Трудности перевода

— А... нет!

Мей ошарашенно взглянула на Бачиру. На его лице не дрогнул ни один мускул, только улыбка стала чуть шире.

Как она могла настолько потерять бдительность? Хорошо, что они хотя бы за руки не держались, когда появился Чигири. Но ведь он мог заметить их раньше и подойти только сейчас?

— Чигири, ты куда убежал? О, Бачира и... — высокий рыжий парень направлялся прямо к ним. Мей узнала его: Кунигами. — Ларош?

С каждой секундой ситуация становилась хуже. Может, сюда сейчас весь Блю Лок припрётся? Включая Эго.

— Он нас обманул, — хмыкнул Чигири, переводя взгляд с Мей на Бачиру. — Это так ты занят? Променял друзей на...

— Нет у нас никакого свидания, — строго прервала она. — Пожалуйста, не надо додумывать.

— Ну да, а это...

— Вы тоже только вдвоём. У вас свидание?

Хёма замер на полуслове и перевёл взгляд на Кунигами, который стал похож на мраморную статую.

— Эй, мы не такие, — возразили они в один голос.

Вот он. Шанс заткнуть Чигири, чтобы он наверняка отвязался.

— Такие? — спокойно сказала она. — Я ничего плохого в геях не вижу, расслабься.

Парни тут же загалдели, перекрикивая друг друга, уверяя, что они просто друзья и никогда бы...

— Друзья бывают разные, — рассмеялся Бачира, от чего Чигири ещё сильнее вспыхнул.

— Ладно, ладно. Я пошутил, — фыркнул он, убирая прядь алых волос с лица.

— Мей-чан попросила показать ей город, — сказал Мегуру, и это сразу успокоило её. По крайней мере, лгать придётся не одной.

— Так и есть, — довольно улыбнулась она Чигири, пока тот продолжал хмуриться.

— Это же называется не-свидание, верно, Мей-чан? — протянул Бачира, прищурившись и глядя на неё.

Её улыбка померкла, и единственное, что она смогла — кивнуть. Оставалось только молиться, чтобы Чигири не прицепился к этой фразе.

— Почему именно тебя? — он приподнял бровь.

— Потому что остальные заняты, — ответила она первой.

Чигири коротко хмыкнул.

— А ты, Бачира, добрая душа, не смог отказать?

— Я и не хотел.

Чигири демонстративно игнорировал её, но все же она не отступала:

— Потому что я сказала, что угощу его ужином, верно? — Мей нахмурилась и посмотрела на Бачиру.

— Ты платишь, Мей-чан? — обрадовался он и ни у кого не осталось сомнений, что он слышит об этом впервые.

— Раз у вас дружеская встреча, то почему бы нам не присоединиться? — Чигири кивнул Кунигами и снова посмотрел на Мей. — Сколько тебе лет? Ты вроде старше нас.

— Двадцать, — немного растерянно сказала она, не понимая, к чему этот вопрос.

— Прекрасно, значит Ларош ещё и платит за всех.

— С чего это вдруг?

— Согласно этикету, самый старший в компании оплачивает счёт.

— Так принято, да, — кивнул Кунигами, скрестив руки на груди. — Но Мей ведь девушка и иностранка. Может, не стоит, Чигири?

Мей закатила глаза. К счастью, в этот момент подошла сотрудница и предложила им столик на четверых.

Рядом непрерывно двигались разноцветные тарелки по конвейерной ленте. Столы отделялись перегородками, поэтому, несмотря на полную посадку, шума от других посетителей не было. Мей присела рядом с Бачирой, а Чигири с Кунигами заняли места напротив.

— И как сделать заказ? Нужно ловить суши прямо с ленты? — спросила она, заметив, что официантка не принесла меню.

Парни дружно рассмеялись, и щеки Мей слегка порозовели.

— Тебе нужно выбрать блюдо на планшете, — пояснил Кунигами, кивая на экран сбоку. — Тогда оно приедет прямо к твоему столу. А если будешь хватать всё подряд, то кто-то останется без ужина.

