Трудности перевода

Бачира сидел напротив, покачивая ногой под столом, задумчиво гоняя ложкой по пустой тарелке. Исаги не сводил с него взгляда.

Наконец, Бачира глубоко вдохнул и, глядя в глаза собеседнику, выдал:

— Мы не встречаемся.

Исаги поднял голову, хмурясь.

— Я видел, Бачира, я видел, как вы... целовались.

Он задумчиво коснулся подбородка и спросил:

— Когда именно? — голос Бачиры оставался таким же лёгким.

— В лагере.

— А-а, тогда, — протянул Бачира, прищурившись, — но я тебе не соврал. Мы и правда не встречаемся.

— То есть это было не в первый раз? — приподнял бровь Исаги.

Вместо отвела он повернул голову в сторону, уголок губы игриво дернулся.

— Я замечал, что вы подружились, но чтобы настолько...

— Ты слишком сообразительный эгоист, Исаги Йоичи! — рассмеялся он.

— Я подозревал, — признался Исаги, чуть понизив голос. — Но окончательно убедился в тот вечер. Так она тебе нравится?

Бачира стал серьёзнее. Он отвёл взгляд, а потом тихо проговорил:

— Больше, чем просто нравится, — он коротко улыбнулся, взгляд остался задумчивым. — Но Мей не знает об этом.

— Ох... — Исаги замолчал, на его лице отразилась смесь удивления и неловкости.

— Никому не рассказывай, — добавил Бачира, глядя ему прямо в глаза. — Это секрет.

— Я догадался. Поэтому тогда и не пустил Рео с Наги в коридор.

Бачира округлил глаза и приложил руку к губам.

— Упс!

Они рассмеялись, поднимаясь из-за стола, и направились в сторону спальни. По коридору несло запахом моющего средства. Людей было мало, все уже готовились ко сну.

— Слушай, Бачира, — внезапно сказал Исаги, чуть понизив голос, — получается, что у вас было... ну, это?

Бачира посмотрел на друга с притворным изумлением.

— Даже не думал, что тебя такое интересует, — он захихикал, делая пару прыжков через ступеньки. — Хотя будь я на твоём месте, не отстал бы, пока не узнал всё до малейших подробностей.

— Значит, ты мне расскажешь, как это было?

— Нет, — заулыбался Бачира, прищурившись, но увидев, как друг упрямо на него смотрит, сказал: — Ладно, давай. Один вопрос.

Исаги чуть замялся, затем всё же выдохнул:

— Что было самым сложным?

Бачира задумался, слегка наморщив лоб.

— Хм... Наверное, то, что я чуть не кончил за секунду в первый раз, — рассмеялся он, подмигнув. — Ну, знаешь, это вообще не похоже... на руку.

Исаги мгновенно покраснел.

— Ладно-ладно! Я понял! — пробормотал он, впившись взглядом в пол. — Зря вообще спросил.

— Но в следующий раз такой проблемы не было. Может, это только в первый раз так? С непривычки.

— Следующий раз? Когда вы усп... — начал Исаги, но тут же осёкся и покачал головой. — Не моё дело.

Бачира уже смеялся во весь голос, легко кружась вокруг него в коридоре, почти танцуя на ходу.

***

— Это сакура! — сказал Даниэль, рассматривая редкие розовые цветки, пробившиеся сквозь ветви на парковой территории Синей Тюрьмы.

Письма возмущённой общественности настолько достали Джинпачи, что он наконец разрешил выходить на пробежку из главного здания. Правда, с условием: не приближаться к забору с колючей проволокой. Мей бы не удивилась, узнав, что он под напряжением.

— Это не сакура, а персик, — поправила она, бросив взгляд на ветки. — Сакура в этом году начнёт цвести только в начале апреля.

— Пофиг. Для меня всё равно будет сакурой, — он достал телефон и навёл камеру. — Мы её всё равно не застанем, а мама вряд ли заметит разницу.

Она задумчиво покачала головой, даже не заметив, как вырвалось:

— Жаль.

— Ну, не знаю... Я очень соскучился по дому. Может, всё-таки вернёмся на следующей неделе вместе с итальянцами?

Она посмотрела на ветку дерева, где лепестки подрагивали от слабого ветерка. Их задача здесь была выполнена, и некоторые уже начали возвращаться домой, но она не спешила. Хотела остаться ещё немного.

— Дождёмся последнего матча. Тебе неинтересно, кто пройдет дальше?

— Это можно и в интернете посмотреть, — фыркнул Даниэль. — Но если ты хочешь продлить свой курортный роман, то я подожду.

