"рождения"
Наступало утро.
Небо вспыхивало первыми лучами рассвета, и казалось, что само солнце пыталось обмануть людей теплом и светом, будто впереди не ждёт кровь и сталь. Внизу, в лагере, всё было уже готово: оружие точили до блеска, доспехи выстраивались в ряды, воины делали вид, что смеются, чтобы скрыть тревогу. Никто не знал, когда появится армия Джозефа, и именно это — ожидание неизвестного — тяготило сильнее любого врага.
Айлу стояла чуть поодаль, сжимая ладони так крепко, что ногти впивались в кожу. Она готовилась, как могла, но сердце рвалось на части. За оружие, за друзей, за людей, что верили в неё… и за тех, кого она могла потерять.
Сара тоже не оставалась в стороне. Но её силы уходили на другое — её живот заметно округлился, и каждый день становился испытанием. Уже скоро… очень скоро придёт время рождения. Айлу смотрела на неё и чувствовала, как холодный ком тревоги поднимается в груди. Война и новая жизнь — две противоположности, столкнувшиеся лицом к лицу.
— Не сейчас, — шептала Айлу, — пусть хотя бы для неё это будет позже… пусть не в этот хаос.
Но мир не слушал её молитв.
Айлу опустила меч, взгляд её застыл где-то вдали. Мысли гремели громче, чем удары сердца: «Что будет дальше?.. А если мы… проиграем? Что если всё это было зря?»
Тишину нарушил лёгкий шёпот прямо у уха. Кто-то подошёл сзади и почти прижался.
— Эй, Люменарис… ты что, сдаёшься? — насмешливо протянула Юта.
Айлу дёрнулась, крепче сжав рукоять меча, но хватка вскоре ослабла. Она медленно повернула голову.
— Юта… всё это… а вдруг зря я тяну? Вдруг мы не выиграем?.. — её голос едва не сорвался.
Юта ухмыльнулась, но в её взгляде мелькнула серьёзность, которой раньше Айлу не видела.
— Ты всё это сделала, Люменарис. Хочешь бросить сейчас? — её голос был тих, но твёрд. — Ты же последняя из Люменарис. Если не ты — то кто?
Айлу опустила глаза, и Юта, будто чувствуя её слабость, наклонилась ближе.
— Смотри на нас, Люменарис. Мы рядом. Мы сможем. Главное — чтобы ты верила.
— Ты думаешь, я не боюсь? Мы ведь ещё дети... а война уже на пороге. Хах, если хочешь — я могу поженить тебя с Максли, — усмехнулась Юта и коротко рассмеялась.
— Отличная шутка, Юта, — Айлу серьёзно посмотрела на неё своими чёрными глазами.
— А что? Если не сейчас, то когда? Скоро... Сара родит. Лишь бы не в день войны... — прошептала Юта.
— Не думала, что ты умеешь за кого-то волноваться, — сказала Айлу.
— ...ладно, Люменарис, видно, ты и правда лучик света, Айлу Люменарис, — пробормотала Юта, а потом, резко сменив тон, махнула рукой: — И вообще! Я не знаю, как вас поженить. Зато у Каймира это отлично получается, у него спроси!
— О чём? — вдруг за спиной Айлу раздался голос Каймира.
— ААА! — взвизгнула Айлу. — Ты как здесь появился?!
— Ну... почти давно тут. Так о чём вы говорили? Про меня? Какой я, несомненно, прекрасный? — с усмешкой поправил волосы Каймир.
— Ага, именно это. Слушай, Каймир, мы тут думаем, может, тебе стоит поженить Айлу и Максли, — хитро улыбнулась Юта.
— Конечно могу, вы чего? — усмехнулся Каймир, поправляя волосы.
— Вот и отлично, — подмигнула Юта.
— Вы там о свадьбах думаете, пока война скоро… ё-моё, — хмуро бросила Айлу. В её руках вспыхнувший меч света дрогнул и погас. Она развернулась и ушла в сторону леса.
— Чего она злится? Отличная же идея, — недоумённо протянула Юта.
— Походу не в настроении… Ладно, что поделать, — вздохнул Каймир и тоже двинулся прочь.
Айлу углубилась в лес и остановилась у старого дерева. Села, облокотилась на шершавый ствол и прижала ладонь ко лбу.