Мей быстро пролистала меню. Через пару минут приехало маленькое золотое блюдце с двумя аккуратными суши из лосося. Она подняла палочки, разглядывая идеальные кусочки рыбы.

Разговор разумеется свелся к обсуждению Блю Лока и его методов. И не смотря на тяжелые тренировки, парни были довольны.

Мей обвела взглядом огромные башни из тарелок, которые заполнили стол, и внутренне вздрогнула. Сколько же ей придётся заплатить? Но такова цена лжи. Если бы Чигири с Кунигами знали правду, то вряд ли присоединились бы к ним.

— А в ReAl очень тяжело попасть? — спросил Чигири, сделав глоток чая.

— Как и во все другие клубы, берут тех, кто смог проявить себя, — пояснила Мей. — Конечно, находясь в Европе, это проще. Скауты постоянно посещают игры в поисках новичков.

— Но Саэ же как-то попал к вам, — подметил Бачира.

— Величайшее сокровище Японии, — хмыкнул Чигири. — Хотя на мой взгляд, Рин не хуже.

— Саэ — исключение, азиаты редко... — Мей осеклась, понимая, что слова звучат грубо. — Я имела в виду, что...

— Но теперь каждый из нас получил приглашение, значит таких исключений становится всё больше.

— Именно. Мы крутые! — кивнул Бачира. — Самые эгоистичные нападающие.

— Надеюсь, ваш эгоизм поможет хотя бы пройти отборочный турнир, — скептически произнесла она.

Бачира забрал у неё последнюю суши с лососем и фыркнул:

— Мей-чан, ты совсем в нас не веришь?

— Я верю в тебя, — Мей осеклась, почувствовав на себе взгляд Чигири. — И в Отою, — тверже добавила она. — Но вы вдвоём не сможете вытянуть всю команду.

— С чего это вдруг мы не пройдем отборочные?

— На моей памяти Япония только пару раз доходила до группового этапа и быстро вылетала.

— Теперь всё будет иначе. Не боишься, что Испания вылетит раньше?

— В этом году Испания хозяйка чемпионата. Она тем более не может вылететь.

Ребята сверлили её недовольным взглядом, включая Бачиру. Но вдруг он резко выпрямился, словно что-то осознал.

— То есть если мы пройдем, то полетим в Испанию?

— Да, но...

— Никаких «но»! Мы обязательно пройдем.

— Согласен, — кивнул Кунигами.

Бачира громко хлопнул в ладоши. Судя по его виду, он уже представлял себя на стадионе, забивая голы.

— Ты трусишь, Ларош? Боишься встретиться с нами на поле?

— Я не встречусь с вами на поле, — она покачала головой. — Это же чемпионат только для мужских команд. Для смешанных будет через два года. Вы что, совсем не интересуетесь новостями мирового футбола? Расписанием чемпионатов?

— Мы смотрим матчи, — ответил Чигири.

— И всё? Может, вы не знаете, кто сейчас директор ФИФА?

— Зачем нам знать имя какого-то мужика? — бросил Бачира, задумчиво почесав затылок. — Он круто играет в футбол?

— Ваша футбольная карьера обречена.

Мей тяжело вздохнула. В такие моменты ей становилось особенно ясно, насколько ребята наивны. Они всерьёз думали, что футбол — это только поле, мячи и голы. Хотя это в первую очередь бизнес, который держится на связях, влиянии и деньгах. Можно быть гением, но если играешь на отшибе мира, где тебя никто никогда не заметит, то твой талант так и останется никому ненужным.

— Но всё-таки Эго дал вам шанс образумиться, — сказала она, обводя их лица взглядом. — Он нас позвал же не просто, чтобы мы вместе мяч пинали. Вот и заводите связи, пока мы не разъехались.

— Как только Япония победит, никакие связи не понадобятся. Мы станем самыми крутыми в мире, — уверенно сказал Бачира. Он был просто непробиваемым.

— Ага, и все остальные футболисты начнут учить японский вместо английского, — усмехнулась Мей. — Влажные мечты.

— Ты сама всё увидишь, Мей-чан, — Бачира взял её за руку под столом, и она умолкла. — Можешь закупаться учебниками.

