Тёмный Принц

Перед тем как все начнется я хотел увидеть Амиру. Нет не собирался прощаться понимая, что это моя игра, но горел желанием заглянуть в глубину ее глаз. Впиться в губы. Попробовать соленый аромат кожи. Вдохнуть сладость волос, но недооценил ее упрямство. Думал она злится, но все оказалось куда хуже.

На следующий день я решил отбросить в сторону все манеры и плевать, что она не отвечает на звонки. Я приехал в ее дом, чтобы найти его пугающе кровавым.

— Обыщи все, — велел Буку и Закиру.

Остановился как вкопанный в ванной и смотрел на кровь. Она покрывала белую гладь пола. Она вызвала во мне приступ страха. Впервые. Да я всегда опасался за брата. Волновался его шатким эмоциональным здоровьем, но что испытал сейчас не знало границ. Это нечто темное чернильное оно распускалось во мне огромной бездонной дырой и жрало. Воспоминание за воспоминанием проносились сквозь мои мысли и тонули в омуте. Безжалостно тот чёрный монстр пожирал каждую улыбку каждую сцену сопротивления. Каждое прикосновение. Первый поцелуй. Первая вспышка желания. Первое откровение. И с каждой новой эмоцией вихрь закручивался и забирал в себя все чем Амира стала для меня.

— Чисто, — доложил Закир. — Видеокамер в доме нет, а к тем что на улице нужен доступ.

Нет я не зарычал. Я взбесился. Я стал тем, кто будет жрать своих врагов. Я смерч. Я тьма. Я монстр. Я схватил столик и кинул его в то кровавое месиво в ванной. Я смотрел как она разрушается. Я гасил в себе потребность завыть, как одинокий волк. Я убил в себе желание завопить. Я сломался изнутри. Меня словно пропустили через мясорубку и внутри все сгорало от поглощающих чувств: страха и беспомощности. Я стал непробиваем. Я вообще не знал жива ли она? И эта мысль рванным стеклом полоснула мои внутренности. Если бы чувства могли ранить я бы лежал в луже собственной крови с вывернутыми кишками и трепещущим от всеобъемлющего страха сердцем.

— Найди ее, — приказал надорванным ржавым голосом.

Телефон. Номер. Гудки. Тишина на том конце.

— Мне помощь твоя нужна.

Я знал Садио сделает все, о чем ни попрошу, потому никогда не просил. Но сегодня готов нарушить все гребанные правила. Ради нее могу подорвать этот мир с теми, кем дорожу. Черт. А она глубоко вонзилась в мою нервную систему. Въелась под кожу.

Уже через пять минут у меня был адрес. Тот самый, который ненавидел. Тот самый, в который обещал не возвращаться.

«Пляска Смерти» место мрачно-красивое, но это не моя территория. Плевать. Сейчас не волновало даже то, что меня встретили несколько громил Риодана. Сейчас я готов раздать свою бурю, которая разрывала меня изнутри. Я не стал вступать в переговоры. Была только цель. Я и конечный путь — Амира. Все просто.

Тихий злобный смех кита-убийцы заставил меня стряхнуть красную пелену с глаз.

— Собираешься драться за нее, рыцарь? Поздно пришел. Раньше нужно было, когда она нуждалась в этом.

— Ты знал, что я приду...

— Поэтому не стал звонить. Ждал, — бесцветным тоном ответил Риодан. Ублюдок. Он не приглашал, но я все равно двинулся вперед и когда тот не отошел, чтобы пропустить меня услышал гробовое. — Попробуй по-другому.

Стиснув руки в кулаки, а с ними и челюсти до скрежета зубов лязгающим тоном:

— Позволь войти.

Я видел мгновенную вспышку в его глазах. Почувствовал всего на мгновение как произошли перемены в воздухе, но не стал ничего выяснять. Сейчас мне было охренеть как плохо и думать о том, почему между нами то, что есть смогу потом. Анализировать времени будет еще много.

Риодан принял мою просьбу. Если бы он знал о том, что я никогда не прошу. Ни разу. Ни одного гребанного раза за всю свою жизнь. А сегодня в течении часа просил о помощи у брата, а потом еще и разрешение войти в «Пляску смерти» у безжалостного психопата.

