Трудности перевода

Бачира не соврал: Мей действительно выспалась. Правда, она никак не ожидала, что провалится в сон до самого обеда. Голова всё ещё была ватной от сна, когда она наспех натянула форму, наскоро умывшись холодной водой, чтобы хоть немного прийти в себя.

В столовой обеденное время подходило к концу. Людей немного; за пустеющими столиками шум тарелок сменился обрывками разговоров.

— Утречко, Мей-чан, — окликнул её Бачира с лёгкой улыбкой стоило ей оказаться в поле его зрения.

Она не успела даже открыть рот, как в разговор вмешался Даниэль, перегнувшись через стол.

— Наконец-то! Я уже начал беспокоиться. Живот ещё болит?

— Живот?.. — Мей замерла, напрягая память. Понадобилось несколько секунд, чтобы вспомнить, что именно она вчера напридумывала. — А, нет, всё хорошо.

— Мей-чан, ты заболела? — Бачира приподнял брови.

— Ей вчера так плохо стало, что она даже с нами не пошла, — Даниэль важно кивнул. — Я, между прочим, с утра хотел врача звать.

— Кошмар, — протянул Бачира и перевёл взгляд на неё. Его глаза блеснули, и он чуть прищурился, спрашивал без слов: я хорошо подыгрываю? Она едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. Если с футболом не сложится, то в кино его точно возьмут. — Сейчас тебе лучше?

— Да, — коротко ответила она и посмотрела на Даниэля. — Лавиньо что-нибудь говорил?

— Он освободил тебя на сегодня от тренировок. Так что можешь возвращаться в кровать. Повезло же.

Хоть что-то полезное в этой маленькой лжи. Слегка расслабившись, она направилась к раздаче, раздумывая, что съесть.

— Мей-чан, — негромко позвал Бачира, поравнявшись с ней. — Ты ведь так и не ответила на мои вопросы вчера. Сразу полезла цело...

Она резко повернулась и закрыла ему рот ладонью.

— Ты что, совсем уже? — прошипела Мей, быстро оглядываясь по сторонам. Кто-то за столом рядом громко засмеялся, и она инстинктивно сжала пальцы чуть сильнее. — Это не лучшее место, чтобы об этом говорить. И вообще... не надо подходить ко мне.

Бачира лишь моргнул, не пытаясь вырваться. Когда она, с явным раздражением, убрала руку, он упрямо сказал:

— Но я хочу знать ответ.

— Уходи, — сказала она спокойно, не глядя на него.

Он постоял секунду, потом развернулся и медленно пошёл прочь. И когда уже был в нескольких шагах, она, будто против воли, произнесла:

— Мой ответ — да, — он обернулся, встретившись с ней взглядом. — На все твои вопросы. Доволен?

Едва заметная улыбка на губах. Не та широкая, с которой он обычно смеётся или подкалывает её — другая, намного мягче. Он отвернулся на секунду, но тут же снова посмотрел ей прямо в глаза. Он опустил взгляд, провёл рукой по волосам, сбив чёлку, и быстро поправил её обратно.

— Разве вчера тебе было непонятно? — она не хотела вспоминать, что вчера наговорила под влиянием... Момента? Желания? Она точно не знала, что заставило её вчера произносить все эти слова, глядя в его затуманенные глаза.

— Не люблю загадки, — он развел руками, собираясь еще что-то добавить, но голос Отои отвлек их от продолжения разговора.

— Вот ты где! — он стремительно подлетел к нему и повис на его плечах. — Нам уже пора, потом поболтаете, окей? Тренировки не ждут.

Бачира на секунду задержал взгляд на Мей, прежде чем уйти следом. Взяв поднос с едой, она обвела взглядом почти пустой зал и направилась к свободному столику у одинокого фикуса в углу, который хоть как-то украшал однообразный интерьер Синей Тюрьмы. Она не знала, чем себя занять в незапланированный выходной: за время нахождения здесь привыкла, что каждый день расписан. Но её мысли прервала вибрация телефона. Экран мигнул новым сообщением:

Зайду вечером.

