Алая магия

Анила

Будильник? Нет, я его даже не слышала.

Тело помнило вчерашнее: подвал, зверь, вода, лёд, крики Элис, Рейнар с его «своих я защищаю». И потом — бессонница. Не из-за страха. Из-за мыслей. Они крутились, как белка в колесе, и не давали провалиться в сон.

Проснулась от солнца. Оно било в глаза так нагло, что сомнений не осталось: проспала.

Форма — кое-как. Волосы — в хвост, потому что на большее не было времени. Завтрак? Смешно. Я вылетела в коридор и побежала, проклиная всё: будильник, который не сработал, вечеринки, которые заканчиваются допросами, и собственную голову, которая не умеет вовремя отключаться.

Зал. Дверь. Я влетела — и замерла.

Пусто.

Ни адептов. Ни скамей. Только он.

Кристиан.

Стоял посреди зала, перекатывая в ладони маленький огненный шарик. Рыжие волосы, голубые глаза, знакомая спокойная уверенность в плечах.

Увидел меня. Шарик погас.

— Опоздала, — сказал он. Без укора. Просто констатация.

— Да, — выдохнула я, всё ещё пытаясь отдышаться. — Будильник... не сработал.

— Врёт твой будильник, — он чуть улыбнулся. Не насмешливо. Тепло. — Ладно, проходи. Остальных не будет.

— Почему?

— Потому что отныне я твой личный магистр по огненной магии. Индивидуальные занятия.

Я уставилась на него.

— Ты? Но... у тебя же...

— Шестьдесят восьмой  уровень, — закончил он спокойно. — Да. Я не спал в кристалле, Анила. Я прожил эти годы. И пока вы копили силу, я учился понимать её. Этому и буду учить тебя.

Я молчала. Переваривала.

— Я слышал о вчерашнем, — продолжил он. — Слухи в Академии разносятся быстрее пожара. Но я хочу увидеть сам. Покажи мне свою магию. Не водную — её я знаю. Алую.

Я замялась.

— Кристиан...

— Покажи, — повторил он мягче. — Я не для того, чтобы судить. Я для того, чтобы понять, с чем мы работаем.

Я вытянула руку. Ладонь нагрелась, и над ней заплясал алый огонёк. Небольшой. Контролируемый. Я смотрела на него — и чувствовала, как внутри поднимается привычное напряжение. Не страх за себя. Страх за других. Что если он вырвется? Что если я не удержу? Что если снова, как вчера, я создам стену воды, которая ломает кости, или пламя, которое...

— Анила, — голос Кристиана выдернул меня из мыслей. — Ты зажмурилась.

Я моргнула. Я не заметила.

— Я не боюсь огня, — сказала я. — Я боюсь... навредить. Случайно. Как вчера. Я не хотела ломать руку Маркусу. Я просто... защищалась. Но вышло... сильно.

Он кивнул. Не перебивал. Слушал.

— Покажи ещё раз, — попросил он. — Только теперь не думай о том, что может пойти не так. Просто смотри на пламя. Дыши. И помни: я здесь. Если что-то пойдёт не так — я справлюсь. У меня довольно высокий уровень, забыла?

Последняя фраза — с лёгкой усмешкой. И я невольно фыркнула в ответ.

— Ладно.

Я снова создала огонь. На этот раз — два маленьких шарика, которые кружились вокруг друг друга, как планеты. Я смотрела на них и дышала. Ровно. Глубоко. Вспоминала не вчерашний ужас, а другое.

Как мы с Вильямом сидели у камина зимой, и он рассказывал глупые истории. Как мама зажигала свечи на праздник, и в доме пахло ванилью и воском. Как Селеста создавала свои золотые огоньки, и они танцевали, как светлячки.

Пламя на моей ладони стало мягче. Перестало рваться вверх, успокоилось. Шарики кружились плавно, без агрессии.

— Хорошо, — сказал Кристиан. — Очень хорошо, Анила.

Я подняла глаза. Он смотрел на пламя — и улыбался.

