Там, где гора укажет путь

Тепло камина, этого неожиданного спасительного очага посреди ледяной пустоши, окутало измученных путников мягким, убаюкивающим покрывалом. Огонь, весело потрескивая, отбрасывал на грубые бревенчатые стены длинные, пляшущие тени, которые то сжимались, то вытягивались, создавая иллюзию движения в пустом доме. Дэниел, сидя на лавке, чувствовал, как неимоверная усталость, накопившаяся за день изнурительного подъёма по склону горы Коронет, наконец берёт своё. Его веки налились свинцовой тяжестью, а мысли, ещё недавно острые и встревоженные загадкой покинутого жилища, начали путаться и расплываться, словно акварельные краски в воде.

Риан, сидевший на полу рядом с камином и протягивавший к огню свои замёрзшие лапы, тоже чувствовал, как напряжение покидает его мышцы. Он прислонился спиной к тёплой каменной кладке и прикрыл глаза, позволяя себе короткую передышку. Аэрон и Этера, всё ещё в своих человеческих обличьях, сидели у противоположной стены. Этера, положив голову на плечо брата, уже почти спала, её дыхание стало ровным и спокойным. Аэрон, всегда настороженный и недоверчивый, боролся со сном до последнего. Его глаза, цеплявшиеся за каждую тень, за каждое движение пламени, в конце концов тоже сомкнулись, побеждённые теплом и уютом.

— Надо бы выставить дозорного... — едва слышно пробормотал Дэниел, но его собственное тело предало его. Голова упала на грудь, плечи расслабились, и он провалился в глубокий, беспокойный сон, полный обрывочных видений: ледяной ветер, крики чаек над островом Новолуния, печальные глаза Мии и зловещий смех Данте Рейеса.

Так прошла ночь. Буря за окнами постепенно стихла, и на смену её вою пришла глубокая, звенящая тишина горных вершин. Первые робкие лучи рассвета, окрашенные в нежные оттенки розового и золотого, пробились сквозь маленькое замёрзшее окошко, разгоняя ночной мрак.

Риан проснулся первым. Он медленно открыл глаза, чувствуя, как тепло камина всё ещё согревает его спину. Дрова почти догорели, остались лишь тлеющие угли, испускавшие ровное, малиновое свечение. Лукарио сладко потянулся, разминая затёкшие за ночь мышцы, и огляделся. Дэниел всё ещё крепко спал на своей лавке, уронив голову на грудь и укутавшись в своё чёрное хаори. Его дыхание было глубоким и размеренным. Этера и Аэрон тоже спали, привалившись друг к другу.

И тут Риан замер.

За столом, тем самым столом, на котором вчера вечером стояли остатки еды, сейчас сидели четыре фигуры. Одна — человеческая, три — определённо принадлежавшие покемонам. Лукарио мгновенно вскочил на ноги, его тело напряглось, словно сжатая пружина. Правая лапа инстинктивно дёрнулась и призвала костяной шест, который он всегда готов использовать.

— Кто здесь?! — громко и требовательно спросил Риан, становясь в боевую стойку и заслоняя собой спящего Дэниела.

От его окрика мгновенно проснулись Этера и Аэрон. Близнецы, увидев незнакомцев, среагировали с отточенной скоростью легендарных защитников. Аэрон, не раздумывая, принял свою истинную форму Латиоса — синего, обтекаемого дракона, напоминающего реактивный истребитель, готовый к атаке. Его глаза вспыхнули холодным, предупреждающим светом. Этера, также превратившись в красного дракона, парящего рядом с братом, приготовилась прикрывать его в случае нападения.

— Кто вы такие и что вам здесь нужно?! — прорычал Аэрон, его голос, усиленный аурой легендарного покемона, заставил стены дома слегка задрожать.