Она вздохнула и сделала глоток апельсинового сока. Затем быстро набрала:

Не надо.

Но прекрасно понимала: он все равно придёт. Конечно же, Бачира всегда делал по-своему.

Ровно в восемь он завалился к ней в комнату в мятой футболке, с взъерошенными волосами и сияющей улыбкой. С порога начал сыпать новостями: кто как облажался на тренировке, кто случайно пробил мячом по голове, а сам умудрился ударить по мячу так, что тот лопнул.

Сначала Мей слушала его вполуха, но вдруг поймала себя на том, что не хочет, чтобы он замолчал. И что ей действительно... интересно. Она смотрела, как у него чуть подрагивают ресницы, как губы изгибаются в улыбке, и — неожиданно — улыбалась в ответ.

— Я очень устал сегодня, — пробормотал он, с облегчением плюхаясь на пол и опираясь спиной о край кровати.

— Тогда почему ты здесь, а не в своей комнате? — Мей выгнула бровь. — Заблудился по пути?

Он усмехнулся, привычно не приняв её упрёк близко к сердцу. Затем, не меняя положения, широко расставил ноги и похлопал по полу между ними:

— Садись.

Мей отрицательно мотнула головой, тёмные пряди скользнули по щекам.

— Ты слишком много времени проводишь у меня.

— Но тебе ведь это нравится, — с хитрой ухмылкой протянул он, чуть наклонив голову набок.

Она вскинула брови, рот приоткрылся. Не столько от возмущения, сколько от того, что понимала: он ведь действительно прав. Мей молча сжала губы и отвернулась, чтобы не выдать улыбку, рвущуюся наружу, но, когда снова посмотрела на него, увидела, что он выставил вперёд кулак.

— Сыграем в камень-ножницы-бумагу?

— Ладно, — прищурилась она. — Но если я выиграю, ты уйдёшь.

Раз, два, три — бумага против камня.

— Я победила. Теперь ты должен...

Но закончить она не успела: Бачира потянул её за запястье, и в следующее мгновение она уже сидела между его ног, чувствуя его колени по обе стороны от своих бедер, а руки — крепко сомкнувшиеся у неё на талии.

— Не помню, чтобы что-то обещал, — спиной она ощутила, как он прижался к ней грудью, подбородок лег ей на плечо.

— Бачира, — к щекам начал приливать жар, поэтому она была рада, что он хотя бы не видит её лица. Его дыхание касалось шеи, пальцы лениво переплетались на животе.

— Мне очень нравится, как ты пахнешь, — произнес он ей на ухо. — Помнишь наш первый совместный матч? Мне тогда показался твой запах каким-то слишком девчачьим.

— Помню, — ответила она, прокручивая воспоминания о том дне. — Ты меня раздражал.

Он рассмеялся и уткнулся носом в её волосы, шумно вдохнув.

— А сейчас?

Она чуть повернула голову. Их взгляды встретились — близко, слишком близко. Пора бы к этому привыкнуть, но у неё никак не получалось. Каждый раз это вызывало маленькое землетрясение внутри.

— Ты сам знаешь, — голос прозвучал тихо. Мей догадывалась, что он хотел получить совершенно другой ответ. — Отпусти.

— Мне нравится обнимать тебя, — он не сдвинулся с места, напротив, чуть крепче обвил руками. — Давай ещё десять минут так посидим? Мы тут только вдвоем. Значит, никаких проблем.

— Я поставлю таймер, — сдалась она, доставая телефон.

Он устроился поудобнее, положив голову ей на плечо. Мей сидела, почти не дыша. От него исходило тепло: спокойное, уютное, пугающее своей естественностью. Её сердце билось быстро, но она не чувствовала тревоги.

Она чувствовала себя... любимой.

В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь дыханием. За дверью едва слышно раздавались шаги: кто-то проходил по коридору, переговаривался. Но здесь, в полутьме остался только он. Только они.

Мей прикрыла глаза, отгоняя назойливые мысли. Это просто Бачира. Он всегда такой. Ему просто нравится обниматься. И не только с ней.