И от этой простой улыбки у меня внутри что-то отпустило.

— Твоя проблема не в силе, — сказал он. — Сила у тебя огромная, и ты это знаешь. Твоя проблема в том, что ты не доверяешь себе. Ты думаешь, что в любой момент можешь сорваться и навредить. И от этого напрягаешься. А когда ты напряжена — магия тоже напряжена. И вероятность срыва растёт. Замкнутый круг.

Я молчала. Он был прав.

— Я не смогу сделать тебя сильнее, — продолжил он. — Но я могу помочь тебе расслабиться в обращении с магией. Перестать ждать от себя худшего. Этим и займёмся.

Я кивнула. Потом, помедлив, спросила:

— Почему ты согласился? Учить меня. После всего, что...

— После того, как король объявил о твоей помолвке с моим лучшим другом? — закончил он. Спокойно. Без горечи. — Потому что это не меняет того, кто ты есть, Анила. И не меняет того, что я... хочу, чтобы у тебя всё получилось. Даже если не со мной.

Он сказал это просто. Как факт. И от этой простоты у меня защипало в глазах.

— Кристиан...

— Не надо, — он мягко остановил. — Ничего не говори. Просто учись. Это всё, о чём я прошу.

Я сглотнула ком в горле и кивнула.

Занятия начались и время пролетело мгновенно и на последок...

— Завтра в то же время, — сказал он уже обычным, почти деловым тоном. — И постарайся не проспать. Я, конечно, понимаю, что ты теперь важная персона и всё такое, но я всё ещё твой магистр. Имей совесть.

Я фыркнула.

— Постараюсь.

Вышла в коридор. Прислонилась к стене. Закрыла глаза.

Он был здесь. Рядом. Не чтобы вернуть. Просто — чтобы помочь.

И от этого было... легче. Как будто кусочек прошлого, тёплого и настоящего, остался со мной. Не исчез.

Я открыла глаза и пошла дальше.

В столовой пахло свежим хлебом и чем-то сладким. Я нашла Селесту за нашим обычным столиком — она уже уплетала запечённые овощи и что-то увлечённо читала в браслете.

— Ну наконец-то! — воскликнула она, увидев меня. — Я уже думала, ты решила голодать.

— Проспала, — я плюхнулась напротив и стянула с её подноса кусок хлеба. — И будильник не сработал. И вообще.

— Кошмар, — она подвинула ко мне сырную лепёшку. — Рассказывай. Где была? Почему опоздала? Я звонила, а ты не как не отвечаешь.

— Кристиан, — выдохнула я, набивая рот. — Он мой новый магистр по огню.

Селеста присвистнула.

— Ничего себе. И как оно?

— Странно, — я пожала плечами. — Но нормально. Учит. Не давит. Серьёзно работает как другие профессора.

— Серьёзен? Кристиан? — она округлила глаза. — Вот это да. Он при тебе вообще всегда был таким... милым .

— Ну, сказал, что у него шестьдесят восьмой уровень, так что если я что-то подожгу, он справится, — я хмыкнула. — По-моему, это шутка.

Селеста фыркнула.

— Определённо шутка. Для Кристиана это прям вершина остроумия.

Мы обе засмеялись.

— А ты чего такая задумчивая была, когда пришла? — спросила Селеста, отпивая что-то из своего бокала.

— Да так, — я покрутила вилку. — Думала о вчерашнем. О том, что Рейнар сказал. Ну, про «невесту».

— И? — она подалась вперёд.

— И ничего, — я вздохнула. — Просто не хочу, чтобы об этом трепались на каждом углу. Эти аристократы и так смотрят на меня как на грязь. А теперь ещё и повод появится: «Простолюдинка пролезла в принцессы».

— Не обращай внимания, — Селеста махнула рукой. — Они всегда найдут, о чём шипеть. Ты выше этого.

— Знаю, — я кивнула. — Но всё равно... лучше, чтобы поменьше знали.

И тут меня осенило.

— Чёрт. Кристиан.

— Что Кристиан? — не поняла Селеста.