Человеческая фигура за столом даже не вздрогнула. Это был мальчик. На вид ему было около четырнадцати лет. У него были короткие, аккуратно уложенные волосы чисто-белого цвета, которые мягко обрамляли его лицо, и удивительные глаза — глубокого, пронзительного фиолетового оттенка, какие редко встретишь. Он был одет в простую, но добротную одежду: тёплую голубую куртку с меховой оторочкой на капюшоне, отороченном пушистым мехом неизвестного покемона. Под курткой виднелся вязаный свитер, а на руках были тёплые перчатки. Рядом с ним на столе лежала небольшая связка каких-то лечебных трав и походная сумка.

Рядом с мальчиком, на столе, сидел маленький, юркий Чимчар — покемон-шимпанзе с ярко-оранжевой шерстью и горящим огоньком на кончике хвоста. Он с любопытством, но без страха смотрел на разъярённого Латиоса. Справа от стола, на полу, пуская лёгкие электрические разряды по своей золотистой шкуре, стоял Лаксио — покемон-рысь с пронзительными жёлтыми глазами, готовый в любой момент защитить своего тренера. А слева, в небольшой деревянной бадье с водой, которую мальчик, видимо, принёс с улицы, мирно плавал Старми — фиолетовый покемон-звезда, чья центральная сердцевина пульсировала мягким, переливающимся светом.

Но прежде чем Риан успел отдать приказ к атаке, прежде чем Аэрон успел выпустить луч чистой энергии, мальчик спокойно, даже как-то буднично, поднял руку вверх, останавливая их.

— Тихо, тихо, не нужно так волноваться, — сказал он мягким, спокойным голосом, который никак не вязался с напряжённой обстановкой. — Я не враг вам. Честное слово. Если бы я хотел причинить вам вред, я бы сделал это ночью, пока вы все спали. А не сидел бы тут и не ждал, пока вы проснётесь.

Риан, не опуская костяного шеста, пристально посмотрел на мальчика. В его словах была логика. И Лукарио, чувствуя ауру, не ощущал от него никакой злобы или агрессии. Только спокойствие и лёгкое, едва уловимое любопытство.

— Аэрон, Этера, отмена атаки... пока что, — тихо сказал Риан, не сводя глаз с незнакомца.

Латиос недовольно фыркнул, но подчинился. Он и его сестра вновь приняли свои человеческие обличья, но остались стоять рядом с Рианом, готовые в любой момент снова вступить в бой.

В этот момент, словно почувствовав, что напряжённая тишина в комнате сменилась тишиной выжидательной, Дэниел зашевелился на своей лавке. Он медленно открыл глаза, всё ещё находясь в плену тяжёлого, глубокого сна. В голове был туман, а перед глазами всё плыло. Первое, что он увидел, — это незнакомый деревянный потолок. Затем — своих покемонов, стоящих в напряжённых позах. А затем он перевёл взгляд на стол.

Мальчик, сидевший за столом, приветливо улыбнулся и сказал:

— Доброе утро. Надеюсь, хорошо выспались? Буря вчера была знатная.

Дэниел моргнул. Раз. Другой. Его сонный мозг отчаянно пытался обработать информацию. Кто это? Откуда он взялся? Почему его покемоны стоят, как на параде?

Мальчик терпеливо ждал, и Дэниел, с трудом фокусируя взгляд, наконец осознал, что видит перед собой совершенно незнакомого человека с белыми волосами и фиолетовыми глазами, сидящего за столом так, будто это он хозяин дома.

— А-А-А-А! — внезапно крикнул Дэниел, подскакивая на лавке и едва не падая на пол. Его крик разорвал утреннюю тишину, заставив Чимчара испуганно подпрыгнуть на месте, а Лаксио — угрожающе зарычать. — ТЫ КТО ТАКОЙ ВООБЩЕ?!

Мальчик, ничуть не испугавшись, рассмеялся. Его смех был искренним и заразительным.

— Ну, для начала, доброе утро, — сказал он, улыбаясь. — А то ты меня уже второй раз игнорируешь. Я — Лиам. И, вообще-то, это мой дом. Так что вопрос «кто ты такой» логичнее было бы задать мне.