Когда мы вошли в комнату похожую на медицинский кабинет это вообще не впечатлило. Риодан тот мужчина, который все держал под контролем. Железным. Титановым. И то, что в его популярном клубе была отдельная медицинская комната обставленная всей возможной техникой, не удивляло.
Амира лежала на кровати в бессознательном состоянии. Руки перевязаны белыми бинтами. Капельница тянулась к правой руке игла пронзала кожу. Вены синие их можно было видеть словно реки на карте.

— Насколько все плохо? — не оборачиваясь лающим голосом спросил.

Риодан не скупился на прилагательные метая в мою спину все новые подробности. Рассказал о каждой ране. Каждом порезе. О том, сколько крови она потеряла. О том, как долго находилась без сознания. Этот псих, когда закончил поставил меня на колени если бы его признания, были ножами моя спина, была бы вся в них. А потом вылил очередной грязный поток информации о ее прошлом. Сухо. Без эмоционально. Без формальностей. Голые факты. А я смотрел на Амиру и закипал от ярости. Она выжигала меня. Кровь закипела от того, что Лука лгал мне. О том, что это его чертова жена сошла с ума и гонялась за Амирой. О том, что это она похитила ее вот откуда столько старых шрамов. Вот почему Амира призналась, что не может рассказать о прошлом, потому что сама его не знала.

И тогда она пришла ко мне. За силой. За исцелением. Молчаливая. Говорили только ее глаза. Они не просто молили, в тот момент, когда Амира ворвалась на совещание и пронзила меня своим взглядом. Они были потерянными. И она пришла ко мне. Нашла себя во мне. В моих руках. В моей грубой силе.

Через пару часов я должен буду уйти. И это рвало меня изнутри на части. Зверь, имя ему — боль, рвал когтями мою душу не желая покидать Амиру.

— Ты можешь остаться с ней, — сказал Бук.

Резко обернувшись посмотрел на него сощурив глаза. Сейчас я словно параноик подозревал каждого. И его и Косту и Закира. И мне так это чертовски сильно не нравилось. Надежда. Да, она самая. Мерзкая. Ядовитая. Она пустила корни в моем сознании я сомневался в том, что кто-то из них предатель. Но где-то так далеко на задворках сознания кто-то одиноко вопил, что это правда. Один из трех мой враг. Он сейчас находился со мной в одной комнате. Смотрит мне в глаза, когда я поочередно встретился с каждым Коста, Закир, Бук и молчал. Этот нож в спину мне трудно будет пережить.

— Пора, — сказал Коста.

Я не стал больше тратить свои последние минуты на них. Обернулся к Амире и впитал в себя ее образ. Не позволил склониться лизнуть мягкость ее губ вдохнуть аромат волос не потому, что стыдился того с каким любопытством наблюдали мужчины, а потому что не хотел, чтобы хоть кто-то увидел, как я наслаждаюсь ею. Девушкой-призраком. Мне нужно уйти, чтобы все закончить. Моя семья все еще нуждалась в защите. Здесь Амира в большей безопасности, чем будет где-то еще. Я конечно не доверял Риодану, но его чувства к ней они не лгали. И за это я не мог ему ничего предъявить.

Отвернувшись кивнул трем мужчинам велев следовать за мной. Пора закончить игру, которая затянулась слишком на долгое время. Которая забрала невинные жизни. Пора отомстить и сжечь всех, кто предал семью Костелло.

Дорога в тишине, казалась бесконечной. Я сидел за рулем это отвлекало, но все равно то напряжение гнетущая тишина давила как тиски на сознание. Они не были дураками и каждый понимал каковы ставки на этот вечер. Кто-то из них тот самый перебежчик, но похоже он не собирается выдавать себя раньше времени. Жаль. Это могло бы сэкономить мне время. И убить сразу двух врагов.

Зная, что впереди доки я въехал на старую дорогу припарковал машину и без слов вышел. Знал, что мои люди уже окружили заброшенное здание, где должна состояться встреча моих врагов. Уверен одна из сторон Готти. Но вот кто стоит по другую? Кто правит той рукой, которая так отчаянно проливала кровь на моей земле и пыталась свергнуть меня?

Купер сидел в засаде, когда наша четверка подкралась вперед. Он пальцами приказал молчать и слушать. Слившись с ночной мглой, я пыталась ослабить тугой узел боли обиды и разочарования, который свернулся уже давно, как только я понял, что близкий друг предал меня, но не смог. Он душил меня. Тяжёлый. Давящий.

