Трудности перевода

Мей зевнула, прикрыв рот ладонью. Даже крепкий кофе не справлялся с сонливостью.

Сразу после заселения в отель, они с Даниэлем почти до самого закрытия бродили по магазинам, подбирая ей наряд. Увы, несмотря на киношные клише, друг-гей в реальной жизни не обладал каким-то особым чувством стиля. Каждый раз он одобрительно кивал, утверждая, что даже в мусорном мешке она будет выглядеть нормально.

Но в этот раз ей не хотелось выглядеть просто «нормально».

Она поправила подол чёрного платья, едва прикрывающего бёдра. Большинство японок миниатюрны, поэтому жаловаться на то, что вся одежда в магазинах слишком короткая и тесная — максимально глупо.

К тому же, поскольку никому не разрешили забрать вещи из Синей Тюрьмы, пришлось экстренно купить пальто и обувь. Она как раз размышляла, можно ли выставить Анри счёт за «вынужденные траты», как чьи-то ладони внезапно закрыли её глаза.

— Мегуру, — она тут же развернулась, не сомневаясь, кто это. — Ты опоздал на пять минут.

— Разве так здороваются на не-свидании? — он чуть наклонил голову набок и улыбнулся той самой дразнящей улыбкой, которая всегда вызывала желание либо стукнуть его, либо поцеловать.

— Ты прав. Надо по-другому, — она потянулась и легонько щёлкнула его по лбу.

— Эй! — он отступил назад и, театрально скривившись, потёр ушибленное место. Мей хмыкнула, снова шагнув к нему и, прежде чем он успел что-то сказать, невесомо коснулась его щеки губами. — Теперь точно правильно.

Улыбка Бачиры расползлась шире. Его пальцы скользнули по ладони, и Мей замялась, бросив взгляд на прохожих. Он уловил её заминку и почти сразу отдёрнул руку.

— Не хочешь?

— Хочу. Просто... мы же в центре Токио. Вдруг нас увидят знакомые?

— Ни один нормальный японец сюда не сунется, — он махнул в сторону, где толпа плотным потоком текла к выходу на улицу. — Смотри, сплошные туристы.

— Но ты ведь пришёл.

— Потому что ты хотела сюда, — он пожал плечами, а потом добавил с улыбкой: — ну и я, может, не совсем нормальный.

— Действительно, и как я могла забыть?

Бачира засмеялся и снова протянул руку. Мей без колебаний вложила свою ладонь.

Вместе они покинули шумную станцию метро, но вместо того чтобы идти по главной улице, Бачира свернул в противоположную сторону, аргументируя тем, что первым делом нужно заглянуть в какое-то особое место.

— Куда ты меня привел? — с сомнением спросила она, остановившись перед лестницей, ведущей в полуподвальное помещение. Над входом висела потемневшая дубовая вывеска с вырезанными на ней иероглифами.

— Иди, тебя встретят и всё объяснят. Я подожду здесь, — подмигнул он.

Мей не совсем понимала, что её ждет, но знала, что Бачира не стал бы устраивать что-то плохое.

Спустившись по узкой лестнице, она постучала в массивную деревянную дверь с коваными деталями в виде журавлей.

Дверь тут же открылась. На пороге стояла женщина в кимоно цвета гортензий, с чёткими чертами лица, но доброжелательным взглядом. Её волосы были аккуратно уложены в высокий пучок, глаза подчёркнуты чёрным кайалом.

— Заходи, милая, — сказала она, тепло улыбаясь. — Меня зовут Мико.

Она коротко поклонилась. Мей, немного растерянно, ответила тем же и переступила порог.

Снаружи совсем непримечательное помещение оказалось уютным магазинчиком, заставленным кимоно на вешалках и стендами с шелковыми поясами, сверкающими в витринах заколками и тканями с ручной вышивкой. Звучала спокойная музыка, и в воздухе ощущался тонкий аромат лаванды.

— Акане, пришла Мей-чан! — крикнула Мико в глубину зала. — Помнишь Мегуру-куна? Сына Юу. Он постоянно с мячом носился, всех вокруг сшибал, а теперь совсем взрослым стал и девушку свою привёл.

Мей в ступоре застыла на месте, переваривая услышанное.

— Ой, не стесняйся, — Мико ласково тронула её за локоть. — Мы уже подготовили для тебя несколько вариантов. Думаю, лиловое тебе подойдёт.

— Нет-нет, ей подойдёт розовое, — отозвалась вторая женщина, выходя из-за стеллажа с рулоном ткани в руках.

Акане выглядела моложе Мико. Прямая черная челка подчеркивала внимательный взгляд. Она тоже носила кимоно — коричневое, с вышивкой ласточек по краю.

Чуть прищурившись, Акане оценивающе оглядела Мей.

— Подчеркнёт оттенок кожи. Проходи вот сюда, — сказала она, отодвигая ширму.

