Глава 54.
Вилена пришла в себя, разлепив слипающиеся и отяжелевшие веки. Тело жутко болело, голова раскалывалась. Она лежала на больничном койке, вокруг кто-то суетился. Лампы горели так сильно, что слепили глаза. Вилена попыталась со стоном сесть, но ее остановила чья-то горячая рука. Девушка прищурилась и увидела дядю, который сидел рядом с ней. Он выглядел довольно обеспокоенным, поджимал губы и в упор глядел на свою племянницу.
- Как ты себя чувствуешь? - спросил он.
Вилена оглядела себя и не заметила ни единой раны. Ее уже успели исцелить.
- Что произошло? - Она провела рукой по лбу.
- Ты потеряла управление и попала в аварию.
Ведьма сморщилась, вспоминая жуткий удар и скрежет железа.
- Куда ты ехала, Вилена? - Голос мистера Ривера пропитался суровостью и холодностью.
Вилена вспомнила все, что произошло до аварии, и ее глаза расширились от ужаса.
- Я... я... - Она запнулась, и ее нижняя губа затряслась, но Вилена прикусила ее изо всех сил, чтобы не расплакаться.
За спиной ректора послышались шаги, и когда ведьма увидела того, кто встал у ее койки, ее будто окатили холодной водой.
- Ты очнулась, - как ни в чем не бывало произнёс Крис.
Его одежда была пропитана засохшей кровью, однако на шее ни раны. Вилена отчаянно замотала головой, не веря своим глазам. Он был мёртв, она это знала, была в этом уверенна.
- Он мне все рассказал, Вилена. - Лицо Мистера Ривера приняло суровое выражение. - Ты попыталась убить его. И ты бы этого добилась, если бы Анита из третьей группы не нашла его полумертвого и истекающего кровью. На благо целитель подоспел вовремя и сумел излечит его.
Вилена тяжело сглотнула и посмотрела на Криса, который нагло ухмылялся.
- Что ты скажешь в свое оправдание, племянница?
- Мне нечего возразить, дядя.
Мистер Ривер резко встал. Стул издал громкий скрип. Вилена сморщилась.
- Я вызвал суд, Вилена, хоть и для него совершенно неподходящее время, но он состоится над тобой через несколько дней. Объясняться будешь на нем. А пока не состоится суд, ты проведешь время в ожидании под стражей в темнице на нижних этажах Академии.
Вилена уставилась перед собой в пустоту и еле кивнула головой. Возразить ей было нечего. Да и ректор никак иначе поступить не мог.
- Ты больше мне не племянница, Вилена. - С этими словами мистер Ривер подошел к страже у входа и махнул им в сторону ведьмы.
Двое колдунов схватили Вилену, сбросили ее с койки и потащили в темницу. Закрыв решетчатые двери, они наложили запирающее заклинание и заклинание на блокировку сил, чтобы ведьма не сумела воспользоваться своей магией и выбраться.
Темница оказалось небольшой. В ней было темно, грязно и жутко воняло сыростью. В левом углу деревянная узенькая кровать, в правом ведро для нужды. За решеткой два караульных.
У Вилены подогнулись колени, и она упала прямо посредине темницы, не веря в случившиеся. Последние события казались сном, обыкновенным сном наяву, оставалось только поскорее проснуться, и все снова встанет на круги своя...
Но все не было сном. Вилена действительно покусилась на жизнь колдуна, потом попыталась сбежать, но безуспешно. Дядя отказался от нее, и теперь она находилась взаперти, ожидая суда.
«Нет! Все не должно было быть так!» - Вилена схватилась за голову и принялась сидя раскачиваться взад и вперед.
***
На рассвете Кэтрин стояла на холме у палатки Даниэля, обхватив себя за локти. Она вглядывалась в усыпанное цветами поле. Багрово-красные бутоны еле колыхались на прохладном ветру. Позади возвышались горы с заснеженными вершинами, а далеко-далеко впереди виднелись зеленые макушки деревьев.