Таймер должен прозвенеть через пару минут. Но раньше, чем успел, хватка Бачиры ослабла. Мей чуть повернула голову и поняла, что он уснул. Удивительно, как он вообще смог в такой позе, но, наверное, это всё из-за новой программы тренировок. Её недавно ужесточили. Он вымотался.

И всё равно нашёл время, чтобы прийти к ней.

Снова что-то болезненно сжалось внутри. Непривычное, уязвимое ощущение.

Она отключила таймер и позволила ему поспать ещё немного. Минуты спустя он медленно открыл глаза:

— Я спал? — хриплым голосом сказал он, зевнув.

— Я же говорила, что тебе нужно идти к себе. Ты уже сидя засыпаешь.

— Пойдём вместе.

— К тебе?

— Да. Поспим вместе. Думаю, ребята не будут против.

Он рассмеялся, увидев, как вытянулось её лицо.

— Я пошутил.

— Несмешно.

— Думаешь, при них я бы сделал вот так? — его ладонь легла ей на щёку, и он медленно подался вперед, прикасаясь губами к её.

Мей замерла. В животе всё сжалось в тугой узел. Он отстранился на миг — заглянул ей в глаза, будто спрашивал разрешения — и снова поцеловал. Она чувствовала его дыхание, тепло его пальцев, линию его губ. Каждую мелочь. И то, как в ней вспыхнуло это тревожное, горячее чувство, совсем не новое, но неизменно сильное.

Растущая опасность привязанности, которую она пыталась игнорировать. Бесполезно.

Отстранившись, он прошелся глазами по ее лицу.

— Ты прямо как помидор, — в его радужке промелькнул довольный огонек. — Теперь могу идти спать с чувством выполненного долга.

Это её моментально взбесило. Он всегда замечал её смущение — и не только. От этого она чувствовала себя уязвимой, но всё внутри сопротивлялось этому. Она вскочила с места, освободившись от его рук, и быстрым шагом направилась к двери, собираясь выставить его вон. Но стоило открыть, как на пороге возник Лавиньо.

— О, я как раз за тобой.

Мей тут же выскользнула в коридор, плотно прикрыв за собой дверь, и прижалась к ней спиной.

— Что-то случилось?

— Ничего, просто... — Она сильнее вжалась в твердую поверхность, услышав за ней движение. Бачира, похоже, собирался выйти. Поймав вопросительный взгляд тренера, Мей торопливо добавила: — У меня дверь иногда барахлит.

Он недоверчиво приподнял бровь, но все же продолжил:

— Надо, чтобы ты заполнила анкету для Анри.

— Хорошо. Сейчас?

Лавиньо кивнул.

— Эм... мне надо взять телефон. Я догоню.

— Окей, подожду.

— Нет! — слишком резко сказала она. — То есть... его долго искать. Я закинула его куда-то. Не стоит меня ждать.

— Ладно, — он на секунду задумался, всматриваясь в неё. — Слушай, у тебя всё нормально? Ты немного странная последнее время.

— Всё хорошо. Просто... скучаю по дому. Усталость накатилась.

Либо её ответ показался ему правдоподобным, либо он просто не захотел лезть с вопросами.

— Через пятнадцать минут жду тебя в кабинете, — сказал он и ушёл, скрывшись за поворотом.

Мей выдохнула и приоткрыла дверь, строго шепнув в образовавшуюся щель:

— Выйдешь через десять минут. И попробуй только кому-нибудь попасться.

— Так точно, Мей-чан.

Закрыв дверь, она сосчитала до пяти, а потом направилась в сторону кабинета. Но не успела отойти и на несколько шагов, как Бачира вышел следом. Встретив её хмурый взгляд, он беззаботно протянул:

— Ты же не думала, что я стану тебя во всём слушаться?

Мей закатила глаза и покачала головой.

— Мне интересно. Пойду с тобой.