— Смотри, Бачира, как бы тебе испанский учить не пришлось.

Мей напряглась, уловив в голосе Чигири иронию.

— А? Зачем?

— По-моему, ответ очевиден.

— Если мы попадём в европейские клубы, придётся учить их языки, — строго сказал Кунигами.

— Не пугайте его, — Мей посмотрела на Бачиру, энтузиазм которого явно поубавился. — Главное знать английский.

Она не стала грузить их еще больше, умолчав, что при вступлении в иностранный футбольный клуб проблемы с языком будут лишь одной из многих трудностей: бюрократия, аренда жилья, бытовые вопросы.

И самое сложное — расстаться с семьей. Сепарироваться. Начать жить самостоятельно, полностью полагаясь только на себя. Мей не могла сказать, что была полностью независима от отца. Когда ей исполнилось восемнадцать, она заявила ему, что хочет начать жить одна, переехать поближе к стадиону и стать по-настоящему взрослой, но в ответ он лишь покачал головой и наотрез отказал.

Однако после долгих уговоров и тонких намёков отец всё же подарил ей ключи от квартиры в одном из лучших районов Барселоны в честь удачного сезона. Мей была счастлива не только из-за подарка, но и потому, что отец признал: она способна заботиться о себе.

Но радость улетучилась, когда она приехала смотреть квартиру.

— Завтра они закончат уборку, и мы сможем повеселиться, — Маркос провожал взглядом снующих туда-сюда рабочих с коробками. — Я всех позову.

— Не позовёшь, — Мей покачала головой, осматривая прихожую, которая могла бы считаться просторной, если бы не груда вещей. — В понедельник у меня игра в Берлине, забыл?

Маркос тряхнул тёмными кудрями и громко вздохнул.

— Тогда повеселимся вдвоём?

— Об этом можно подумать, когда закончим дела, — уклончиво ответила Мей, понимая, что завтра ничего не будет готово. Половина мебели не собрана, а остальную ещё не привезли. Квартира сейчас больше походила на пыльный склад.

— Мей, подойди, — раздался резкий голос. Она обернулась и увидела Маркоса, который успел выйти в приквартирный коридор, пока она разбирала одну из коробок с обувью.

— Почему он здесь? — бросил он, скривившись.

Она растерянно посмотрела, куда указывал парень, не понимая причины внезапной смены настроения. На пороге квартиры напротив, со связкой ключей в руках, стоял Саэ. Он заметил её и кивнул.

— Ты знала? — процедил Маркос. — Охеренно просто.

Он рывком толкнул дверь, и та сшибла одну из коробок, которая глухо ударилась о пол. Мей резко бросилась за ним:

— Я не знала, и почему ты психуешь? Мы просто в одном клубе. Даже играем в разных командах.

— Это всё твой придурошный папаша, — заорал он, и она вздрогнула. — Он меня ненавидит и мечтает, чтобы ты меня променяла на какого-нибудь ебучего футболиста. Вот и подселил тебя к одному из них поближе.

— Перестань, — она шагнула к нему, пытаясь обнять, но он резко оттолкнул. Несколько рабочих, услышав шум, высунулись из кухни, и Мей быстро сказала, что всё в порядке. — Этот комплекс находится близко к стадиону. Уверена, тут живёт не только Саэ.

— Ага, какое совпадение, что он купил тебе квартиру именно напротив его, — он плюхнулся на диван и схватил её за запястье, больно сдавив. — Ты должна переехать.

— Ты шутишь? — Мей отшатнулась, глядя на него широко распахнутыми глазами.

Он говорил серьёзно. Так у них появился ещё один источник постоянных ссор.

— Всё хорошо? — Мей вздрогнула от шёпота прямо возле уха. Повернувшись, она встретилась с пристальным взглядом Бачиры. — Можем уйти, если хочешь.

Каждый раз ей казалось загадкой, как ему удаётся улавливать малейшие колебания её настроения.

