24. Сней всё знает
Солнечные лучи пробивались сквозь окна Хогвартса, создавая теплую атмосферу в зале. Наконец-то Ригель и Сириус снова были вместе, и эйфория переполняла их сердца. Они смеялись, обменивались взглядами, полными любви и счастья, и чуть ли не каждый студент в их окружении радовался за эту пару. Вечера, украшенные глухими шёпотами и тихим смехом, теперь стали для них привычными.
В один из таких дней, когда живительная энергия окутала всё вокруг, к ним подошёл Регулус. Его лицо, хоть и было серьезным, не удерживало на себе искорки юмора.
— Вы оба идиоты, но я вас люблю, — с улыбкой произнёс он, вызывая хохот у всех троих. Ригель обняла его, и в этот момент все проблемы, все тревоги казались такими далекими.
Однако, мирная атмосфера быстро сменилась на тишину и напряженность, когда Ригель вновь столкнулась с Пенни Хоутон. Все те дни, казалось, что Хоутон смирилась с тем, что Блэк и Бёрк вновь вместе, Пенни никак не взаимодействовала с этими двумя, и даже нашла себе новую компанию в лице Чарльза Чанга. Хоутон, казалось, пряталась за маской невидимости, но теперь, встретившись лицом к лицу, она не могла скрыть свою неприязнь. Ригель, поймав легкое волнение в воздухе, не удержалась от комментария:
— Хоутон, ты что, лимон съела? — не могла не съязвить Ригель, останавливаясь напротив неё и ухмыляясь.
— Да, запах противный учуяла от тебя, — ответила Пенни с ехидной улыбкой. — Как Сириус терпит такую вонь от тебя?
— Никакой вони нет, у меня духи самые лучшие какие только есть, — с гордым высокомерием произнесла Ригель. — И Сириусу они очень нравятся.
Пенни прищурилась, её губы искривились в довольной усмешке.
— Он тебе не рассказал? — произнесла она, делая вид, что удивлена, и в её голосе чувствовалась мстительная ирония.
Ригель напряглась, что Сириус мог ей не рассказать? Или это вновь Пенни пытается вывести её из себя?!
— О чем ты? — спросила она.
— Значит, не рассказал, — впилась в неё Пенни, словно ядовитая змея. — Бедная, бедная Бёрк. Любимый парень скрывает от тебя правду!
— Перестань, Хоутон, и говори уже! — терпение Ригель иссякло, и её нетерпение пробилось наружу.
— Ну так и быть, — с легким вожделением произнесла Пенни, словно делала Ригель одолжение. — Когда вы расстались, он то ко мне прибежал сразу.
— И что? — невозмутимо ответила Ригель, её голос напоминал хрустальный бокал, готовый разбиться. — Мы тогда были не вместе, да и если бы он «прибежал», то он бы не убежал от тебя.
Но Пенни лишь усмехнулась, словно её слова были легким ветерком, и не обращала внимания на эмоции Ригель.
— Но от тебя же он убежал, — всё с тем же невинным лицом утверждала она, словно играла в какую-то подлую игру.
— Но мы же вместе, — отвечала Бёрк, устремляя на Пенни взгляд, полный решимости.
— Мы с ним спали, — внезапно произнесла Хоутон, и мир вокруг Ригель перевернулся. — Это было прекрасно!
«Что она сказала?» Кровь в жилах Ригель забурлила, её взгляд стал злым и хлёстким.
— Повтори, — заставила себя произнести она, на лбу выступили капли пота.
— Мы занимались с-е-к-с-о-м, — медленно отчеканила Пенни, словно наслаждаясь каждым звуком. — Ах, но как же было прекрасно! А что с тобой? Злишься? Давай! Накричи на меня, скажи, какая я тварь, потаскуха, раз переспала с твоим женихом! Давай же! Кричи, чтобы все услышали!
Каждое её слово проникало в душу, как острые шипы. Ригель почувствовала, как гнев поднимается с силой вулкана.
— Когда ты замолчишь наконец? — холодно произнесла она, стараясь сдержать бурю внутри, как учил отец. — Он мой жених, у нас свадьба этим летом.
Она сделала паузу.
— А с тобой просто переспал, — ухмыльнулась она, повернувшись на каблуках и устремившись прочь, оставляя за собой глухие шёпоты удивления и шокированные взгляды окружающих.
Внутри себя Ригель ощущала гремучую смесь боли и ярости, но её шаги стали тверже. Всё менялось, и она знала, что не позволит никому, даже Пенни Хоутон, разрушить её счастье и будущее с Сириусом.
Ей плевать, что они переспали, они тогда с Сириусом не были вместе, и она не может ему за это что-то предъявить.