— Не пойдёшь, — она остановилась и развернулась к нему. В его глазах промелькнула едва уловимая тень. Разочарование? Может, она снова была слишком строга с ним? — Не думай, что мне неприятна твоя компания, Бачира, — он шумно выдохнул, подняв воздухом челку. — Тебе правда нужно отдохнуть. Даже твоей энергии не хватит, если ты каждый день будешь засыпаешь под утро.

Она подошла к нему ближе, оглядываясь по сторонам.

— Я... я беспокоюсь о тебе. Недавно, слышала, что кого-то выгнали из-за плохих результатов. Не хочу, чтобы это случилось с тобой.

Мей посмотрела на него выжидающе, и тот улыбнулся.

— Убедила, — с лёгкой усмешкой кивнул он.

Они разошлись. Каждый направился в свою сторону.

В просторном кабинете она взяла стопку анкет. В них просили оценить спортивную подготовку, командные качества, сильные и слабые стороны игроков. Сложнее всего было с Айку и Тэцу — они реже всех участвовали в матчах, а когда выходили на поле, почти не выделялись.

— Так, что это ты у нас написала? — Лавиньо без предупреждения выхватил у неё бумаги, едва она успела подойти к столу.

— Разве это не строго конфиденциально? — фыркнула она, попытавшись вернуть листы.

— Вообще-то да, — с улыбкой согласился он, делая шаг назад. — Но мне же любопытно. Что ты там про Бачиру написала? Вдруг придётся отправить тебя переписать.

Он пробежал глазами по строкам и удивлённо присвистнул.

— Ого. Ни одного нуля. Более того... — он медленно поднял взгляд. — Ты его выше всех оценила.

Мей неловко кашлянула, пытаясь скрыть легкое смущение. Может, она и правда ему кое-где завысила. Особенно там, где просили оценить знание английского. Поставила два из пяти, хотя если быть предельно честной, следовало бы единицу.

— Старалась быть объективной.

***

Ноги у Бачиры всё ещё потряхивало. Тренировка закончилась больше часа назад, душ он принял сразу, но напряжение из мышц так и не ушло. После ужина он шёл по коридору вместе с Исаги, обсуждая завтрашний полуфинал.

— Предлагаю пересмотреть прошлый матч Франции, возможно, мы что-то новое заметим в том голе Рина, — предложил Исаги.

— Опять? — устало протянул Бачира, качая головой. У него сейчас было только одно желание: добраться до кровати и провалиться в сон. — Я уже поминутно запомнил каждое движение Рин-чана. Даже глаза его в тот момент.

Исаги задумчиво почесал подбородок.

— Ладно, но заглянем в учебный зал? Хочу взять книгу по стратегии.

Они поднялись на этаж выше.

— Какая это уже по счёту? — усмехнулся Бачира, толкая дверь и заходя внутрь в самое странное место в Синей Тюрьме, по его мнению.

— Пятая. Но на этот раз я возьму на английском, — Исаги шагнул внутрь, сразу устремившись к стеллажам.

После экзамена народу здесь стало заметно меньше. Сам Бачира заглядывал сюда разве что из-за Йоичи. Возможно, если бы полки были заставлены мангой, а не заумными книжками, сюда и правда заходили бы чаще. Он медленно огляделся, скользя взглядом по редким посетителям. На пятом человеке он остановился, и в его взгляде сразу вспыхнуло живое удивление, сменившееся почти детской радостью.

Мей сидела за дальним столом, смотрела в телефон. Свет экрана освещал её сосредоточенное лицо. Кофта чуть сползла с её плеча, и даже с расстояния он заметил, как на коже мелькнули две родинки — крошечные, словно след от укуса кошачьих клыков. Он сразу вспомнил тот вечер в онсене, когда впервые их увидел. Теперь ему захотелось оставить рядом ещё одну отметину — уже от себя.

— Бачира, ты вообще слушаешь, что я тебе говорю?

— А? Что?.. — Мегуру моргнул, растерянно посмотрев на Исаги, у которого уже в руках была целая стопка книг. Он даже не заметил, как тот успел их набрать.