— Я просто задумалась, — Мей выдохнула и краем уха уловила спор Кунигами с Чигири о калориях в сушах с угрём. Перед ними громоздилась башня, а рядом с Бачирой его стопка выглядела почти скромной. — Ты мало заказал. Говорил же, что голоден.

— Не хочу тебя разорять, — Бачира коснулся её руки под столом и мягко сжал ладонь. Улыбка появилась на лице раньше, чем она успела вспомнить: они не одни.

Но быстрого взгляда на противоположную сторону стола хватило, чтобы понять — спор интересовал парней намного больше.

Она склонилась к его уху, так близко, что её губы почти коснулись кожи.

— Заказывай, — тихо сказала она, — будет плохо, если к ночи у тебя совсем не останется энергии.

Наверное, это был не лучший момент для подобных намеков, но...

Светлые глаза Бачиры расширились, а уголки губ тут же изогнулись в озорной улыбке.

— Тогда я съем тебя.

Ладонь легла ей на колено и неторопливо скользнула вверх. Ногти слегка царапнули кожу через капрон, и вдруг послышался звук — ткань порвалась, оставив тонкую стрелку. Бачира провёл пальцем по ней, цепляя всё выше, и медленно, почти лениво начал гладить обнажившийся участок кожи.

— Тебе холодно? — прошептал он, едва заметно усмехнувшись. — Вся дрожишь.

Она задержала дыхание, чувствуя, как напряжение клубилось внизу живота. Под шумное жужжание парней о предстоящем матче, его пальцы пробирались к внутренней стороне бедра.

Прикрыв глаза, Мей отпила воды. Это её вина. Не стоило флиртовать с ним, когда рядом кто-то есть. Похоже, он находил особое удовольствие в том, что их могут застать.

Она положила ладонь поверх его, пытаясь остановить. Но Бачира и не подумал подчиниться — пальцы уверенно скользнули дальше. При этом он спокойно поддерживал разговор с друзьями, словно ничего не происходило.

Мей судорожно сжала бёдра, но стало только хуже: он улыбнулся шире, надавил чуть сильнее и теперь касался вовсе не ноги. Жар внутри вспыхнул с новой силой.

Она прикрыла лицо руками, надеясь, что никто не заметит её состояния. Но внутри всё требовало ещё.

— Ты в порядке? — вдруг спросил Кунигами.

— Да, просто голова разболелась, — выдавила она, натянув улыбку.

— У меня тоже. Магнитные бури, — откликнулся Чигири. — Пора расходиться, уже поздно.

Во многих японских ресторанах принято расплачиваться через автомат, и этот не стал исключением. Мей понимала, что вряд ли справилась бы сама, если бы Бачира не взял всё на себя. Его пальцы уверенно скользили по экрану, а она всё ещё ощущала фантомные касания на ногах.

— Что ты устроил? — сказала она, понизив голос. — Они могли заметить.

— Ничего, — он беззаботно пожал плечами.

— Ну давай, ещё в трусы залезь мне прямо здесь, — прошипела она.

— А ты хочешь? — с самым невинным видом спросил он и дёрнул её за край платья.

— Нет!

Мей ударила его в бок, но он перехватил руку и притянул к себе, приобняв за талию. Улыбка стала еще шире.

— Я хочу тебя поцеловать.

Она тоже хотела этого. Даже большего. Хоть и ворчала, ей нравилось, что он так легко заводился от одного её намёка. Он был игривым и тянулся к ней, и ей хотелось потянуться к нему в ответ, но страх, что в любую минуту их застанут, был сильнее.

— Мегуру, — она нехотя оттолкнула его и оглянулась. — Мы уже слишком долго тут.

Мей расплатилась за ужин, и компания неторопливо покинула ресторан. Холодный мартовский ветер пах сыростью. Она старалась не обращать внимания на длинную стрелку, тянувшуюся по колготкам, а ведь она купила их только вчера.

Бачира действительно сущий дьявол.

— Нам тебя проводить? — спросил Кунигами, как истинный джентльмен.

— Не стоит, вон мой отель, — ответила она, указывая на здании, которое было буквально в пару минут ходьбы.

— Бачира, нам же с тобой по пути? Можем вместе поехать, — предложил Кунигами.