Настал тот самый день, когда ведьмы, колдуны и поглотители столкнутся лицом к лицу в битве. За эту неделю Кэтрин много тренировалась с Рут и Джеймсом. Они же посвятили ее в тактику боя и стратегию наступления. Озвучили численность врага, которая превышала за ни малым в целых двадцать раз. Даниэль в присутствии Рут наказал Кэт стоять насмерть и убивать любого врага, который только встанет у нее на пути. И девушка почувствовала, как ее грудь сдавило от приказа. Все из-за заключенной сделки, но и без нее Кэтрин положила бы на кон свою жизнь, вот только она не совсем была готова убить Вилену, шестерняшек или Криса, если бы они попались ей на глаза.
«Свобода стоит каждой пролитой капли крови», - сказала Рут день назад Кэтрин, между звоном мечей.
«Месть стоит каждой пролитой капли крови», - подумала про себя Кэт, вспоминая ледяную руку своей матери и ее бледное лицо, лишенное жизни.
Стоя сейчас на этом месте, Кэтрин чувствовала зависшее напряжение в воздухе и ощущала, как кровь кипела в жилах, словно вода в котелке. Будь что будет, но она перед смертью отомстит.
Внезапно на ее плечо легла чья-то ладонь. Кэтрин вздрогнула от неожиданности и, обернувшись, заметила Рут. На ней, как и на Кэт, было черное боевое облачение. Волосы лежали идеально-ровно, а на губах играла легкая улыбка.
- Расскажешь о чем думаешь? - спросила Рут, встав по правую руку от Кэтрин.
- Слишком красивое место, чтобы взывать здесь к смерти. - Она кивнула на поле.
Рут рассмеялась во все горло, но Кэт показался ее смех фальшивым.
- Если уж умирать, то только здесь: среди цветов и гор. - Рут пожала плечами, а ее глаза потускнели.
Кэтрин бросила на нее озадаченный взгляд и нахмурила брови.
- Прибыл кое-кто, и я решила, что тебе следует с ним увидеться. Идем, - Рут махнула Кэт рукой, говоря следовать за ней.
Кэтрин насторожилась, но зашла за Рут в ее палатку. Там спиной к ним стоял мужчина... Нет. Человек не старше тридцати лет. Он обернулся, и Кэтрин застыла. Это был ее биологический отец. Камерон. Но что он здесь делал, если должен был находиться под стражей?
- Кэтрин, как же я благодарен, что смог тебя встретить... - Мужчина приблизился к ней и улыбнулся, осматривая дочь с ног до головы. – Живая. Живая...
Кэтрин не знала, что и сказать.
- Даниэль приказал его освободить, если он примет участие в войне против колдунов и ведьм. Камерон согласился, - сказала Рут.
Камерон обнял Кэтрин, но она даже не шелохнулась.
- Спасибо, что привела ее, Рут. – Камерон, отстранившись, взглянул на поглотительницу с непонятной для Кэтрин отцовской добротой.
- Я не могла иначе. Оставлю вас, - произнесла Рут и уже собиралась уйти, как Кэтрин перехватила ее.
- Я тоже пойду. Была рада увидеться, Камерон, но я не готова с вами разговаривать. – Голос Кэт пропитался холодностью. Она кивнула головой поглотителю и покинула палатку. За ней вышла и Рут.
- Кэтрин, - позвала ее поглотительница.
- Спасибо, Рут, за эту встречу, но больше я не хочу его видеть.
Кэтрин ушла в свою палатку, вынудив Рут вернуться к Камерону. Зайдя внутрь палатки, Кэт заметила Джеймса, склонившегося над картой. По правую руку от него стояла дымящаяся кружка с чаем, а по левую лежала груда бумаг. Сам же Джеймс был напряжен и поджимал губы без кольца, которое ему все же пришлось снять. Глаза судорожно бегали по карте, что-то ища. Светлые волосы падали на ресницы, создавая тени под глазами. Кэт сделала несколько шагов и поглотитель поднял на нее взгляд. В глазах зажегся огонь, который она сразу же заметила и еле заметно улыбнулась.
