Белый заяц

Последние недели в особняке изменили Сэма больше, чем он сам ожидал. Второй визит к психотерапевту Рене Дель принес более обнадеживающий вердикт: его состояние стабилизируется. Однако Рене и не подозревала, что этот "прогресс" во многом заслуга успокоительных, которые Сэм теперь принимал регулярно. Лекарства помогали контролировать эмоции, но были бессильны в тот момент, когда он сорвался на Киллиана Ленстона.

Темы тех злополучных документов, что он доставал для Киллиана, больше никто не поднимал. Даже Грейв, с которым Сэм пытался обсудить это, уклонился от ответа, давая понять, что эта история под строгим запретом. Сэм решил оставить попытки, хотя каждый раз, когда он пытался забыть, что напоминало ему о матери. Эти воспоминания, как назойливый призрак, не отпускали, заставляя заново переживать боль утраты.

Осень тихо уступила место зиме. Морозы захватили город, делая воздух резким, а дни — бесконечно серыми. Зима казалась олицетворением предстоящих трёх месяцев — тяжёлых, холодных, непрощающих ошибок.

Тем временем Агнес вновь обосновалась в особняке, словно возвращение в эту обитель было её триумфом. Она быстро восстановила свой "порядок", пытаясь подчинить всех своей воле. Но Грейв, научившийся за эти годы стойкости, уже не позволял ей так легко управлять собой. Каждый раз, когда она пыталась унизить или командовать им, он отвечал с такой резкостью, что её жалобы Киллиану становились пустым звуком. Для Грейва она была не более чем "мусором" и "тягарем", особенно теперь, с ребёнком. Не скрывая презрения, он несколько раз открыто заявил, что её возвращение из Англии было глупым и необдуманным поступком.

Сэм, наблюдая за Грейвом, будто невольно следовал его примеру. Он начал открыто высказывать свои мысли, не боясь последствий. Особенно это касалось Альберта, сына Агнес, который всё чаще прибегал к нему за помощью. Но Сэм не видел в себе няньки и не скрывал этого. Успокоительные помогали подавлять любые проявления чувств, и парень старался сохранить эту пустоту внутри.

Хотя иногда, в редкие моменты, он замечал в Альберте что-то до боли знакомое. В этом мальчишке, оставленном на произвол судьбы в опасном и жестоком мире, он видел отражение самого себя. Но Сэм отказывался признать это. Отказывался чувствовать что-либо. "Никогда," — твердо говорил он себе.

И снова то происходит что никто не ждал. Неожиданно, словно из ниоткуда, появился мужчина. Его приход напоминал появление Агнес — резкое, без предупреждений и церемоний. Но в отличие от неё, этот человек излучал собранность и уверенность. Никаких лишних движений, никаких отвлекающих деталей — только холодная целеустремлённость.

Он вошёл в комнату и плотно закрыл за собой дверь, создавая ощущение, что за этими стенами будет сказано что-то важное, что-то, что никому больше знать не положено.

— Киллиан, у нас проблемы, — мужчина произнёс сухо, как будто это был не вопрос, а уже решённый факт. Его голос звучал спокойно, но в этой спокойной интонации ощущалась сталь. Он поставил на стол сумку, открыл её и извлёк пачку документов.

— Детектив Элизабет знает, что вы забрали информацию по её делу, — добавил он, держа бумаги так, будто это оружие в его руках.

Киллиан Ленстон поднял взгляд от своих записей. Его лицо оставалось бесстрастным, холодным, но взгляд — пронзительным. Казалось, он мог в одно мгновение распознать ложь, слабость, или любую угрозу.

— Последствия? — коротко спросил он, словно уже подбирая план действий.

Сэм, наблюдавший за этой сценой, чувствовал себя лишним. Он не знал, кто этот мужчина, но было ясно, что его слова имели вес. Переведя взгляд на незнакомца, Сэм заметил, как тот смотрит на него. Этот взгляд был острым, испытующим. Взгляд, от которого у парня внутри всё напряглось, словно холодный ветер коснулся его души.

— Элизабет ждёт любой возможности, чтобы встретиться с Сэмом один на один, — продолжил мужчина. — Для личного разговора. Более того, в этом доме появилась крыса. Кто-то из ваших ищет информацию для детектива.

Тишина обрушилась на комнату, давя своим грузом. Все словно застыли, переводя взгляды с одного на другого, пока, наконец, не остановились на Агнес. Этот молчаливый суд, казалось, парализовал её. Даже она сама ощутила, что чаша подозрений перевешивает именно на её сторону.