— И куда ты... А, понятно, — с хитрой ухмылкой произнёс он, уловив направление его взгляда. — Знаешь, я вспомнил, что мне к Наги нужно зайти.

— Да ладно? — притворно удивился Бачира.

— Да-да, а ты останься тут, почитай что-нибудь. Завтра же матч, — Исаги всучил ему книгу. — Тут отлично описана тактика великих футболистов. На английском, конечно... Но я знаю, кто может помочь с переводом, — он чуть кивнул в сторону Мей и подмигнул. — Удачи.

Он ушёл, и Бачира не смог сдержать улыбку. Да, ему определенно повезло с лучшим другом.

Подойдя к Мей, он положил ладони ей на плечи. Девушка вздрогнула и резко выпрямилась.

— Напугал? — спросил он с лёгкой усмешкой, и, не удержавшись, провел пальцем по двум родинкам, прежде чем убрать руки.

— Да, — выдохнула она. — Зачем ты постоянно подкрадываешься?

— Влияние Отои, — хмыкнул он, усаживаясь рядом.

— Теория и методика футбола? — Мей склонила голову, глядя на обложку книги. — Похвально... Но ты уверен, что хоть слово поймёшь?

— Именно поэтому я сел рядом с тобой.

Мей хотела что-то ответить, но лишь кивнула и вернулась к своим записям. Бачира мельком взглянул на неё: уголки губ чуть поджаты, брови нахмурены. Она была полностью сосредоточена, и ему не хотелось её отвлекать.

Он раскрыл книгу, листая первые страницы: сплошной текст мелким шрифтом. Ни одной картинки. Мегуру тут же перелистнул дальше, пока не наткнулся на схемы. С ними было проще, но пояснения он понимал с трудом. Глаза начинали слипаться.

Он отложил раскрытую книгу на стол, повернув голову к Мей. Она записывала какие-то формулы, сжимала переносицу, потом резко выдохнула:

— Не могу... — и с усталым стоном уронила голову на стол. — Это слишком сложно.

— Так не мучай себя.

— У тебя всё легко, Бачира. А я не могу все бросить, — пробурчала она в ответ. — У тебя как с математикой в школе было?

— Как и со всеми предметами — одинаково плохо, — рассмеялся он.

— Не удивлена, но жаль. Придётся опять Саэ просить помочь.

— Саэ? — улыбка исчезла с его лица. — А он то, что понимает?

— У него математический склад ума. Думаю, он бы легко поступил в любой технический вуз, если бы не был зациклен на мяче, — она снова уставилась в телефон. — И почему между Японией и Барселоной такая большая разница во времени?..

— А сколько сейчас там?

— Час дня. Он на тренировке, поэтому ответит только вечером. К этому моменту я уже забуду, что хотела спросить.

Бачира задумчиво поправил челку, считая разницу. Затем тоже положил голову на стол, повернувшись лицом к ней.

— Получается, когда у тебя будет вечер, у меня уже глубокая ночь?

— Да. Неудобно.

— Меня это не пугает, — он посмотрел в карие глаза. — Я всё равно буду тебе писать. Даже когда ты улетишь.

Она чуть улыбнулась.

— Не хочешь терять такую подругу, как я?

Он задержал дыхание, прежде чем ответить. Его голос, обычно лёгкий, словно играющий с каждым словом, на этот раз прозвучал удивительно серьёзно:

— Просто не хочу терять тебя.

Мей не ответила сразу. Она медленно моргнула, будто обдумывала каждое его слово. Потом почти неслышно прошептала:

— Мегуру...

— Можешь делать так чаще? — Она так редко звала его по имени, что это вызвало резкий прилив тепла в груди и заставило уголки губ дрогнуть. Мей приподняла брови, не сразу улавливая суть. — Звать меня по имени.

— Тебя же все зовут Бачирой.

— Но ты — не все.

На долю секунды в воздухе повисло напряжение. Он чувствовал запах её духов, слышал, как она затаила дыхание. Неужели догадалась? Он всегда был с ней честен, но произнести вслух то, что сжимало грудную клетку — всё ещё не мог. Её ресницы дрогнули, взгляд скользнул по губам.