- Что-то случилось?
- Я встретила Камерона.
Джеймс оставил карту и, обогнув стол, подошел к Кэтрин. Его пристальный взгляд разглядывал ее лицо, пытаясь понять, что она сейчас чувствовала.
- Я не совсем рада была его увидеть, но благодарна за этот шанс. Большего мне не надо.
Кэтрин прижалась к груди Джеймса и почувствовала, как его руки стали гладить ее по затылку и спине. Она подняла голову и коснулась его мягких губ своими. Это был легкий поцелуй, но для нее он значил многое. Джеймс значил для нее многое. Теперь она знала, что был хотя бы один человек на планете, который будет рядом с ней и к которому она сможет прийти и рассказать обо всем, что ее потревожит.
Кэтрин углубила поцелуй, положив ладони на шею Джеймса, ощущая жар его кожи от соприкосновения. Ее грудь стала лихорадочно опускаться и подниматься, а на губах она почувствовала сладкий вкус чая, который он только что пил. Джеймс отчаянно был ей нужен прямо сейчас, особенно если это был их последний день. За эту неделю они каждый день пытались урвать хотя бы несколько мгновений, чтобы побыть рядом, но этого было недостаточно, нещадно мало. Кэтрин хрипло застонала и выгнулась Джеймсу навстречу, когда он начал оставлять дорожку поцелуев от ее правого уха до ключицы. Его длинные пальцы нашли молнию от костюма на спине и медленно, словно дразня, стали ее расстегивать. Глаза Кэт сверкнули и загорелись зеленым пламенем от нетерпения.
Сами того не осознавая, они оказались у стола. Едва не пролив еще неостывшую кружку с чаем, Джеймс одним движением усадил Кэтрин на стол, лаская ее оголенную кожу спины. Кэт улыбнулась ему, сжимая его бедра своими и чуть не увлекая на стол вместе с собой, как вдруг в палатке кто-то прочистил горло.
- Голубки, я все понимаю, любовь и все такое прочее, но сейчас не время терять головы.
Джеймс обернулся и увидел у входа Рут, с легкой усмешкой на черных губах. Кэтрин принялась поспешно застегивать молнию, смотря на поглотительцу, чьи глаза медленно скользили сначала по ней, потом по Джеймсу.
- Мы получили известие от Гриса. Колдуны и ведьмы прибудут через несколько часов. Пора.
***
Проходили часы, потом дни, караульные Вилены сменились за это время лишь единожды. Они таились там, по ту сторону от решетки, не говоря ни слова, едва дыша, словно крысы, прячущиеся в тени. Они боялись ее, хотя и не желали этого показывать, когда приносили пищу... Нет, не пищу. Ошметки со столов учащихся: огрызки хлеба, мясо наполовину съеденной курицы, остатки супа на дне тарелки, пересоленную кашу, которую никто бы никогда не стал есть. Но Вилена не жаловалась, она поглощала все, что ей давали, не споря. Она ждала суда, на котором смогла бы рассказать все, что на самом деле случилось, и возможно тогда бы ей удалось избежать смертного приговора. Магии, Вилена полагала, ее лишат, но она решила, что сможет справиться и без нее. Возможно Джеймс не отвернется от нее и будет помогать первое время, а там... Решетки скрипнули, и караульные куда-то повели Вилену.
- Куда? – хрипло спросила она.
- В душ.
Оказавшись под горячими струями воды, Вилена принялась сдирать ногтями с себя тошнотворные запахи пота и плесени. Мылила свою кожу, пока та не покраснела и на ней не выступили капельки крови. Она надеялась, что раз ей дали помыться, значит суд прибыл, однако ее не повели наверх, а вновь заперли в темнице в немом ожидании.
***
А вот и он. Враг.