Нет... Ей совсем не хотелось, чтобы он уходил. Но она не знала, как задержать его, не вызвав подозрений.

— А, Кунигами, я всё-таки хочу купить те бутсы, — вклинился Чигири. — Давай сходим, пока не закрылись?

— Ты же сказал...

— Я передумал, — отрезал Чигири и повернулся к Бачире. — Так что сам доберись как-нибудь.

Хема ухватил Кунигами за локоть и потащил его в сторону магазина.

Они снова остались вдвоём. Шум улицы отдалился, и только ветер щекотал щеки.

— Ты домой или... — начала она.

— Или, — перебил он, улыбнувшись.

Сердце будто сорвалось с места и глухо ударилось в грудь.

— Только Мей-чан, — он сделал шаг и оказался совсем близко. — Ты уверена, что сможешь попасть в отель? Мне кажется, тебя обокрали.

С этими словами он резко вытащил из кармана её пальто ключ-карту и повертел её в руках.

— Что ты задумал? — засмеялась она, не отрывая взгляда от его сияющих глаз.

— Попробуй поймать меня, — подмигнул он и сорвался с места, бегом устремившись к отелю.

Мей на секунду застыла, а потом рванула за ним, едва сдерживая смех. Ветер бил в лицо, сердце бешено колотилось. Она вошла в вестибюль, замедлив шаг и, стараясь выглядеть спокойной, кивнула сотрудникам на ресепшене. Но взгляд метался по сторонам, высматривая его.

Несколько поворотов и впереди мелькнул знакомый силуэт.

Она ускорилась, но он снова исчез.

Мей уже решила, что потеряла его, но в следующее мгновение чужие руки сомкнулись вокруг талии.

— Получается, это я тебя поймал, — сказал Бачира с усмешкой, растягивая слова. — Теперь ты моя.

Он затащил её в только что приехавший лифт, прижал к прохладной стене. Мей скользнула пальцами по его лицу, убирая непослушные пряди.

— Десятый, — произнесла она, прижимаясь к его губам.

Лифт тронулся. Бачира наклонился, углубляя поцелуй. Внутри всё горело от предвкушения, от желания снова стать ближе.

Как только двери открылись, они почти бегом бросились в коридор.

— Двести восемнадцать... — бормотал Бачира, озираясь по сторонам. — Двести двадцать... Вот он!

Они ввалились в номер, и он снова её поцеловал.

— Дай... дай мне хотя бы раздеться, — запыхавшись, попросила Мей, упираясь ладонями в его грудь.

— Зачем? — засмеялся Мегуру. — Я и сам могу тебя раздеть.

Он ловко снял с неё пальто, кинув прямо на пол. Мей успела лишь расстегнуть сапоги — на большее он просто не дал ей времени. Его рюкзак, куртка, всё летело в разные стороны.

Она упала на мягкое покрывало, и он сразу оказался рядом, провёл ладонями по её ногам — от щиколоток до бёдер, цепляя капрон.

— Прости, я их окончательно порвал, — улыбнулся он, стягивая с неё колготки.

Мей в ответ лишь потянулась к нему, снова прижалась к губам. Бачира на вкус как мёд — густой, тянущийся, и его хотелось больше.

Он развернул её спиной к себе и расстегнул молнию на платье. Ткань соскользнула и по коже пробежал холодок. Он начал целовать её — плечи, лопатки, позвоночник — не хотел пропустить ни одного сантиметра. Сняв лифчик, он сжал её грудь, лаская подушечками пальцев. Его поцелуи стали медленнее, жарче, пока она не начала задыхаться, зажимая в себе стоны. Он дразнил её — кончиком языка, легкими кругами вокруг сосков, вызывал дрожь. Слегка прикусил шею, и она всхлипнула, не выдержав.

Его руки бродили по ней без остановки. Где-то настойчивые, где-то едва касающиеся. Каждый его жест будил огонь под кожей.

Мей легла на простыни, не отводя взгляда от его глаз. Они сияли как солнце в самый жаркий день. Его пальцы коснулись края её нижнего белья.

