Невеста Дракона

 - Какое же оно яркое. Осень же, почему солнце так светит? – разлепляя глаза и снова их закрыв, пробубнил царевич.

-Потому что, Ваше благородие, уже петухи пропели и завтрак прошёл. Ваш батюшка не сильно обрадовался, когда вы не явились на кушанье утром- пролепетала Казимира, туда – сюда хлопотая по комнате, убирая то подушки, сброшенные на пол, то стягивая с Ивана одеяло, который натягивал на себя обратно, да бы скрыться от яркого лучистого солнышка.

Казимира являлась для Вани и его сестрёнки нянечкой. Хоть они и выросли, однако она до сей поры будет по утрам, следит, чтобы прислуга тщательно убирала в их комнатах, смотрела за чистым внешним видом, чтобы не единой складочки на рубашках не было. А также контролировала учебный процесс, для того чтобы эти обалдуи не вертелись по сторонам, а сконцентрировались на словах учёных людей, которых их батюшка приглашал издалека.

Казимира любима детьми, и в ответ любовь эта также проявлялась. Только вот с характером её ни один мужик ещё не справился. Даже сам царь – государь слегонца её побаивался, хоть и не подавал виду. Она является тёткой сварливой и за словом в карман явно не полезет, ей этого и не надобно. Однако об Иванушке и Забавушке она пеклась, как за своих родных детях. Нянечка всегда поддерживала Забаву, когда у той что – то не получалось с домашними делами. Сначала конечно пеняла, а после садилась вместе с ней и начинала заново учить поучать. Она никогда не критиковала Ивана за его детские ошибки или за очередную ссору с его отцом, лишь ласково смотрела и предлагала прочитать сказки или же рассказать, какую нибудь народную небылицу. Именно благодаря ней, Иван так полюбил читать.

Казимира представала дамой пышных форм, её круглолицая голова делалась ещё более таковой, как у колобка, когда та одевала косынку на длинные каштанового цвета волосы, заплетённые в одну косу. Зато, какие румяные щёки у неё были, как у самого спелого красного яблочка, когда приносила пирожки прямо с пылу с жару. Нянечка всегда пахла едой, поскольку постольку постоянно сплетничала с поварихами на куте*.

Ваня и Забава до сих пор любят свою ненаглядную сварливую нянечку, хоть и прошло уже столько лет. За такое долгое время она стала ещё одной неофициальной частичкой семьи.

Казимира вытряхнула царевича с кровати, и тот упал на пол с продолжительным мычанием, потому что после вчерашних « девичьих» посиделок, головушка у него явно побаливала. Волк оказался прав, похмелье наступило именно у Ивана, а не у него самого. Тот, поди, семнадцатый сажень** добегает, из-за чего царевичу становится ещё досаднее.

Однако он не только любил Казимиру за то, что та является их с Забавой нянечкой, но и за то, что она настоящий человечище. Рядом с его кроватью стоял стул, на котором стоял по-настоящему волшебный напиток, который исцеляет не только его голову, но ещё и душу. Никакая тварь не встанет на пути перед таким блаженством.

Иван поднялся на локтях и дотянулся до большой деревянной кружки с «кровавым глазом». Так назывался томатно – яичный напиток от хмелюшки. Редкая и противная дрянь, но царевичу это всегда помогало. Он вылил в себя склизкую жидкость залпом, и от противной жидкости больной наш чуть не помер на месте от задыхающегося кашля.

- Да уж, ваше благородие, на вас взглянуть страшно. Правильно в народе говорят «пьянка - величает, а похмелье – огорчает». Что же вы, такой молодой, и так упились барин?- осуждающе проворчала Казимира, пока заправляла кровать, и чистую одежду Ване искала.

Она велела прислуге заполнить большую бочку для мытья подогретой водой. Когда вода для омовения уже приготовилась, Иван вежливо попросил всех удалиться, сказав при этом, что сделает всё самостоятельно, ведь он уже большой мальчик. Казимира только глаза закатила на такое заявление, а молодые барышни, которые приготовили Ване бочку, задорно захихикали, прикрывая при этом улыбки ладошками. Иван засмущался, его круглые щёчки порозовели, также как и шея сзади. Он покраснел, как свежесваренный рачок.