— Что?.. — она сбилась на полуслове. — Он тут ни при чём! И вообще, нет у меня никакого романа.

— Да-да, — протянул он, весело прищурившись. — Пошли в зал. Там он тебя уже заждался.

Мей закатила глаза, глядя на самодовольную ухмылку друга, и направилась к входу.

— Жалею, что рассказала тебе, — пробормотала она.

Но Даниэль был прав. Раньше она бы и правда вернулась домой одной из первых. А теперь повторяла одну и ту же отговорку друзьям, отцу, менеджеру. Просто знала: стоит ей уехать и всё закончится. Не будет рядом Бачиры, и чувства угаснут.

Но пока она не была готова отпускать их.

В зале было тихо — тренировка начиналась только через полчаса, и друзья ожидали, что придут первыми. Однако, открыв дверь, сразу заметили, что кто-то лежит на лавке. Подойдя ближе рассмотрели, что это Бачира.

— Он заснул, что ли? — удивлённо поднял бровь Даниэль, наклоняясь ближе, чтобы разбудить его. Но Мей остановила его жестом.

— Не надо. Пусть спит.

— М-м. Какая ты заботливая, Ларош.

— Где я заботливая? — шепотом возмутилась она. — Зачем будить, если можно оставить в покое?

— Кажется, он замёрз. Весь в мурашках.

— Хватит его рассматривать. Отойди.

— Ревнуешь? Он не в моём вкусе.

— Просто сядь, — строго сказала она.

Даниэль нехотя отошёл и плюхнулся на соседнюю лавку, вытянув ноги. Он открыл рот, и, судя по озорному блеску в глазах, Мей уже догадывалась, что сейчас польётся очередной подкол. Но Бачира вдруг поёжился и обнял себя руками.

Он действительно мёрз.

Мей расстегнула олимпийку и, сняв её, осторожно накинула ему на плечи. И в следующую секунду ощутила на себе пристальный взгляд друга.

— Молчи, — предупредила она раньше, чем он успел раскрыть рот, присев рядом с ним.

Он тихо захихикал, получив локтем в бок.

— А обо мне ты так не заботишься...

Она сделала вид, что не слышит, и уткнулась в телефон. Даниэль ещё пару раз попытался её поддеть, но, не получив никакой реакции, быстро сдался. Оба стали дожидаться начала тренировки в молчании.

Когда зал постепенно начал наполняться голосами, появился Лавиньо. Завидев Мей, он сразу отправил её по поручениям: сначала принести документы от Анри, затем заменить мяч на более яркий — цвет прежнего показался ему унылым, — и наконец присоединиться к тренировке.

Спортсмены разделились на группы. Задача была проста — отобрать мяч и забить. Единственная сложность заключалось в том, что на одном поле одновременно действовало несколько групп. Это превращало его в настоящий хаос.

В этой суматохе Мей споткнулась о чью-то ногу, когда Бачира пытался увести мяч. Она ударилась затылком и зажмурилась от резкой боли, но, едва открыв глаза, тут же забыла о ней — Бачира уселся прямо на неё.

— Жива?

— Ага... Слезешь? — ошарашенно пробормотала она.

Она попыталась подняться, но он даже не шелохнулся. Напротив, наклонился чуть ближе, их лица стали разделяли считанные сантиметры — его дыхание касалось кожи, а губы были до ужаса близко.

— Неа, — тихо сказал он с ухмылкой.

Мей резко втянула в себя воздух, почувствовав, как в груди накапливается паника. Вокруг продолжалась тренировка, люди бегали, кричали, мячи стучали. Никто не смотрел прямо на них, но это не значило, что они могли...

— Шучу, — вдруг сказал он и рассмеялся. Мей захотелось его прибить. Он легко поднялся и протянул ей руку, а она, всё ещё чувствуя на себе след его дыхания, нехотя приняла её.

— Очень смешно, — буркнула она, поднимаясь и отряхивая футболку. Прядь волос свалилась на глаза. Она раздражённо сдула её и косо посмотрела на него. Он явно не испытывал ни капли смущения.

— Теперь и мяч мой, — с торжествующей улыбкой сказал Бачира, удерживая мяч подошвой.

— Вы опять ругаетесь? — раздался позади них голос Лавиньо, заставив Мей вздрогнуть. Он скрестил руки на груди и смотрел на них как на нашкодивших подростков. — Сколько времени прошло, а вы всё ссоритесь.

— Мы не... — начала Мей, но договорить не успела: Лавиньо шагнул вперёд, обнял их за плечи, грубо прижал друг к другу и почти что стукнул лбами.

