это чувство — любить человека, зная, что ты не тот, кто нужен. Что ты — просто тень рядом. Надёжный, добрый, весёлый... но не он.
Я хотел ей сказать. Не один раз. Хотел просто... выдохнуть это из себя. Но каждый раз, когда она смеялась рядом со мной — я не мог. Потому что, будь я хоть на каплю эгоистичнее — сказал бы. Но тогда потерял бы её совсем.
А теперь... теперь она его выбрала. Или сердце выбрало за неё.
И мне оставалось только наблюдать, как между ними растёт что-то настоящее. Я не мог ненавидеть Алана — он был братом. Я не мог злиться на Куралай — она ничего не обещала.
Я просто стоял и улыбался. Как умею.
Потому что иногда... любовь — это не быть рядом.
А просто знать, что у неё всё хорошо. Даже если не с тобой.
Куралай
Мы с Дани быстро приготовили завтрак — яичницу, тосты, кофе. Фаиз помог накрыть на стол.
Дом был наполнен лёгким ароматом еды, и от этого становилось уютно, почти посемейному.
Мы все сели — кто с чашкой, кто с тарелкой. Кто-то смеялся, кто-то рассказывал, как спал, как будто ничего особенного не происходило.
— Алан, а когда ты пришёл? — спросила я, отхлёбывая кофе.
Он взглянул на меня поверх чашки и чуть улыбнулся.
— Вчера. Поздно ночью.
— Прямо сюда? — уточнила я.
— Нет. Сначала в клуб.
Я нахмурилась.
— А я... не помню, как ты пришёл. Помню только, как Лео позвал меня на танец...
Тишина.
Все, как по команде, замерли. Даже Фаиз, державший вилку в воздухе, застыл.
Дани перевела взгляд с меня на Дэна.
Только Алан сидел спокойно, будто ничего не произошло.
— Да, — ответил. Его голос был ровный, без эмоций. — Я пришёл в этот момент.
И я отвёз вас домой.
Он сделал глоток воды и больше ничего не добавил.
И всё вернулось на круги своя. Почти.
Но это "почти" уже начинало дышать между нами. Тенью.
Завтрак закончился, и Фаиз с Дани ушли — сказали, что нужно заехать в ресторан, уладить пару организационных моментов.
Дома остались мы втроём: я, Алан и Дэн.
— Неон, я сейчас. Мне нужно кое с кем поговорить, — сказал Алан, забирая телефон и направляясь вглубь дома.
— Хорошо, — кивнула я, собирая посуду со стола.
В тишине послышался голос:
— Помочь? — его улыбка была той самой, фирменной: чуть дерзкой, но тёплой.
— Ну, если хочешь. Я не откажусь от добровольца.
Он засучил рукава и начал вытирать стол, а я мыла посуду. Работали молча, но атмосфера была лёгкой. Иногда мы обменивались взглядами и улыбками.
Он поймал каплю воды, упавшую с моей руки, и сказал:
— Ты всегда такая серьёзная, когда сосредоточена.
— Уборка — дело ответственное, — усмехнулась я.
Мы оба рассмеялись.
Я обернулась к нему с тарелкой, и не заметила, как он подошёл ближе. Слишком близко.
Мы столкнулись. Буквально. Я чуть не выронила тарелку, и его ладонь схватила мою, чтобы спасти.
Между нами повисло напряжение. Взгляд в глаза. Полсекунды молчания, слишком громкие для утра.
И в этот момент в кухню вошёл Алан.
Он остановился в дверях. Его взгляд упал на наши сцепленные руки. На расстояние между нами, которого не было вовсе.
Я мгновенно отступила на шаг, убирая руку. Дэн тоже отшатнулся.
— Всё в порядке, — быстро сказала я, — просто... посуда.
Алан ничего не сказал. Просто кивнул. И пошёл к кофемашине.
Но я видела, как его плечи стали чуть напряжённее.
А воздух — гуще.
От автора:
Никто из них тогда не знал, что именно в этот момент что-то треснуло.
Нечто невидимое, но важное. Стекло, в котором отражались Алан и Дэн — как друзья, как братья — дало первую трещину.