— Они же почти прозрачные, — сказал он, усмехаясь и стягивая бельё. — Для меня выбирала?

— Мечтай, — фыркнула она, но улыбнулась.

— Хочешь сказать, что всегда такие носишь?

Она приоткрыла рот, не зная, чему смущаться больше — своей наготы или того, с каким интересом он рассматривает её. Его взгляд ласкающий, почти ощутимым на коже, словно невидимые пальцы проводили по самым чувствительным местам.

— Всё равно лучше, когда ты без всего, — прошептал он, наклоняясь к ней.

Снова его губы. Ключицы. Плечи. Рёбра. Костяшки пальцев. Его язык и зубы, его дыхание. Он не оставил на ней ни одного участка, которого бы не коснулся.

Она провела пальцами по его торсу, ощущая, как под бархатной кожей перекатываются мышцы. Скользнув ниже, нащупала пояс джинс, расстегнула пуговицу и пробралась под ткань.

Бачира выдохнул прямо ей в губы — хрипло, будто она забрала у него весь воздух, когда провела рукой по члену. Он был твёрдым, влажным, пульсировал в её ладони. Она провела по нему медленно, с нажимом — от основания до самой головки — и почувствовала, как он вздрогнул под её рукой.

— Не хочу больше сдерживаться, — он резко втянул воздух, стягивая с себя остатки одежды. Взгляд горел, в темноте казалось, что он светится изнутри — весь из желания, дикого, почти нестерпимого.

Поцелуи становились всё более рваными — больше походили на попытки откусить друг другу язык.

— Ты можешь войти, — голос дрожал от прерывистого дыхания. — Я хочу почувствовать тебя всего.

Он застыл лишь на секунду. Взгляд стал ещё темнее.

Его пальцы слегка дрожали, когда он разорвал зубами упаковку презерватива. Бачира взял её за бедра, раздвинул ноги и одним жадным толчком вошёл в неё.

И звук её голоса тут же растворился в его губах. Она прижималась к нему, шептала между поцелуями. Её бёдра сами поднимались навстречу ритму, губы тянулись к его, а сердце гулко билось в такт их движениям. С каждой секундой она всё больше тонула в нём, ощущая, как желание превращается в безумие, захватывающее с головой.

Но он вдруг остановился. А потом... отстранился.

Она не успела ничего сказать — только растерянно приоткрыла глаза, но он уже опускался ниже, целуя её грудь, живот, внутреннюю сторону бедра. И когда его губы коснулись клитора — она ахнула. Его руки крепко удерживали её за бёдра, не давая сдвинуться, пока он раз за разом проводил языком по чувствительной плоти, целуя, втягивая, дразня.

Мей задыхалась. Не могла контролировать звуки, которые вырывались из её горла. Всё в ней дрожало. Она извивалась под ним, совершенно потерянная и единственное, чего хотела — чтобы он продолжал.

На его губах блестела влага, а озорные глаза довольно на неё смотрели. Он медленно поднялся выше, наклонился и поймал её губы в долгом поцелуе.

— Мегуру... это слишком, я-я не могу больше... хочу... — каждое слово ломалось на выдохе.

— Знаю, — он улыбнулся, скользнув кончиком носа по её щеке.

Его бедра двинулись вновь, на этот раз не останавливаясь. Движения быстро стали остервенелыми.

— Нет, — хрипло выдохнул Бачира. — Не закрывай. Смотри на меня.

Её ресницы дрогнули, и она встретила его взгляд. Горящий, будто расплавленный металл, приковал к себе.

— Умница, Мей-чан... вот так. Только на меня.

​​Мысли распались, осталась лишь бездонная пульсация внутри, тянущаяся к нему всё сильнее. Как будто его касаний всегда не хватало.

Зрачки сузились до острого блика, когда она протяжно застонала, вцепившись ногтями в его плечи. Вслед за этим уловила сдавленный выдох над самым ухом. Член подрагивал внутри после оргазма, даря приятное ощущение. Хотелось продлить этот момент.