В итоге, он всё-таки спровадил их за дверь, и залез в горячую расслабляющую воду. У Ивана от такого блаженства волосы встали дыбом, а по коже побежали волны приятных мурашек. Окунувшись в воду с головой, царевич задержал дыхание. Он любил так делать. Сидеть в бочке с задержанным дыханием, чувствовать как под рёбрами, в горле бьётся размерено сердце. Его это всегда успокаивало.

Вынув голову, вихристые светлые волосы приняли гладкую текстуру русого цвета. Ваня потянулся к мылу. Оно пахло восхитительным пихтовым ароматом. Мыло просто чудесное. Царевич любил данный запах. Благовонье напоминало ему летний знойный день в лесу, среди хвойных высоких деревьев, в котором становится так спокойно на душе.

После купания, Иван надел чистую, вкусно пахнущую разглаженную одежду. На нём красовалась новая рубаха травянисто – изумрудного цвета с вышивкой из желтых и коричневых нитей. На рубахе проглядывались растительные цветочные орнаменты. Повязав её красным льняным поясом. На низ он надел полосатые в вертикальную полосочку тёмно зелёно- чёрные штаны, порты. На ногах красовались его излюбленные красные сапоги.

Царевич взглянул в зеркало и решил причесать свою золотую копну простым неизощренным гребешком, который был сделан и подарен Забавой, когда ему исполнилось тринадцать, под предлогом, что тот походил на облезлую псину. Что одновременно и рассердило, и позабавило Ивана.

                                                                                   ***

Поскольку царевич пропустил завтрак вместе с семьёй, он решил поесть на кухне в кругу царских поварих и поваров, а также с некоторыми из прислуги, которые не успели впитать пищи с утра.

Иван знал, что его отец не любит, когда царский сын проводит своё свободное время с людьми ниже его самого по статусу, считая их своими «приятелями». Владимир считал, что сын должен вести так, как будто он выше простолюдинов, хоть так и есть. Однако сам Иван не считал себя высокомерным царским отпрыском. Он мыслил, что царь должен быть равен с народом, для того чтобы лучше его понимать. И царевич знал, что и царь Владимир отчасти прав.

Спустившись на кухню, он знал, что Казимира позаботится к его приходу, еда уже стояла на столе. На столе, за которым завтракала, обедала и ужинала царская прислуга, стояла ячменная каша с чаем и гречишным мёдом на десерт.

Положив первую ложку на язык, царевич едва ли замычал от наслаждения. Он прочувствовал все краски, теперь уже прекраснейшего дня. Теперь не только голова не болела, но и желудок сделался счастливее и благодарнее, как лиса вылизавшая миску сметаны.

Во времени, когда царевич вылакал всё содержимое из тарелки, а молодые служанки, скрыто хихикали в сторонке, к Ивану с посланием от Царя подошел посыльный. Он передал слова Владимира для царевича, чтобы тот ступал в тронный зал на разговор с родителем.

Не успел Иван порадоваться осеннему пейзажу за окном и просто дню, как судьба снова подносит какие-то испытания. Парень надеялся только на то, что сегодня его батюшка в хорошем расположении духа. Именно с такими рассуждениями, он попытался выйти из за стола, при этом не пошатнувшись, хоть и прошла головная боль, но тяжесть в теле до сих пор ощущается.

Следуя за послом, Иван думал, о чём же желал поговорить его отец. Иван заметил, что Владимир ещё вчера, после ужина хотел с ним пообщаться, но видимо из-за усталости и Ваниного измученного лица решил отложить разговор до сегодняшнего дня. «О чём же он все-таки хотел поговорить?». Не давал покоя застывший вопрос в мальчишеской головушке. После, внутри черепной коробушки ангелочка, потекли множество ручейков вопросов, которые впоследствии превратились в большую, волнующуюся реку вопросов, бившиеся об острые камни, в виде туканья в голове.