— Я не попросила его молчать о помолвке, — я отложила вилку. — Он, конечно, не сплетник, но... лучше перестраховаться. Надо его найти.

— Прямо сейчас? — Селеста посмотрела на мой полупустой поднос. — Ты даже не доела.

— Потом, — я уже вставала. — Это важнее.

— Ладно, беги, — она вздохнула. — Только потом расскажешь, чем кончилось.

— Обязательно!

Я рванула к выходу, слыша за спиной её смешок: «Вечно ты куда-то бежишь, Навия».

Преподавательское крыло. Дверь с табличкой «Магистр К. Инфернел». Я постучала.

— Войдите.

Кристиан сидел за столом, перебирал свитки. Увидел меня — удивился.

— Анила? Мы же договорились на завтра.

— Я на секунду, — я шагнула внутрь и прикрыла дверь. — Слушай, я забыла попросить...

— О помолвке? — он отложил свиток и посмотрел на меня. — Чтобы я никому не говорил?

Я замерла.

— Откуда ты...

— Догадался, — он чуть улыбнулся. — Ты не из тех, кто любит быть в центре внимания. А помолвка с наследным принцем — это гарантированный центр внимания. И ещё здесь даже слухов о помолвке принца не слышал.

Я выдохнула.

— Да. Именно. Я просто хочу тишины. Учиться. Без этих... взглядов и шушуканья.

— Я понял, — он кивнул. — Не скажу никому. Можешь не переживать.

— Спасибо, — я почувствовала, как отпускает напряжение. — Правда, спасибо.

— Не за что, — он снова взялся за свиток, но потом добавил: — И Анила... если кто-то будет досаждать тебе — из-за этого или по другой причине — скажи мне. Я всё ещё твой магистр. И я умею делать так, чтобы отстали.

Я кивнула.

— Хорошо.

Вышла в коридор. Прислонилась к стене. Выдохнула.

Всё. Одной проблемой меньше.

Теперь — водная магия. И, может, даже успеть доесть то, что осталось на подносе у Селесты.

Я оттолкнулась от стены и пошла. Живая. Почти спокойная. Идущая дальше.

День выжал меня досуха.

Сначала огненная магия с Кристианом. Потом водная. Этикет. Физическая подготовка. К вечеру я чувствовала себя выжатой тряпкой, но сна не было. Мысли крутились, не давая покоя.

Я вышла во внутренний двор. Вечерний воздух пах осенними листьями и чем-то сладким из сада. Ноги сами принесли меня к стадиону.

И тут я услышала голоса.

Два. Знакомые.

Я замерла за углом. Выглянула.

На пустых трибунах, прямо на ступеньках, сидели Рейнар и Кристиан. Они не смотрели друг на друга. Рейнар вертел в пальцах какую-то травинку. Кристиан глядел в темнеющее небо.

— ...и он реально три дня ходил и жаловался, что проклятие, — донёсся голос Кристиана . — А оказалось — просто съел что-то не то в столовой.

Рейнар хмыкнул.

— Это с кем было?

— С одним из моих... — Кристиан  запнулся. — ...Ты его не знаешь.

Пауза. Рейнар кивнул.

— Понятно.

Я видела, как Кристиан сжал челюсть. Он хотел рассказать что-то из своей жизни — но Рейнара там не было. И это напоминание повисло между ними невидимой стеной.

— А у тебя? — спросил Кристиан. — За это месяц. Что-то... было? О чём можно рассказать?

Рейнар помолчал...

— Я читал отчёты, — сказал Рейнар. — О тех нападениях, что были сразу после... кристалла. Ты там участвовал?

— Да, — коротко ответил Кристиан. — В нескольких зачистках.

— Расскажешь?

Кристиан посмотрел на него. Потом кивнул.

— Расскажу. Но это не весёлые истории.

— Я не за весёлыми пришёл, — тихо сказал Рейнар.

Я стояла за углом и чувствовала, как у меня сжимается горло. Они пытались. Через неловкость, через пропасть в семнадцать лет, через всё, что стояло между ними — включая меня. Они пытались заново стать... друзьями.