Знала ли она об этом? Да, и ещё раз да. Никому даже не нужно было об этом говорить, она сама это почувствовала. Кольцо, которое одел ей Сириус в день из помолвки не простое. Ригель даже не подозревала об его свойствах, но почувствовала. В ту ночь, Ригель проснулась от холода, которое исходило от кольца. Оно было таким ледяным, что она даже не могла пошевелись пальцем; а рубин горел так ярко, аж начинал слепить. Она сначала не поняла, что это значит, а на утро увидела письмо от Вальбурги, которая описала все значения этого кольца.
Ревновала ли она? Определенно да, но ничего сделать не сможет. Они в тот период не были обязаны друг другу ничем. Не обязаны были сохранять верность друг другу. Но если посмотреть под другим углом — они помолвлены. А считается это изменой? Нет. Ригель не считала это изменой.
***
Ригель сидела в своей комнате, окруженная привычной атмосферой Хогвартса. Она углубилась в чтение, но мысли постоянно уносили её в сторону. Лили ускакала гулять с Джеймсом, а Мэри с Марлин отдыхали в гостиной Гриффиндора, поэтому Ригель осталась одна. Порой это одиночество тяготило её, но сейчас, в тишине, она наслаждалась мгновением покоя.
Вдруг в комнате раздался тихий, но настойчивый стук в окно. Ригель вздрогнула, выпав из своих мыслей. Она узнала этот стук – это была сова. Сердце её забилось быстрее: кто мог писать ей сейчас? Возможно, это был её брат или миссис Блэк, или миссис Поттер – их птиц Ригель всегда могла распознать, даже издали. Она поднялась и подошла к окну с надеждой и любопытством.
Когда она распахнула окно, то почувствовала легкий ветерок и увидела нечто странное. Это была белая сова, совершенно не похожая на привычного черного ворона Блэков, коричневой совы Поттеров или черного сокола её брата. Лебединая белизна перьев на сове была словно нежная пена, пробивающаяся сквозь мрачные облака. Ригель недоуменно прищурила глаза, не ожидая увидеть такую птицу.
С осторожностью она открыла окно и впустила сову в свою комнату. Ригель быстро уселась на край стола, готовя угощение для неё. Она порылась в ящике с закусками и достала свежие орехи, но белая сова, казалось, и не собиралась оставаться. С птицей было что-то очень необычное, и Ригель почувствовала легкое волнение. Совсем не дождавшись угощения, она быстро сбросила на стол письмо и мгновенно улетела, не сделав ни одного глотка свежего воздуха после долгого пути.
Ригель лишь пожала плечами, смущаясь резвости совы, и взяла письмо в руки, изучая его. Стрелка адреса была написана красивым почерком, от чего сердце её вновь забилось быстрее. Она села на свою кровать, расправила письмо и начала читать:
«Привет, Ригель.
Прости, что так долго не писал тебе, прошло столько времени, мне жаль... но были небольшие неприятности. Мне пришлось скрываться в разных странах, чтобы улизнуть от Волдеморта и его приспешников. Они преследуют меня, видимо, хотят покончить со мной, как и с моими родителями, придурки... Я уже сменил много стран, городов, имен, и наконец они от меня отстали, видимо, потеряли интерес, наконец-то поняли, что просто теряют время, бегая за мной. Но я всё равно шарахаюсь от каждого шороха и оглядываюсь, такими темпами я сойду с ума; но не переживай, пока я в безопасности и всё хорошо. Ты как там? Как у тебя дела с твоим ненаглядным женихом? Он не обижает тебя? Если что, сразу говори мне - я тут же вернусь в Англию и надеру ему зад!Я вернусь, обещаю.
Твой друг, Д.С.»
С каждым словом Ригель ощущала, как её сердце наполняется теплом, а на лице появляется мягкая улыбка. Её мысли мгновенно вернулись ко всем видам приключений, которые они пережили вместе с Давидом. Он всегда был рядом, когда ей это было нужно, поддерживая и защищая. Теперь же, находясь в странствиях, он переживал страшные вещи, о которых она и не подозревала.
— Давид... — прошептала Ригель, всматриваясь в лист бумаги, как будто на нём могла увидеть лицо друга.
Она не слышала от него новостей с того момента, как была помолвлена с Сириусом. Её письма не доходили до него, как она узнала, когда читала его откровения. Мысли о том, с чем ему пришлось столкнуться, терзали её. Переживания за друга смешивались с радостью от того, что, несмотря на все испытания, он остался в безопасности.
Ригель перевела взор на окно, в его раме она увидела серые облака, надвигающиеся на Хогвартс, но эти мысли лишь усилили её радость. Она знала, что Давид всё еще помнит о ней, и он обязательно вернётся. Эмоции, захлестывающие её, были странными и неразрывными. Ностальгия, тревога, счастье сплелись в одну волну, которую она не могла сдержать.