Рут стояла чуть поодаль от Кэтрин и Джеймса, которые наблюдали, как армада ведьм и колдунов приближалась к ним. Пока они походили на небольшие черные точки вдалеке, словно пылинки. Казалось, можно было лишь дунуть в них и убить, но нет. Все поглотители знали, что это бойня заберет многие жизни, ведь численный перевес был явно не на их стороне.
- Мы выживем. – Услышала Рут, слова Джеймса, который обращался к Кэтрин. - Даже не думай, что это конец. Ты ещё плавать не научилась.
Кэтрин сдавленно рассмеялась и печально улыбнулась. Рут поджала губы и нахмурила лоб, продолжая рассматривать двух влюбленных.
Джеймс повернулся к Кэт и пристально оглядел ее лицо. Рут даже с расстояния поняла, что сейчас он пытался запомнить Кэтрин, на тот случай, если они умрут. Поглотительница отвернулась от них, вспоминая другого человека. Высокий и широкоплечий. Карие глаза с желтыми крапинками в виде полу звёзд, темные прямые длинные волосы и притягательная ухмылка, от который сердце Рут всегда начинало биться чаще.
«Рутта», - шептал он у реки, запуская большую ладонь, усыпанную родинками, в волосы Рут, которые доходили ей в то время до поясницы. В его сверкающих темно-янтарных глазах она видела отражение своей широкой улыбки и легкий румянец на щеках. Это было самое счастливое и ценное воспоминание, которое поглотительница хранила в самом дальнем уголке памяти, не рассказывая о нем никому.
Глаза Рут наполнились слезами. Она с силой прикусила нижнюю губу, чтобы не расплакаться, но было невозможно прогнать и еще одно воспоминание, всегда всплывающее следом. Его безумные глаза, лишенные жизненного блеска, мертвенно-бледные руки, тянущиеся к ней, желая убить, и голос... хриплый и нечеловеческий, который шептал ей самые ужасные вещи. Рут хотела бы заткнуть уши и прикрыть веки, чтобы не слышать и не видеть, но не могла остановить этого.
- Я скоро буду рядом... - прошептала она и стерла с щеки, скатившуюся слезу.
Поглотительница обернулась и направилась к Джеймсу и Кэтрин, делая выражение своего лица беспристрастным, хотя в голове все еще раздавались дикие крики.
- За оружием, живо, - приказала Рут обоим, чтобы больше не стояли без дела. Сама же зашла в палатку Даниэля.
- Рут. - Повелитель тьмы даже не взглянул нее, продолжая рассматривать какие-то бумаги на столе. – Не забудь, что без моего приказа ты не начнешь действовать.
- Я помню, - холодно отозвалась она, скрестив руки на груди.
Даниэль наконец поднял ярко-голубые глаза на Рут и переменился в лице.
- Ты что-то увидела?
- Нет. Пока все идет так, как нужно.
Даниэль выдохнул, скрестив пальцы рук в замок перед собой.
- Прикажи Алену занять позиции.
Рут кивнула головой и вышла из палатки. Она не желала передавать приказ мысленно. Ей хотелось вживую увидеть в последний раз главнокомандующего и попрощаться. Вскоре отыскав его, она передала распоряжение повелителя тьмы и лишь одними глазами пожелала Алену легкой и быстрой смерти.
«Пусть душа твоя обретет новое тело».
***
Кэтрин больше не видела Джеймса. Их направили по разные стороны построения. В нескольких сотнях метрах уже стоял враг. Под ногами были растоптаны цветы. Багрово-красные лепестки рассыпались повсюду, напоминая сгустки крови.
- Приготовить воздушные щиты! – скомандовал Ален Роу.