Я хотела уйти, дать им это время вдвоём. Но под ногой предательски хрустнула ветка.

Оба обернулись.

— Анила? — Кристиан узнал меня первым.

Я вышла из-за угла.

— Я случайно. Гуляла. Не хотела мешать.

— Ты не мешаешь, — сказал Рейнар. И, помедлив, добавил: — Мы тут... вспоминали. И не только.

Я кивнула. Понимала.

— А где Селеста? — вдруг спросил Кристиан.

— В комнате, наверное. А что?

Они переглянулись. Рейнар чуть пожал плечами, как будто говоря: «Твоя идея».

— Мы подумали, — начал Кристиан, — может, позвать её? И... просто поиграть во что-нибудь. На стадионе.

Я смотрела на них. На Рейнара, который предлагал это не потому, что «вспомнил молодость», а потому что хотел что-то построить заново. На Кристиана, который согласился — хотя мог бы отказаться.

— Я за, — сказала я. — Селеста точно будет рада.

— А Лионель? — вдруг вспомнил Рейнар. — Она же здесь. Приехала по делам отца. Я совсем забыл.

— Зови, — сказала я. — Чем больше народу, тем... веселее

Он кивнул и поднялся.

— Тогда так: ты за Селестой, я за Лионель. Встречаемся здесь через пятнадцать минут.

— Идёт.

Когда я уходила, то услышала, как Рейнар тихо сказал Кристиану:

— Спасибо. Что согласился.

И Кристиан ответил:

— Мы же... были друзьями. Может, ещё будем.

Я ускорила шаг. Не потому что не хотела слышать. Потому что в горле стоял ком, а мне ещё нужно было найти Селесту и сделать вид, что всё в порядке.

***

— Ледяной замок? — Селеста уставилась на меня круглыми глазами. — Ты серьёзно?

— Вполне, — я пожала плечами, разминая пальцы. — Чтобы не было скучно. Бегать по пустому стадиону — тоска. А так хоть стены, укрытия, закоулки.

— Я только за, — Рейнар лениво растянулся на трибуне, наблюдая за мной с лёгким прищуром. — Посмотрим, на что способна наша ледышка.

Я проигнорировала «ледышку». Почти.

— Правила простые, — я вышла в центр поля и начала собирать воду из воздуха. Вокруг меня закружились капли, сливаясь в струи, струи — в стены. — Я создаю замок. Пять башен, соединённых переходами. Внутри — лабиринт. Коридоры, тупики, маленькие комнаты. Всё изо льда.

— Красиво, — выдохнула Лионель, глядя, как под моими руками вырастают сверкающие стены.

— А теперь главное, — я остановилась, когда последняя башня встала на место. Замок получился невысоким — метра три, не больше, — но внутри обещал быть запутанным. — Играем в «Искры». Каждый создаёт одну искру своего цвета. Она не жжётся, только оставляет цветной след на одежде и гаснет через три секунды. Задача — осалить как можно больше народу за десять минут.

— И всё? — Кристиан с сомнением посмотрел на ледяные стены. — А замок зачем?

— А затем, — я ухмыльнулась, — что есть ограничения. Первое: летать нельзя. Даже тем, кто умеет.

Рейнар демонстративно вздохнул, но спорить не стал.

— Второе: разрушать стены нельзя. Лёд — он не хрупкий, но магией его трогать запрещено. Обходите. Третье: никакой другой магии, кроме искр. Никаких щитов, ускорений, невидимости. Только вы, ваши ноги и одна искра.

— Жёстко, — Селеста потёрла руки, предвкушая. — Мне нравится.

— И последнее, — я обвела всех взглядом. — Искру нужно постоянно подпитывать, чтобы она не гасла. Или создавать новую. Так что просто сидеть в углу и ждать не получится — придётся шевелиться.

— Отлично, — Рейнар поднялся с трибуны и потянулся, как хищник перед охотой. — Тогда начинаем. Кристиан, ты водишь первым. Как самый... основательный.

