Между мирами

Клим подошёл к Дио, который сидел в кресле у окна, листая старинную книгу.

— Ты слышал, что говорят в Энклавире? — усмехнулся Клим, склонившись к нему.

— Что именно? — спокойно спросил Дио, не отрывая взгляда от страницы.

— Говорят, Сара беременна, — с кривой улыбкой бросил Клим.

Дио резко замер. Его пальцы на секунду сжались.

— Подожди… Ты был в замке Энклавира? — напрягся он.

— Ну, заглянул от скуки. Но сейчас тебя явно волнует не это, да?

— Чёрт… Я не знаю, что делать, — тихо прошептал Дио, вставая.

Клим хмыкнул:

— Любишь одну, а оказался в объятиях другой. Классика.

— Убирайся, Клим, — рявкнул Дио. — Мне не до твоих шуточек!

— Как скажешь, — лениво протянул тот и вышел.

Дио начал метаться по комнате. Его лицо было искажено тревогой.

— Ну-ну, всё не так уж плохо, — раздался в голове скользкий голос.

— Убирайся из моей головы! — закричал Дио.

— Тише… Зачем столько шума? — с насмешкой прошептала тьма, и в голове наступила звенящая тишина.

Он упал на кровать, устало потирая висок.

---

Тем временем в Большом зале школы Айлу, Максли и Пиона сидели за одним столом. Все кланы кучковались по своим углам, но эти трое всегда держались вместе. К ним подошла Сара с лёгкой улыбкой.

— Можно? — спросила она.

— Конечно, садись, — кивнула Айлу.

— Как малыш? — тепло спросила Пиона, её пушистый хвост легко качнулся в воздухе.

— Всё хорошо. Иногда подташнивает, но в целом — нормально, — улыбнулась Сара.

В этот момент рядом появилась Юта. Она наклонилась к уху Айлу и шепнула:

— Как у вас дела, беременная и Люменарис?

Айлу вздрогнула, отодвигаясь.

— Знаешь, тебе бы подошёл клан Офидов. Змеи — как раз твой стиль, — сказала она сдержанно, но холодно.

— Увы, я родилась в Беллоф. И горжусь этим, милая. А вот ты… Люменарис, грязнокровка, не иначе, — прошипела Юта, прищурившись.

Айлу заметила, что повязка на глазу Юты исчезла. Белый глаз, изуродованный шрамом, смотрел прямо на неё.

— Осторожнее со словами, Юта. А то можешь и второй глаз потерять, — прошипела Айлу.

Пиона поднялась, встала рядом с подругой:

— Если что, я помогу.

Сара тоже встала, держась за живот:

— И я не останусь в стороне.

— Ну-ну, героини собрались… Только Максли не хватает. Ах да, он же на поводке у Айлу, — ядовито усмехнулась Юта.

В этот момент Максли, который всё это время молча наблюдал, встал. Он подошёл к Айлу, стал рядом и злобно взглянул на Юту.

— Ни слова больше, — произнёс он холодно.

— Хех, ладно, я пойду. Но с тобой, Айлу, мне бы хотелось поговорить побольше... увы, не сегодня. До свидания, — с притворной вежливостью прошептала Юта, смерив Айлу взглядом, и направилась к своему клану.

— Правда, ей бы подошёл клан Офидов, — тихо сказала Пиона, наблюдая за её уходом. — Такая же скользкая и ядовитая.

— Осторожно, она ядовитая… не обожгись, — усмехнулся Максли, — ХАХАХ, почти как настоящая змея!

Айлу улыбнулась, но в её глазах всё ещё тлел лёд.
— Пусть шипит. Главное — не дать ей впиться в кого-то из нас.

— Не переживай, — сказал Максли, обняв её за плечи. — Если что, я рядом. Всегда.

— Да уж... любовь Марков, — прошептала Сара, поглаживая живот.

— И не говори. Уверена, они первыми поженятся, — усмехнулась Пиона, глядя на Айлу и Максли.

— Мы всё слышим, между прочим, — хмыкнула Айлу, но в уголках губ играла улыбка.

— Ну и пусть! Все уже знают, что вы вместе. Даже спорят, когда вы свадьбу сыграете. Слышала, директор сам ставки принимает, — хихикнула Пиона.

— Даже немного завидно… — тихо добавила Сара, проводя рукой по животу.

В этот момент к ним подошли близнецы из клана Беллоф — Каэль и Рион. Оба высокие, стройные, с выразительными чертами и длинными тёмными волосами. Один был элегантно одет: тёмная рубашка, жилет, длинный плащ, точные движения и серьёзный взгляд. Второй — в расстёгнутой рубашке, с шарфом и кожаной курткой, с хитрым прищуром и слегка взлохмаченными волосами.