Мей послушно пошла следом, всё ещё пребывая в лёгком шоке. Неужели... Бачира сказал своей маме, что они встречаются?

Примерка началась почти сразу. Женщины ловко разворачивали ткани, завязывали пояса, регулировали длину рукавов, оживлённо спорили между собой. Мей лишь молча кивала и вежливо улыбалась, позволяя себя поворачивать то в одну, то в другую сторону. В итоге она остановилась на кимоно, которое предложила Мико — нежного лавандового оттенка, с тонкой вышивкой веточек сакуры на рукавах. Ткань приятно холодила кожу.

— Садись, теперь сделаем причёску, — сказала Акане, указывая на табурет перед большим зеркалом.

Пока Акане заплетала ей волосы в две косы и украшала заколками с цветами, Мей немного расслабилась. Женщины спокойно беседовали, спрашивали, как ей Япония, какие блюда она уже попробовала, в каких городах побывала.

Но как только разговор незаметно перешёл к Бачире, напряжение в тело Мей вернулось.

— Как вы познакомились?

— Ну... мы в одном спортивном проекте.

— А кто первый признался? Не удивлюсь, если он с первого взгляда в тебя влюбился, — спросила Мико, появившись сбоку с огромной шкатулкой в руках.

Глаза Мей распахнулись, а щёки вспыхнули так быстро и ярко, что она сама удивилась, глядя на своё отражение.

— Эй, не смущай её, — одёрнула подругу Акане, покачав головой.

Следующие полчаса прошли без лишних расспросов. Женщины сосредоточились на работе: Акане аккуратно завершила причёску, поправила завязки на поясе, а затем они с Мико обошли Мей по кругу, оценивая результат.

— Чудесно, — с гордостью произнесла Мико, скрестив руки на груди.

Мей поблагодарила обеих поклоном. Она всё ещё чувствовала себя немного неловко, но старалась держаться. Осторожно ступая в гэта, она поднялась по узкой деревянной лестнице к выходу. Колокольчик на двери звякнул, и стоявший снаружи Бачира обернулся на звук. Мей шла неспешно, придерживая подол, чтобы не споткнуться, и с каждой ступенью чувствовала, как его взгляд прожигает кожу.

— Забирай свою девушку, Мегуру, — весело произнесла Мико, появляясь в дверях. Хитрая улыбка тронула её губы, когда она заметила, как у парня поползли вверх брови.

Бачира бросил на Мей быстрый, растерянный взгляд, и та, ещё больше смутившись, опустила глаза.

— Ох, вот смотрю на вас и вспоминаю наше первое свидание с Аки... Нам тогда было по...

— Умоляю, не начинай, — с усмешкой перебила её Акане. — Идите скорее, а то она будет до вечера трындеть про свою молодость.

Обе женщины поклонились, и дверь захлопнулась. Мей и Бачира продолжали молча стоять напротив друг друга.

— Что ты им сказала? Ты же не моя... — начал он, приподняв бровь.

— Это ты лучше скажи, что ты им наплёл, — фыркнула Мей. — Когда я только зашла, они уже меня так называли!

— Я ничего не говорил, — спокойно ответил Бачира, глядя мимо неё куда-то в сторону. — Почему ты не сказала правду?

— Потому что это был бы полный идиотизм — объяснять всё это, — Мей шумно выдохнула, взглянув на закрытую дверь. — Ладно, пусть думают, что хотят. Мы оба знаем правду. Это главное.

— Ага.

Повисла тягучая, неловкая пауза. Мей ожидала, что он как обычно пошутит, рассмеётся, сбросит напряжение одним из своих дурацких, но всегда к месту комментариев. Но он молчал. Не поднимал глаз. И не делал ни шага в её сторону.

— Почему не смотришь на меня? — нерешительно спросила она, машинально поправляя длинный рукав. — Мне настолько не идёт?

Он медленно повернул голову и встретился с ней взглядом. Задумчивость на его лице исчезла, сменившись мягким взглядом янтарных глаз.

— Нет... Просто ты настолько красивая, что слепишь меня.

Мей резко отвернулась, уставившись на храм с алыми крышами, сверкающими под полуденным солнцем.

— Совсем дурак, что ли, — пробормотала она и невольно прикусила губу, пряча улыбку.

Они не спеша пошли в сторону улицы, ведущей к Сэнсо-дзи — одному из самых важных храмов Токио. По обе стороны тянулись ряды лавок с сувенирами и ароматной уличной едой. Желудок настойчиво намекал задержаться, но они решили сначала разобраться с культурной частью.

​​— Кстати... — задумчиво начала Мей. — Я подумала: может, Мико и Акане перепутали меня с кем-то? С какой-нибудь другой девушкой.

— С какой ещё «другой»? — Бачира приподнял бровь.

— Просто я слышала в Блю Локе, как парни говорили, что у тебя есть девушка.