— Я не медленный! — возмутился Кристиан, но уже создавал на ладони ярко-голубую искру.

— Основательно не быстрый, — поправила Лионель с невинной улыбкой.

Мы рассмеялись и разбежались по замку.

Лёд был повсюду. Прозрачный, чуть голубоватый, он преломлял свет и создавал странные тени. Я нырнула в левый коридор, пригнулась и свернула за угол. Сердце колотилось — не от страха, от азарта.

Где-то справа послышался смех Селесты и возмущённый возглас Кристиана: «Это нечестно, ты слишком юркая!» Значит, первый осаленный уже есть.

Я создала свою искру — алую, яркую, живую. Она заплясала над ладонью, нетерпеливая, как всегда. Я двинулась вдоль стены, высматривая жертву.

За поворотом мелькнул фиолетовый — Лионель. Она заметила меня одновременно со мной и метнулась в боковой проход. Я бросилась за ней, но поскользнулась на собственном льду (вот ирония) и чуть не влетела в стену. Лионель хихикнула и скрылась.

— Чёрт, — пробормотала я, поднимаясь.

Из соседнего коридора вылетела золотая искра и врезалась мне в плечо. На ткани расцвело золотое пятно.

— Осалила! — раздался торжествующий голос Селесты. Она выглянула из-за угла, сияя. — Анила, ты такая медленная!

— Я не медленная, я... стратегически осматриваюсь! — крикнула я в ответ, но она уже исчезла.

Я побежала дальше. В одной из комнат нашла Рейнара — он стоял спиной ко мне, явно поджидая кого-то в другом проходе. Я подкралась, уже предвкушая, как моя алая искра украсит его фиолетовый костюм...

И в этот момент он резко обернулся. Его искра — тёмно-фиолетовая, почти чёрная — сорвалась с ладони и попала мне в живот.

— осилил.

— Ты... — я задохнулась от возмущения. — Ты специально меня выманивал!

— Конечно, — он пожал плечами и скрылся в другом коридоре, оставив меня с золотистым и фиолетовым пятнами на одежде.

Я постояла пару секунд, переводя дыхание. Потом ухмыльнулась. Ну ладно. Он ещё пожалеет.

Десять минут пролетели как одна. Мы вывалились из замка — раскрасневшиеся, запыхавшиеся, в разноцветных пятнах, как палитра безумного художника.

— Итоги! — объявила Лионель, которая вызвалась считать. — Селеста — осалила десять раза . Кристиан — шесть. Я — пять . Рейнар — девять раз.

— Конечно, — буркнул Кристиан. — Он всегда выигрывает.

— Это потому что я не медленный, — Рейнар ухмыльнулся.

— А Анила? — спросила Селеста.

Лионель посчитала пятна на других и присвистнула.

— Двенадцать раз. Анила победила.

Я уставилась на неё, не веря.

— Что? Как? Меня же все осалили!

— Зато ты осалила больше всех, — Селеста хлопнула меня по плечу. — Поздравляю, ледяная леди. Ты королева «Искр».

Рейнар посмотрел на меня с интересом. Потом кивнул — почти уважительно.

— Хорошая игра. В следующий раз я тебя обойду.

— Мечтай, — фыркнула я.

Мы стояли посреди стадиона — уставшие, счастливые, в чужих цветах на одежде. Ледяного замка до последней капли воды я убрала за считанные секунды.

И в этот момент я подумала: вот бы так было всегда. Просто бегать. Просто смеяться. Просто быть.

Мы возвращались в общежитие втроём: я, Селеста и Лионель. Рейнар и Кристиан остались на стадионе — кажется, они решили ещё немного поговорить, и я была рада, что они находят время друг для друга.

Ночь была тёплой, звёздной. Ветер приносил запах поздних цветов из сада. Мы шли медленно, растягивая момент.

— Я вся мокрая, — пожаловалась Селеста, отряхивая подол. — Этот лёд таял прямо на мне.