— О чём говорите? — спросил Каэль, облокачиваясь на стол.

— Да так… о жизни, — ответил Максли. — А вы чего пришли?

— Скучно нам стало! — протянул Каэль, глядя на всех по очереди.

— Просто Каэль хотел быть с вами. В клане Беллоф сегодня особенно уныло, — спокойно пояснил Рион.

— Рион! Зачем всё выкладывать?! — фыркнул Каэль. — Ну ладно, да. Я хотел быть с вами.

— Ааа, тогда садитесь, — засмеялась Айлу. — У нас тут веселее, чем в любом клане.

— Ооо, слышали? Говорят, скоро будут соревнования. Главное — выжить, — сказал Каэль с озорной улыбкой, подбоченившись.

— Что?! — нахмурилась Айлу. — Сейчас же не время… Мы даже не знаем, что будет, когда вернётся Джозеф Блэк.

— Говорят, это типа тренировки, чтобы мы были готовы, — заметила Пиона, поигрывая кончиком хвоста. — Только обещали, что не будет так жёстко, как в прошлый раз. Мол, «умереть — не обязательно».

— Я пойду. А вы? — спросил Рион, обведя взглядом всех за столом.

— Я ещё подумаю… — Пиона пожала плечами, хотя в глазах её сверкнул азарт.

— Наверное, пойду, — кивнула Айлу. — Я уже участвовала один раз. Значит, смогу и второй.

— Куда ты, туда и я, — сказал Максли, не отводя взгляда от Айлу.

— Я тоже хочу пойти, — заявила Сара.

— Нет уж, — тут же вмешалась Айлу. — Ты беременна, Сара. Директор тебе точно не разрешит, и я тоже против.

— Эх, ну ладно… — вздохнула Сара и положила ладонь на живот. — Хоть бы посмотреть можно было…

В этот момент за их спинами раздался спокойный голос:

— Я тоже пойду.

Все вздрогнули. Особенно «троица» — Айлу, Максли и Пиона.

— Каймир?! — одновременно воскликнули они.

Парень с гетерохромными глазами — один голубой, другой карий — стоял рядом, как будто возник из воздуха. Он спокойно поправлял кудрявые волосы и смотрел на всех с едва заметной улыбкой.

— Я каждый раз удивляюсь, как ты так тихо появляешься, — проворчал Максли, отодвигаясь немного в сторону.

— Привычка, — пожал плечами Каймир. — А соревнования — отличный шанс проверить, кто на что способен. Особенно… в условиях приближающейся тьмы.

— Не пугай так, — пробормотала Айлу. — Но… ты прав.

— Вот и чудненько! — воскликнул Каэль. — Значит, скоро снова будет весело. Или смертельно. Как пойдёт.
Большой зал школы был полон. Представители всех кланов сидели за длинными столами, переговариваясь вполголоса. В воздухе витало напряжение. Неожиданно свет потускнел, и на возвышение у главного трона вышел Директор — Августин Марлоу Мальо.

Он был, как всегда, в длинном строгом сюртуке, ворот высокий, спина прямая, взгляд — пронизывающий. Его зелёные глаза обвели зал. Мгновение — и шум стих. Стало слышно, как кто-то уронил ложку.

— Ученики, — начал Директор ровным, спокойным голосом, от которого у некоторых пробежал холодок по спине. — Как вы знаете, в мире происходят события, которые требуют от нас силы, решимости… и готовности. Мы не можем ждать, пока опасность постучится в наши двери. Мы должны быть на шаг впереди.

Он сделал паузу и продолжил:

— Завтра начинается испытание. Соревнование, в котором вы проверите свою выносливость, тактику и магические способности. Главное условие — выжить. Правила будут объявлены перед началом. Это не игра. Но и не смертный бой. Однако будьте осторожны… Мы не вмешиваемся, если ситуация выходит из-под контроля.

Гул прошёл по залу.

— Участвовать может любой старше двенадцати. Кроме… — взгляд его на секунду остановился на Саре — …исключений, о которых мы уже знаем.

Сара опустила глаза, но кивнула — она и сама понимала.

— Встретимся завтра утром на южной арене. Приготовьтесь.

Он развернулся и ушёл, оставив за собой тишину, в которой слышно было только биение собственных сердец.

— Ну вот, — пробормотала Айлу, сжав кулаки. — Началось.
Все ученики, допущенные к участию в соревновании, собирались на тренировочном поле, где царила строгая тишина и сосредоточенность. Над ними возвышался профессор Эрайс — его фигура, как всегда, была прямой, движения точными, а взгляд холодным и проницательным. Он наблюдал за каждым, словно оценивая, кто доживёт до конца испытания.