— Мей-чан, это... — он рассмеялся.

— Я знаю, что между нами... Ну... что мы просто развлекаемся, у нас нет обязательств перед друг другом, — поспешно прервала его Мей, чувствуя, как напряжение вдруг стало сжимать горло. — Но если у тебя и правда есть кто-то, то я...

— Подожди, — он моргнул и провёл рукой по растрёпанным волосам. — У меня нет девушки. И никогда не было.

— Но Раичи говорил...

Он остановился и, нахмурившись, развернул её к себе, мягко коснувшись плеч.

— Они думают, что она у меня есть, потому что тогда в раздевалке увидели... То, что ты со мной сотворила, — он слегка прищурился, скользнув взглядом по её губам. — А я не стал рассказывать правду. Или надо было рассказать?

— Нет! — резко ответила она. Воображение быстро подкинуло худший сценарий, если бы это все-таки произошло. — Ты все правильно сделал.

— Как тебе вообще такое в голову пришло? — он смотрел на неё с недоумением, склонив голову набок и сдвинув брови. — Я бы никогда не стал изменять.

Мей невольно вздохнула. Он продолжал сверлить ее взглядом, казалось, еще немного и начнет крутить пальцем у виска.

— Мой бывший изменял мне, — спокойно сказала она, но голос невольно понизился. Это не было секретом. Просто неприятный факт биографии, как корзина с грязным бельём, которую вдруг вытряхнули на середину комнаты. — В моей квартире, пока я ездила на матчи в другие страны. Саэ увидел, как он выходил оттуда с незнакомой девушкой и снял всё на видео. Так что... никаких сомнений не было, — она попыталась улыбнуться, надеясь, что не будет звучать менее жалко. — Прости, что сомневалась в тебе. Просто... я ни в ком не могу быть уверена до конца.

— Мей... мне жаль, — прошептал он и притянул её к себе, крепко обнимая.

Он выглядел сконфуженным и бегал глазами по её лицу, видимо, пытался найти на нем слезы. Но их не было.

— Я в полном порядке, — она отстранилась и развела руками. — Это все равно был вопрос времени. Я в постоянных разъездах. Мы редко виделись. Он постоянно жаловался, что ему мало моего внимания, что я слишком холодная и дерево в постели. Наверное, моя вина в произошедшем тоже есть.

— Не оправдывай его. Он ужасно с тобой поступил.

— Возможно. Ты не первый, кто мне это говорит, — она усмехнулась. — В общем, не советую заводить отношения в начале карьеры.

— А если я хочу?

В её голове щёлкнуло. Конечно, он хочет отношений. Не в монастырь же ему уходить после её возвращения на родину? Найдёт себе кого-нибудь из Токио или поблизости.

Это логичное развитие событий, но почему же ей стало неприятно?

— Тогда я тебе не указ, — слабо улыбнулась она, подавляя эгоистичное чувство внутри. — Только подожди, пока я уеду, ладно? Не хочу терять такого хорошего экскурсовода, — она взяла его за руку и потянула за собой. — Мы ещё долго будем тут стоять? Я хочу сегодня многое успеть.

***

Количество туристов на территории храма вполне могло соперничать с толпами у Базилики Святого Семейства, только это был Токио, а не Барселона — здесь не нужно бояться, что кто-то попытается обокрасть. Высокая па́года отбрасывала резкие тени. Мей стояла рядом, поправляя пояс кимоно, длинные рукава колыхались от ветерка.

— Сможешь сделать ещё один кадр в полный рост?

Бачира кивнул, поднимая телефон. Лёгкая улыбка скользнула по его губам, когда он смотрел в экран, выбирая нужный ракурс. Мей встала под нужным углом, стараясь не щурится от ярких солнечных лучей. Щёлк и кадр готов.

— Спасибо, скинь мне их потом, — она довольно улыбнулась, и в тот же миг её взгляд упал на экран собственного телефона: заряда оставалось всего десять процентов. Хорошо, что Бачира предложил сфотографировать на свой. Она провела пальцем по экрану, прочитав новое сообщение и не сдержала смешка: — Папа только что написал: «Неужели Даниэль наконец-то научился фотографировать?»

— И что ты ему ответила? — сдавленно засмеялся Мегуру.

— Что Даниэль никогда не научится, — фыркнула она, — а авторство твоё. Может, если бросишь футбол, попробуешь стать фотографом?

Бачира усмехнулся и покачал головой.

— Он не против, что ты со мной? Не запрёт в башне за нарушение правил?

— Что у тебя за представление о моём отце? — рассмеялась она и, взяв его за руку, поторопилась обойти надвигающуюся группу туристов, над которой возвышался зонтик экскурсовода. Бачира был прав — вряд ли хоть один нормальный человек захочет оказаться в этом районе в высокий сезон. — Он не тиран. И мы ведь не в Блю Локе, так что никаких проблем.