— Он выбрал испанский футбол, Ларош. А ты своим ворчанием его отпугиваешь. Хочешь, чтобы он сбежал в какую-нибудь Германию? — он повернулся к Бачире. — А ты, Желтовласик, не слушай её. Если она и дальше будет продолжать — я дам тебе номер её отца. Он на неё повлияет.

— Тренер! — воскликнула Мей, но Лавиньо уже отступал прочь и, махнув рукой, ушел к другой паре спортсменов.

Бачира снова рассмеялся, теперь уже громче. Он буквально сиял, глядя на перекошенное от недовольства лицо девушки.

— Рада, что у тебя хорошее настроение, — пробормотала она, только сейчас заметив, что он надел её олимпийку. Белая ткань успела испачкаться, особенно на локтях. — И почему ты до сих пор не вернул мою одежду?

— Разве ты не подарила её мне? — невинно поднял брови Бачира.

— Нет. Я одолжила.

— Да? Ну, пожалуй, я всё равно оставлю себе, — подмигнул он и, пнув мяч, убежал к воротам. Мей осталась стоять, открыв рот. Его наглость вообще знает границы?

Лавиньо гонял их ещё пару часов. К концу тренировки большинство игроков напоминали выжатые лимоны — вялые, измученные, с потной одеждой, прилипшей к телу. Когда, наконец, всех отпустили, Мей быстро приняла душ и, возвращаясь по коридору, заметила очередь у мужской раздевалки. Всё-таки был хоть какой-то плюс в том, что она единственная спортсменка в Блю Локе.

— Эй, Мей-чан, ты обедать? — окликнул её знакомый голос сзади. Она обернулась. Бачира догнал её и встал рядом.

— Да, ты со мной? — он кивнул, и она снова заметила свою одежду на нем. Мей едва сдержала усталый вздох. — Ты серьёзно хочешь забрать её себе?

Он слегка наклонил голову, раздумывая, а затем кивнул, при этом уголки его губ задорно дёрнулись.

— Нравится, что на ней логотип ReAl? — прищурилась она. — Мечтаешь попасть к нам?

— Было бы круто, — протянул он, пожав плечами. — Но мне всё равно больше нравится Барча.

— Чтобы играть за них, тебе придется переехать в Испанию, — сказала Мей чуть тише. Вопрос вертелся на языке, но она не решалась произнести его вслух.

— Да, — кивнул он. — Но тогда я не смогу помочь маме на выставке в Токио, поэтому останусь здесь.

Мей почувствовала, как внутри что-то едва ощутимо сжалось, будто маленький огонёк в ней потух. Она ни на что не надеялась, но все же...

Она натянуто улыбнулась и качнула головой, скрывая разочарование, которое сама не могла до конца объяснить.

— Хорошо, можешь не возвращать кофту, но тебе придётся запла... — она резко осеклась, врезавшись во что-то или кого-то твёрдого.

— Ларош, дождись вечера, — бросил Кайзер, даже не взглянув на неё.

— Прости, — пробормотала она, потирая плечо и морщась. — Ты из камня, что ли?

— Из мрамора, — усмехнулся он и пошёл дальше.

— Увидимся вечером, — кинула она ему вслед.

Стоило ей поймать взгляд Бачиры, как он схватил её за руку и потащил за собой.

— Бачира... куда? — выдохнула Мей, пытаясь не отставать.

Они мчались по коридору, едва не сбивая людей с ног. Он не отвечал. Только крепко сжимал её запястье.

— Куда ты... — начала Мей, запыхавшись, но ответа не последовало.

Он резко свернул, распахнул какую-то дверь и, почти не замедлившись, втолкнул её внутрь. Мей даже не успела разглядеть табличку. Дверь захлопнулась, и они оказались в темноте.

— Ты совсем...

​​Но договорить она не успела.

Бачира подошёл вплотную, обхватил её лицо ладонями — и поцеловал. Не оставляя ей право на протест. Он запустил пальцы в её волосы, надавил на затылок, углубляя поцелуй. Всё внутри неё будто расплавилось от жара.

Он оторвался от неё так же внезапно, как и поцеловал. Несколько влажных следов остались на её раскрасневшихся губах. Он прижался к ней всем телом, крепко обняв.

— Не хочу, чтобы его прикосновения были на тебе.

Слова прошли по позвоночнику током.

— Бачира, ты... ревнуешь?

В этот момент за спиной раздался скрип двери.

Мей отпрянула от Бачиры с такой скоростью, что больно впечаталась ногой в какой-то предмет мебели. Она стиснула зубы, чтобы не застонать, и, обернувшись, увидела — кровать.