Айлу разминалась с мечом, делая резкие и отточенные движения. На её лбу выступили капли пота, но в глазах светилась решимость.

— Интересно, что будет на этот раз, — сказала она, отбрасывая прядь волос со лба. — Каждый раз всё опаснее.

— Помнишь ту огромную змею? — отозвался Максли, поднимая тяжёлую штангу. — Или призраков, сквозь которых нельзя было пройти без потерь?

— А я никогда не забуду те мёртвые руки в воде, — с кривой усмешкой сказала Пиона, натягивая тетиву лука. — Тянули вниз, будто живые.

— Думаю, в этот раз всё будет иначе, — задумчиво произнесла Айлу, опуская меч. — Я поговорю с профессором Слеем. Он наверняка догадывается, что нас ждёт.

Профессор Эрайс прошёл мимо, обдав их своим ледяным взглядом.

— Кто слаб — даже не подходите к арене, — произнёс он. — Соревнование не для тех, кто надеется на удачу. Только для тех, кто готов встретиться со смертью и победить её.

Максли усмехнулся, глядя на Айлу:

— Тогда нам туда.

— Эх, чувствую, что моё прекрасное лицо пострадает, — вздохнул Каймир, ловко взмахнув мечом и поправляя волосы, словно на подиуме.

— Ты только об этом и думаешь, — пробурчала Пиона, отпуская стрелу. Та идеально попала в центр мишени. — Интересно, зачем ты вообще идёшь на это испытание?

— Ну как зачем? — драматично вскинул бровь Каймир. — Победа, кубок, овации... Бал в мою честь — и всё это идеально оттеняет моё лицо.

Айлу фыркнула и с шумом вонзила меч в землю.

— Так и знала. Ты идёшь туда не ради тренировки, а ради тщеславия.

— А разве не в этом смысл героизма? — с улыбкой отозвался Каймир и подмигнул ей.

Пиона закатила глаза:

— Надеюсь, в следующий раз против тебя выставят зеркало. Может, оно тебя и остановит.

— Ох, и они тоже идут? — с усмешкой протянула Юта, обводя взглядом Айлу и её друзей.

— Ах, это ты, одноглазая… Что хотела? — раздражённо бросила Айлу, не оборачиваясь.

— Ну как что? — Юта лениво подошла ближе. — Я тоже участвую в соревновании. Хочу убедиться, что ты выживешь… или нет, — усмехнулась она, глядя в спину Айлу.

— Удачи, — холодно прошептала Айлу, продолжая махать мечом, будто Юты и не было рядом.

Но Юта не отступила. Она приблизилась почти вплотную, дыхание её ощущалось на шее Айлу.

— Хочешь поверить, кто сильнее, прямо сейчас, милая? — ядовито прошептала она на ухо.

По телу Айлу пробежали мурашки, но в следующую секунду она резко развернулась. Металл со звоном столкнулся — их мечи искрились от напряжения. Все замерли.

— Не сегодня, — процедила Айлу, глядя в единственный глаз Юты с ледяной яростью.

Она оттолкнула её меч и шагнула назад, оставляя Юту с насмешкой на лице… и лёгким следом тревоги в глазах.
Тишину прорезал тихий, но выразительный голос профессора Эрайса, наблюдавшего издалека:

— Прелестно. Если вы так жаждете убить друг друга, дождитесь арены. Хотя, — он прищурился, — тогда кто-то из вас уйдёт оттуда не на ногах, а в ящике.

Некоторые ученики хихикнули. Пиона прищурилась и скрестила руки:

— Вот это шоу... Но Айлу, как всегда, держит стиль, — прошептала она с гордой ухмылкой.

Максли подошёл ближе и встал рядом с Айлу, глядя на Юту:

— Остынь. Если хочешь проиграть, дождись соревнований. Там тебя никто не пожалеет, — сказал он холодно.

— Особенно она, — добавил Каймир, поправляя волосы и делая шаг вперёд. — Хотя… ты же любишь проигрывать, правда?

Юта усмехнулась, но её глаз слегка дёрнулся — она поняла, что сейчас не выиграла. Не в бою, не в взглядах.

— Ладно, — произнесла она, отступая. — До скорой встречи на поле. Там и посмотрим, кто выживет.

И с этими словами Юта развернулась и ушла, оставив после себя напряжённую тишину… и предвкушение грядущего боя.
После тренировки они вышли на улицы замка Энклавира. Каменные коридоры отбрасывали длинные тени, воздух был прохладным, но Айлу казалась раскалённой — от злости.

Она шла быстро, шаги отдавались эхом, а её лицо было мрачнее ночи.

— Ну не злись, Айлу… бывает же, — тихо пробормотал Максли, догоняя её и стараясь заглянуть ей в глаза.