— Вы что, заснули тут? — строгий голос сотрудника библиотеки заставил их вздрогнуть. — Это не место для отдыха.

Оба резко поднялись. Мей тут же начала собирать вещи.

— Извините, — пробормотала она, заправляя за ухо прядь волос. — Идём? Или ты продолжишь делать вид, что читаешь?

— Я пытался. Правда.

Они вышли из учебного зала под осуждающий взгляд, шаги гулко отдавались по пустому коридору.

— Неудивительно, что ты ничего не понял, но не расстраивайся. Всем тяжело в начале.

— И тебе тоже?

— Конечно, — она замедлила шаг, задумавшись. — Долго стеснялась говорить из-за сильного акцента.

— И как ты справилась?

— Эм... ну... — она на мгновение замялась. — Папа отправил меня учиться в спортивную школу в Лондоне на два года. В языковой среде любой заговорит.

Бачира свистнул, впечатлённый. Он частенько забывал, что Мей из богатой семьи. Точнее из очень богатой.

— Ты там жила одна?

— Конечно. У папы все дела в Испании, он не может надолго покидать страну, — она пожала плечами, но он уловил, как дрогнули её брови. Бачире стало не по себе. Ему было трудно представить, чтобы мама взяла и отправила его одного в другую страну в школьном возрасте.

— Тебе было одиноко? — его пальцы нащупали её ладонь. — Твой отец кажется таким строгим.

— Первое время. Мне было десять лет, поэтому я постоянно плакала и просилась домой, — она чуть склонила голову и, не отпуская его руки, слегка сжала её в ответ. — Но потом я адаптировалась. — Взгляд её скользнул по коридору, и она вдруг будто очнулась, поспешно отняла руку. Он с трудом удержался от того, чтобы не закатить глаза. — Папа не строгий. Просто... требовательный.

— Всё, что я знаю о нём — это то, что из-за него ты делаешь то, чего не хочешь. И... иногда ты грустишь.

— Это не так.

— Даже сейчас, — он посмотрел ей в глаза. — Ты стала грустной.

— Я скучаю по нему, — голос дрогнул. — И поступать в университет я тоже хочу. Он прав, это нужно. И я благодарна ему за то, что он... ну... направляет.

— Точно? — он приподнял бровь, в голосе скользнуло сомнение. — Звучит так, будто он уже всю твою жизнь расписал.

Мей покачала головой.

— Нет. Просто... я мало тебе хорошего о нём рассказывала. Не волнуйся обо мне, Бачи... Мегуру. Это у тебя завтра рейтинговый матч.

Решила сменить тему. Он не стал спорить, раз уж она снова назвала его по имени.

— Я вообще не волнуюсь.

— Твоим нервам можно позавидовать, — усмехнулась она, сворачивая в коридор, ведущий в блок, где располагались спальни японцев. — Что? Я хочу тебя проводить. Не можешь же только ты меня провожать.

Они остановились у двери. Мей уже открыла рот, чтобы попрощаться, как вдруг дверь распахнулась, и из неё высунулась голова Рео.

— Бачира! Ты к нам Ларош привёл? Отлично. — он широко заулыбался, переводя взгляд на неё. — Как раз не хватает одного игрока. Я уже собирался Баро уламывать. Наги с Исаги тоже скоро подойдут.

— Я уже... — начала Мей, но Рео тут же повернулся и крикнул:

— Парни! Недостающего игрок в мафию найден.

— Бачира, скажи им, — взмолилась Мей, глядя на него. Но тот лишь с легкой ухмылкой подтолкнул её внутрь. — Предатель.

Вдоль стен стояли шесть кроватей, а запах... был не таким ужасным, как она ожидала. Пахло мятой. Мей присела на одну из кроватей, ту, на которую ей указал Бачира.

— Будет весело, — он уселся напротив с беззаботной улыбкой, пока парни суетились с картами.

— Не сомневаюсь, — она поёрзала, чувствуя, что сидит на чём-то. Засунув руку под себя, вытащила предмет одежды... и застыла. — Это что... трусы?