Теперь, когда она знала, что её друг жив, она смогла облегчённо выдохнуть. В её сердце зреет желание написать ему в ответ, сообщить, как сильно ей его не хватает, и рассказать о своей жизни. Она вспомнила весёлые моменты, проведенные с ним: смех, шутки и наглые выходки. Эти воспоминания укрывали её, как мягкий плед в холодную погоду.
Ригель встала и подошла к своему столу, приняла в руки перо и не раздумывая начала писать ответ: «Дорогой Давид...» Её мысли текли, как река, и каждая строчка становилась для неё образом новой надежды, новой жизни, где её друзья были рядом, несмотря на расстояние и испытания.
В этот момент она поняла, что даже в самые трудные времена дружба способна преодолеть все преграды. Она улыбнулась, ощущая, что в жизни всегда есть место радости и свету, даже если за окном поднимается буря. С этой уверенностью в сердце Ригель продолжала писать, готовая делиться всеми своими переживаниями с тем, кто всегда был ей дороже всего.
***
Северус Снейп сидел на скамейке в пустом коридоре Хогвартса, его черные, сальные волосы падали на лицо, скрывая выражение гнева и зависти. Он наблюдал за группой студентов, которые смеялись и обсуждали последние новости о квиддиче. В центре этой компании стоял Джеймс Поттер, сияющий, как всегда, с улыбкой, которая могла бы осветить даже самые темные уголки замка. Снейп стиснул челюсти, его сердце наполнилось горечью.
— Почему именно он? — прошептал он себе под нос, глядя на Лили, которая с улыбкой слушала Джеймса. Снейп всегда мечтал о том, чтобы она смотрела на него так же, как на Поттера. Но вместо этого она лишь смеялась над шутками своего парня.
Каждый раз, когда Снейп видел мародёров — Джеймса Поттера, Сириуса Блэка и Питера Петтигрю — его ненависть разгоралось. Эти трое были не просто хулиганами; они были королями Хогвартса, а он был лишь тенью. В тот момент, когда он увидел их, его мысли заполнили воспоминания о том, как они издевались над ним.
— Эй, Нюньчик! — раздался голос Сириуса, который подошел к нему с ухмылкой. — Ищешь свою любимую книжку о зельях? Или, может быть, ты просто мечтаешь о том, как бы стать таким же крутым, как мы?
Снейп поднял голову и встретил взгляд Сириуса.
— Я не собираюсь тратить время на вас, Блэк, — ответил он холодно. Его голос дрожал от подавляемой ярости.
— О, смотри-ка! Нюниус заговорил! — засмеялся Питер. — Наверное, у него есть еще одна гениальная идея для зелья!
Снейп почувствовал, как его лицо заливает краска. Он отвернулся и пошел прочь, но слова мародёров продолжали звучать в его голове.
Но среди всей этой ненависти была одна загадка: Римус Люпин. Почему он всегда держался в стороне от своих друзей? Почему он исчезал каждый месяц на ночь полнолуний? Эти мысли терзали Снейпа. Он решил выяснить правду.
— Я должен знать, — произнес он тихо, когда оставшиеся ученики разошлись по классам. Он знал, что это рискованно, но его любопытство было сильнее страха.
В один из вечеров в начале марта Снейп наблюдал за Римусом и мадам Помфри, когда они покинули замок, направляясь к Гримучей иве.
Сириус заметил, что Снейп следит за ними. И решил, что будет лучшей идеей пошутить над ним.
— Сейчас будет весело! — прошептал Сириус на ухо, рядом стоящей Ригель.
— Не думаю, что это хорошая идея. — буркнула Ригель, но Сириуса уже было не остановить.
— Эй, Нюниус! Ты что, собираешься раскрыть тайну Римуса? — закричал он с ухмылкой. — Ты просто должен ткнуть длинной палкой в шишку на стволе Ивы!
Северус сначала подумал, что это очередная шутка со стороны Блэка, но передумал, стоило ему услышать злой, тихий голос Ригель.
— Ты что натворил, Сириус! — злилась Бёрк на своего парня. — Ты хоть понимаешь, что ты сделал?!
Снейп стиснул кулаки. Он понимал, что это рискованно, но желание узнать правду пересиливало страх.
Ригель заметила, что Северус тут же направился на выход из Хогвартса и не думая, быстро побежала в башню Гриффиндора.
Она даже не знала бежал ли за ней Сириус. Она просто хотела как можно быстрее добраться к гостиной, рассказать все Джеймсу, ведь сама она не справится. Ригель добежала очень быстро и влетала в гостиную как ураган и начала осматривать её в поисках друга, благо он сидел на диване и ошарашено смотрел на неё.