Бачира немного отодвинулся в сторону, перенося большую часть веса на матрас и положил голову на подушку. Мей прижалась к его груди, слушая, как постепенно успокаивается бешеный ритм сердца. Его пальцы неторопливо скользили по её руке, перебирали пряди волос, мягко проводили по плечам.

— Ты... у меня никого не было лучше тебя, — произнесла она, чувствуя усталость в теле и легкое покалывание между ног.

— И не будет.

Она приподняла голову, поймала его взгляд и заметила ухмылку на губах.

— Да, и скромнее тебя у меня тоже никого не будет.

— Конечно, сладкая, — он бережно заправил прядь волос ей за ухо, хотя это едва ли могло исправить, то как растрепалась прическа.

— Что? — она подняла брови. — Как ты меня назвал?

— Сладкая, — лениво повторил он. — Ты сладка. Везде. Теперь я буду звать тебя только так.

— Перестань, — она фыркнула и откинулась на подушку, но уголки губ всё равно дрогнули в улыбке.

— Сладкая, сладкая... — протянул он, сопровождая каждое слово поцелуем: в шею, в ключицу, между грудей, по рёбрам, всё ниже. Короткие волосы щекотали кожу.

— Перестань! — Мей рассмеялась, отталкивая его ладонями. — Я заткну тебя сейчас.

— Не существует ни одного способа сделать это, сладкая, — подмигнул он.

Она поймала его лицо ладонями и прервала дразнящую ухмылку. Мягко провела языком по губам, и Бачира поддался, выдыхая в её рот тихий стон. Это было опасно: слишком легко увлечься и забыть о первоначальной цели, особенно когда его рука уже поднималась по бедру.

Мей прикусила нижнюю губу парня, и он дернулся, широко распахнув глаза.

— Видишь? — торжественно улыбнулась она. — Сработало.

— Ты голодная? — усмехнулся Бачира, скользнув языком по месту укуса.

— Нет... точнее, да, — она замялась, внезапно осознав, что лежит перед ним полностью обнажённая. И торопливо натянула на себя одеяло. — На самом деле, я всегда хочу есть после секса. Странная особенность организма.

— Поэтому решила перекусить мной?

— Да, но увы. Ты совсем не вкусный.

Он улыбнулся и поднялся с кровати, подбирая одежду.

— Ты куда? — растерялась Мей, когда он начал натягивать джинсы. — Не останешься на ночь?

Под грудью неприятно кольнуло. Она не забывала, какие отношения между ними и что спать вместе вовсе не обязательно. Но хотела, чтобы он остался.

— Я в магазин. Хочешь сходить вместе?

Он поднял платье с пола и положил его на кровать. На часах было около часа ночи. Несомненно, он устал за день, и всё же собрался в магазин — стоило ей лишь пожаловаться.

Да. Вряд ли хоть один парень в её жизни будет лучше.

Большинство заведений уже закрылись, а те, что работали, были битком набиты людьми. Круглосуточный комбини оказался единственным вариантом. Она остановилась у отдела с мучным.

Среди булок выделялась одна, напоминающая хот-дог, но вместо сосиски в ней было что-то другое.

Мей взяла её и обернулась к Бачире, который возился у холодильника с мороженым.

— Что это?

— Якисоба-пан, — пояснил он, — булочка с лапшой и соусом.

— Что за извращенец это придумал? Хлеб с пастой.

— Эй, это очень вкусно!

— Проверять не буду, — скривилась Мей и вернула её на полку, тут же взяв другую. — А это с чем? Надеюсь, без лапши или риса внутри.

— Она с кремом, это мелонпан.

Это устроило её куда больше. Расплатившись на кассе, они вышли из магазина и заметили маленький сквер с несколькими лавочками, расставленными вокруг неработающего фонтана. Бачира предложил присесть, и она согласилась.

— Как ты можешь есть мороженое в такой холод? — Мей покачала головой, разрывая упаковку.

— Ты просто мерзлячка, — он лизнул мороженое и взглянул на её ноги. — Вся в мурашках.

— Так это ты мне колготки порвал, — фыркнула она, откусывая кусок выпечки.

Он только ухмыльнулся и продолжил есть.