По всей видимости, царевич, ещё не отошёл от пьянки с его товарищем. Как же его бесило, что Волк всегда бодренький и активный после их совместных попоек, на следующее утро, в то время как сам царевич всегда страдает головной болью.

Дойдя до больших массивных дверей, которые ведут в тронный зал, посыльный отошёл в стороны и сделал жест, приглашающий его войти. Молодой парень стоял перед дверью какое-то время, всё ещё погружённый в свои мысли, пока человек, приведший Ваню сюда, характерно не кашлянул в кулак, вырвав оным действием его из пучины раздумий.

Царевич оглянулся на посла, потом на дверь, затем снова на посла и обратно на дверь. Он сделал пару вдохов и выдохов с закрытыми глазами, а затем потянулся к массивной деревянной ручке двери, отворяя оную и широким шагом вошёл внутрь.

                                                                                       ***

Зал являлся довольно светлым и просторным, так что здесь умещались все служащие и придворные чины, во время совещаний, на которых Иван присутствовал только раз. От двери до конца тронного места, под ногами расстилалась широкая, рубинового цвета дорожка с золотыми обрамлениями на концах виде бохрамы. Также по левую сторону от Ивана находилось пять высоких окон в готическом стиле с витражными росписями. И конечно, как же без самого объекта, от которого исходило само название тронного зала.

Сам по себе это был простой крупный стул с изысканной резьбой и обделанный парочками драгоценными алыми и изумрудными камушками. «Ни чего не обычного» - подумалось царевичу.

Ваня нашёл Владимира, стоящего около окна, находящегося по – середине. Царь стоял с прямой спиной к сыну, с заложенными за ней руками. Голову он приподнял горделиво вверх, направив взгляд при этом вдаль, из-за вида сбоку его борода казалась ещё длиннее и кучерявее. Владимир стоял, как и полагается государю его государства, будто вот-вот начнёт объявлять какие-нибудь новости, своему преданному, трудящему народу.

Царевич решил подойти к месту, где стоял его отец. Он взглянул на него, покорно ждущий, когда начнётся беседа межу отцом и сыном. Долго ждать Владимира не пришлось. Мужчина вздохнул кислорода, через нос и медленно выпустил струйку воздуха через рот. Благодаря оному действию, это помогло расслабится царю. Его плечи немного отпустились, а спина буквально на несколько сантиметров сгорбилась.

- Сроки. Совсем скоро уже подойдут, Ваня.

- Да...Я знаю.- Владимир повернулся к сыну, так, что их взгляды встретились. Пауза затянулась. Царь продолжительное время о чём-то думал. По лицу пробежалось выражение, будто он до конца в себя в чём-то убеждает. После затяжной заминки, Владимир снова сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, только теперь через рот в обоих действиях.

-Поскольку у нас подходит время к тому самому дню, а если быть точнее дню Равноденствия, то нужно исполнять план уже прямо сейчас.- Иван не понял.

- Какой план?

- Твой план, потому что у меня в голову ничего путного не лезет. Всё, что я придумал, так сразу же отпадает, поскольку из всех вариантов, что пришли мне в голову, последствия имеет критический характер. Ты понимаешь, о чем я?

-Мой?!- ошарашено переспросил царевич.

-Да.

- То есть мой, мой? Вот прям полностью МОЙ?!

- Да. Да. Да.

- Ага...значит мой- замедленно произнес парень, отпустивший голову, при этом о чём-то задумываясь.

- Ваня!

- А?- прикрик отца отрезвил Ивана- а, да мой. Но,но,но...

-Почему твой?

-Да!

-Потому что, я не бессердечный, Ваня. Я боюсь и тревожусь за всё государство, за его народ, за нашу политику. Однако в первую очередь я страшусь потерять своих детей. Я долго обдумывал твои слова. И нет, я не хочу потерять ещё одну, дорогую моему сердце женщину, как это было однажды. Но, я и не желаю терять сына, своего наследника. Так, что надеюсь твой план сработает...- Иван хотел взвизгнуть от чувства победы, однако царь не дал ему этого сделать, он продолжил доносить свои мысли до сына- Однако перед выполнением миссии, ты должен доказать свою силу, ловкость и смекалку. Догадываешься, как ты будешь это делать?- посмотрел на царевича вопросительным взглядом Владимир.