«Они смеются… а у меня внутри пустота. Если мы проиграем?.. Всё это зря?..» — мысли жгли сильнее, чем усталость.
— Как я устала… я не хочу никого терять, не сейчас… — прошептала Айлу, опуская голову на колени. Её руки дрожали, но она старалась не показывать слабость. Внутри неё бушевал шторм: страх, тревога, ответственность… всё одновременно.
— Ты не потеряешь, милая… — голос скользнул сквозь листву, будто сам лес пытался её успокоить. Но Айлу не могла отделаться от мыслей о том, что война заберёт кого-то из дорогих ей людей.
Она резко обернулась. Никого. Пустота леса давила на сердце.
— …Кто здесь? Профессор Эль? — холодно сказала она, стараясь собрать остатки спокойствия.
— Да, Айлу… чего ты боишься? Скажи, — его фигура медленно спустилась с дерева. Он двигался спокойно, уверенно, как змей, а маска скрывала эмоции, оставляя лишь зловещую улыбку.
— Я… не боюсь… — проговорила Айлу, но голос дрожал. Внутри неё раздирала неуверенность: «А если я потеряю кого-то? А если силы не хватит?»
— Но тебя что-то тревожит, я вижу это, — продолжал Эль. Его взгляд, даже сквозь маску, казался проникающим в самую суть. Айлу почувствовала, как её защищённость растворяется, оставляя лишь уязвимость.
Она сжала меч, словно он мог удержать все её страхи и сомнения. Сердце колотилось, руки потели. Каждый вдох казался слишком тяжёлым.
— Я должна быть сильной… — шептала она сама себе, пытаясь вернуть контроль над внутренним хаосом. Но в глубине души знала: сила — это не только меч, а способность смотреть страху в глаза и идти дальше.
Эль шагнул ближе, глаза сквозь маску сияли непостижимой силой.
— Айлу… не бойся. Мы можем стать сильнее всех, вместе… — его голос был одновременно мягким и властным.
Айлу почувствовала, как её тело тянет к нему. Мысли бурлили, сердце сжималось от желания силы, от страха. «Если я слечусь с ним… смогу защитить всех… смогу стать сильнее…» Она подняла руку, меч снова вспыхнул светом, руки дрожали — почти… почти она протянула их к нему.
Эль сделал шаг вперед, и время будто замерло. Каждая клетка Айлу кричала: «Доверься, и станешь непобедимой». Сердце билось так громко, что, казалось, его могли услышать все в замке.
Но вдруг, с пронзительным криком, сквозь воздух прорвалась Пиона:
— Айлу!! — её голос рвал мысли, она бежала сквозь лес, лицо сияло отчаянием.
Айлу резко дернулась, взгляд вернулся в реальность. Эль исчез в тени, как будто его сила не могла удержать её.
— Что… что происходит? — прошептала Айлу, дыхание сбилось, сердце колотилось.
Пиона подбежала, глаза горели тревогой. Она вцепилась в Айлу, и тепло её тела, мягкий, живой вес — словно якорь в бушующем море мыслей.
— Там… там Сара рожает! — с трудом выдохнула Пиона, сжимая руки Айлу.
Айлу опустила взгляд на меч, который ещё недавно тянул её к опасной силе, и поняла, что не может оставить друзей и тех, кого любит. Крылья света вспыхнули на спине, но теперь они были не для силы Эля — они были для защиты, для действия.
— Пиона… — прошептала Айлу, сердце немного успокоилось, — спасибо, что пришла.
И с этим дыханием решимости, с поддержкой Пионы на руках, она повернулась к замку, готовая лететь к Саре, к войне, к своей судьбе.
Айлу летела, сердце стучало в груди. Замок возвышался впереди — величественный, окружённый лесами, словно сам мир затаил дыхание перед бурей. Но сейчас не до красоты.
В коридорах царил хаос: люди толпились у входа в больничное крыло, все кричали, не давая пройти. Сквозь шум доносился крик Сары — пронзительный, полный боли. У Айлу похолодели руки, ноги словно стали ватными.
Вдруг дверь распахнулась, и показалась уставшая акушерка.
— Кто тут Айлу?! — выкрикнула она.