— Зато красиво, — Лионель покрутилась, разглядывая разноцветные пятна на своём платье. — Я как палитра. Или как фейерверк.

— Я как пугало, — буркнула я, но без злости. На моей одежде намешалось всё:золотое, фиолетовое. Кристиан, кажется, осалил меня дважды.

— Ты как победительница, — поправила Селеста и пихнула меня плечом. — Гордись.

В комнате мы первым делом скинули обувь и плюхнулись кто куда: Селеста — на кровать, Лионель — в кресло, я — прямо на ковёр, раскинув руки.

— Боги, как же хорошо, — выдохнула Лионель, глядя в потолок. — Я уже забыла, когда в последний раз так бегала. Во дворце не побегаешь.

— А во дворце что? — спросила я, переворачиваясь на живот.

— Этикет, — она скорчила рожицу. — Приёмы, улыбки, «Ваше Высочество, будьте так любезны». Иногда хочется просто... сбежать.

— Понимаю, — я кивнула. — Я в Академии иногда тоже хочу сбежать. Только некуда.

— Ко мне, — предложила Селеста, свешиваясь с кровати. — У нас в герцогстве тихо. Лес, озеро, никаких аристократов. Только ты, я и крылатые кролики.

— Крылатые кролики? — Лионель приподнялась на локте. — Из там много?

— Ещё как, — Селеста ухмыльнулась. — И очень наглые. Один как-то утащил у меня булочку прямо из рук.

Мы рассмеялись. Я перевернулась на спину и уставилась в потолок. На душе было... странно. Не легко, нет. Но и не тяжело. Как будто всё, что случилось за день — и тренировка с Кристианом, и разговор о помолвке, и игра на стадионе, — улеглось внутри и перестало давить.

— Анила, — позвала Лионель.

— М?

— Спасибо. Что позвала меня сегодня.

Я повернула голову и встретилась с ней взглядом. В её фиолетовых глазах — таких же, как у брата, но мягче, теплее — была искренность.

— Ты же своя, — сказала я просто. — Как я могла не позвать?

Она улыбнулась — тихо, благодарно. И ничего больше не сказала. Слова были не нужны.

Селеста тем временем уже рылась в своих запасах.

— У меня есть печенье, — объявила она, извлекая откуда-то коробку. — И травяной сбор. Кто будет чай?

— Я! — хором отозвались мы с Лионель.

Через десять минут мы сидели на ковре, обложившись подушками, с кружками горячего чая и печеньем. За окном стрекотали ночные насекомые. В комнате было тепло и уютно.

— Расскажи что-нибудь, — попросила Лионель, глядя на меня. — Про свой дом. Про семью.

Я помедлила. Потом начала — сначала неуверенно, потом всё больше увлекаясь. Про маму, которая печёт лучшие булочки с корицей. Про папу, который изобрёл восемнадцать рецептов сока и всё ещё экспериментирует. Про Вильяма — как он дурачится, как защищает меня, как пишет смешные письма.

Девочки слушали, не перебивая. Иногда смеялись, иногда просто кивали. И я чувствовала: им правда интересно. Не из вежливости. По-настоящему.

Потом рассказывала Лионель — про дворец, про детство, про то, как Рейнар в детстве пытался научить её летать и они вместе рухнули в фонтан. Мы хохотали до слёз.

Потом Селеста — про герцогство, про лес, про то, как однажды заблудилась и её нашли только через сутки, спящую под деревом в обнимку с тем самым крылатым кроликом.

Мы говорили и говорили, пока за окном не начали гаснуть звёзды. Чай остыл. Печенье кончилось. Глаза слипались.

— Девочки, — пробормотала Селеста, уже почти сползая с подушки, — давайте спать. Завтра снова тренировки.

— Давайте, — согласилась Лионель, зевая.

Мы кое-как разобрали кровати. Лионель осталась у нас — места хватало. Я легла, укрылась одеялом и закрыла глаза.

В голове ещё крутились обрывки разговоров, смех, разноцветные искры, ледяные стены. И всё это было... тёплым.