-Кажется, да...-неуверенно ответил тот, из-за чего в горле появился сухой ком, который, Ивану, больно было сглотнуть.

- Тебе предстоит сразится с одним из лучших воинов. До дня, так сказать, проведения дуэли, ты будешь усердно, до седьмого пота тренироваться с главным старшим гриди. Ты понял?

-Да.

- И вот, что ещё- Ваня поднял голову- ты не будешь сражаться с драконом.- Парень хотел возмутится на такое заявление. Ведь отец сказал ему, что всё будет идти согласно его плану, однако Ивану снова не дали проявить буйные эмоции и царь продолжил.

- Единственное задание, которое ты выполнишь, это будет разведка. Узнаешь место обитания твари крылатой, для чего оно похищает девушек, сильные и слабые стороны.

Одним или двумя словами будешь нашим «подсадным зайцем». Ты разведаешь информацию, после поймаешь какую-либо птицу, если монстр, конечно, не ест их на завтрак. Затем отправишь письмо домой и будешь отвлекать дракона, а в этот момент наши люди соберут провизию и отправятся к тебе на корабле. Надеюсь они успеют и дракон ничего с тобой не сделает- тревожно пробормотал царь Владимир себе под нос, под самый конец собственных слов.

Ване придётся, какое-то время проанализировать план его и отца, и к тому же попереживать за так называемый «экзамен», но сейчас, он считал это вполне разумный замысел. Царевич согласился с отцом и тот отпустил его.

Весь оставшийся день Ваня провёл время в библиотеке. Сегодня он не хотел с кем-либо видится, и даже разговаривать. В приятной уютной атмосфере, Иван попивал обжигающий язык чай, и то выписывал все свои мысли и раздумья на пергаменте, что всегда его успокаивало и помогало собраться, то он читал учёные книги. Всё-таки будущий правитель, образование не помешает набраться.

В конце дня царевич поужинал, не как обычно с семьёй в обеденном зале, а поел прямо в своей комнате. Казимира сама принесла ему тарелку грибной похлёбки и пару кусочков чёрного ржаного хлеба, а на попить свежесваренный компот из яблок. Ваня поблагодарил её и отпустил отдыхать, сказав при этом, что самостоятельно отнесёт грязную посуду на куку. Нянечка в ответ нежно на него посмотрела, пощипала за мягкую румяную щёчку царевича, потрепала по его светлой кучерявой макушки и удалилась, не забыв пожелать сладких снов.

Ваня благополучно поел, отнёс посуду и потушив все свечи в комнате, лёг спать. Стараясь ни о чём не думать.

                                                                                             ***

Как и обещал отец, до дня дуэли, царевичу придется тренироваться со старшим гриди. До дня равноденствия оставалось одна с половиной неделя, а если быть точнее десять дней. За день до равноденствия Ваня должен сдать «экзамен»- битва на мечах. А значит время на тренировки у него остается значительно малое количество. Царевич, конечно и раньше тренировался, но то был его друг, в этот же раз ему придётся напрягать свои физические силы и умственные способности, с начальником Волка. По рассказам его друга, он тот ещё медведь в доспехах, как по силе, так и по характеру.

Чувствовал Иван, что будет ой, как не легко, однако по сравнению, что ждёт его в будущем это ещё цветочки. Поэтому скрипя зубами, царевич выполнял все упражнения, который временный «начальник» ему велел.

В первый день тренировок, во время практика царевич в буквальном смысле падал в грязь. Ваня был счастлив, когда под конец тяжелого дня он мог ополоснуться в бочке с горячей водой, даже не важно мылился царевич мылом или сидел в воде без него, главное что смог смыть всю грязь с листочками и веточками, что сегодня подцепил на земле, во время неудач. После же отправлялся в кровать, которая казалась такой мягкой и уютной, что по завершению дня Иван просто уснул.