— Что уже случилось, малышка Ри?
— Сириус идиот! — крикнула она, когда уже стояла напротив Поттера.
— Это и так понятно, что он уже натворил? — спокойно спросил он.
Ригель села возле него, оглядываясь, чтобы никого лишнего рядом не было, и прошептала:
— Сириус решил подшутить над Снейпом, который увидел, что Римус с мадам Помфри направились к Гримучей иве. В общем, он рассказал ему как попасть в проход.
Джеймс тут же подскочил с фразой, по типу: «Я убью Бродягу», и тут же выбежал из башни, где тут же столкнулся с Сириусом.
— Я убью тебя после того, как мы вытащим задницу Нюньчика от туда! — крикнул Поттер на Сириуса, и тут же побежал по коридорам.
Когда Северус добрался до Ивы, его охватило чувство тревоги. Он знал, что это место связано с магией и тайнами. Внутри него росло беспокойство: что же произойдет, если он увидит то, что не должен видеть? Но любопытство было слишком сильным.
Он пробрался через кусты и увидел силуэт Римуса, который забирался в тоннель. И когда тот уже исчез, направился за ним, используя совет Блэка, который к его удивлению сработал.
Он пробирался по узкому тоннелю и увидел нечто. В этот момент его сердце забилось быстрее от страха и ожидания. Римус выглядел иначе: его глаза сверкали дикой энергией.
— Что происходит? — прошептал Снейп сам себе. Он почувствовал прилив волнения и страха одновременно.
Римус закричал от боли, и в этот миг что-то внутри Снейпа сломалось. Он не мог поверить своим глазам. Он увидел, как Римус начал трансформироваться в оборотня. Сердце Снейпа замерло от ужаса.
В этот момент он услышал крик Поттера.
— Снейп! — закричал он с паникой в голосе. — Ты не должен был туда идти!
Снейп повернулся к нему с недоумением и яростью:
— Почему ты здесь? Вы все знали, что Люпин монстр! И Блэк специально сказал мне, как сюда попасть! Вы сумасшедшие! Дамблдор узнает об этом! Все узнают!
— Нет! Я хочу спасти тебя! — ответил Джеймс с искренним беспокойством. — Ты не понимаешь, что там происходит! Это опасно!
Снейп почувствовал смешанные эмоции: ненависть к Джеймсу за его доброту и благодарность за спасение.
Но Джеймс схватил его за руку и потянул обратно к замку.
— Я не позволю тебе сделать ошибку! — произнес он решительно и быстрее повел его назад, слыша уже нечеловеческий крик Римуса.
Джеймс ускорил шаг, когда начал слышать уже злой рык Римуса, понимая, что у них очень мало времени.
Выйдя, Джеймс толкнул Северуса в сторону замка.
— Сматывай отсюда! — крикнули Сириус и Джеймс одновременно, и Северус под ужасным страхом тут же побежал.
Стоило Северусу оказаться в замке, как тут же Дамблдор вызвал его к себе в кабинет. Его лицо было серьезным и полным тревоги.
— Северус, — начал он тихо. — Ты должен знать, что некоторые тайны должны оставаться неразглашенными.
Снейп почувствовал себя уязвимым и подавленным.
— Что? Хогвартс же самое безопасное место, так почему среди нормальных учеников находится этот зверь?! Вы понимаете, что подвергаете всех опасности?!
Дамблдор посмотрел на него с сочувствием.
— Понимаешь ли ты последствия? Если эта информация станет известной...
— Я не боюсь последствий! — перебил его Снейп с горечью в голосе.
— Но ты должен молчать, Северус,— сказал Дамблдор строго. — Мир магии полон тайн и опасностей. Ты понял меня?
Северус с злостью и ещё большей ненавистью к Мародёрам, лишь нехотя кивнул.
С тех пор как он узнал правду о Римусе Люпине и его трансформациях, жизнь Северуса стала еще более тёмной и одиночной. Он чувствовал себя изолированным от остальных учеников Хогвартса; каждый раз, когда он видел Поттера и его друзей вместе с Люпином, его сердце наполнялось ненавистью и завистью.
Каждый вечер он возвращался в свою комнату в подземелье и погружался в книги о зельях и темной магии. Это было единственное утешение для него — изучение магии позволяло ему забыть о своих переживаниях хотя бы на время.
Но даже среди своих книг он не мог избавиться от мыслей о том, что происходит с Люпином каждое полнолуние. Он знал об опасностях превращения в оборотня и понимал, насколько это может быть разрушительным для человека. А также опасным для окружающих. Как его друзья, зная о его тайне спокойно находятся рядом с ним? На этот вопрос он, кажется, никогда не узнает ответа.