Айлу вздрогнула, но шагнула вперёд, сдавленно крикнув:
— Я!
Акушерка приблизилась, её глаза были серьёзными, но мягкими.
— Она хочет, чтобы ты была с ней… прямо сейчас.
Мир словно пошатнулся. Айлу с трудом вдохнула, сжала кулаки, чтобы не дрожать, и бросилась вперёд сквозь толпу, чувствуя, как сердце готово выскочить из груди.
Айлу почти бежала за акушеркой, сердце колотилось так, будто вырвется наружу. Она влетела в палату — и сразу замерла. Сара лежала на кровати, бледная, вспотевшая, волосы растрепаны, губы прикушены от боли. Крики разрывали тишину, отдаваясь эхом в груди Айлу.
Врачи метались вокруг, давая команды, готовя инструменты. Одна из помощниц держала Сару за плечи, другая шептала что-то успокаивающее, но боль всё равно накатывала волнами.
— Айлу… — простонала Сара, заметив её. В глазах — мольба и отчаяние, словно только она могла дать силы.
Айлу подбежала, схватила её руку. Она была холодная и влажная от пота. Пальцы дрожали.
— Я здесь! — голос её сорвался. — Сара, слышишь? Ты не одна!
Сара вскрикнула, выгибаясь от боли, сжав руку Айлу так сильно, что та едва не вскрикнула. Но Айлу только крепче держала.
— Дыши… со мной, слышишь? — почти умоляла она. — Ты справишься, ты сильная!
Врач строго посмотрел на Айлу:
— Поддерживай её, но не мешай! Сейчас самое важное.
Айлу кивнула, но не отпускала. Её душу разрывал крик Сары, каждая нота этого крика будто била по сердцу. Хотелось забрать её боль себе, лишь бы она не страдала так.
— Ещё немного! — подбадривали врачи. — Всё идёт хорошо!
Айлу сглотнула слёзы и прошептала:
— Ты подаришь жизнь… это самое великое, что может быть… держись, Сара!
И в тот момент Сара закричала так, что стены будто задрожали. Врачи начали действовать ещё быстрее, и всё вокруг стало бурей из звуков, движений и эмоций…
— Дыши, Сара! Ещё немного! — громко сказала акушерка.
Сара закричала, но в её глазах сверкала решимость. Ещё одно усилие, ещё крик — и вдруг комната наполнилась новым звуком: звонким плачем младенца.
Акушерка подняла его на руки — крошечный мальчик, весь розовый, живой, с криком, словно объявлял всему миру о своём появлении.
Айлу застыла, а Сара закрыла глаза от облегчения и счастья.
— Мальчик… мой мальчик… — выдохнула Сара.
Акушерка осторожно поднесла ребёнка к матери. Сара прижала его к груди, и в этот миг всё вокруг — шум, толпа, тревога — исчезло. Остались только она, её ребёнок и тихие слёзы радости на глазах Айлу.
Айлу осторожно заглянула в палату. Малыш уже лежал на руках у Сары — крохотный, беспомощный, с тихим плачем, будто только знакомился с этим миром. Сара растерянно пыталась прижать его к себе, и врачи терпеливо показывали, как держать, как кормить. Её руки дрожали, но на лице появлялась сияющая, почти детская улыбка.
Айлу подождала немного, наблюдая из-за двери, и только спустя минут пятнадцать решилась войти. Сара сидела на кровати, прижимая ребёнка к груди. Он уже не плакал — лишь изредка издавал тихие звуки, цепляясь крошечными пальчиками за ткань.
— Сара… — тихо позвала Айлу. — Ты как?
Сара подняла глаза, блестящие от слёз.
— Я так счастлива… посмотри, какой он маленький… — её голос дрожал.
Айлу мягко улыбнулась, села рядом на стул.
— Да… он слишком рано родился… видимо, очень спешил увидеть этот мир.
Сара провела рукой по головке ребёнка и вдруг прошептала:
— …Я… я хотела бы, чтобы Дио тоже был рядом…
Айлу нахмурилась, её сердце болезненно сжалось.
— …Ты же знаешь, он… — осторожно начала она.
Сара кивнула, сдерживая новые слёзы.