В таком темпе проходил день за днём. Волк, смотря на друга, открыто посмеивался в сторонке, пока не заметил старший гриди его бездельничество. Тогда младший гриди переставал смеяться и вместе с Иваном выполнял сложные задания, на что царевич про себя, в душе злобно посмеивался.

За несколько дней до предстоящей битвы, старший гриди дал царевичу настоящий каролингский*** меч, которыми сражались самые отчаянные войны на поле битвы. Раньше Иван тренировался только легким деревянным мечом, хоть он и просил отца дать ему настоящий, на что тот всегда отрицательно отвечал, под предлогом «царевич слишком юн». И как же тогда Ване становиться настоящим мужчиной, если опекал его, как пастух овец. Царевич никогда не понимал двоедушие отца, то слёзы – это не мужское дело, то настоящий меч ему не по плечу.

Однако в этот раз Иван наконец-то получил желаемое, хоть он и не любил тематику войны, рек крови, слёз и боли, он являлся человеком мнения которого дозировалось на теории «мир во всём мире», но ему безумно нравилась эстетика орудия и доспехов. Сидя в библиотеке, парню нравилось смотреть на картинки в книжках, где бравый воитель стоит на бугорке земли в блестящих тяжёлых доспехах, подняв руку с мечом вверх к небу. И он весь сияет и блистает под лучами солнца. Весь такой смелый, горделивый, сильный, и показывающий свой боевой дух солдатам, стоящими позади него – настоящий лидер.

Иван не мог отвести взгляда, смотря на такое зрелище и утирая рот от слюны, рукавом своей рубахи.

Сейчас же он сам является таким рыцарем, но пока не сильно и получалось так по-боевому выглядеть. Когда он ощутил вес железного меча, его повело в сторону, на что друг посмеивался.

- Вань ветра нет, что же тебя так шатает? А, Вань?

-Завались!- огрызнулся тот, Волк начал пуще смеяться до тех пор покуда не получил очередного оплеуха от старшего гриди.

- Завалитесь оба! Лучше помог бы своему будущему царю в упражнениях на мечах. Ему скоро на смерть идти, а ты анекдоты травишь. Живо встать в стойку быка и правостороннего быка!

После старший гриди ходил туда-сюда, читая лекцию о стойке, моментом, подглядывая, как эту задачу выполняет царевич.

Сейчас Иван держался неуверенно в отличии от друга, который высоко и устойчиво держал железный меч над головой, остриё которого направленно на царевича. Волк медленно, ловко и аккуратно делал выпады, на которые Иван старался уклонятся, однако из-за непривычного веса в руках, делалось плохо. После он сам делал выпады, и через какое-то время выполнял их увереннее.

Следующие приёмы давались царевичу точно также. С Волком они занимались до появления первых звёзд, а после разошлись. Итак, прошло ещё три дня. В последнюю ночь, перед испытанием, Иван сильно волновался, до дрожи в руках и тяжёлой отдышки. Придя в палату, он даже не стал ужинать, а сразу искупался в бочке с горячей водой, и упал на кровать с чертовски мягкой периной. Мгновенно уснув.

                                                                                             ***

Ощущал царевич, будто прошло всего пять минут, открыв глаза, за окном уже светало. Пели петухи. Солнышко зашло за горизонт. В комнату, как и обычно секунда в секунду влетела нянечка – Казимира вместе с девушками, которые несли завтрак и тяжёлую железную кольчугу, шлем, защитную одежду под кольчугу, высокие черные, сделанные из кожи сапоги и ножны с длинным мечом.

Ивана даже не удивлял тот факт, что все эти вещи принесли две хрупкие на вид девушки. «Да...женщины в нашем государстве под стать мужчинам. Такие же храбрые и боевые, а в отличие от нас, парней, ещё и хитрые, как лисицы»- подумалось в тот момент царевичу.