На самом деле Мей была уверена, что Кристиан не придал бы этому значения. Из-за футбола её всегда окружало много парней, и не было смысла расспрашивать про каждого. Но если бы он вдруг поинтересовался... она не смогла бы дать точный ответ, кто для неё Бачира. Знакомый? Друг? Тот, кто ей нравится? Мей замедлила шаг, задумавшись. Если бы отец услышал последнее, то в лучшем случае захотел бы узнать все подробности от неё, а в худшем — запросил бы у Джинпачи полную биографию Мегуру.

Мей выдохнула, пытаясь стряхнуть эти мысли. Солнце слепило, толпа на улице то и дело прижимала их друг к другу, и она поймала себя на том, что вглядывается в его профиль.

— Приём в честь финальных матчей будет за пределами Блю Лока, — небрежно сказал он, а затем неожиданно потянул её за руку на себя. Она сделала шаг вперёд, почти влетев в него, и инстинктивно положила ладонь на его плечо, чтобы сохранить равновесие. Он улыбнулся, увлекая её в сторону, и негромко напел простую мелодию. — Пойдём вместе?

— Бачира, я бы хотела... — она опустила взгляд, заметив, как его брови едва заметно дрогнули. — Но я уже обещала пойти с Даниэлем.

— Ладно, — он коротко фыркнул и отпустил её, отстранившись на пару шагов. — Но почему? Он ведь постоянно твердит о своей девушке из Токио. Мог бы и её позвать.

— Девушка? У Даниэля? — она засмеялась, покачав головой. — Скорее уж у меня появится девушка.

Она ожидала увидеть улыбку, но вместо этого лицо Бачиры стало задумчивым. Глаза Мей расширились — она поняла, что практически проболталась.

— Ну... он бабник, понимаешь? — неловко начала она, подбирая слова. — У него много... э-э... партнёрш.

— Хм, но он говорил, что у них все серьезно. Он хочет увезти её в Испанию, но родители против.

Мей недоумевающе приподняла бровь. Даниэлю стоило посвящать её в свои сказки хоть иногда.

— В любом случае, мы пойдём вместе, потому что мы в одной команде, — пробормотала она.

— Ты и я тоже в одной команде.

— Не совсем.

Он нахмурился и отвёл взгляд.

— Ты просто не хочешь идти именно со мной, — его голос звучал резко. — Стесняешься меня?

— Нет! — она подняла голову. Конечно, на подобных приёмах обычно приходят с парой, но ведь это не демонстрация отношений. Ей не хотелось лишнего внимания, но если для него это настолько важно... — Хорошо, пошли вместе. Думаю, мы сможем придумать, как это обосновать.

Он выжидающе смотрел на неё несколько секунд.

— Я уже не хочу идти с тобой, — фыркнул он, закатывая глаза. — Можешь идти с кем хочешь.

— Ч-что? — Мей не понимала. Она же согласилась, как он хотел. — Но почему?

— Ты бы всё равно шарахалась от меня на людях.

Мей приоткрыла рот. Как он мог это сказать? Несмотря на все риски, она согласилась начать эти... недоотношения и при этом была единственной, кто хоть как-то заботился о безопасности.

— Бачира, ты капризничаешь.

— У тебя мания преследования.

— Отлично, раз ты так считаешь, то я иду в отель, — огрызнулась она, разворачиваясь. — Спрячусь хотя бы от тебя.

— Ты вообще не в ту сторону идёшь, — крикнул он, последовав за ней.

— Без тебя разберусь, — буркнула она, залезая в сумку за телефоном.

— Он же у тебя давно разрядился, — лениво протянул Бачира. — Направо.

Молча они вышли на улицу Накамисэ. Солнце заливало тротуары, свидетельствуя о приходе весны, а у прилавков выстроились очереди за самым разнообразным стрит-фудом. Воздух стал густым от запаха жареного мяса, карамели и свежей выпечки.

С каждым шагом раздражение отступало, и ссора казалась глупой. Сегодня редкий шанс, когда они могут провести время вдвоём. Как обычный парень и девушка; как два человека, испытывающие симпатию друг к другу.

Возможно, у них вообще больше никогда не будет таких встреч. Когда всё закончится...

— Хочешь поесть? — неловко сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Тот мужчина кричал, что у них скидки для пар.

— Но мы не пара.

— Знаю, но для скидки можно соврать.

Он усмехнулся краем губ.

— Хм... у меня складывается впечатление, что ты используешь это как предлог, Мей-чан. Так сильно хочешь, чтобы я стал твоим парнем?

— Я не завожу парней, Бачира, — она прекрасно понимала, что он шутит, но всё же мысль о нём в такой роли пробежала где-то глубоко внутри, оставив после себя трепет. — Когда твоё расписание станет таким же загруженным, как у меня — поймёшь.

— Я тоже стану занудой и буду трястись за каждые сто йен?