— Лучше бы она вообще ушла к Джозефу! — резко ответила Айлу, остановившись. — Один её взгляд — и у меня всё внутри закипает! Я уверена, она нас предаст и встанет на его сторону. Чую это кожей!

— Она просто… по-своему такая. Я же её знаю… — начал Максли, но тут же понял — он ляпнул лишнее.

Айлу резко повернулась к нему, в её глазах полыхнул гнев:

— Ты что… защищаешь её?! — голос её дрогнул, и в нём слышалась не только злость, но и раненая ревность.

— Нет! Конечно нет! Просто… извини, — быстро сказал Максли, отступая на шаг назад, подняв руки в примирительном жесте.

Айлу посмотрела на него сжав зубы, но потом лишь резко выдохнула и пошла дальше, оставляя Максли позади — с растерянностью и тревогой в груди.
Максли ускорил шаг, догоняя Айлу. Она злилась — это было видно по тому, как напряглись её плечи и как сжимались кулаки. Он приблизился вплотную и, чуть склонившись, прошептал ей на ухо:

— Прости, веснушка…

Айлу резко остановилась, обернулась к нему, в глазах горели обида и раздражение.

— Ладно! Ничегошеньки! Всё просто отлично! — воскликнула она слишком громко, будто стараясь убедить не его, а себя.

Максли не стал отвечать — просто склонился и мягко поцеловал её в щёку.

Айлу замерла. На мгновение её дыхание сбилось. Она снова посмотрела на него, но уже иначе — её взгляд потеплел, голос стал тише:

— …и я… — прошептала она почти неслышно.

Максли улыбнулся. В этот момент даже каменные стены Энклавира, казалось, стали немного теплее.
За одним из выступов коридора, в полумраке, притаилась Пиона. Она хитро улыбнулась, уши её дёрнулись, когда она услышала тихий голос Максли.

— Ох, ну что за романтика, — прошептала она, прижимая руки к груди. — Прям как в книжках. Айлу и Максли — официально парочка века.

— Ты слишком громко дышишь, Пиона, — раздался знакомый, ленивый голос рядом.

Она вздрогнула и обернулась — рядом стоял Кроули, облокотившись на стену с характерной полуулыбкой.

— Шпионишь за влюблёнными? — спросил он, приподняв бровь.

— Не я одна, — фыркнула Пиона. — А ты что здесь делаешь?

— Я? Я просто шёл. Но как можно пройти мимо такого милого зрелища? — Он слегка наклонился, заглядывая за угол, и добавил: — Айлу с огнём в глазах, Максли в роли миротворца… прямо сцена для книги.

— Да уж, — усмехнулась Пиона. — Только не вздумай писать про это балладу, бард недоученный.

Кроули хмыкнул:

— А что, идея неплохая. Назову её «Веснушка и Волк».

Пиона тихо хихикнула, а затем оба исчезли в тени, прежде чем их могли заметить.
Кроули держал Пиону на руках, легко шагая по пустому коридору. Она прижималась к нему, её хвост лениво качался в воздухе.

— Не знала, что ты писатель, — прошептала Пиона, играя прядью его длинных тёмных волос.

— Иногда пишу, — мягко улыбнулся он.

— Ты мой писатель, — усмехнулась она, щекой прижавшись к его груди.

— Конечно, твой. И только твой, моя милая принцесса, — его голос был тёплым и чуть насмешливым.

Пиона чуть приподнялась и аккуратно убрала прядь с его лица, заглядывая в его глубокие фиолетовые глаза.

— Всегда любила твои глаза… — прошептала она.

— А я твои, милая, — ответил он, и поцеловал её в губы.

Пиона дрогнула, её уши дёрнулись от волнения, а в голове вспыхнул вихрь эмоций. Она крепче прижалась к нему, будто стараясь запомнить это мгновение навсегда.

— Ты слишком активный, Кроули, — прошептала Пиона, обвивая руками его шею.

— Зато я не тормоз, как Максли, — усмехнулся он, склонившись к её лицу.

— Ага, и не говори. Айлу — вот газ! Хаха, наблюдать за ними — всё равно что кино смотреть, одно удовольствие, — рассмеялась Пиона, прищурив глаза.

— Не спорю. Рад, что мой компаньон понимает меня, — с ухмылкой ответил он.

— И вы тоже понимаете меня, мистер Мракодетей, — поддразнила она, целуя его в щёку. — Вот думаю… может, сходим куда-нибудь?

— Куда пожелаете, моя леди, — с лёгким поклоном произнёс Кроули.

— Хм… в море! Всё-таки жара уже погода, — с улыбкой сказала Пиона, прищурившись на солнце в окне.