— Да, я знаю… наш враг. Но хоть одним глазком… Он так похож на него…
Малыш слегка шевельнулся, будто почувствовал её слова, и Сара крепче прижала его к себе, одновременно улыбаясь и плача.
— Айлу… посмотри, он похож на Дио, — прошептала Сара сквозь слёзы, устало улыбаясь. — Можешь взять его на руки?..
Айлу замерла, в её груди всё сжалось. Она перевела взгляд с бледного лица Сары на крошечного младенца, чьи глазки ещё были закрыты, а кулачки слабо сжимались.
— Я… я… — губы дрогнули, голос предательски сорвался. Сердце будто окликнуло её изнутри, какой-то тихий зов, тёплый и неведомый. Айлу сделала шаг ближе и медленно кивнула.
Акушер осторожно передал ребёнка в её руки. Малыш был тёплый, крохотный, но ощутимо живой. Айлу почувствовала, как его дыхание щекочет её грудь, и от этого по телу пробежала дрожь.
— Он… — Айлу не смогла договорить, лишь посмотрела на Сару.
Сара, измождённая, но счастливая, тихо засмеялась сквозь слёзы.
— Видишь… он словно свет и тень сразу… как Дио… и как ты, Айлу.
Младенец зашевелился, издав едва слышный звук, и Айлу почувствовала, как в её сердце, где всегда было место сомнениям и боли, загорается новое чувство — мягкое и обжигающее одновременно.
— Как ты его назовёшь? — спросила Айлу шёпотом.
— ...Леон... — прошептала Сара и прижала младенца к груди, словно боялась отпустить хоть на мгновение.
Айлу мягко улыбнулась, но через секунду её взгляд стал серьёзным. Она наклонилась ближе к Саре.
— Сара... ты же понимаешь, что не пойдёшь на войну, — сказала она тихо, но твёрдо.
Сара сжала губы, её глаза наполнились слезами, но она молча кивнула.
— Этому ребёнку нужна мать. Если не будет отца — то хотя бы мать должна быть рядом, — твёрдо произнесла Айлу и выпрямилась.
Она уже собиралась уйти, но, задержавшись у порога, бросила последний взгляд на младенца.
— Береги своего ребёнка, Леон, — сказала она, словно обращаясь к самому малышу, и шагнула за дверь.
Сара посмотрела на спящего мальчика. Его крошечные пальчики сжались в кулачки, и ей показалось, что он улавливает её дыхание.
— Я обещаю... — прошептала она, целуя его в лоб. — Я сохраню тебя.
Айлу вышла из палаты, держа руки за спиной, но не успела пройти и нескольких шагов, как услышала тихие шаги за собой. Она обернулась и увидела Максли. Его глаза были полны тревоги и лёгкой грусти.
— Я слышал... — начал он тихо, — что ты сказала Саре.
Айлу взглянула на него и чуть улыбнулась.
— Я просто хочу, чтобы она была в безопасности, Максли. И Леон тоже.
Он подошёл ближе, осторожно, словно боясь сломать эту хрупкую тишину.
— Ты тоже не должна идти на войну одна, — сказал он, его голос дрожал от эмоций. — Я… я буду рядом, Айлу. Всегда.
Айлу посмотрела на него своими тёмными глазами, полными света и решимости.
— Я знаю, Максли… и я счастлива, что ты рядом, — прошептала она.
Они стояли так на пороге больничного крыла, где внутри новая жизнь только появилась, а за окнами замка ярко светило утро, обещая надежду даже среди надвигающейся войны.
Максли аккуратно обнял её, и Айлу ответила на его объятие. Но когда она посмотрела вперёд, на Эля, стоявшего неподалёку, её тело напряглось, а взгляд отвёлся.
— Максли… я пойду. Мне нужно на тренировку… — прошептала Айлу тихо, едва слышно.
— Хорошо… — ответил Максли и нежно поцеловал её в губы. Айлу не ответила на поцелуй, просто кивнула и ушла.
Максли остался стоять, словно в ступоре. Сердце кололо болью, а мысли путались: «Почему она не ответила? Что с ней?»
Айлу повернулась и шла к тренировочному залу, но каждый её шаг отдавался тяжёлым эхом в груди. Мысли о Максли терзали её — поцелуй оставил странное тепло и одновременно холодок тревоги. Она знала, что сейчас не время слабостей.