— Ох, да ну тебя, — фыркнула она и ускорила шаг к лавке с тайяки. — Я просто финансово грамотная.

Бачира не упустил шанса напомнить, как она проиграла немаленькую сумму в автомате с игрушками.

Заказав две порции, они и правда получили скидку. Пришло время расплачиваться, и Мей уже достала кошелёк, но Бачира перехватил её руку, пальцами коснувшись запястья.

— Не надо, разве могу я не угостить свою девушку? — сказал он так громко, что милый дядечка-продавец одобрительно хмыкнул.

Мей, сохранив вежливую улыбку, адресованную мужчине, чуть прищурилась и, когда Бачира уже отвёл руку, забирая пакет с едой, ущипнула его за бок.

— Что такое? Теперь ты сэкономишь целых триста йен.

— Я тебя придушу когда-нибудь.

— Какая ты грубиянка. Где твоя вежливость? — рассмеялся он, откусывая голову свежеиспеченной рыбке.

Тайяки стали только началом. Дальше были шашлычки с угрем с чуть обугленной корочкой, и какой-то непонятный суп с густым бульоном.

— А что это такое? — Мей подцепила палочками странный упругий кусок, похожий на бельевую ленту.

— Говяжий желудок, — ответил он спокойно.

Её передёрнуло, и она сунула тарелку ему.

— Сам ешь.

После клубничных моти, щедро присыпанных сахарной пудрой, они двинулись дальше вдоль бесконечного ряда прилавков.

— О, Мей-чан, глянь, — Бачира замедлив шаг, кивнул на вывеску с золотистыми буквами. — Тут испанская еда.

Мей остановилась, уставившись на блюдо в витрине.

— Я даже пробовать не буду, — язык не поворачивался назвать эту бледную горку риса паэльей.

— А мне кажется, выглядит неплохо.

— Нет, Мегуру, — она покачала головой. Бачира иногда напоминал ей компостер, поглощающий всё подряд. Возможно, это было связано с тем, что в Синей Тюрьме их кормили скудно, если они не забивали достаточно голов. — За пределами Испании лишь единицы готовят по-настоящему вкусно.

— Да ладно? — недоверчиво протянул он.

— Я серьёзно. Даже японскую кухню у нас готовят не хуже, чем у вас.

— Шутишь?

— Нет.

— А если я проверю?

— Проверяй.

Он на секунду задумался, прикусив губу.

— Хорошо. Я всё равно не хотел ждать следующей весны. Может, этим летом?

— Этим летом? — Мей растерянно моргнула, совсем не понимая, к чему он клонит.

— Прилечу в Испанию этим летом.

Стоп. Что?

— Хочешь прилететь, чтобы попробовать японскую кухню?..

— Нет, — он посмотрел ей прямо в глаза. — Я хочу к тебе. Ты против?

Она приоткрыла рот, прокручивая его слова снова и снова, вдавливая глубже в сознание.

— Разумеется, нет, — наконец сказала она. — Я просто... не думала, что ты когда-нибудь захочешь лететь так далеко без веской причины.

Он не отводил взгляда, и в его глазах не было ни намёка на шутку. Мей заметила как солнечный луч, пробившийся между навесами прилавков, ярко подсвечивает золотые пряди в его волосах.

— Увидеть тебя разве не веская причина?

Пальцы Мей невольно сильнее сжали ремешок сумки. Мысль о том, что он готов преодолеть тысячи километров просто ради встречи, одновременно пугала и наполняла сладким, почти болезненным теплом. Ещё недавно она бы назвала такое наивными, но сейчас ловила себя на том, что хочет верить каждому его слову.

— Бачира, я...

— Что такое, Мей-чан? — он склонил голову набок. — Ты покраснела.

Она и сама не понимала, что с ней. Будто кто-то развёл внутри костёр, и теперь пламя касалось каждой клетки, опаляя изнутри.

— Просто мне душно, — пробормотала она. — А как же Блю Лок?

— Думаешь, у нас не будет никаких каникул? Даже если они будут всего пару дней — я прилечу.

Он слегка сжал её ладонь, и Мей подняла взгляд.

— Но лето — худшее время для Барселоны. У нас невыносимая жара.

​​— Может, тогда поедем на Тенерифе? — быстро предложил он и отвел взгляд, добавив: — Вдвоём.

Сердце Мей бешено колотилось в груди. Провести несколько летних дней только с ним на Канарских островах... это звучало как нечто нереальное.

Её губы растянулись в улыбке.

— Давай.

Глаза Бачиры засияли, и он обнял Мей со спины, устраивая голову на плече. Его ни капельки не волновало, что они встали посреди улицы, очевидно мешая прохожим.

— Обещаешь? ​​— он протянул мизинец.

— Как по-детски, — улыбнулась она уголками губ, касаясь его руки.

Они переплели пальцы, скрепляя невидимый договор. Но прежде чем она успела отстраниться, он наклонился и коснулся губами её мизинца.