В комнату кто-то вошел и включил свет. Глаза Мей расширились.

— Йоичи! — крикнул Бачира.

Она инстинктивно застыла, словно надеялась слиться с синей простыней. Щёки горели, и она была уверена, что Исаги видит весь ужас, написанный на её лице.

— Бачира, ну ты нашёл уже? Я устала ждать, ищи! — выпалила она, даже не понимая, что именно должен «искать» Бачира. Он же сам затащил её сюда, пусть теперь и выкручивается.

Исаги так и продолжал молча стоять в дверях.

— Нашёл? Нет? Тогда я ухожу, — протараторила Мей и шагнула к выходу, избегая его взгляда.

От волнения ощутимо вспотели ладони. Что именно он успел рассмотреть? И если понял — расскажет всем? Он друг Бачиры, но Мей знала: в Блю Локе станет лучшим только один. Они соперники.

— Нашёл! — воскликнул Бачира и подскочил к ней. — Держи.

Мей машинально взяла предмет из его рук. Какой-то... брелок? Она прищурилась, пытаясь разглядеть, что это вообще за существо. Кролик? Медведь?..

— О, Мей, тебе тоже нравится ЧиикаваПерсонаж из "Что-то маленькое и милое", очень популярный в Японии ? — спросил Исаги, подходя к ним.

Чиикава? Это вообще кто? Что это? Это он? Она? Оно? Мей понятия не имела.

— Э-э... да! Её я и искала! — быстро подтвердила она. — Спасибо, Бачира, — она выдавила улыбку, бросив на него взгляд, в котором читалось «что это вообще?!»

— Но почему вы искали брелок в темноте?.. — прищурился Исаги.

— М-мы... выключатель сломан, — затараторила она, изо всех сил стараясь звучать уверенно. — Он не работал, когда мы пришли.

Бачира рядом лишь ухмылялся, и от этого Мей захотелось одновременно провалиться сквозь землю и придушить его.

— Правда? — приподнял бровь Исаги.

— Чистая правда, — радостно заявил Бачира, как ни в чём не бывало.

***

В обеденное время столовая всегда была шумной и переполненной, но сегодня казалось, что все говорят как минимум на несколько децибелов громче. Парни возбуждённо переговаривались, позабыв о еде, и даже персонал шептался между собой.

— Что-то случилось? — спросила Мей, присаживаясь за стол, где уже сидели Исаги и Бачира — единственные, кто не участвовал в этом бурном гудении.

— Не знаю, но все какие-то слишком взволнованные, — пожал плечами Исаги, бросая взгляды по сторонам.

— Даниэль, ты что-нибудь узнал? — спросил она, когда тот подошёл и опустил на стол поднос с едой, выглядя слегка озадаченным.

— Отои ведь сегодня не было на тренировке?

— Не было, — кивнул Бачира.

— Кажется, его выгоняют.

— Что?! — в унисон воскликнули Мей, Исаги и Бачира, удивлённо округлив глаза.

— Да-да! — неожиданно вклинился в разговор Игагури, с важным видом усаживаясь на свободный стул во главе стола. — Он сейчас у очкарика.

— Но почему?

Игагури прищурился, сцепил пальцы и понизил голос:

— Его застали с девушкой. Прямо здесь!

Мей моргнула, будто не до конца расслышала:

— С кем?

— Сузуей.

— Медсестрой?

— Ага. Неплохо, да? — Игагури довольно усмехнулся. — Уборщица пришла раньше времени в столовую, а они тут, представляешь, целуются! Всё рассказала Эго. Они с самого утра у него в кабинете!

Мей уставилась на свою тарелку, игнорируя взгляд Бачиры на себе. Гул голосов вокруг постепенно затихал, но вскоре разразился с новой силой, когда появился виновник обсуждений:

— Отоя! Отоя!

— Никто меня не выгнал, не мечтайте, — крикнул он, поднимая руки и проходя мимо. Кто-то что-то спросил про девушку, но он лишь отмахнулся, направляясь к стойке с выдачей еды.

— Кажется, её уволили, — предположил Исаги.

— И, наверное, штрафанули, — хмыкнул Даниэль. — У неё, скорее всего, те же условия, что и у нас.

— Те же условия? Вам тоже нельзя... — начал Исаги, но запнулся, не договорив.

— Да, нельзя, — тихо ответила Мей.

— Но почему? — удивился Игагури.

— Это как-то жестоко. Подопечным Эго, выходит, всё можно, а нам и штраф, и увольнение, — буркнул Даниэль.