У молодого парнишки, от увиденного, моментально проснулся мозг, вспоминая, что буквально через пару часов решится не только его судьба, но и всей семьи, всего государства. От этих мыслей сердце начало отбивать неспокойный ритм, будто ты падаешь с высоты самой высокой горы, после снова поднимаешься на эту гору, и снова падаешь, и так повторяется по несколько кругов. Мурашки бежали по коже, почувствовался холодок, который прошёлся по всему затылку, а взгляд остановился в одной точке, которую Иван, даже не видел.

Смотрел он, прямо перед собой и не слышал, как Казимира звала его по имени пятый раз, пока она его не опомнила подзатыльником по голове.

- Ваня!

- А?

- Я тебя, какой уже раз зову? Угрюмо спросила нянечка.

- Какой? – ответил Ваня вопросом на вопрос.

Казимира на такой ответ только покачала головой. В её взгляде читалась непонятная эмоция, то ли это беспокойство, то ли гордость.

- Я прекрасно понимаю, что ты...как это сказать...заяц.

- Заяц?

- Именно! Сегодня ты станешь мужчиной и проведёшь своё первое сражение...- нянечка присела рядышком с Иваном на кровать- ты боишься, что разочаруешь всех: сестру, друга, меня, людей, но в первую очередь отца.- Иван отпустил взгляд на ладони, ища в них какие –то богатырские силы, которые помогут ему сегодня, однако Казимира продолжила – Ты боишься, что потеряешь сестру точно также, как и свою маменьку.

Но...знаешь, ты самый отчаянный юноша, из всех, что я видела на этом белом свете. Вы, Ваше Высочество буквально рвётесь в бой дабы защитить свою семью, и нет я не только о вашей царской семье говорю, а вообще обо всём царстве- государстве. В тебе есть задатки лидера, Ваня, но сам ты этого, к большому сожалению не замечаешь.

Приостановив свой монолог, Казимира подошла к окну, и всматриваясь в даль она выдала.

- Ваня. Все питают маломальскую надежду на то, что ты сможешь одолеть чудовище заморское. Все в тебя верят. Верят, что ты сможешь наконец-то избавить нас от такого долгого проклятья, хоть и старое поколение уже ни на что не надеется.

- А ты старое поколение?- язвительно пошутил царевич. Казимира улыбнулась глазами, а на лице самое серьёзное выражение, какое она только выдать могла.

- Они потеряли веру. Однако я верю, и сестра твоя верит, и конечно же наш батюшка царь Владимир тоже в тебя верит, правда и не подает виду.

Внутри у царевича всё сжалось. Образовался какой-то странный тугой комок спокойствия и радости в области сердца, а глаза защипали , в надежде, что пойдут слёзы, однако воспоминание о сказанных отцом словах о том, что мужики не плачут, отрезвило Ивана. Он сдержал свои эмоции. Казимира, повернувшись к царевичу, протянула письмо с красной восковой печатью, а на самой письме изображена стрекоза. Ваня сразу понял, что это его любимая сёстрёнка-егоза.

Приняв письмо, царевич просидел в мягкой тёплой кровати какое-то время, а после встал и пошёл завтракать.

Его «боевое крещение» начнётся в полдень, поэтому перед ним, Иван решил сходить в церковь, поставить свечки и помолится Всевышнему за здравие, и на всякий случай за упокой, а также попросить милости и силы, хотя бы капельку, а смелости и уверенности в нём сейчас хоть отбавляй.

В церкви кучерявый светловолосый ангел, встретился с Тихомиром.

- Здравствуйте Ваше Высочество.

- Здравствуйте батюшка Тихомир – вежливо поприветствовал царевич священника.

- Правильно, что вы решили прийти в церковь перед одним из главных событий свое жизни. Бог обязательно тебя благословит – Иван признательно кивнул.

- Такое ощущение, что сегодня меня будут короновать. Как-то беспокойно - тихо прошептал Ваня.

- Это хорошо, что беспокоишься. Было бы странно, если бы и вовсе не волновался. А насчет коронации? Отчасти вы правы. Вы же прекрасно знаешь, что должен пройти юноша, будущий правитель, перед тем, как его коронуют - Иван снова согласно кивнул.

- Ну ладно, оставлю вас наедине с ним.

После своих слов, священник действительно оставил царевича, перед этим, дав ему восковые жёлтые свечи.