Её лицо исказилось от негодования, и, встав, она резко хлопнула руками по столу.

— Это точно не я! — воскликнула она, но её голос прозвучал так, будто она защищалась от обвинений, которых ещё не произнесли вслух.

— Ещё никто ничего не сказал, — коротко вставил Сэм, усмехнувшись. Это недоразумение и чужая неуклюжая попытка оправдаться вызывали у него больше веселья, чем злости.

— Я бы ни за что не подставила Киллиана! — вспылила Агнес, не скрывая своего возмущения. — А вот ты можешь. Ты ведь только и ищешь способ сбежать отсюда.

Её слова прозвучали как обвинение, но для Сэма они были настолько нелепыми, что он просто откинулся на спинку стула и бросил на неё пронзительный взгляд. Слова уже рвались с языка, готовые уколоть её высокомерие, но он заметил взгляд Грейва. Этот взгляд был ясным: Не надо.

Сэм всё же сдержался, но внутри бушевало желание вставить колкость.

— Есть ли предположения? — неожиданно вмешался Грейв, переводя разговор в более конструктивное русло.

Мужчина, представивший бумаги, бросил короткий взгляд на всех присутствующих:

— Пока нет, но вам лучше быть осторожнее. Если крыса есть, она сделает ещё один шаг.

Разговор снова сосредоточился на обсуждении угрозы. Сэм, заметив, что внимание переключилось, наклонился ближе к Гейб и тихо спросил:

— Как его вообще зовут?

Гейб повернулась к нему с лёгкой улыбкой, словно забавляясь тем, что Сэм, похоже, всё это время не имел ни малейшего представления, кто этот человек.

— Сильвестр Карне, адвокат Киллиана. У него обширная сеть информаторов, — ответила она так же тихо.

Однако их шёпот тут же привлёк внимание Агнес. Её голос прозвучал резко, словно очередной укол:

— И что вы там обсуждаете, а?

Её слова вновь приковали взгляды всех к Сэму и Гейб. Парень лишь улыбнулся в ответ, причём улыбка была явным вызовом — наигранной, почти издевательской.

— К вашему сведению, я просто спросил у Гейб, как зовут этого мужчину и кто он такой, — произнёс Сэм с ироничной серьёзностью, будто сдавал отчёт на экзамене.

— Ты мог бы спросить вслух! — с раздражением воскликнула Агнес.

— У вас, кажется, дела поважнее, чем отвечать на мои вопросы. Мне проще уточнить у Гейб, чтобы не мешаться, — невозмутимо ответил он, сдерживая желание усмехнуться.

Агнес закатила глаза, но её попытки защититься только усиливали напряжение в комнате. С каждым словом ситуация становилась всё более запутанной, а атмосфера — всё более накалённой.

Киллиан распустил всех, коротко бросив указание разойтись, и скрылся вместе с Сильвестром в своём кабинете. Скорее всего, их ожидал ещё один разговор о делах, которые, казалось, никогда не заканчивались.

Сэм, сам не понимая, почему, последовал за Гейб и близнецами на кухню. Они устроились за столом, болтая о мелочах, пока он задумчиво пил чай, обдумывая недавние события. Эта ситуация с детективом и крыса в доме не давали ему покоя.

Его взгляд вдруг остановился на Гейб, и мысли свернули на другой путь.

– Гейб, а как ты вообще попала к Киллиану? – спросил он резко, нарушив размеренную беседу.

Габриэль моргнула, удивлённая вопросом, но её удивление быстро сменилось улыбкой.

– Ох, это долгая история, – сказала она с шутливой интонацией, склонив голову набок. – И, честно говоря, глупая.

– Глупая? – Сэм поднял бровь, сделав ещё один глоток чая.

– Это было пять лет назад, – начала она, но Сэм вдруг поперхнулся.

– Пять лет?!

Она звонко рассмеялась, подперев подбородок рукой.

– Приятно знать, что я так молодо выгляжу, – усмехнулась она. – Да, пять лет назад.

– Сколько тебе вообще лет?

– Всего лишь двадцать семь.

Сэм чуть не поперхнулся снова, удивление мелькнуло в его глазах.

– Я бы дал тебе максимум двадцать четыре, – пробормотал он.

– Спасибо, – кивнула она, явно приняв это за комплимент. – Но вернёмся к рассказу.

Она откинулась на спинку стула, с улыбкой вспоминая.