— Не знал, что кошки любят воду, — хмыкнул Кроули.

— Ну не все же, милый, — мурлыкнула она.

— Просто ты у меня особенная.

— Но я позову Айлу и Максли. Пусть идут с нами, — сказала Пиона, виляя хвостом.

— Хорошо, но возьмём попкорн — чтобы интереснее наблюдать, — усмехнулся Кроули, прищурившись.

— Обязательно, милый, — с широкой улыбкой ответила Пиона, легко толкнув его плечом.
Тем временем Айлу лежала на диване, уткнувшись в подушку. Тени от окон лениво скользили по полу, а в голове крутились обрывки мыслей.

Дверь тихо приоткрылась.

— Веснушка? — осторожно заглянул Максли.

— Заходи. Что-то случилось? — спросила Айлу, не двигаясь.

— Нет… Просто я решил, что диван без меня страдает от одиночества, — сказал он и с лёгкой ухмылкой плюхнулся рядом.

Айлу закатила глаза, но уголки губ дрогнули.

— Диван, возможно, и страдал, но теперь вот я страдаю — от тесноты.

— Ну знаешь, я вообще-то лёгкий как пушинка! — возмутился Максли, устроившись поближе и положив голову ей на плечо. — Или ты просто хочешь, чтобы я улёгся у твоих ног, как преданный волк?

— Только если не будешь выть под луной, — хмыкнула Айлу.

— Без луны, но с тобой рядом — легко, — прошептал он, подняв взгляд к её глазам.

— Ох уж ты романтик, — пробормотала она, слегка касаясь его волос.

— Я не романтик. Я просто безумно влюблён в одну вредную веснушку, — усмехнулся он.

Айлу прищурилась, но в её взгляде уже не было ни капли раздражения — только тепло.

— Ну тогда, может, ты принесёшь мне чай, мой преданный волк?

— Только если получу награду… хотя бы в виде поцелуя.

— Торговец чувствами, — покачала головой Айлу, но всё же легко коснулась его губ.

— Договорились, — довольно прошептал он и, не спеша, встал. — Один чай — и я снова здесь. С пушистым пледом и всем остальным.

Айлу усмехнулась ему вслед. И, кажется, в этом вечере уже не было ничего плохого.

— Я принёс! — торжественно воскликнул Максли, появляясь в дверях с чашкой чая и мягким пледом.

— Герой дня, — усмехнулась Айлу, принимая чай. — Спасибо, милый мой.

— Всё для моей веснушки, — ответил он, с удовольствием наблюдая, как она делает первый глоток.

Он аккуратно укрыл её пледом, сам устроился рядом и, не выдержав, наклонился ближе.

— Ты такая тёплая, — прошептал он, уткнувшись носом ей в плечо.

— Это плед, чай и любовь к тебе, — усмехнулась Айлу.

— Ну с таким набором можно и зиму пережить… и Юту, и соревнования, и даже Пиону на кофеине, — фыркнул Максли.

Айлу рассмеялась тихо, прижимаясь к нему ближе.

— Только ты можешь сделать обычный вечер — уютным праздником.

— А ты — моим домом, веснушка, — прошептал он, закрыв глаза.

Комната наполнилась тишиной, мягкой, как плед, и тёплой, как их чувства.
Айлу наклонилась к уху Максли, её дыхание коснулось его кожи, вызывая мурашки.

— Мой милый Максли… — прошептала она, и его уши чуть порозовели.

Айлу нежно коснулась губами его уха, потом медленно спустилась к шее, оставляя лёгкие, почти невесомые поцелуи. Максли быстро прикрыл рот рукой, чтобы не выдать себя слишком громким вздохом.

— Ну же, — прошептала Айлу с улыбкой, — неужели я не заслужила услышать твой милый голос?

— Если я сейчас заговорю… боюсь, потом придётся извиняться перед стенами, — усмехнулся Максли, едва сдерживаясь.

— Тогда шепчи, — прошептала Айлу в ответ, — только для меня.

Он мягко повернул голову к ней и заглянул в глаза.

— Знаешь… ты сводишь меня с ума, Веснушка.

Айлу тихонько рассмеялась и обняла его за шею.

— Отлично. Значит, я на верном пути.
Айлу слегка прикусила кожу на его шее, оставляя едва заметный след. Максли вздрогнул от неожиданности, и с его губ сорвался тихий, нежный звук.

— Ай-лу… ты чего?.. — прошептал он, глядя на неё с удивлением и лёгким румянцем.

Айлу прижалась к его щеке и усмехнулась, её голос был тихим и тёплым:

— Я просто оставила тебе метку… чтобы все знали, что ты мой.