И слова Лео, сказанные с усмешкой, вдруг перестали быть просто словами. Он был прав.
Когда двое влюблены в одну и ту же девушку — тишина между ними уже никогда не будет прежней.
Куралай
Я отвела взгляд, а Дэн опустил руку, будто ничего не произошло. Мы оба сделали вид, что ничего не было. Что всё нормально. Что Алан, стоящий за нами с чашкой кофе, не видел эту долю секунды.
Он молча сделал глоток. А потом, словно пытаясь разрядить воздух, произнёс:
— Кстати, как насчёт сегодня? Поехали на гонки.
Я подняла бровь:
— На какие гонки?
— Испанские. Уличные. Неофициальные. Мы с Дэном иногда участвуем — ну, для адреналина, — он усмехнулся и чуть толкнул Дэна плечом.
Дэн выдал привычную полуулыбку, но я заметила, что его взгляд скользнул по мне прежде, чем он ответил:
— Да... неплохая идея. Покажем Неон, как мы живём на полной скорости.
— Ну что скажешь, Неон? — Алан посмотрел на меня с тем самым огоньком в глазах, от которого было трудно отказаться.
Я улыбнулась. Я уже знала, что соглашусь. Потому что рядом с ними я впервые чувствовала себя... живой.
И даже если между ними уже начинало что-то ломаться — я пока этого не видела.
И всё ещё верила, что это просто день. Просто поездка. Просто гонки.
От автора
Но они не знали , что именно эта ночь станет началом следующей трещины.
Куралай
— Хорошо, давайте пойдём. Всё равно Дани с Фаизом будут в ресторане — там какое-то мероприятие. Почему бы и не посмотреть? — сказала я, и парни с энтузиазмом подхватили.
Алан и Дэн немного побыли рядом со мной, а потом ушли, оставив дом в приятной тишине. Я открыла окна, впустила прохладный морской воздух и включила музыку — лёгкий акустик-инди, чтобы сосредоточиться.
Целый день я занималась уборкой, развешивала чистые занавески, пересматривала фото и вдруг — села за блокнот.
Слова приходили легко, будто кто-то шептал мне их в ухо:
"Свет в окне, ты опять не со мной,
В этом городе слишком много «постой».
Я шепчу твоё имя, но оно тонет в шуме,
Как будто тишина и есть моя главная струна."
Я прикусила кончик ручки и провела пальцами по струнам гитары.
Может, это и будет первой песней?
Я пела полушёпотом, пробуя аккорды. Чуть дрожащий голос, чуть надлом — и правда, как будто внутри меня давно жила музыка, и только теперь она начала говорить.
Около восьми раздался сигнал клаксона.
Я встала, бросила последний взгляд в зеркало — и улыбнулась.
Мой образ был дерзким, но не вульгарным — в нём было всё, что нужно, чтобы чувствовать себя собой.
Чёрные кожаные шорты, белый облегающий топ открывал ключицы и немного талии, а поверх я накинула лёгкую куртку с закатанными рукавами.
На губах — тёмно-вишнёвая помада, на глазах — чёткий лайнер. Волосы свободными волнами ложились на плечи, словно я только что вышла из машины на скорости.
Я посмотрела на себя в зеркало.
И увидела ту, кто не боится ночи.
Ту, кто не прячется за чужими решениями.
Ту, кто идёт туда, где пульс жизни бьёт на грани скорости.
Я вышла из дома и увидела его.
Алан стоял, облокотившись на чёрный спортивный Porsche 911.
В тёмных джинсах, чёрной футболке, кожаной куртке. Его волосы чуть растрепались от вечернего ветра, а тень от фонаря падала на скулу, делая лицо почти кинематографичным.
— Неон, — выдохнул он. — Если ты ещё раз так выйдешь, я откажусь тебя куда-либо везти. Просто похищу.
Я рассмеялась:
— Тогда вези быстрее, пока не передумала.
Мы сели в машину и сорвались с места. Город остался позади, свет постепенно тускнел, пока не превратился в сияние далёких огней на горизонте.
Гонки проходили за чертой города — старый, заброшенный аэродром.
Туда съезжались десятки машин — моторы рычали, будто звери перед прыжком. Вокруг — рёв моторов, дым, запах резины и бензина, музыка, что бьёт прямо в рёбра.