— Для надёжности, — подмигнул он.

Она покачала головой и фыркнула, но только для того, чтобы скрыть, продолжающий бушевать внутри трепет. Бачира нравился ей уже давно, но сегодня... что-то в нём вызывало совсем иные чувства.

Чувства, которые она пока не могла до конца осознать.

Они завернули в небольшой переулок, где преобладали магазинчики с традиционными сладостями. Мей не могла сказать, что прониклась любовью к изделиям из рисового теста, особенно к тем, что были с начинкой из красных бобов. Но моти со свежей клубникой — это было совсем другое. Сладкая, слегка кисловатая ягода, обёрнутая в нежное тесто, таяла во рту. Она немного расстроилась, когда Бачира сказал, что их в основном можно найти только зимой, в сезон клубники. Но всё-таки им удалось отыскать одно место, где они были хоть и по достаточно кусачей цене.

— Я объелась, — лениво протянула она, отпивая чай из бумажного стаканчика. — И все-таки зимой клубника и правда была сочнее.

Бачира что-то неразборчиво пробормотал.

— Прожуй сначала, — посмотрела на него Мей, стараясь сдержать смех. — У тебя весь рот в муке.

Она достала салфетку и аккуратно вытерла ему уголки рта.

— Спасибо, — протянул он, снова откусив моти, сводя на нет все её старания. — Давай заглянем туда?

— «Мастер-класс по изготовлению украшений за час», — прочитала Мей надпись на вывеске, на которую указал Бачира. Она прищурилась и чуть нахмурила брови. — Я даже не знаю... у меня всё плохо с рукоделием.

— Делать буду я, а ты мне немного поможешь, — заверил он, но заметив её скептический взгляд, потряс за руку: — Ну соглашайся, Мей-чан!

— Ладно-ладно, — сдалась она. Всё-таки они гуляли вместе, и это значило, что учитывать нужно не только её желания, но и его. Может, Бачира хотел сделать украшение для своей мамы?

Они толкнули легкую стеклянную дверь, и в нос тут же ударил запах свежего дерева. Внутри мастерская оказалась куда просторнее, чем выглядела снаружи: длинные столы, высокие стеллажи с коробками и готовыми украшениями, теплый свет ламп, отражавшийся от металлических инструментов.

Все рабочие места были заняты, поэтому им пришлось подождать около двадцати минут своей очереди, прежде чем их пригласила за стол девушка в светлом льняном фартуке по имени Аюми. Мей заметила её руки: тонкие пальцы были в мелких ссадинах и заусенцах.

Присев на корточки, Аюми достала с нижней полки три небольшие деревянные коробки.

— У нас на выбор три мастер-класса: изготовление кольца, серёг или кулона. Вы можете выбрать камень и форму.

Мей знала, что мама Бачиры не носила серьги, поэтому не удивилась, что он сразу отмёл этот вариант. Аюми настойчиво советовала кольцо, аргументируя, что сегодня привезли очень красивые лунные камни, которые обычно быстро разбирают. Но Бачира отказался.

И Мей показалось, что он чуть заметно покраснел.

— Поняла, — одобрительно кивнула Аюми, извлекая из другой коробки тонкую серебряную цепочку. — Рекомендую сразу приобрести к нему цепочку, чтобы кулон был готов к носке.

Бачира, даже не задумываясь, согласился.

Аюми разложила на столе нужные детали: заготовку кулона, камень, напильник, кусачки и небольшой молоток.

— Сначала мы обработаем края заготовки, чтобы она стала идеально гладкой и придаем ей форму, — пояснила она, показывая плавные движения напильником. — Затем добавляем фактуру.

Мей с интересом следила за тем, как Бачира берёт инструменты. Он работал сосредоточенно, чуть нахмурив брови, но при этом согласовывал с ней каждый шаг.

Через некоторое время, но не без помощи, безликий кусочек металла стал напоминать крохотный цветок сакуры. Бачира сосредоточенно склонился над столиком, а его волосы то и дело падали на глаза. Он прищурился, вставил выбранный камень в сердцевину и осторожно постучал молоточком.

***

— У тебя получилось очень красиво и аккуратно. Я думаю, ей понравится, — сказала Мей, наблюдая, как Бачира вертит в руках подарочную коробку.

За время мастер-класса жара успела спасть, и прохладный ветер развевал волосы, задевая кожу на шее. Каким-то странным путем они оказались в маленьком японском саду: дорожка из камней вела к пруду, где плескались разноцветные карпы, а ветви сосен склонились над водой. На краю стояла одинокая лавочка, и Мей опустилась на неё, чувствуя каждый пройденный за сегодня километр.

— Ей? — переспросил Бачира, приподняв бровь и садясь рядом.

— Ну твоей маме, — ответила она и немного растерялась, когда Бачира рассмеялся.