В руках поглотителей заблестели белые искры воздуха, походившие на капли воды, которые мерцали при попадании на них яркий лучей звезды. Сердце в груди Кэтрин заколотилось чаще, когда главнокомандующий приказал создать мечи. В мгновение в десятках тысяч рук заиграла тьма, формируя оружие. Каждый сжал его в ладонях до побелевших костяшек и оскалился, непрерывно глядя на противника. А тьма нещадно играла внутри, разливаясь по венам, желая наконец вырваться на волю и сокрушить все.
- За свободу! – прокричал Ален и повел всех за собой, давая шанс тьме наконец выйти наружу.
Поглотители хлынули навстречу врагу с громкими криками «за свободу». Кэтрин, не отставая бежала, не покидая строя. Сквозь небольшие пространства между поглотителями, она замечала колдунов и ведьм, ринувшихся к ним с отважными выкриками, значение которых все никак было не разобрать.
За спинами поглотителей натянулась тетива и за десяток метров до столкновения с первыми рядами, стрелы роем полетели вверх и градом нагрянули на врага. Послышались сдавленные крики боли. Часть колдунов и ведьм замертво упала на землю.
Две армии сомкнулись. Одна была черным пятном, другая серым. И обе испускали из себя все имеющиеся магические способности. Над головами свистели огненные стрелы. Кинжалы рассекали воздух, созданные из тьмы и металла, попадая в цель и разрезая плоть. Мечи сталкивались в оглушённом ропоте, намереваясь достать своего врага и разрезать его напополам.
Кэтрин настиг колдун с копной седых волос. Он выставил руки вперед и выпустил из них ледяные кинжалы. Они разбились о ее щит, едва покрывшийся рябью от столкновения. Кэт, сжав меч, воткнула его по самую рукоять в сердце противника, зарычав. Колдун пытался ухватится за шею Кэтрин и сомкнуть на ней ладони, но не смог. Руки безвольно упали вдоль его туловища. Рот приоткрылся и из него вырвался сдавленный стон. Рукав костюма Кэтрин и пальцы, зажимавшие меч, покрылись теплой кровью. Вырвав оружие и оттолкнув от себя тело, Кэтрин бросилась дальше, разрубая колдунов и ведьм на своем пути.
Вскоре она перестала различать лица. Все они были одинаковыми. И меч ее не дрогнул, и тьма слушалась, как никогда раньше. Она все еще ее сдерживала, не давая всей вырваться наружу, ведь понимала, что драться придется не один день. Но она знала, что если придется, то выпустит ее всю до последней капли.
***
Искра надежды в синих глазах Вилены тухла. Тело осунулось и успело исхудать. Большую часть времени она спала, надеясь забыть о своем поступке, но это было невозможно. Каждый раз просыпаясь в холодном поту, ведьма в ужасе садилась и стирала со своего лица невидимую кровь, давно уже смытую с ее кожи. Ей мерещился нож, плотно зажатый в руке, который разрезал плоть Криса вновь и вновь. Она слышала, как от стен эхом раздавались прерывистые вздохи колдуна, и как они наконец-то обрывались.
Мимолетное облегчение наступало тогда, когда не было сновидений. Время пролетело тогда быстро, и совесть не давала мучить Вилену на несколько часов подряд.
В одних из дней ведьма проснулась от громкого шума за решеткой. Ее караульные что-то кричали, а потом и вовсе сбежали наверх, оставив свой пост. Девушка ещё долго ждала их возвращения, но этого не произошло.
Еду и воду большие никто не приносил. В Академии стало слишком тихо, будто все вмиг исчезли.
«Неужто все ушли...» - пронеслось в мыслях Вилены, когда она свернулась клубочком на своей жестокой деревянной кровати и уснула.
***
Небо окрасилось в ярко-красный закат. Руки Кэтрин дрожали, а ноги устали и кое-как уже держали ее. Неожиданно Кэт заметила посреди хаоса копну рыжих волос. Она поджала губы, отражая удары ведьмы, с которой дралась. Шестеренка. Это был шестеренка. Замахнув мечом, Кэт, вскрикнув, рубанула по шее противнице. Лезвие застряло в кости, а голова накренилась к плечу. Начала хлестать кровь, пачкая землю и Кэтрин. Девушка на мгновение отозвала тьму, высвобождая оружие, и услышала свист стрелы, отскочившую от ее воздушного барьера.