— Кстати, ты заметил плакат с рекламой Блю Лока в магазине? Ты становишься популярным.

— Неа, мне как-то пофиг на это.

— Всё-таки твой одноклассник был прав, — в шутку сказала она и сделала глоток зелёного чая из бутылки. — Ты зазвездился, Бачира. Фанаты, контракты на огромные суммы, а тебе пофиг? Ещё и иностранных друзей завёл, которые с тебя пылинки сдувают.

— Ты про Лави?

— Я про себя.

— Разве я тебе не говорил? — хмыкнул он, приподняв бровь. — Ты никогда не будешь моим другом, Мей-чан.

— Звучит как-то слишком жестоко.

Он рассмеялся, качая головой. Мей подняла глаза к небу, где сияли огни, похожие на бесчисленные звёзды, хотя она прекрасно знала — это лишь пролетающие самолёты.

— Луна сегодня такая красивая, правда?

Бачира молчал так долго, что Мей повернула голову, проверяя, не заснул ли он. Но он смотрел на неё широко распахнутыми глазами, и когда их взгляды встретились, поспешно отвёл, пряча за челкой.

— Такая красивая, что умереть можно, — выдохнул он.

— Что за странный ответ? — тепло улыбнулась она. — Ты как всегда.

— Мей... Ты совсем ничего о Японии не знаешь, — фыркнул он, и она удивилась его обиженному тону.

— Причём тут это? И ты-то многое о Испании знаешь?

— Ничего не знаю, — невозмутимо заявил он. — Но ты ведь расскажешь мне летом?

— Конечно, — уверенно ответила Мей. — Сходим посмотреть на архитектуру Гауди. Я даже могу достать пропуск, куда не пускают обычных туристов.

— Кого? — он скривился. — Звучит ужасно скучно. Я думал, мы пойдём на главный стадион.

— И что там делать? Все стадионы одинаковые, а архитектура Барселоны уникальна. — нравоучительным тоном сказала она. — Какой толк посещать их в качестве туриста? Вступай в клуб и играй хоть каждый день.

— Думаешь, стоит?

— Конечно. Испании всегда нужны талантливые футболисты, — сказала она твёрдо.

Он замолчал, но потом негромко спросил:

— А тебе я нужен?

— Ты мне пару минут назад сказал, что я никогда не буду твоим другом, а теперь спрашиваешь — нужен ли?

— Ты ведь поняла, что я имел в виду, — он нахмурился, смахнул челку с лица и отвернулся, глядя куда-то в сторону комбини. — Ладно, я понял. Не мучайся.

Она приоткрыла рот, но молчала. Бачира был сегодня каким-то другим.

— Мне бы не хотелось тебя терять, — наконец сказала она. — Но ты не понимаешь, что с общением делает расстояние. Даже мой бывший начал мне изменять из-за этого. А мы с тобой знакомы не так долго... Ты забудешь меня уже через неделю.

Она сразу пожалела об этом примере, но не хотела давать ему пустых надежд.

И себе тоже.

Он нахмурился сильнее.

— Не сравнивай меня с ним. Я не он и забывать тебя не собираюсь, — его глаза блеснули, и он наклонился ближе. — Ты нужна мне, Мей.

У неё на миг перехватило дыхание, как от резкого поворота на горной дороге: сердце взлетает к горлу, и ты не знаешь, удержит ли машину водитель на трассе или вы сорвётся в пропасть.

Он дотронулся её руки.

— Поцелуешь меня? Или сбежишь? — он говорил быстро. — Чего тебе сейчас хочется больше?

Лицо Бачиры было в нескольких сантиметрах. Он прикрыл глаза, но напряжение в скулах выдавало волнение.

Чувства Мей менялись, но всё оставалось слишком сложным. Они никогда не смогут быть вместе. Никогда не смогут встречаться. Но что если... если бы Мей хорошо подумала? Нет. Если бы они подумали вместе — нашли бы решение? Смогли бы как-то сохранить эту связь?

Мей подалась вперёд и коснулась его губ. Улыбка чувствовалась сквозь поцелуй — прохладный и сладкий от мороженого.