— Потому что мы на работе. Это непрофессионально. — Мей невольно поймала взгляд Бачиры. Он беззаботно улыбался, будто происходящее его совершенно не касалось. Конечно. Он может себе позволить веселиться, пока она мысленно представляла себя на месте этой несчастной медсестры. — А они здесь на других условиях.

— Ну а ты, я смотрю, прям великий профессионал, — расхохотался Даниэль, но тут же умолк, поймав её хмурый взгляд.

— И зачем вообще такие правила? — фыркнул Игагури.

— Ну не знаю... — Даниэль почесал затылок. — Может, Эго боится, что вы тут начнёте оргии устраивать в перерывах между матчами?

— Но тут же почти одни парни, — удивлённо фыркнул Игагури. Мей с Даниэлем переглянулись.

Обстановка чуть успокоилась. Возвращение Отои, видимо, сняло напряжение, и все снова занялись едой.

Но Мей почти не чувствовала вкуса. Она была не настолько глупа, чтобы целоваться прямо в столовой. Или в другом месте, куда легко может войти кто-то чужой. Хотя однажды... она всё же поступила безрассудно. Алкоголь? Чувства? Она до сих пор не знала, что толкнуло её на то, чтобы наброситься на него прямо в коридоре той ночью. Только помнила, как руки дрожали, а в голове туман.

И она облегченно выдохнула, радуясь, что их никто не видел.

***

Когда Бачира впервые принес ей на проверку выполненное упражнение по английскому, Мей решила, что он шутит и это разовая акция. Но потом он принес ещё одно — и вот сегодня снова стоял на пороге с тетрадкой.

Проверяя задания, ей иногда казалось, что он ставит ответы наугад.

Она выхватила у него синюю тетрадь с эмблемой Блю Лока и направилась к столу за ручкой.

— Ты странно одета, — он с шумом плюхнулся на кровать. — И у вас в блоке как-то подозрительно тихо. Это тоже странно.

Ничего странного в её одежде не было — обычная юбка и кроп-топ с длинным рукавом.

— Кроме меня всех исключили, — Мей склонилась над тетрадкой, разглядывая один из ответов. — Как можно было сделать три ошибки в слове из семи букв?.. — она прищурилась, качнув ногой. — А если серьёзно, Эго разрешил развеяться, поэтому я так одета. Или ты думаешь, в бар стоит идти в спортивной форме?

Она развернулась и вернула тетрадь.

— Готово. Я спешу, поэтому ошибки обсудим потом.

На самом деле она уже опаздывала. Даниэль написал ей пятнадцать минут назад, что все ждут у машины, а она всё никак не могла найти, куда запрятала колготки.

— Эго испанцев выпустил? — голос Бачиры звучал чуть тише, внимательнее.

— Не только нас. Это заслуга Кайзера — точнее, его менеджера. Он пожаловался, что Кайзер стал раздражительным из-за отсутствия развлечений, вот нас и выпустили.

Над ними повисла пауза. Он смотрел пристально, взгляд скользнул по линии тонких ключиц, задержался на ногах, потом снова встретился с её глазами — и она почувствовала, как внутри что-то дрогнуло.

— Останься, Мей, — тихо сказал он.

Она нахмурилась, решив, что ослышалась.

— Что?

— Останься со мной, Мей-чан, — повторил он, уже чуть громче.

Мей застыла, её взгляд уперся в его лицо — в глаза, светящиеся тёплым янтарём. Он не шутил.

— Бачира, я...

— В твоём блоке сейчас пусто. Никого нет.

Она догадалась, к чему он клонит. Никто не заметит, что он у неё. И никто их... не услышит.

— Но я уже сказала, что пойду.

— Мей-чан, — он задумчиво прошелся пальцами по костяшкам и поднял голову, посмотрев ей прямо в глаза. — Разве ты не хочешь меня?

Воздух в комнате словно сгустился, стал вязким, насыщенным чем-то приторным, невыносимо тягучим. Он не отводил взгляда, и это только усугубляло её состояние.

— Ты никогда не думала обо мне перед сном? — Бачира потянул ее за руку, вынуждая сделать шаг ближе и встать между его ног. — Никогда не прикасалась к себе, представляя, что это я?

С каждым его словом внутри разгорался жар, растекался по груди, проникая в пальцы, губы, дыхание. Тело уже знало ответ, хотя разум всё ещё пытался сопротивляться.

— Бачира... ты... — голос предательски дрогнул.

​​Он не ответил сразу. Лишь потянулся вперёд, и лоб мягко коснулся кожи между краем топа и поясом юбки.

— Я каждую ночь думаю о тебе, — хрипло сказал он, отстраняясь. — И сейчас я не хочу отпускать тебя. Не хочу, чтобы ты была с другим.