– Представь себе: я, тогда ещё зелёная хакерша, решила доказать подруге, что могу взломать любую систему. Мы болтали за кофе, и она вдруг говорит: "Ну давай, попробуй взломать что-нибудь серьёзное". Чисто ради шутки, конечно. Ну а я, как всегда, решила, что мне море по колено. Нашла какой-то защищённый сервер, даже не представляя, что это за место.

– И? – Сэм склонился вперёд, явно заинтригованный.

– А то, что это оказался сервер, связанный с делами Киллиана Ленстона, – заявила она, невозмутимо глядя на его растерянное лицо. – Сама до сих пор не понимаю, как мне это удалось. Но вместо того чтобы скрыться и сидеть тихо, я зачем-то оставила свой цифровой "автограф". Типа, чтобы все знали, какая я крутая.

– О господи... – Сэм закрыл лицо рукой.

– Да, – хихикнула она. – Ну, через пару дней за мной пришли. Нашли, быстро и без церемоний. Сначала я подумала, что меня убьют, но решила: если умру, то с гордо поднятой головой. На деле оказалось, что Киллиан не стал сразу устранять меня, а спросил, как я это сделала. Когда я объяснила, он сказал, что "проверит мои навыки". И вот я здесь.

– Просто взяла и пришла к нему работать? – переспросил Сэм, явно поражённый нелепостью ситуации.

– Ага. Вряд ли у меня был выбор, – Гейб рассмеялась. – Но теперь я в деле.

Сэм, пытаясь осмыслить услышанное, лишь покачал головой.

– Это самое странное везение, которое я когда-либо видел.

– Везение? – усмехнулась Гейб. – Можно и так сказать.

Сэм перевёл взгляд на близнецов, ожидая чего-то более логичного, чем рассказ Гейб. Тарра, заметив его интерес, мило улыбнулась.

– Я надеюсь, у вас история не на уровне с Гейб. И, пожалуйста, скажите, что вам не за тридцать, – бросил он, усмехаясь.

Терри рассмеялся, качая головой.

– За возраст не переживай, нам всего 24. А вот история, как мы попали сюда… Хм... – Он задумчиво потёр затылок, как будто вспоминая детали.

Сэм вдруг понял, что за всё время, проведённое в этой группе, он не задал себе труд узнать такие простые вещи, как возраст или прошлое этих людей. Да, в их среде это было неважно, но сейчас вдруг стало любопытно.

– Ладно, слушай, – начал Терри, ломая неловкое молчание. – Всё началось, когда мы с Таррой работали механиками в одной захолустной мастерской неподалёку от Шейдстона. Денег было мало, но мы выкручивались.

– И тут Терри решил, что мы должны "расширить горизонты", – вставила Тарра с лёгкой иронией.

– Ну да, – пожал плечами Терри. – Мне показалось, что это отличная идея: взять заказ на переделку машины для каких-то ребят. Они сказали, что это для гонок. Ну, знаешь, поставить новый двигатель, укрепить раму, кое-что подкрутить.

– А ещё снабдить машину тайниками, – подхватила Тарра, усмехнувшись.

Сэм насторожился, уже предчувствуя, куда всё это ведёт.

- Вы согласились, - это был уже как факт.

– Ага, – Терри улыбнулся, словно это была самая обыденная история. – Работа была прибыльной, да и вызов неплохой. Нам заплатили вперёд, а мы сделали всё, как было нужно.

– Только мы не знали, – вставила Тарра, – что эти ребята работали на одного из конкурентов Киллиана.

– А что за машина-то была? – не удержался Сэм.

– Синяя "Импала". Очень быстрая. И, как оказалось, она использовалась для перевозки… – Терри сделал драматическую паузу, оглядывая всех за столом, – краденого груза.

Сэм вздохнул, едва удержавшись от саркастичного комментария.

– Когда груз перехватили люди Киллиана, – продолжила Тарра, – они быстро выяснили, кто переделывал машину. И в итоге к нам в мастерскую нагрянули его ребята.

– Скажем так, нас пригласили на "дружескую беседу", – добавил Терри.

– Дружескую? – переспросил Сэм, не скрывая иронии.

– Ну, не совсем, – признала Тарра. – Мы думали, что нас просто устранят. Но когда Киллиан узнал, что это сделали мы, а не какая-то команда профессионалов, он сказал, что мы "талантливы, хоть и дураки".

– Он предложил нам выбор, – сказал Терри. – Либо мы работаем на него, либо…

– Либо выбираем участок земли, куда нас закопают, – закончила Тарра с усмешкой.