Максли остался у окна больничного крыла, глядя ей вслед. Его руки ещё пахли её запахом, а сердце словно сжалось. Он стоял неподвижно, пытаясь понять, что произошло. «Почему она не ответила?» — думал он. «Почему я чувствую, будто что-то потерял?»
А Айлу, несмотря на решимость и силу, внутри дрожала. Она видела Эля в зале — его маска, глаза, и ощущение опасности, которое исходило от него, вызывали холодок по спине. «Не сейчас… Не могу позволить себе отвлечься», — шептала она самой себе, сжимая меч в руках.
В воздухе витала тишина, наполненная ожиданием и страхом, но также и странной надеждой. Всё было на грани — на грани войны, на грани силы, на грани чувств, которые ещё не успели найти своё место.
Айлу билась с Каймиром в тренировочном зале. Их мечи звенели, сталкивались, искрились. Но на мгновение ей показалось, что рядом с ней — не Каймир, а Эль. Его голос эхом раздался в голове:
— НУ ДАВАЙ СЛИТЬСЯ И ТЫ СТАНЕШЬ СИЛЬНЕЕ!
Айлу резко сглотнула и крикнула:
— НЕТ!
Собрав всю силу, она ударила мечом так сильно, что на мгновение Каймир будто растворился, а на его месте показался силуэт Эля, но затем снова стал Каймиром.
— А… ой! Прости, Каймир! — хихикнула Айлу, смущённо прикрыв лицо рукой.
— Ты чуть не испортила мои волосы! — воскликнул Каймир, поправляя пряди.
— Прости, прости… — Айлу улыбнулась, пытаясь скрыть лёгкое волнение.
Их взгляд встретился, и в этом мгновении была не только дружеская связь, но и тихое взаимопонимание: тренировка — это не только физическая сила, но и борьба с внутренними страхами.
— Айлу, с тобой всё хорошо? — спросил Каймир, внимательно глядя на неё.
— Да... просто... я сейчас вернусь, — тихо ответила она и поспешила выйти из зала.
В уборной Айлу наклонилась к раковине, ледяная вода хлынула на её лицо. Она глубоко вдохнула, пытаясь прогнать дрожь.
— Это всего лишь... фантазия... Чего я боюсь? — прошептала она, глядя в зеркало.
Айлу в упор посмотрела в зеркало — отражение задрожало, и из тени за её плечом проступил Эль. Его яркие глаза горели странным, манящим светом.
— Профессор… — губы Айлу дрогнули.
Эль шагнул ближе, его голос звучал в голове, тягучий, словно яд:
— Тебя что-то пугает? Не отрицай… я чувствую, как твоя сила дрожит. Она зовёт меня, Айлу. Разве ты сама не хочешь этого?..
Она отшатнулась, сердце бешено билось.
— Я… не знаю… — прошептала она, прижимая ладонь к груди.
Эль протянул руку, кончики его пальцев почти коснулись её плеча.
— Дорогая Айлу, мы созданы, чтобы слиться. Ты и я — одно. Я дам тебе силу, которой нет ни у кого. Всё, что нужно… — он наклонился ближе, его дыхание холодком обжигало кожу. — Позволь мне войти в тебя.
Айлу судорожно сглотнула, в голове гул. Казалось, её тело уже откликалось на его давление, искажая реальность вокруг.
Эль медленно протянул руку к лицу и снял маску.
Айлу застыла. Под ней открылась его истинная внешность — резкие, благородные черты, которые словно были высечены из мрамора. Но взгляд невольно зацепился за шрам, глубокий, пересекающий половину лица. Казалось, он должен уродовать его, но, напротив, этот след только придавал ему силу и загадочность.
Его глаза… чёрные, как ночное небо без звёзд, в которых таилась бездна, зовущая её всё ближе.
— Профессор… подождите… — выдохнула Айлу, чувствуя, как сердце бьётся слишком быстро.
Эль наклонился ближе, его губы почти коснулись её.
— Тише, милая Айлу, — прошептал он, и в его голосе звучала усмешка.
Её дыхание сбилось, она замерла, словно заколдованная. Эль задержался на секунду, будто собирался поцеловать её, но в последний момент лишь коснулся кончиком пальцев её подбородка и слегка усмехнулся.