Максли на мгновение замер, потом усмехнулся, притянул её к себе и прошептал ей в волосы:

— Тогда мне тоже придётся оставить свою.

Айлу чуть вскинула бровь, улыбаясь уголком губ.

— Смелый волк…
— Ты не оставляешь выбора, милый, — прошептала Айлу, улыбаясь уголками губ.

— Что?.. — выдохнул Максли, но не успел ничего понять, как Айлу прижалась к нему и поцеловала, крепко, с настойчивостью, в которой чувствовалась вся её решимость. Максли тихо застонал, едва сдерживая эмоции.

Айлу взяла его за запястья, прижимая к мягкой поверхности дивана, её дыхание горячо скользило по его шее.

— А... Айлу, пожалуйста... ты же знаешь, что я слишком... — он не договорил, захваченный её напором.

— Чувствительный? — усмехнулась она и легко провела губами по его коже, оставляя тёплый след.

Максли прикрыл глаза, его голос стал хриплым:

— Ай... ты слишком активная...

— А ты слишком милый, — прошептала она и поцеловала его лоб, мягко отпуская руки.
Айлу легла рядом, уткнувшись лбом в плечо Максли, и прошептала:

— Я не хочу уходить... теперь.

— Ты о чём? — тихо спросил он, поглаживая её волосы.

— Ничего, мой милый... — с лёгкой улыбкой прошептала Айлу и закрыла глаза, позволяя себе раствориться в этом спокойствии.
Во сне Айлу оказалась среди белоснежной пустоты. Из тумана к ней вышла фигура — женщина с белыми волосами и глазами цвета инея. Это была Луэра.

— Я должна сказать тебе, милая, — прошептала она, голосом тихим, как зимний ветер.

— Да, мисс Люменарис? — спросила Айлу, чувствуя лёгкое напряжение.

— Скоро Джозеф и его армия нападут. Будет война, — мягко, но тревожно сказала Луэра.

Айлу сжала кулаки.

— ...Понятно. Я стану сильнее, я...

Но Луэра перебила её, подойдя ближе.

— Ты не понимаешь, Айлу. Он сильнее всех на этой планете... Он уже давно среди нас. Я должна тебя тренировать. Я научу тебя использовать силу Люменарис, — сказала она с серьёзностью в голосе.
Луэра посмотрела на Айлу с тем самым пронизывающим взглядом, от которого мороз бежал по коже.

— Но знай, Айлу, сила Люменарис — это не просто свет. Это память крови. Это боль тех, кто пришёл до тебя. И ты должна помнить слова, которые однажды спасут тебе жизнь.

Она подняла руку, и в воздухе медленно засветились символы, складываясь в фразу:

«Когда тьма заговорит голосом близкого — не верь, но и не отвергай. Огонь внутри тебя — не свет, а ключ.»

Айлу открыла рот, чтобы спросить, что это значит, но мир начал рушиться. Пустота сотряслась от звука далёкого рёва, и Луэра исчезла в вихре снега.

— Найди меня… в зале без времени… — донёсся последний шёпот.

Айлу проснулась с холодом в груди и дрожью в пальцах. Слова продолжали звучать в её голове.
Айлу проснулась. Максли спал рядом, лицо его было спокойным. Она укрыла его пледом, встала и накинула тёмную мантию, словно ей нужно было спрятать свою тревогу.

— Зал без времени... — прошептала она, идя по тёмному коридору. Шаги глухо отдавались в стенах замка.

Вдруг позади раздался знакомый голос:

— Мисс Айлу, куда это мы направляемся среди ночи? — голос профессора Слея был одновременно холодным и забавным.

— Ох... я... это... — Айлу смутилась, словно её поймали за чем-то запретным. — Ты можешь мне помочь?

— Зависит от того, в чём, — приподнял бровь Слей, но в голосе была заинтересованность.

— Мне нужно найти Зал без времени, — сказала Айлу, глядя ему прямо в глаза.

Слей остановился. Молчание зависло в воздухе, как перед грозой.

— Откуда ты знаешь об этом? — прошептал он. — Хотя... с тобой всегда что-то происходит, — хмыкнул и махнул рукой. — Ладно. Пошли, дочь.

Айлу пошла за ним, словно ребёнок, идущий за тем, кому доверяет. Слей это почувствовал — и едва заметно улыбнулся.

Они спустились в подземелья. Каменные стены были сырыми, факелы моргали, будто не желая гореть.

Слей остановился перед пустой стеной. Достал из внутреннего кармана маленький нож.

— Только Люменарис могут открыть эту дверь, — сказал он и надрезал палец. Кровь заструилась, и он провёл ею по камню.

Стенка дрогнула и раскрылась, будто расступившись перед старой магией.

— Что это? — удивилась Айлу.