- Видя вас здесь, вы согласились.

– Конечно! – одновременно ответили близнецы.

– Это же шанс работать с лучшими, – пояснил Терри. – Да и, будем честны, не особо был выбор.

– Но теперь мы не жалеем, – добавила Тарра. – Эта жизнь гораздо интереснее, чем наша мастерская в захолустье.

- Видимо вам не хватает адреналина в жизни, - саркастично произнес Сэм.

Сэм, слушая истории своих "коллег", уже давно составил для себя общую картину. Узнав чуть больше о каждом, он понимал: это не они. У Гейб, Терри и Тарры не было ни причин, ни выгоды выдавать информацию детективу. Грейв? Исключено. Его преданность Киллиану не подлежала сомнению, он был правой рукой Ленстона и фанатично следовал его приказам.

Оставалась Агнес. Но Сэм понимал, что она не стала бы так рисковать. У неё был козырь — сын Киллиана, и этим она удерживала свою шаткую позицию. И уж точно не стала бы ставить под угрозу безопасность ребёнка.

С каждой новой мыслью Сэм всё больше осознавал, что подозрения могут упасть на него самого. Но зачем ему это? Какой смысл в предательстве, если он всё равно не сможет вырваться из этого замкнутого круга? Мысли путались, пока он не понял, что давно утратил нить рассуждений. Всё стало слишком запутанным.

Задумавшись, Сэм не заметил, как быстро пролетело время. Взглянув на часы, он с досадой понял, что опаздывает на свою дневную пробежку. Резко вскочив со стула, он напугал Тарру и Гейб, заставив их вздрогнуть от неожиданности.

– Я совсем забыл про пробежку, – объяснил он свою поспешность и уже направился в свою комнату, не обращая внимания на их недоумённые взгляды.

В его жизни всё всегда было по порядку, включая вещи. Для пробежек – чёрный спортивный костюм. Для заданий – водолазка и те же спортивные штаны. На редкие "особые" мероприятия – строгий чёрный костюм и белая рубашка. Обуви было всего две пары: красные кеды для повседневной носки и чёрные туфли для официального выхода.

Эта сдержанность и простота шли из детства. Мать всегда повторяла: "Одежды много не нужно. Деньги лучше приберечь!" Эти слова так прочно засели в его голове, что стали для него своего рода законом.

Когда Сэм наконец вышел на улицу и начал бег, он впервые за долгое время решил слегка сменить привычный маршрут. Редкое отступление от рутины казалось ему свежим глотком воздуха, но эта спонтанность быстро обернулась неприятным сюрпризом.

Через несколько минут он почувствовал это странное, тревожное чувство. Кто-то следил за ним. Оно охватило его тело напряжением, заставив мышцы напрячься и сердце начать биться быстрее. Каждый шаг становился чуть быстрее, как будто ноги сами готовились к побегу.

Сэм украдкой оглянулся, пытаясь поймать взглядом источник своей тревоги, но улица позади него была пуста. Это не успокоило его. Интуиция подсказывала, что угроза была где-то рядом, и он чувствовал её всем своим существом.

Сэм, пробежав ещё несколько метров, почувствовал нарастающее напряжение. Ощущение, будто за ним следят, становилось невыносимым. И прежде чем он успел оглянуться, чья-то рука резко схватила его и прижала к шершавой поверхности дерева. Парень едва успел среагировать, как перед ним возник мужчина. Его лицо скрывала плотная маска, а из-под неё холодно блеснули голубые глаза. Те же глаза, что он видел каждый раз в зеркале. Этот взгляд заставил Сэма замереть, а напряжение в теле усилилось до предела.

Мужчина ничего не сказал. Он молча вытащил сложенный лист бумаги и сунул его в карман Сэма. Грубое движение, будто тот просто выполнял приказ. А затем незнакомец исчез так же быстро, как появился, растворяясь в густой тени деревьев.

Сэм стоял неподвижно, сердце колотилось, будто его вот-вот разобьют в груди. Вытянув из кармана записку, он развернул её, надеясь найти хоть какую-то подсказку. Но единственная надпись, которую он увидел, была лаконична: "Нашёл тебя."

Эти слова ударили по нему тяжелее, чем он ожидал. Кто нашёл? Зачем? Вопросы роились в голове, но ответов не было. Этот человек — враг? Или предупреждение? Непонятное ощущение двоякости — опасность или потенциальный союзник? Сэм тяжело вздохнул, скомкал записку и спрятал её обратно в карман.