— Эта партия должна разойтись в казино Костелло, — говорил басом мужчина. — Докажем обратное, что он и есть тот, кто распространяет наркоту. А там дело за малым.

Отличный ход. Просто беспроигрышный, если бы я не знал о нем.

— Он вполне способен отследить драк-дилеров и пресечь распространение наркотиков на своей территории, — отлично, в игру вступил Готти.

— Но ты ведь сможешь отвлечь его внимание? — новый голос. — Иначе какой смысл играть по твоим правилам?

Посмотрев на Купера кивнул, давая понять, что пришло время обрубить эти разговоры. То, что мне нужно я и так узнаю. Одного пленника мне вполне хватит.

В следующее мгновение разбилось окно. Дверь распахнулась. Ворота открылись. Все пришло в действие с одного щелчка. Выстрелы. Очередь пулемета. Крики. Ругань. А потом ничего. Тишина. Глухая. Бук ушел с Купером пока я, Коста и Закир оставались под защитой. В укрытии. Ну вот и конец подумал я и услышал глухой стук. Даже не оборачиваясь знал, что один из них лежит без сознания. Вопрос только в том, кто принял сторону врага?

Дуло пистолета, а на том конце сощуренный спокойный взгляд Закира. Знал, когда придет время столкнуться с правдой, я охладею. Позволю тому месту в мозгу переключить эмоции на холодное спокойствие. Иначе порвал бы на части Закира. Тот, кто с самого начала действовал по чужой указке. Марионетка.

— Вот почему не осталось никаких улик, — мой голос сталь. Лицо ледяное спокойствие. — Ты умело все спланировал. Каждый шаг. Каждое нападение. Скажи, легко ли было убить Лейлу?

Он не отвечал, смотрел на меня пустым взглядом. Теперь все встало на свои места.

— Почему?

Наверняка знал у него должна быть веская причина поступить именно так. Сомневался, что Закир пал так низко, что соблазнился деньгами. Он не той породы. Так поступают только когда нет другого выбора.

— Потому что Белла у Росси. Потому что мне каждый день присылают ее вопли. Как она умоляет спасти ее. Прийти на помощь. Потому что мое сердце кровоточит. Потому что она не в порядке. Она у врагов.

Росси. Вот кто стоит по другую сторону. С самого начала это были они. Месть хреновый повод начинать войну, но самый первый в том списке.

— Ты мог прийти ко мне.

— Тогда бы она точно погибла, — рявкнул Закир.

Я склонился нос к носу игнорируя дуло пистолета, направленного в мою грудь и холодно, но с ощутимой болью в голосе прохрипел:

— Тогда у нее было бы больше шансов выжить, потому что ты знаешь, мы своих не бросаем. И мы бы придумали план, чертовски хороший план, и она давно была бы уже твоей. Она бы вернулась в лоно семьи, а теперь...

Гнетущая тишина. Не слышно было даже того, что происходит внутри. Вокруг тихо шелестел ветер. Со стороны причала доносился сырой вязкий запах воды.

— У тебя мало времени, — заметил я, понимая, что скоро кто-нибудь вернется. — Какова твоя конечная цель?

— Они хотят твою голову. Отрубить одну, чтобы остальные пали.

— Ты сам понимаешь, как это глупо. Отец с братом никогда не склонятся, даже если отсечь меня от семьи и предать земле. Росси просто получат еще более грубый ответ. Их утопят в собственной крови.

— Меня это уже не коснется. Ни меня. Ни Беллы.

Едва заметная тень позади. И мои последние слова:

— Тогда стреляй.

Щелчок. Звук взводимого курка. А тишина все еще мертвая. Все вокруг затаило дыхание ожидая кровавой развязки. Два выстрела прозвучали в унисон. Вот только пуля Бука попала прямо в сердце Закиру. А его вскользь прошла по моему плечу, когда Купер кинулся на меня повалив на землю. Лежа на земле чувствуя на зубах комки земли сырой грязной я смотрел как треснула броня Закира. Как в замедленной сьемке он пал на колени. Как в глазах мелькнуло то самое чувство сожаления, умирая он просил о прощении. И я простил. Кивнул глазами, когда он свалился на землю, которая теперь станет его домом.