— Это древняя дверь Люменарис. Мне её показал один человек… когда узнал, что моя мать была одной из них, — ответил Слей тихо. — Я наполовину Блэк. Наполовину — Люменарис. Во мне течёт их кровь. Маленькая часть... но достаточно, чтобы открыть путь.

За дверью — пустота. Молчаливая, как сама бесконечность.

Айлу сделала шаг вперёд.

— Впереди — не просто ответы, Айлу, — сказал Слей. — Там ты можешь найти силу… или потерять себя.

— Но осторожно, Айлу. Здесь время не просто остановлено… оно смотрит, — прошептал Слей. Его ярко-зелёные глаза на мгновение блеснули в полумраке.

— Хорошо, пап... — еле слышно ответила Айлу. Слово сорвалось с губ само собой, будто что-то внутри неё давно признало это.

Дверь за ней закрылась с глухим щелчком. Мгновенно стало темно, как в бездне. Айлу подняла руку, и из ладони вырвался свет — серебряный, как луна. Он мягко осветил пространство вокруг.

Коридор впереди казался бесконечным.

Тихо.

Но затем…

Шёпоты. Голоса.

Один смеялся… другой плакал. Детский смех сменялся рыданиями. Звуки были и близко, и далеко, как будто стены сами их хранили.

— Это... — прошептала Айлу, — воспоминания?

Голоса становились чуть громче. Она узнала один… такой знакомый, родной… голос своей матери. Потом голос Луэры, тихий, как ветер. А дальше… голос Джозефа. Холодный, властный, но почти растерянный.
Айлу замерла.
Свет в её руке дрогнул.
Айлу остановилась. Перед ней, будто из самого тумана, возник мужчина. Высокий, худой, почти прозрачный. Его белоснежные глаза смотрели сквозь неё — в саму душу. Глаза, в которых не было ни искры жизни.

Она невольно отступила на шаг.

— Зал Времени… не здесь. Ты свернула не туда, — его голос звучал, как шелест сухих листьев — тихо, но пронизывающе.

— А… куда нужно идти? — спросила Айлу, чувствуя, как дрожь пробегает по спине.

— Туда, где нет ни прошлого, ни будущего. А здесь… ты в Шаяан — комнате теней и забытых воспоминаний. Я провожу тебя. К Луэре. Она ждёт.

Он повернулся, и от его движения повеяло стылым холодом. Айлу шагнула за ним. Пол, казалось, стонал под её ногами, а стены шептали забытые имена.

— Простите… — начала она неуверенно. — Можно спросить?

— Говори, дитя света, — хрипло отозвался он.

— Как вы… оказались здесь?

— Я… грешил. Слишком часто. Предавал. Убивал. Верил не тем. И в итоге умер в стенах замка… Но тело моё исчезло. Растворилось. Оказался здесь — между мирами, между смертью и забвением.

— И вы ищете своё тело?.. — шёпотом спросила Айлу.

— Хочу быть похороненным по-настоящему. Не как тень. Хочу покоя… А пока я блуждаю. И веду таких, как ты, к тем, кто ещё может изменить судьбу.

Айлу опустила взгляд, сжав кулаки. Здесь, в этих мрачных залах, страх и решимость сплелись в ней в нечто новое.

— Я помогу вам, — сказала она вдруг. — Когда всё закончится… я найду ваше тело.

Мужчина замер на мгновение. А затем медленно обернулся, и впервые в его пустых глазах мелькнул слабый свет.

— Тогда иди. Дальше — путь твой.

— А как вас зовут? — тихо спросила Айлу, не отрывая взгляда от его призрачной фигуры.

Мужчина обернулся, и голос его, словно ветер в заброшенных коридорах, прошелестел:

— Зови меня просто Рамзи… — он на миг замолчал, прежде чем продолжить, — но запомни: Зал Без Времени — не просто красивое название. Там действительно нет времени… Оно замирает, но ты стареешь. Быстро. Неестественно. И никто не знает, выйдешь ли ты оттуда… той же.

Он исчез, растворившись в воздухе, будто и не существовал вовсе.

Айлу осталась одна. Холод пробежал по коже, и всё вокруг казалось нереальным. Она сделала шаг вперёд, и перед ней выросла древняя дверь, покрытая странными письменами. Каждое слово, вырезанное в камне, будто шептало её имя.

— Зал Без Времени… — прошептала Айлу, едва коснувшись поверхности.

Дверь отворилась без звука, и изнутри пахнуло древностью и магией. Внутри — белое, как снег, помещение. И в самом его центре, как статуя света, сидела Луэра. Белые волосы, белые глаза — она была словно воплощение самой Вечности.

Айлу затаила дыхание.