                                                                                       ***

Бой должен проводится проводился на старом открытом манеже****, для тренировок лошадей. У Ивана тоже есть лошадь, которую отец ему подарил на праздник Иоанна Купалы. Царевич сразу же дал имя скакуну при виде её красивой чёрной окраски.

При беге её грива развивалась в разные стороны, что напоминало крылья падшего ангела.

- Ворон! Тебя будут звать Ворон – так прокричал совсем юный Ваня своему отцу, от чего у того появилась мнимая улыбка.

Ваня помнил, как он старался приучить дикого коня. Помнил, как падал впервые на пятую точку или ломал себе руку. Ворон буйствовал и не давался маленькому царевичу. Вставал на дыбы, убегал от него и ворчливо фыркал. Однако после того, как царевич вывел Ворона на прогулку в просторное чистое поле в полночь и угостил его горсточкой земляники. Они подружились, и тогда Иван часто брал собой Ворона на охоту, да и просто погулять. Ворон, как и саму Ване нравилось, когда ветерочек развивал волосы, и чувствовалась скорость, свобода, ощущался целый мир под копытами.

- Тебя надо было назвать земляничкой, а не Вороном- засмеялся царевич искренним детским смехом.- На что получил хвостом по морде.

И вот снова придя на памятное место, Иван улыбнулся легкой улыбкой и незначительно хмыкнул.

- Ну как? Готов превратится в мужчину на половину?- хлопнул Волк по спине царевича, улыбаясь во все тридцать два зуба.

- На половину? Что это значит? – ошеломленно спросил Ваня.

- Ты сам знаешь «лягушонок» - подмигнул тот.

- Иди ты – оскорбился царевич.

- Нет, иди ты. Тем более ты сейчас реально пойдешь. Ну шо? Волнуешься?

- До дрожи в ногах. Ещё и доспехи тяжёлые, как будто на мои плечи возложили осла. Непривычно - поежился Иван.

- А как ты хотел. Это всё только для вашей защиты ваше жабье Величество.

- Хватит зубоскалить Волчара, а то я, я...

- Ну шо? Шо ты?

- Отправлю тебя на помощь конюху. Я царский сын и могу свободно приказать это сделать.

Младший гриди театрально схватился за сердце, закатил глаза и изобразил маску шута на лицо.

- Ой, как страшно. Спасите, помогите. Держите меня семеро, сейчас в бессознание упаду- царевич ткнул друга в ребро.

- Ай!

- Ты знаешь, кто будет проводить «экзамен»?

- Понятие не имею, но ты это, настраивайся серьёзно. Только бох знает, кого милостивый государь выберет тебе в соперники. И не вздыхай так тяжко, сам знаешь, что это должно было, когда нибудь наступить. Может чуть позже, но не суть. О, смотри! Люди собираются вокруг забора. Ладно, я тоже пойду. Я верю в тебя жабка. Бох поможет- приобнял Волк своего друга и господина, удалился.

- Да, только он и поможет- нервно прошептал, при этом сглатывал слюну, Иван.

Буквально уже через минут двадцать весь люд собрался у старого, заросшего высокой травой забора. Ну, что сказать, раз манеж не пригоден уже для дрессировки лошадей, то и траву косить не на что. Поэтому вместо манежа, здесь образовалась обычная непримечательная поляна с высокой травой и сорняками какие только бывают. В центре поля встал советник царя – один из старших гриди. В руках он держал пергамент и, что-то зачитывал с заумным лицом, которое только можно сгримасить.

Царевич не слушал его. Он летал где-то в своих мыслях и переживаний, смотря при этом в одну точку и нервно сглатывал. Из-за нервёжки его несколько передёрнуло. Так он стоял до окончания прочтения пергамента, а после поднял голову и устремил взгляд на советника.

Царевич навострил уши для того, чтобы услышать с кем он сражается. И от услышанного он встал в ступор, все мысли и тревоги вмиг улетучились, на их место пришёл звериный страх.