Она посмотрела ему прямо в глаза — разгорячённая, растерянная, с бешено колотящимся сердцем.

— Выбери меня, Мей.

Телефон в кармане завибрировал. Она, не отрывая от Бачиры взгляда, поднесла его к уху:

— Даниэль, я не поеду... — в этот момент он провёл кончиками пальцев по её ноге, от колена вверх к бедру, вырисовывая хаотичные узоры. — У меня заболел живот, — он ласково провёл ладонью по покрытой мурашками коже. — Да, повеселитесь.

Лицо Бачиры расплылось в довольной, игривой ухмылке. Длинные пальцы накрыли её ладонь, убрали телефон и небрежно отбросили на край кровати. Второй рукой он потянул её к себе и усадил верхом на колени.

— Умница, Мей-чан.

Их губы встретились — горячо, жадно. Мей обвила его шею, прижимаясь к нему всем телом, чувствуя каждый мускул. Его руки обнимали её, гладили, сжимали, скользили по спине, забирались под одежду, искали больше контакта. Больше её.

— Тебе не нужно волноваться, — выдохнула она в его губы. — Меня интересуешь только ты.

— Мне этого мало, Мей.

Влажные, горячие губы коснулись её и продолжили целовать. Мей поймала себя на мысли, что ей тоже мало. Ей хотелось раствориться в нём, забыть всё, кроме этого момента. Она прикусила его нижнюю губу. Бачира тихо усмехнулся, чуть отстранился и, не убирая руки с её талии, произнёс:

— Хочешь откусить от меня кусочек?

Ухмылка была слишком самодовольной, и Мей захотелось её стереть. Проучить его. Она повела бёдрами, прижимаясь к его эрекции, которая отчетливо ощущалась сквозь шорты. Он резко вдохнул, и пальцы вцепились в её талию крепче.

— Эй...

Она склонилась к его уху, провела по нему дыханием, позволив губам задеть кожу.

— Ты ведь сам начал.

Кровь прилила к лицу и груди, запульсировала внизу живота. Он все так же крепко прижимал её. Хотел, чтобы она не останавливалась?..

Мысль вспыхнула и тут же пробежалась мурашками по коже. Он оставил смазанный поцелуй в уголке её рта, потом на шее, начал покусывать кожу чуть выше ключицы. До безумия хотелось избавиться от этой идиотской ткани — даже несмотря на то, как остро ощущалось скольжение её промежности по члену. Пульсация внизу живота стала нестерпимой.

Чертов очкарик со своими тупыми правилами.

— Если ты продолжишь так... я...

Она не дала договорить — снова впилась в его губы, наслаждаясь, как его пальцы вжимаются в её бёдра. Их рваные поцелуи становились глубже, и он все громче постанывал ей в рот.

Его тело резко напряглось, и он остановил её, скинув на кровать. Мей поймала его затуманенный желанием взгляд, задержалась на покрасневших губах, ещё влажных от поцелуев. Когда её взгляд опустился ниже, она заметила тёмное пятно на его шортах.

— Это нечестно, Мей-чан, — прошептал он, скользнув рукой под юбку и коснувшись кромки нижнего белья. — Я хочу, чтобы и ты кончила.

Она бы солгала, сказав, что не хочет этого. Но хоть какое-то зерно здравого смысла осталось в её голове.

— Бачира... у меня даже нет. Мы тогда всё использовали... И я всё равно опасаюсь здесь.

Он усмехнулся, глядя на то, как смущенно она отвела взгляд.

— Почему ты сразу подумала об этом? Есть и другие варианты, — он ловко зацепил пальцами край белья, медленно спуская вниз. Затем положил ладонь на внутреннюю сторону бедра и осторожно провёл пальцами вверх. — Я уже хорошо знаю, как сделать тебе приятно.

Он наклонился и поцеловал её, в то время как пальцы мягко коснулись её половых губ, осторожно раздвигая их.

— Ты всегда такая мокрая. Это я так на тебя действую или ты и с другим была такой? — плавно выдохнул он прямо у неё над ухом.

Она лишь мотнула головой. Сказать что-то было невозможно — дыхание сбивалось от каждого его движения.

— Ответь, — пальцы замедлили ритм, чуть отступая.

Издевается.

— С тобой, — произнесла она почти беззвучно, прижимаясь к нему всем телом.

Он провёл носом по её щеке, обжигая дыханием, зарываясь лицом в её волосы. Мей тянулась к нему — хотела быть ближе, чувствовать кожу, вцепиться ногтями в его спину. Она выгибалась, когда его чуткие пальцы ласкали её клитор, раз за разом вызывая тихие, сдавленные стоны, которые с трудом прятались в его плече.