Все затихли, а потом повернулись к ней.

— Кто свои труханы подсунул Ларош? — расхохотался Раичи. — Они хоть чистые?

— Чистые, только сегодня из стирки забрал, — Бачира спокойно взял у неё вещь и засунул в тумбочку. — Утром не было времени убрать.

— Ты нашу комнату опозорил, — мрачно произнёс Баро. — Она теперь думает, что тут живут свиньи.

— Да-да, — поддакнул Раичи, поспешно сгребая кучу своих вещей. — Твоя девушка знает, что ты такая чушка?

— Отвали, — фыркнул Бачира, закатив глаза.

— Ты ей ещё не показал всего себя? — ухмыльнулся Раичи, не желая упускать возможность поддразнить. — Что вообще в тебе девчонки находят? Слушай, Ларош... вот ты бы стала встречаться с Бачирой?

Раздался чей-то смешок, но он быстро стих. Все — кроме Баро, который даже не поднял головы — уставились на неё. Атмосфера резко сменилась. Давление вопроса навалилось тяжестью. Рео застыл с картой в руке. Даже Чигири оторвался от своих волос.

— Я не собираюсь отвечать на такой идиотский вопрос, — наконец сказала она.

Раичи цокнул языком, но тут неожиданно вмешался Чигири. Он положил ладонь на плечо Бачиры и лениво бросил:

— Тебе что, не нравится наш Бачира? — он поднял на неё спокойный, но внимательный взгляд. — Тебя же гипотетически спрашивают.

Мей моргнула, сбитая с толку. От него она не ожидала услышать подобное.

— Даже так я не собираюсь отвечать.

— Почему? — влез Рео, усаживаясь рядом, его колено коснулось её. — Просто «да» или «нет».

Казалось, их загнали в капкан: Бачира держал Чигири, а её — Рео. Мей не знала, куда себя деть, и Бачира даже не думал ей помогать. Он просто сидел напротив, внимательно глядя на неё, как будто... действительно хотел услышать ответ.

— Нет, не стала бы.

Разве она могла сказать иначе? Пусть он ей нравится — тысячи километров никуда не денутся, не говоря уже о других сложностях. Даже в мыслях она не позволяла себе представить Бачиру в роли своего парня. Пару раз ей хотелось спросить, думал ли он когда-нибудь о ней... о них так.

— Почему? Он не в твоем вкусе? — Чигири скрестил руки на груди, приподняв бровь.

И тут Бачира встал. Не сказав ни слова, он протянул к ней руку и, не дожидаясь, пока она сообразит, крепко взял её за ладонь, заставляя встать. Мей удивлённо подняла на него глаза. Он почти бегом вывел её из комнаты. Кто-то что-то крикнул им вслед, но он даже не оглянулся.

Дверь за ними захлопнулась с глухим щелчком, и они оказались в коридоре, освещенном тусклым жёлтым светом. Воздух был прохладнее, чем в комнате, и Мей глубоко вдохнула, как будто всё это время ей не хватало воздуха.

— Спасибо, — сказала она, отпуская его руку. — Мне было... не по себе.

— Не знаю, что на них нашло, — пробормотал он, почесав затылок.

Мей кивнула, но взгляд её остался прикован к полу.

— Эм, ну... я пойду. Отдохни перед матчем, ладно?

Она сделала шаг назад, но Бачира едва заметно подался вперёд, будто хотел что-то сказать. Мей прикусила губу. Всё казалось нелепым: и вопрос Раичи, и то, как на неё уставились, и её ответ.

Они стояли молча. Несколько секунд. Может, дольше. И хотя между ними не было ни прикосновений, ни слов — ощущение, что происходит что-то важное, не отпускало. Как будто невидимая нить натянулась между ними. Тонкая и хрупкая.

— Спокойной ночи, — сказала она, развернувшись.

— ...Спокойной, — прозвучало за спиной, почти шёпотом.

Ни один из них так и не осмелился сказать вслух то, что хотел.