Он продолжил пробежку, но теперь каждая мысль стала иглой, которая колола его, не давая сосредоточиться. В голове снова начали всплывать тревоги и сомнения, как давно привычный шум, который он так и не смог заглушить.

Через час Сэм вернулся на территорию особняка, покрытый лёгкой испариной и ощущением странного беспокойства. Он замедлил шаги, когда заметил небольшую группу у главного входа. Киллиан разговаривал с Агнес, которая стояла с ребёнком на руках. По обе стороны от него стояли телохранители, а чуть дальше — близнецы, будто ожидая указаний. Судя по всему, это была очередная сцена, в которой Агнес добивалась своего.

Сэм замер неподалёку, внимательно прислушиваясь.

— Ты же понимаешь, что это очень важно! — Агнес говорила раздражённо, почти срываясь на крик.

— У меня есть дела поважнее, чем встреча с твоими родителями, — Киллиан ответил ровным, но уставшим голосом, явно не желая продолжать спор.

— Ничего не знаю. Сегодня вечером, в ресторане "Полуночный Цветок". — Её тон звучал властно, как будто у неё было право приказывать.

Сэм наблюдал за этой сценой, но быстро потерял к ней интерес. Это выглядело как очередная попытка Агнес заставить Киллиана подчиниться её прихотям. Слегка поморщившись, он поспешил уйти в свою комнату, оставляя позади их перепалку.

Усевшись на кровать, Сэм задумался. Агнес снова пыталась использовать ребёнка как рычаг давления. Но могла ли она действительно предать Киллиана? Женщина казалась зацикленной на деньгах. Она могла получить всё, чего хотела, если бы нашла нужного покупателя на секреты Ленстона. Возможно ли, что она уже продалась детективу Элизабет?

Эта мысль казалась ему всё более вероятной. В её взгляде, жестах и словах было только желание получить больше, чем у неё есть. И, похоже, ради этого она готова была переступить любые границы.

Сэм сидел на краю кровати, запустив руку  в уже хорошо отросшие светлые волосы. Мысли в его голове путались, наплывали одна на другую, словно волны, накрывающие берег. Он чувствовал, как в душе поднимается что-то непривычное, почти забытое — это было чувство долга перед самим собой, перед памятью о матери.

"Сидеть и ждать — это как сидеть в клетке. А мне нужна свобода," подумал он, бросив взгляд на окно. И тут его осенила безумная мысль: "Сбежать ночью."

Он резко поднялся, заходил по комнате. Эта идея была рискованной, глупой, но такой манящей. Тайлер... Только он мог выслушать, понять, дать совет. Тай был тем редким человеком, которому можно было доверить сокровенное. Келси понимал: видеть друга — это не только возможность выговориться, но и шанс почувствовать себя снова человеком, а не пешкой в чужой игре.

Но прежде чем он сможет сбежать, нужно было узнать больше об Элизабет. Эта женщина была загадкой, но она явно знала больше, чем хотела показать. Она копалась в прошлом, в том, что Сэм старался забыть. Однако теперь он чувствовал: это его шанс докопаться до правды.

— Если она хочет встречи, я устрою её. На моих условиях. — Сэм прошептал это вслух, словно закрепляя свой план.

Он подошёл к столу, схватил карандаш и начал быстро чертить на листке схему действий. Узнать, где живёт детектив. Разведать, чем она занимается. Создать подходящие обстоятельства для встречи.

Может быть, она не враг. Может, она просто хочет раскрыть это дело, как и он сам. Дело, которое казалось бесполезным, мёртвым. Дело, которое касается его матери.

Сэм остановился, вцепившись в карандаш так, что побелели пальцы. Её лицо всплыло перед глазами — улыбка, взгляд, тёплые слова. А затем... кровь. Запах крови, крики, страх. Он с трудом проглотил ком в горле, чувствуя, как что-то тяжёлое и острое сжимает грудь.

Эти чувства не исчезли. Они просто прятались в глубине души, пока всё не вспыхнуло вновь. Недавние события стали спичкой, подожгшей улей его воспоминаний и эмоций.

— Если это опасно, пусть так. Я не могу больше отступать. — Сэм поднял глаза, и в его взгляде появилось нечто новое — решимость.

Он понимал: идти против Киллиана опасно, но оставаться в стороне ещё опаснее. Если ему суждено выжить, он должен быть готов сражаться. За себя. За правду. И, возможно, за шанс отдать долг памяти своей матери.