— Что ты так дрожишь? — тихо сказал он, наклоняясь к её уху. — Я ведь даже не поцеловал тебя… пока.
Айлу вдруг поняла, что ситуация стала смертельно опасной. Сердце её забилось чаще, пальцы дрогнули — и она сжала кулаки, ощущая, как внутри загорается её сила.
Эль мгновенно уловил её решимость. Его взгляд стал холоднее, и, словно читая её мысли, он резко отстранился, снова накинув маску на лицо.
В ладонях Айлу вспыхнуло сияние — из света соткался меч, ослепительно чистый и живой. Она шагнула вперёд, подняв клинок.
Эль двигался быстро, почти невидимо — то исчезая в тени, то возникая сбоку. Их удары не касались друг друга, но воздух между ними звенел, как натянутая струна. Каждый её выпад отражался его стремительным ускользанием, а каждое его движение заставляло свет меча раскалывать темноту вокруг.
Эта схватка была больше, чем бой — это было столкновение двух сил: её света и его тьмы.
Как вдруг из мантии Эля вырвались чёрные щупальца и обвились вокруг Айлу, сжимая её тело, лишая дыхания.
— Отпусти! Мерзкий изверг! — выкрикнула Айлу, отчаянно пытаясь вырваться.
Эль шагнул ближе, наклонился так, что его тёмные глаза блеснули под светом. Он склонился к её уху и прошептал:
— Запомни, Айлу Люменарис... однажды ты сама ко мне придёшь. И тогда — увидишь правду.
Щупальца дрогнули, отпустили её, и в тот же миг Эль растворился в темноте, словно его и не было.
Айлу тяжело дышала, ощущая, как дрожь пробегает по телу. Она сжала световой меч, но вокруг осталась лишь пустота. Спустя несколько мгновений она встала, упрямо вытерла кровь с губы и, сжав зубы, направилась в комнату к Максли.
Айлу резко толкнула дверь и сама вбежала внутрь. Её дыхание было сбивчивым, а руки дрожали.
— Айлу?.. — растерянно произнёс Максли, делая шаг к ней. — Ты вся трясёшься… что случилось?
Она обернулась к нему, глаза блестели от слёз и злости.
— Я не могу больше, Максли! — выкрикнула она.
Максли хотел было задать ещё вопрос, но Айлу резко шагнула к нему, толкнула его к кровати. Он упал на край, ошарашенно глядя на неё.
— Айлу! — только и успел сказать он.
Она оказалась рядом быстрее, чем он моргнул, села на него сверху, прижимая его к матрасу. Её руки дрожали, но взгляд был решительным и дерзким.
— Замолчи! — прошептала она и, не выдержав, прильнула к его губам, целуя так, словно хотела утопить все страхи и боль в этом мгновении.
Максли замер от неожиданности, сердце бешено заколотилось. Потом его руки сами легли на её талию, притянув ближе.
Айлу прижалась к нему ближе, губы скользнули по его шее, оставляя лёгкий, горячий след.
— Айлу… — прошептал Максли, его голос дрожал, — мы слишком торопимся…
— Просто замолчи! — резко ответила она, глаза блестели, а дыхание было прерывистым. — Сейчас только мы, больше ничего не важно!
Он замер, чувствуя, как её решимость переполняет комнату, как будто все страхи, напряжение и усталость слились в этом одном моменте. Максли осторожно обнял её, руки дрожали, но сердце билось всё быстрее, отзываясь на каждое её движение.
Айлу закрыла глаза, вдыхая его тепло, и на мгновение мир вокруг перестал существовать: остались только они, их дыхание и шум сердец.
Как вдруг пол замка задрожал, тяжёлое дрожание сотрясло коридор. Из всех уголков послышались панические крики и беготня.
— ДЖОЗЕФ БЛЭК ПРИШЁЛ! — донёсся восклик, эхом разлетевшийся по стенам.
Айлу едва смогла вдохнуть.
— Да вы что, это шутка?! — вырвалось у неё.
Она, Максли мгновенно направились к окну. Сердце замирало: за стенами замка выстроилась огромная армия, черные знамена колыхались на ветру, а люди и существа Джозефа шли волнами, готовые к атаке.