Дэниел, всё ещё ошарашенный, переводил взгляд с мальчика на его покемонов и обратно. Чимчар, маленькая огненная обезьянка, дружелюбно помахала ему лапкой. Старми, плавающий в бадье, издал мелодичный перезвон, который звучал почти как приветствие. Лаксио, всё ещё настороженный, перестал рычать, но продолжал сверлить незнакомцев взглядом.

— Твой... дом? — переспросил Риан, опуская костяной шест.

— Ну да, — пожал плечами Лиам. — Я здесь живу. Уже довольно давно. Мой дедушка живёт в городе Уэйрер, у подножия горы, а я предпочитаю проводить время здесь, наверху. Дед научил меня всему — как выживать в горах, понимать природу, предсказывать погоду, помогать заблудившимся путникам. Вчера, когда началась буря, я увидел вас из окна и понял, что вы не дойдёте. Поэтому я оставил дверь открытой и затопил камин, чтобы вы не замёрзли до смерти. А сам ушёл на разведку — проверить, не натворила ли буря бед вокруг. Вернулся под утро. Вы так крепко спали, что я не стал вас будить.

Дэниел, слушая это, медленно опустился обратно на лавку. Его сердце, бешено колотившееся после пробуждения, начало успокаиваться.

— Погоди... — сказал он, потирая переносицу. — Так это ты оставил суп на столе? И хлеб?

— Ну да, — кивнул Лиам. — Я же говорю, я собирался поесть, но услышал странный шум в ущелье, пошёл проверять, а когда вернулся, вы уже все здесь спали без задних ног. Я доел то, что осталось, кстати. Не пропадать же добру.

Этера, которая внимательно слушала рассказ мальчика, улыбнулась. В его словах чувствовалась такая искренность и простота, что было невозможно ему не поверить.

— Прости нас за такую реакцию, Лиам, — сказала она, слегка поклонившись. — Мы просто... мы прошли через многое в последнее время, и наша бдительность вполне объяснима.

— Да ладно, всё нормально, — отмахнулся Лиам. — Я бы тоже на вашем месте испугался. Но, как видите, мы вполне мирные. Это Чимчар, — он указал на огненную обезьянку, — это Лаксио, мой верный защитник, а это Старми. Он, кстати, помогает мне предсказывать погоду.

Чимчар спрыгнул со стола и, подбежав к Дэниелу, начал с любопытством разглядывать его. Дэниел, всё ещё приходя в себя, протянул руку и осторожно погладил покемона по голове. Чимчар радостно чирикнул в ответ, прикрыв глаза от удовольствия, но не произнёс ни слова на человеческом языке — только этот мелодичный звук.

Дэниел нахмурился. Он перевёл взгляд на Лаксио, потом на Старми. Никто из них не заговорил, не представился, не сказал ни слова. Это было... странно. Он уже настолько привык к тому, что в этом мире все покемоны, которых он встречал, свободно разговаривали человеческим голосом — Риан, Оливер, Окси, даже Морфосон и драконы-близнецы — что молчание этих троих показалось ему неестественным.

— Лиам, можно вопрос? — Дэниел отвёл руку от Чимчара и посмотрел на мальчика.

— Конечно, спрашивай.

— Твои покемоны... они не разговаривают? В смысле, не говорят на человеческом языке? — спросил он, стараясь, чтобы его вопрос не прозвучал грубо или обидно.

Лиам понимающе кивнул, словно этот вопрос ему задавали уже не раз.

— А, ты об этом. Ну, тут всё немного сложнее, чем кажется на первый взгляд. Видишь ли, бывает такое, что когда покемоны находятся на своих первых стадиях эволюции, они ещё не могут говорить. Их разум ещё не до конца сформирован для сложной человеческой речи, и им нужно время. Обычно способность разговаривать приходит к ним в процессе эволюций, когда их тело и сознание достигают определённого уровня развития. Чимчар и Лаксио пока что просто ещё не доросли до этого. А Старми... ну, Старми — это особый случай. У него просто нет рта, ему и нечем говорить, — Лиам усмехнулся. — Но это не значит, что они меня не понимают. Мы отлично общаемся без слов.