— Неужели не догадалась, Мей-чан? — сказал он, качая головой. — Подними волосы.

Она приоткрыла рот, почувствовав, как тонкая цепочка легла на ключицы, задевая ворот одежды.

— Теперь и правда красиво, — кивнул Мегуру. — Ты подарила мне шоколад на четырнадцатое февраля, — их взгляды пересеклись, но он быстро отвел его в сторону. — Вот я и подумал... хочу тоже сделать тебе подарок, Мей-чан.

У неё перехватило дыхание. Лёгкие отказались слушаться, а сердце загрохотало сильнее. Бачира старался ради неё. Он мог ограничиться шоколадом или вообще ничего не дарить. Она не ждала от него ответного жеста, но все же...

Это должно что-то значить? Или она выдумывает?

Она хотела, чтобы это что-то значило.

Мей не сразу осмелилась прикоснуться к украшению, лишь кончиками пальцев коснулась цепочки, чувствуя, как щеки заливает румянец.

На поверхность пруда упала первая капля, и по воде пошли круги. Они машинально подняли головы: серое небо потемнело, и пошел косой дождь.

Она вздрогнула, испугавшись, что дорогие ткани испортятся под дождём. Одежда стремительно намокала на глазах. Бачира перехватил её руку и повёл к беседке недалеко от пруда.

Капли барабанили по крыше, а воздух наполнился свежестью, запахом мокрой травы и хвои. Мей прижала ладони к груди и ощутила под пальцами гладкую поверхность серебряных лепестков.

— Написано, что идти будет ещё полчаса, — нахмурился Бачира, заглянув в телефон. — Я могу добежать до магазина за зонтом, а ты подождёшь здесь. Мей? Ты...

Ладонь Мей легла на его щёку — тёплую и влажную от дождя. Она потянулась к нему и прижалась к губам, целуя медленно и нежно. Его язык коснулся её, плавно скользя по нёбу, а пальцы крепче сжали руку.

— Я не успела поблагодарить тебя, — прошептала она, едва касаясь его губ. — Он чудесный, Мегуру.

Бачира провёл пальцем по её щеке, неторопливо, исследуя каждую родинку на коже, и остановился на губах. Мей почувствовала, как дрожь пробежала по телу — лицо словно раскалилось, хотя дождь продолжал моросить, поддерживая прохладу вокруг.

Она прикрыла глаза, задержав дыхание.

— Кхм!

Резкий, скрипучий кашель раздался сбоку, и они одновременно обернулись.

— Совсем стыд потеряли, а? — с осуждением проговорил пожилой японец, с тростью в руке, которая явно была старше их. Он с прищуром прошелся по ним взглядом. — Парень, у тебя что, полторы тысячи йен нет? Или дорогу на Догендзакурайон с большим количеством дешевых лав-отелей забыл?

Мей озадаченно моргнула. Какая ещё дорога? Какие деньги? И почему этот дед начал отчитывать их? Она повернулась к Бачире за объяснением, но он лишь широко улыбнулся и со спокойным видом коротко поклонился. Мужчина что-то фыркнул, недовольно качнув головой, и, пробормотав себе под нос, пошёл дальше.

— Он решил, что мы слишком увлеклись, — успокаивал Бачира, уводя её подальше из парка. Дождь моросил, но не настолько, чтобы промокнуть до простуды.

— Увлеклись чем? Мы просто поцеловались, — возмутилась она шёпотом.

Бачира рассмеялся.

— Мей-чан, у нас... — он отвёл взгляд и посмотрел на проезжающего рядом велосипедиста, — не принято целоваться на людях. И вообще в общественных местах.

Удивление и смущение слились в одно, отразившись у неё на лице. В Испании никто не обращал внимания на поцелуи парочек на улицах, и ей никогда даже в голову не приходило, что здесь это может считаться чем-то неприличным.

— Не переживай, — усмехнулся он, вздернув подбородок. — Так только старики считают.

— Почему же ты раньше мне об этом не сказал?

— Зачем? Мне же нравится, — Мей уловила озорной блеск в его глазах и покачала головой. А она ведь раньше удивлялась, что он с такой легкостью готов нарушать правила Блю Лока. Видимо, никакие нормы не могут встать у него на пути, если ему что-то нравится.

***

Раннее солнце, которое обещало прекрасный теплый день, окончательно испарилось, оставив после себя лишь ветер и редкие капли дождя. Они приехали на Сибую, чтобы увидеть город с высоты смотровой площадки, но погода явно не шла им навстречу. Мей, кутаясь в пальто, пожалела, что аренда кимоно подошла к концу — в нем было бы намного комфортнее.

— Как это нет билетов? — озадаченно произнесла Мей. Она знала, что их можно купить на сайте, но была уверена, что и на месте не возникнет сложностей.

— Ближайший свободный слот на первое апреля, — вежливо ответила девушка в кассе, наклонив голову.