— Мегуру... — голос дрожал. — Я тоже хочу большего... Я хочу тебя всего...

— Значит ты в тот раз меня обманула? Так и быть прощу, — он ухмыльнулся, глядя ей в глаза.

Он целовал её шею, плечи, грудь, ловко расстёгивая пуговицы на топе. Ритм его пальцев становился быстрее, менялся, прислушиваясь к каждому её вздоху. Когда он опустился ниже и провёл языком вдоль ключицы, Мей едва подавила стон — от того, как трудно было держать себя в руках.

— Каждую ночь я представляю тебя рядом, — прошептал он, касаясь губами её кожи. — Представляю, как ты произносишь моё имя... прямо как тогда, в Киото.

Мей вся раскрасневшаяся уставилась на него с приоткрытым ртом.

— Я тоже представляю это... — призналась она. — Я хочу этого снова.

Его глаза заблестели, и он позволил пальцам скользнуть глубже. Мей ахнула, вжимаясь ногтями в его плечи. Свободной рукой он обхватил её лицо, ловя губами её дыхание, вбирая в себя каждый тихий стон.

Они точно рехнулись. Какие-то поцелуи Отои в столовой — невинная детская шалость по сравнению с тем, что происходило сейчас. Мей не исключала, что всё могло бы пойти дальше, загляни она в аптеку перед возвращением в Синюю Тюрьму.

Он усмехнулся ей в губы, когда она задрожала от оргазма, сжав бедра. Его ладонь легла ей на щеку, не позволяя отстраниться — он всё ещё не хотел прерывать поцелуй. Она снова слегка прикусила его губу.

— Ай, вредина, — улыбнулся он, отстраняясь.

Мей улыбнулась и села, поправляя одежду, но взгляд начал бродить по комнате.

— Это ищешь? — Бачира поднял руку, в которой оказалось бельё. Он вертел его на пальце и с явным удовольствием наблюдал, как румянец окрашивает её лицо. — Они насквозь мокрые.

— Дай сюда, — прошипела она, пытаясь подавить смущение.

Бачира только хихикнул и обнял, прижимаясь щекой к её щеке, пока она, стараясь игнорировать неловкость, натягивала бельё. Контраст оказался неприятным. Он не обманул.

— Значит, сегодня мы узнали секреты друг друга? — Бачира хитро прищурился, прежде чем повалить её обратно на кровать. Простыня зашуршала под их телами. Он лег рядом, глядя на неё сверху вниз, лениво опираясь на локоть. — Не жалеешь, что осталась со мной?

— Нет, — тихо выдохнула Мей. — Только одна проблема.

— Какая?

— Я очень хочу есть, а столовая уже закрыта.

Пропуская сегодня ужин в Блю Локе, она предполагала что поест чего-нибудь вредного в баре. Однако внезапное появление Бачиры, его слова и всё, что за ними последовало, резко изменили планы на вечер. О еде она вспомнила только сейчас, когда в животе ощутимо заурчало.

— Оу... — он приподнялся, задумавшись, а потом его глаза загорелись. — У меня есть идея! Подожди меня, хорошо? Мне всё равно надо переодеться.

Не дожидаясь ответа, он резко вскочил и выбежал из комнаты. Дверь с глухим стуком закрылась за ним.

Оставшись одна, Мей прижала ладони к лицу. Волна осознания захлестнула её с головой. Всё, что они только что сделали... здесь, в этой комнате... в стенах Синей тюрьмы. Сердце снова забилось быстро, но теперь от беспокойства. Казалось, сейчас из угла покажется Эго с его вечным презрительным взглядом.

Она резко выдохнула и мотнула головой, стараясь прогнать видение. Чтобы хоть как-то отвлечься, переоделась в пижаму — мягкие хлопковые шорты и футболку. Она провела рукой по волосам, подошла к зеркалу, бросила мимолётный взгляд на своё отражение — растрёпанная, раскрасневшаяся, с блестящими глазами. На коже до сих пор чувствовались его прикосновения.

— У тебя же есть электрический чайник? — донёсся голос Бачиры из-за двери. Он вернулся, с торжественным видом держа в руках две коробочки.

— Есть. Это лапша? — она удивлённо подняла бровь, оглядывая его с ног до головы.

Он тоже переоделся — на нём была простая синяя футболка с чуть растянутым воротом и тёмные спортивные штаны. Волосы растрепались сильнее, чем обычно, и, скорее всего, виной тому были её руки.