Он сделал небольшую паузу и продолжил:

— Но, знаешь, бывает и обратное. Иногда покемоны, даже на начальных стадиях эволюции, сразу после поимки могут разговаривать на человеческом языке. Это как врождённый талант, понимаешь? Зависит от самого покемона, от его происхождения, от его связи с тренером. У всех по-разному. Мой дедушка, например, рассказывал, что однажды встретил дикого Раттату, который говорил так, будто профессор университета. А бывает, поймаешь сильного покемона, а он только рычать и умеет.

Дэниел задумался. Его взгляд стал рассеянным, словно он смотрел не на Лиама и его покемонов, а куда-то вглубь себя, в свои собственные воспоминания. Лиам упомянул, что иногда покемоны сразу после поимки могут разговаривать, и это заставило его мысленно перенестись далеко-далеко отсюда — в регион Канто, в тот самый день, когда всё началось.

Он вспомнил, как очнулся на влажной траве после своей смерти в прошлом мире. Всё тело болело, голова кружилась, и он совершенно не понимал, что произошло. А потом над ним склонилась обеспокоенная морда Камео — покемона-черепахи с большими, добрыми глазами. И Камео заговорил. Заговорил человеческим голосом, с тревогой спрашивая, всё ли с ним в порядке. Дэниел тогда подумал, что сошёл с ума. Но это было правдой — первый покемон, которого он встретил в этом мире, говорил с ним сразу, с первой секунды их знакомства.

— Значит, мне тогда просто повезло, — подумал Дэниел про себя, выныривая из воспоминаний. — Или, возможно, сама судьба привела меня к тем, кто мог говорить.

— Эй, Дэниел, ты в порядке? — голос Риана вывел его из задумчивости.

— А? Да, да, всё нормально. Просто задумался о прошлом, — ответил он, тряхнув головой. — Спасибо за объяснение, Лиам. Это многое проясняет.

Лиам улыбнулся и сделал ещё один глоток чая.

— Да не за что. Ты, кстати, так и не рассказал, что вы делаете так высоко в горах. Не каждый день встретишь компанию с легендарными покемонами, которые пробираются через снежную бурю.

Дэниел и Риан обменялись быстрыми взглядами. Пришло время рассказать Лиаму правду. Дэниел глубоко вздохнул, собираясь с мыслями.

— Мы ищем нашего друга, Лиам, — начал он серьёзным голосом. — Его зовут Морфосон. Он Даркрай. Его похитили очень плохие люди — организация под названием The Void Cartel. Они держат его где-то в этой горе, в какой-то секретной лаборатории. Мы должны найти его и спасти.

Лиам слушал, и его лицо становилось всё более сосредоточенным. При упоминании Даркрая его глаза слегка расширились, но он не перебивал.

— А ещё... — Дэниел на секунду замолчал, его голос дрогнул. — Эти люди... они похитили моего друга Морфосона. А Мия и Близ... они не вернулись с острова. Тот человек, что руководил налётом, унёс Мию, когда она была ранена. Мы не смогли её защитить. Мы должны найти их и остановить, во что бы то ни стало.

В комнате повисла тяжёлая тишина. Лиам опустил взгляд на свою кружку с чаем, обдумывая услышанное. Когда он снова поднял глаза, в них не было ни страха, ни сомнения — только холодная, спокойная решимость.

— Слушайте, — сказал он, и его голос стал совершенно взрослым. — Неделю назад, перед тем как начались все эти бури, я кое-что видел. За гору, к северному склону, пролетел вертолёт. Он был весь чёрный, без опознавательных знаков. Я тогда ещё подумал, что это очень странно. Туристы так высоко не забираются, а учёные обычно летают со стороны Велотон-Сити и всегда сообщают о своих экспедициях.

Риан подался вперёд.

— Куда именно он полетел? Ты сможешь показать?