Первого апреля Мей будет не просто не в Токио. Она будет в другой стране.

— Ты сильно расстроилась? — спросил Бачира, глядя на очередь людей, которые, в отличие от них, догадались купить билеты заранее. — Ты ведь мне всю личку закидывала видео с этой смотровой.

— Только несколько скинула, — фыркнула она, промолчав, что это, по крайней мере, не сотня видео из кафе с капибарами, куда они сегодня тоже не успели попасть. — Я не в последний раз в Токио, верно? — добавила она с улыбкой, и Бачира заметно просиял от этих слов. — Всё, теперь ты выбирай место.

Они спустились на несколько этажей ниже и оказались у длинного ряда фотобудок.

— Всегда хотел пофоткаться в них, — оживлённо сказал Бачира, подталкивая её к одной из кабинок.

Они зашли внутрь и задвинули за собой тяжёлую шторку. В тесном пространстве Бачира задел коробку, доверху набитой аксессуарами: очками с разными формами, шляпками, париками и ободками с ушками разных животных.

Он тут же нацепил на неё ободок с чёрными кошачьими ушками.

— Эй, — возмутилась она, ощущая себя максимально глупо.

— Упрямишься, прямо как настоящая кошка.

— Тогда ты — надоедливая муха, — парировала она, надевая на него ободок.

— Я пчела! — воскликнул Бачира и издaл писк, больше похожий на звук комара.

Они строили смешные рожицы, дурачились с очками, изображали нелепые позы.

И Мей не могла вспомнить, была ли когда-нибудь так счастлива, как сейчас рядом с ним.

— У меня больше нет идей, — произнесла она немного хриплым от смеха голосом, когда оставался последний кадр.

— А у меня есть, — он заглянул ей в глаза, прищурившись. — Доверишься мне?

Она ответила, не задумываясь:

— Да.

Он притянул её лицо к себе и, прежде чем она успела осознать, поцеловал. Камера зафиксировала этот момент, но они проигнорировали красную надпись на экране о готовности.

Мей чувствовала, как его дыхание обжигает щеки, как движения становятся настойчивее, как он кусает её нижнюю губу, заставляя выдох сорваться хрипом.

Это почти сводило с ума. Она была готова разорвать на себе платье, лишь бы он не ограничивался губами, наплевав на то, что в общественном месте любой страны подобное карается штрафом.

Язык прошелся по тонкой линии шеи, и через миг зубы парня сомкнулись на нежной коже.

— Ба... Бачира...

Ткань платья натянулась — его ладони, скользнув вниз по спине, легли на талию, притягивая ближе.

Шум торгового центра растворился, поглощённый мокрыми звуками и тяжёлым дыханием.

— Извините, вы ещё долго? — прозвучал голос за шторкой, и Бачира нехотя оторвался от неё, переводя дыхание.

Мей прикусила губу и взглянула на него. Он усмехнулся, наблюдая, как она пытается привести себя в порядок, и поправил её взлохмаченные волосы.

Они вышли наружу под осуждающий взгляд. Мей отчаянно надеялась, что причина лишь в том, что они слишком долго занимали кабинку.

— Ты же понимаешь, что это прямое доказательство... ну, ты сам знаешь чего, — сказала она, глядя на получившиеся снимки.

— А ты собралась их кому-то показывать? Хочешь похвастаться? — он игриво прищурился и поднял одну из фотографий, ловя ей свет лампы. На бумаге переливались тонкие серебряные узоры.

Мей повторила его жест.

— У тебя луна, — заметила он. — А у меня солнце.

— Тебе подходит, — сказала Мей, улыбнувшись. — Спрячь её так, чтобы никто не нашёл.

— Будет сделано, Ларош-чан!

В попытке скрыться от его слишком довольного лица, Мей отвернулась и зацепилась взглядом за огромный рекламный экран. Разноцветные тарелки с суши плавно ехали по конвейеру мимо столиков, а посетители брали понравившееся.

— Что это?

— Обычный суши-ресторан, — просто ответил Бачира. — В Испании таких нет?

— Наверное, нет. Я впервые такое вижу.

Он ухмыльнулся, закинул руки за голову и лениво протянул:

— Не знала, что Испания такая отсталая страна.

Мей сверкнула на него недовольным взглядом.

— Ещё одно подобное слово — и летом я тебя не жду.

Бачира рассмеялся и повёл её на пятый этаж, где находился «чудо-ресторан». У входа собралась небольшая очередь, и они стали ждать.

— Спасибо тебе за сегодняшний день, — тихо сказала Мей, глядя на него. — Мне нравится наше...

— У вас свидание?

Словно кто-то толкнул под поезд. Холод пробежал по спине. Мей так хотела, чтобы этот голос был чужим; чтобы за ними стоял кто-то из случайных прохожих или хотя бы знакомый Бачиры, который видит её впервые.

Но нет — Чигири знал их обоих.