— Не заходи, — резко сказала Луэра, мгновенно оказавшись перед Айлу, будто воздух сам подхватил её и перенёс.

— Почему? — Айлу инстинктивно отступила назад, но голос её звучал спокойно.

— Тебе ведь уже говорили… Зал Без Времени — не то место, куда можно входить без подготовки. Название не просто так, — в голосе Луэры прозвучала лёгкая суровость.

Она подняла ладонь и плавно коснулась головы Айлу. Из кончиков пальцев разлился мягкий, серебристо-белый свет, обвив девушку, как водяной шелк. Тепло и холод пронзили её одновременно, словно время действительно перестало иметь значение.

— Теперь можешь, — мягко сказала Луэра. — Я поставила на тебя защитную метку. Без неё ты бы растворилась в потоке вечности… или потеряла бы саму себя.
Айлу осторожно толкнула дверь. Она не скрипнула — просто растворилась в воздухе, как дым. За ней раскинулся зал, чьё пространство невозможно было осознать сразу: стены словно двигались, потолок терялся в белом тумане, а под ногами была гладь, как у воды, только твёрдая и отражающая её саму, но с задержкой, будто отражение не соглашалось быть точной копией.

Зал Без Времени был беззвучен. Даже её дыхание казалось чужим здесь.

Вдруг пространство дрогнуло, и перед Айлу, словно из воздуха, начали появляться образы — сцены, словно вырванные из чужих воспоминаний. Она увидела Джозефа — молодого, сильного, ещё не затуманенного тьмой. Увидела Слея, совсем юного, рядом с женщиной, чьи глаза были белыми, как у Луэры.

Айлу подошла ближе. Изображения реагировали на её присутствие, будто знали, что она — часть этих историй. В центре зала, прямо над гладью, появился круг света. В нём, сидя в позе лотоса, парила Луэра. Её глаза были закрыты, а волосы плавали в воздухе, как под водой. Когда Айлу приблизилась, Луэра открыла глаза.
Айлу слушала, затаив дыхание. Голос Луэры звучал одновременно мягко и величественно, словно эхо самой древней магии.

— Здесь, в Зале Без Времени, ты сможешь постичь то, что скрыто от других. Я научу тебя управлять светом Люменарис. Это не просто магия — это воля мира, его сердце, — продолжила Луэра, опускаясь на пол, точно на поверхность воды. — Но я не справлюсь одна. Возможно, мне придётся позвать тех, кто был до нас… наших предков. Они придут, если сочтут тебя достойной.

— Предков? Но как?.. — Айлу растерянно взглянула на зал, будто ожидая увидеть призраков прошлого.

— Они живут в этой магии. В воспоминаниях. В светлых отблесках времени. Некоторые могут говорить, другие — лишь показать путь. Но будь осторожна, Айлу. Не все из них сохраняют человечность. Некоторые слишком долго были вне времени.

Луэра кивнула, и её глаза на мгновение вспыхнули сиянием.

— Тогда стой в круг, — прошептала она и взмахом руки нарисовала светом древний символ на полу. Руны вспыхнули мягким золотистым светом и начали медленно вращаться.

— Это круг памяти. Только тот, кто носит в себе кровь Люменарис, может войти в него, не потеряв себя, — объяснила Луэра. — Встань в центр. Закрой глаза. И ни в коем случае не открывай их, пока не услышишь моё имя.

Айлу послушно вошла в круг. Её сердце билось быстро, в ушах звенела тишина. Луэра начала говорить на языке, которого Айлу никогда не слышала, но почему-то понимала каждой клеткой тела. Зал наполнился сиянием, воздух словно задрожал от силы слов.

Световые нити поднялись в воздухе и начали собираться в силуэты — фигуры людей. Кто-то был в плащах, кто-то — с крыльями из света, кто-то — с пустыми глазами, полными бесконечности. Один из них подошёл ближе. Женщина с лицом, похожим на Айлу, но со звёздами в волосах.

— Мы слышим зов, дитя света, — сказала она. — Ты готова принять знание, которое несут тебе поколения?

Айлу не могла говорить, но в душе вспыхнуло согласие.

— Тогда смотри, — сказала женщина, и её ладонь коснулась лба Айлу.

В тот же миг Айлу увидела небо, разорванное тьмой, древние битвы, лица предков, силу, льющуюся из её рук — и в центре всего была она, связанная с Луэрой, с Максли, с профессором Слеем, с самим светом.

— Она готова, — произнесла женщина, отступая. — Но время уходит, и за светом придёт Тьма.

Айлу открыла глаза. Луэра стояла рядом и держала её, не дав упасть.

— Теперь ты не просто Айлу, — сказала она. — Ты Носительница Света. И война уже началась.