— Точно я, конечно, не знаю, — честно признался Лиам. — Он просто улетел в сторону северного склона. Но на моей памяти там находится старая штольня Айсглимт. Я слышал о ней от деда, он рассказывал, что когда-то давно там добывали редкие минералы. Но я никогда не видел её своими глазами, только знаю примерное расположение. Так что я не могу утверждать наверняка, туда ли направился вертолёт. Может быть, он полетел дальше, в сторону Айсберг-Глим, и где-то там находится их база. Но направление точно было северное.

— Айсберг-Глим? — переспросила Этера. — Что это за город?

— Это второй по величине город в регионе Синно, — пояснил Лиам. — Он находится дальше в горах и соединён с Уэйрером горной дорогой. Если вертолёт действительно полетел туда, то искать вашего друга там будет гораздо сложнее — город большой, и спрятать секретную лабораторию в нём проще, чем в голых скалах. Но если честно, мне кажется, что штольня Айсглимт — более вероятное место. Она заброшена, о ней мало кто знает, и это идеальное укрытие для тех, кто не хочет, чтобы их нашли.

Дэниел уже готов был вскочить и немедленно бежать к этой штольне, но Лиам остановил его движением руки.

— Погоди, не так быстро, — сказал он, и его тон стал серьёзным. — Даже если это штольня, туда нельзя просто так пойти. Даже если ты тренер с легендарными покемонами.

— Почему? — нахмурился Аэрон, скрестив руки на груди.

— Потому что и штольня, и все старые шахты в этом районе находятся под юрисдикцией гим-лидера Айсберг-Глим, — пояснил Лиам. — Эти объекты считаются стратегическими. Без специального разрешения туда вход строго запрещён. Если нас поймают там без разрешения, у нас будут большие проблемы, и вы не сможете спасти своего друга. Вас просто арестуют, и тогда всё будет кончено.

Дэниел застонал от разочарования и ударил кулаком по лавке.

— Ещё одна задержка! У нас нет времени на бюрократию!

— Вообще-то, это не обязательно задержка, — спокойно возразил Лиам. — Если мы сначала спустимся в Уэйрер, это пойдёт нам только на пользу. Во-первых, вы сможете отдохнуть, пополнить припасы и вылечить ваших покемонов в местном поке-центре. Во-вторых, мой дедушка живёт в Уэйрере, и он знает многих людей в округе. Он, возможно, сможет дать нам полезный совет или даже помочь связаться с администрацией Айсберг-Глим. С гим-лидером лично он не знаком, но у него есть старые связи среди городских чиновников. А в-третьих, я согласен провести вас через всю гору и показать все тайные тропы. Я знаю эти склоны как свои пять пальцев. Но только если мы сделаем это правильно и легально. Я не хочу, чтобы вы все попали в тюрьму ещё до того, как спасёте своего Даркрая.

Риан, который до этого молча слушал, кивнул.

— В словах парня есть смысл, Дэниел. Мы все вымотаны. Ещё один такой переход, как вчера, и мы просто не сможем сражаться, когда доберёмся до места. Нам нужен отдых и нормальная подготовка.

Этера шагнула вперёд и положила руку на плечо Дэниела.

— Риан прав. И к тому же, Уэйрер — это первый город у подножия горы. Там наверняка есть поке-центр и магазины. Мы сможем вылечить Оливера и Окси, пополнить запасы, купить необходимые вещи. А уже оттуда, с чётким планом, отправимся к гим-лидеру в Айсберг-Глим или прямиком к штольне, если получим разрешение.

Дэниел глубоко вздохнул, пытаясь успокоить свою жажду немедленных действий. Он понимал, что его друзья правы. Бросаться в логово врага без подготовки, измотанными и без чёткого плана, было бы глупо и самонадеянно. Именно такая самонадеянность уже стоила жизни Мие.

— Ладно, — сказал он наконец, выдыхая. — Ты прав, Лиам. Мы пойдём в Уэйрер, а оттуда — в Айсберг-Глим, к гим-лидеру. Но времени у нас в обрез. Морфосон ждать не будет. Мы не можем задерживаться ни на минуту больше необходимого.

Лиам кивнул и поднялся со стула.