Толпа двигалась как единое целое — кто-то снимал, кто-то ставил ставки, кто-то открывал багажники, где играла техно или реггетон.
Я увидела Дэна — он стоял рядом с блестящей чёрно-красной Nissan GT-R.
Волосы зачёсаны назад, в тёмной рубашке с закатанными рукавами и серебристой цепочкой на шее. Он выглядел чертовски уверенно. Как будто он — часть этой ночи, этого движения, этой скорости.
— Успели, — сказал он, глядя на нас. — Всё готово. Гонка через 15 минут.
— Кто твой напарник? — спросила я.
Он улыбнулся, но не ответил.
— А мы поедем вместе? — повернулась я к Алану.
Он улыбнулся и подмигнул:
— Я не мог доверить твою жизнь никому другому, Неон.
И в этот момент раздался стартовый выстрел — и первые два болида рванули вперёд, оставив за собой дым и искры.
Гонки начались.
А мы всё ещё были в ожидании — но не только старта.
Я стояла рядом с Аланом, чувствуя, как холодный воздух заброшенного аэродрома касается плеч. Моторы выли, громко споря между собой, а неоновый свет машин резал темноту, будто мы были в центре фильма, где всё происходит на грани — грани скорости, риска и чего-то ещё.
— Осталось пять минут до нашего заезда, — Алан посмотрел на часы, затем на меня. — Хочешь надеть шлем?
— Нет. Хочу почувствовать ветер, — улыбнулась я.
Он кивнул, сдержанно, как будто запомнил эти слова.
Я сделала шаг в сторону, чтобы немного развеяться, когда вдруг... заметила знакомый силуэт.
Он шёл неторопливо, в кожаной куртке, руки в карманах, походка расслабленная — слишком уверенная для того, кто не вписан в эту компанию. Но он уже стал частью.
Лео.
— Привет, леди, — его голос прозвучал у меня за спиной, и я едва не вздрогнула.
Он снова подошёл без предупреждения. Вечно из ниоткуда. Вечно вовремя.
— Что за привычка подкрадываться? — усмехнулась я, оборачиваясь.
— А что за привычка так эффектно выглядеть, а потом удивляться, что на тебя смотрят? — он смерил меня взглядом с головы до ног, явно не скрывая восхищения.
— Платье достойно преступления. Надеюсь, ты не собираешься в нём гонять?
— А ты что тут делаешь? — я прищурилась. — Это далеко не место, где детективы просто «гуляют».
Он ухмыльнулся.
— Я не на службе. Решил развлечься. А потом подумал: а вдруг ты здесь? И вот — угадай с трёх раз.
— Ты следил за нами?
— Нет, просто угадывал. И оказался прав.
В этот момент подошёл Дэн. Он бросил на Лео взгляд, в котором читалось всё — раздражение, недоверие, злость.
Но сказал спокойно:
— Что, Лео, решил поиграть в уличного гонщика?
— Нет, — пожал плечами тот, — но почему бы не посмотреть, как дерутся тигры за внимание леди?
Дэн сжал челюсть, но промолчал.
А я почувствовала, как холодок прошёл по спине. Лео был не просто дерзким — он явно что-то знал.
Алан, выйдя из толпы, подошёл к нам. Он остановился, увидев Лео, и его лицо на миг стало каменным. Не злоба — нет. Скорее... напряжение.
— Что ты здесь делаешь? — спросил он коротко.
— Поддерживаю общение, — пожал плечами Лео. — Приятный вечер. Ночные гонки. Красивая девушка. В общем, всё как я люблю.
— Иди домой, Лео, — сказал Алан тихо, но жёстко. — Тут не для тебя.
— А может, для меня больше, чем тебе кажется, Вега, — усмехнулся Лео, потом посмотрел на меня. — Удачи, Леди. Хотя, кажется, ты её не просишь.
Он развернулся и ушёл, растворяясь в толпе.
Я осталась стоять между двумя мужчинами. Один — мой друг. Другой — мой... кто? Парень?
И каждый из них теперь чувствовал, что начинается что-то совсем другое.
Что гонки — не только про скорость.