- Итак, в соперники его Высочества выйдет его отец. Наш милостивый государь царь Владимир. Да пусть данное сражение рассудят Высшие силы. Начинаем!

- «Твою мать», « всмысле МОЙ отец!»- проругался мысленно царевич.

Однако он закрыл глаза и начал делать своё дыхание равномерным, набираясь при этом смелости и мужества.

- Ваня мы в тебя верим!- услышал Иван, где-то издалека. Он открыл глаза и стал искать источник звука. Это была его сестра и друг.

Царевич кивнул им и пошёл на встречу к отцу.

                                                                                        ***

Встретившись лицом к лицу, они обменялись парой реплик и начали бой.

- Ты ещё слишком слаб и мал, сопляк, чтобы занять моё место.

- Посмотрим – оскалился в злой улыбке царевич.

Первый выпад сделал Иван, подняв меч вертикально вверх и сделав удар по Владимиру. Однако царь отразил удар, и он начал наносить удар за ударом. Ивану пришлось нелегко из-за разницы в силе и опыте. Он упал на правое колено, а их мечи скрестились у царевича над головой.

Ваня вновь услышал голос родных, только в этот раз к ним присоединилась Казимира и несколько девчонок и мальчишек. Царевич смахнул их скрещенные мечи влево и перекатился в обратную сторону снова став на ноги.

После они какое-то время ходили по кругу, как кошка с мышкой. Иван силился просчитать ходы, но его отец просчитывал их на два шага вперёд. Тогда царевич попытал надежду на непредсказуемость. Так и получилось.

Ударив по мечу Владимира с левой стороны, Иван молниеносно зашел за спину и отдал удар под колено. Затем он прислонил меч к шее царя, когда тот соприкоснулся коленами с землёй.

-Всё кончено!- Владимир на такое высказывание только усмехнулся.

- Я же говорил, что ты ещё сопляк.

Владимир наклонился в правую сторону и с разворота на одном колене, сделал захват под ноги сына, что тот упал, ударившись при этом головой об землю. Хоть он и в шлеме, но удар звонко отразился над головой. Владимир сел верхом на Иване и вертикально сверху над царевичем направил меч к шее. Иван не мог увидеть, что творилось за забором из-за высокой травы. Но он слышал, как люди начали ещё сильнее поддерживать. Самые громкие голоса слышались от семьи.

-« Нет. Нет, я не могу так быстро сдаться. Рано ещё!»-пронеслось у Ивана в голове.

В момент, царевич ухватился за остриё меча со всей силой, что даже потекла кровь из под перчаток, капая Ивану на грудь. Внутри бешено колотило сердце и дыхание сбилось до нечеловеческого ритма. Владимир округлил глаза.

- Что ты делаешь?

Царевич отвёл остриё меча в сторону, и со всей скоростью ударил по рёбрам с левой стороны, а затем извернулся под Владимиром, да так, что теперь Иван сидел сверху, но при этом, прижав руку ногой, в которой его отец держал меч. Само же оружие отбросил на пять или около того метров, в траву, подальше от Владимира и упрочнил такую же позу, в которой сам царь сидел на нём. Иван скинул шлем с отца в сторону, и так же как и отец ранее направил орудие к шее царя.

- Ну что? До сих пор сопляк?- тяжело дыша, с ехидством произнёс юноша.

Молчание.

- Ладно. Я сдаюсь!- крикнул Владимир.

После они встали, и царь взял сына за левую руку, и поднял её вверх.

- Встречайте нового ЦАРЯ ИОАННА!

Народ заликовал, а Забава и Волк уже бежали на встречу к царевичу. Ликующе крича, они накинулись на него. И все вместе, уже лежали в траве, радостно и от всей души смеясь и крича.

- Ура новому Царю! Ура!

Клик о новом царе прошёлся по всему государству, вплоть до его окраины.

______________________________________________________________________

Куте*- кухня

Сажень**- мера длины 2,1336 метра

Каролингский меч***-(также «меч эпохи ») — современное обозначение типа , широко распространённого в Европе в период .

Манеж****- огороженное место для конных соревнований, верховой езды, объездки лошадей, или здание для той же цели.