Вдруг прямо перед ней мелькнуло что-то рыжее и ее ударили со спины. Кэтрин отлетела на несколько метров вперед. Ее воздушная защита пала, а она сама тормозила о землю лицом и левым плечом. Подскочив на ноги, Кэт увидела скалившихся двух шестерняшек, зажимавших в руках длинные мечи. Кэтрин рукой стряхнула с лица землю и создала в воздухе парящие кинжалы из тьмы, которые по ее команде за несколько секунд должны были умертвить обоих братьев. Но она не спешила пускать их в бой, выжидала, пристально наблюдая.
- Кэтрин Бейкер, - прошипели шестеренки, выставляя перед собой оружие.
Их волосы блестели от пота. Лица были перепачканы в земле и крови. У одного зиял порез на щеке, второй переносил вес тела на правую ногу, так как из левого бедра ручейками текли красные струйки.
- Как ты могла? – спросил один из них, повысив голос.
Кэтрин сжала челюсти. Приказ убивать всех без исключения, уже давил на нее, но она пока сопротивлялась. Хотя можно было заметить, что лезвия из тьмы стали колыхаться в воздухе, желая вот-вот ринуться в бой.
- У меня были на то причины.
- Какие, Кэтрин, тут могут быть причины, чтобы встать на сторону этих чудовищ, лишь претворяющихся людьми!
- А может быть я и есть чудовище, прячущиеся под маской человека. – Вены на лице и шеи Кэт вздулись и наполнились тьмой. Еще немного и она потеряет крупицы самообладания.
- Кэтрин, мы ведь бились плечом к плечу на испытаниях.
- Да, и это было огромной ошибкой...
«Ведь я успела привязаться к вам», - закончила про себя Кэтрин.
- Простите, - прошептала она и скомандовала лезвиям слететь со своих мест. Сначала шестерняшки отбились от первых из них, но остальные поразили насмерть их тела. Два брата повались на землю, а из-за большой концентрации тьмы в их жилах, они в мгновение превратились в прах, который рассыпался по растоптанным цветам и траве.
Когда совсем стемнело и обе армии уже были не в силах продолжать биться, они отступили, чтобы оценить потери и перестроиться для атаки на рассвете.
Кэтрин поднялась на холм и обернулась назад. Ничего хуже за всю свою жизнь она еще не видела. Поле, еще совсем недавно усыпанное цветами, было полно трупов, среди которых были и поглотители. По ветру разносился прах колдунов и ведьм, соприкоснувшихся с большим количеством тьмы. Некоторые участки оказались выжжены огнем или заморожены еще не оттаявшим льдом. Повсюду торчали стрелы и блестели брошенные лезвия мечей.
Чуть не споткнувшись о собственные ноги, Кэтрин вернулась в их с Джеймсом палатку и опустилась на кровать, запачкав чистые простыни в земле и крови. Мышцы жутко ныли и казалось даже все зажившие раны, полученные за этот день, давали о себе знать. Через несколько минут появился Джеймс, такой же усталый и грязный. Он опустился рядом с Кэт и обнял ее. Она прижалась к нему, цепляясь за плечи, мысленно благодаря, что он остался жив, но перед глазами все мелькали образы шестеренок, которых сегодня не стало.
- Я убила их... - прошептала Кэтрин. – Убила шестерняшек.
Джеймс успокаивающе погладил Кэт вдоль позвоночника.
- Если бы ты этого не сделала, они убили бы тебя.
Это так, но от этой фразы не становилось легче. Кроме того, Кэтрин предполагала, что Джеймс не знал о той сделке, что была повторно заключена с Даниэлем и на что ей пришлось пойти, чтобы сохранить свою жизнь. Но рассказать об этом сейчас, Кэт не решилась.