— Ага. Вообще-то она здесь под запретом, но когда я лежал с травмой, кто-то принес мне пару упаковок. Ты какой вкус хочешь: с карри или морепродуктами?

— Если её есть нельзя, то мы не будем нарушать правила.

— Мей, ты серьёзно? — он приподнял бровь, удивленный нелепостью её слов. — А то, что мы делали минут пятнадцать назад, по-твоему, не нарушает правила?

Она фыркнула, закатывая глаза.

— Ладно. Давай сюда свою лапшу. Я буду с карри.

Он довольно кивнул и пошёл включать чайник. Через несколько минут еда была готова. Они сели рядом на полу, прислонившись к кровати, размешивая лапшу в коробочках и давая соусу как следует её пропитать.

— Вкусно... японское карри совсем не похоже на индийское, — заметила Мей, обдувая лапшу.

— На знаю, я только такое и ел. Кстати, дай попробовать!

— Ешь своё, — фыркнула она, отодвигая коробочку подальше.

— Ну-у, пожалуйста...

— Ладно уж. Ты всё равно не отстанешь.

Мей уже собиралась протянуть ему коробку, но он только раскрыл рот.

— Ты издеваешься?

Он молча покачал головой, с самым невинным выражением лица.

— Точно издеваешься, — выдохнула она, но ловко подцепила палочками немного лапши. Осторожно поднесла ко рту Бачиры, наблюдая, как он довольно улыбается и принимает угощение.

В Испании она ела подобное всего пару раз. Лапша быстрого приготовления не пользовалась популярностью, и выбор скудный. Но эта оказалась удивительно сытной, и после ужина они развалились на кровати, болтая о всякой ерунде.

— Кстати, ты уже думал насчёт стратегии на матч с Англией?

— Не-а, — он потянулся, сложив руки под голову. — Просто разнесу их, делов-то.

— Так и знала, — хмыкнула Мей. Она протянула руку к прикроватной тумбочке, выудила тетрадь и открыла на нужной странице. — Мне уже несколько раз довелось поиграть с Чигири, Наги и Рео, так что я хорошо их изучила. Есть пара идей.

Она перелистывала страницы, на которых были зарисованы расстановки, стрелки движения игроков, краткие заметки с сильными сторонами и слабыми местами противников. На удивление, Бачира её внимательно слушал.

— Слушай, а когда ты всё это успела? Тут страниц двадцать.

— Я плохо сплю в последнее время, — она пожала плечами, не отрывая взгляда от тетради. — Ночью делать особо нечего.

— Кошмары?

— Типа того.

Он притих на секунду, потом улыбнулся.

— Хочешь, я сделаю так, что сегодня ночью тебе не приснится ни один кошмар?

— И как же ты это сделаешь? — она с сомнением покачала головой.

— Прочитаю специальное заклинание от кошмаров, — он приподнял бровь с самым серьёзным видом. Мей засмеялась. — Чего смешного? Мама всегда так делала. Проверим?

— Хорошо, — Мей улыбалась, ни на секунду не веря, что это сработает.

Но вместо торжественного заклинания он вдруг притянул её к себе, устраивая поудобнее среди подушек. Его руки мягко обвили её талию, оставив между их лицами расстояние в несколько сантиметров. Настолько близко, что она могла различить каждый светлый волосок в его челке и заметить, как в полумраке блестели его глаза.

— Ты чего? — растерянно спросила Мей.

— А как иначе? — дыхание коснулось её губ, и она заставила себя опустить глаза, осознав, что снова хочет его поцеловать. Это могло пересечь границы. Правда, какие именно она сама не знала. — Заклинание требует физического контакта. Буду обнимать, пока не заснёшь.

— Скорее ты заснёшь.

— Не-а, — он упрямо уткнулся носом в её волосы. — Обещаю, потом я сразу уйду.

Мей всё ещё сомневалась в разумности этого действия, но его тёплые объятия действовали на неё слишком сильно. Даже если ничего не получится — она просто хотела побыть с ним ещё чуть-чуть.

— Вынимай наушники. Ты же без них спишь?

— Но я тогда тебя не пойму.

— Тебе и не нужно понимать. Просто расслабься и доверься мне.

Она послушно сняла наушники, закрыла глаза. Её дыхание замедлилось, а он начал тихо шептать. Японский язык звучал обволакивающее в сочетании с его плавной манерой речи.

Она не понимала слов, но голос убаюкивал, словно заклинание действительно существовало. Звуки сливались с её дыханием, с теплом его тела. Он держал её за руку, кончик носа коснулся её лба.

И незаметно для себя она провалилась в сон.