— Договорились. Тогда давайте собираться. Я потушу камин, соберу свои вещи. До Уэйрера идти около шести-семи часов, если погода не испортится. Сейчас небо ясное, так что должны успеть до темноты.

Он повернулся к своим покемонам. Чимчар радостно чирикнул, но вместо того, чтобы запрыгнуть на плечо тренера, как делал это обычно, послушно подбежал ближе. Лиам достал из кармана куртки три покебола.

— Чимчар, Лаксио, Старми, возвращайтесь, — сказал он спокойным голосом. — Путь предстоит долгий, вам нужно беречь силы.

Чимчар издал короткое чириканье и исчез в луче красного света. Лаксио, который до этого настороженно следил за каждым движением незнакомцев, подошёл к своему тренеру и позволил втянуть себя в покебол. Старми, мелодично переливаясь, последним растворился в своей сфере. Лиам убрал покеболы обратно в карман куртки и застегнул его.

— Так будет быстрее и безопаснее, — пояснил он, заметив вопросительный взгляд Дэниела. — Тропа вниз крутая, и им незачем тратить силы на спуск. К тому же, в Уэйрере мы сможем их выпустить и дать им как следует отдохнуть.

Дэниел кивнул, полностью одобряя такой подход. Он и сам планировал держать Оливера и Окси в покеболах до самого города.

— Ну что ж, Лиам, — сказал Дэниел, поднимаясь с лавки и разминая затёкшую спину. — Веди нас. И спасибо тебе. Если бы не ты, мы бы, наверное, замёрзли насмерть в этой буре.

Лиам обернулся у двери и подмигнул ему.

— Не стоит благодарности. В горах все друг другу помогают. Это закон. А теперь пошли. Нам нужно успеть спуститься в город до того, как погода снова испортится.

Он толкнул входную дверь, и в комнату ворвался поток свежего, морозного воздуха. Снег искрился под лучами утреннего солнца, и вершины горы Коронет сияли в вышине, словно гигантские алмазы.

Дэниел на мгновение задержался на пороге, бросив последний взгляд на пустой дом, который дал им приют. Этот дом, затерянный на склоне великой горы, стал для них спасением. А его хозяин, мальчик с белыми волосами и фиолетовыми глазами, возможно, стал тем самым ключом, который приведёт их к Морфосону.

— Держись, Морфосон, — мысленно произнёс Дэниел, выходя на заснеженную тропу. — Мы уже близко. Очень близко.

Лиам первым шагнул за порог, и его ботинки утонули в рыхлом, нетронутом снегу. Дэниел последовал за ним, на мгновение зажмурившись от яркого утреннего солнца, отражавшегося от белоснежного покрывала. Риан, Аэрон и Этера вышли последними, плотно закрыв за собой дверь.

Погода стояла удивительно ясная — полная противоположность вчерашнему бурану. Небо над головой раскинулось чистым, бледно-голубым куполом, на котором не было ни облачка. Морозный воздух был свеж и прозрачен, каждый вдох обжигал лёгкие холодом, но в то же время бодрил и прогонял остатки сна. Заснеженные вершины Коронет, уходящие ввысь, искрились в солнечных лучах, словно кто-то рассыпал по ним миллионы крошечных алмазов.

Лиам, поправив капюшон своей голубой куртки, уверенно зашагал вперёд по едва заметной тропе, уходящей вниз по склону. Дэниел и остальные двинулись следом. Идти было непривычно легко — ветер стих, и только лёгкий хруст снега под ногами нарушал величественную тишину гор.

— До Уэйрера примерно шесть-семь часов ходу, — повторил Лиам, не оборачиваясь. — Если не будем останавливаться надолго, к вечеру будем на месте. Тропа тут пологая, так что спускаться будет легче, чем подниматься.

Дэниел молча кивнул, поправил хаори и зашагал дальше, чувствуя, как холодный воздух наполняет лёгкие, а надежда — сердце. Впереди их ждал Уэйрер, а за ним — Айсберг-Глим и, возможно, разгадка тайны местонахождения Морфосона. Путь был долгим, но теперь у них была цель, проводник и вновь обретённая решимость.