Прошлое. 24 года назад. Дра Пако. 1 глава: Пикник.
Прошлое. 24 года назад. Дра Пако. 1 глава: Пикник.
- Паако!! Пааакооо!!!! – кто-то выл под окном без перебоя. Владелец имени, так настоятельно вызываемый этим кем-то, поморщился, быстро натянул темные штаны и футболку, и, не забыв немного причесать алые волосы по плечи, выглянул за дверь.
На пороге стоял кучерявый сорванец 16 лет и так и норовил утопить Пако в своих голубых глазах.
- Ты пойдешь на пикник? Меня пригласили Бет и Офеля и попросили позвать тебя. – парень широко улыбнулся, почесав затылок. Он явно надеялся, что друг согласится.
- Подожди минутку. – Пако быстро побежал сначала в ванну, чтобы почистить зубы, а после к комнате матушки. Если бы та узнала, что он встречал гостя, не совершив этих гигиенических процедур, а потом еще и заявился к ней в таком виде, то дико рассердилась и вероятность того, что его отпустили бы, уменьшилась в разы.
- Матушка, можно войти? – постучался Пако.
- Входи.
Перед юношей предстала большая роскошная кровать из темного дерева с мягчайшими покрывалами и перьевыми подушками, на которой восседала изящная женщина, как будто пришедшая из другого века.
Бледные черты лица и чересчур острые скулы, еще смягченные макияжем, вкупе с ядрено зелеными глазами и алыми тщательно расчесанными волосами заставляли трепещать любого, даже родного сына. Эта женщина любила вспоминать о их великих дворянских предках, чьи портреты украшали стены ее комнаты, и никак не могла смириться с тем, что та эпоха уже как пару столетий назад прошла. Она так сильно косила под те века, что уже создавала (верное) впечатление малость чокнутой помешанной женщины.
- Мои друзья собираются на пикник, могу ли я пойти с ними? – внутренности парня связало в клубок, но он старательно сохранял маску хладнокровия на лице, чтобы матушка не зацепилась за его излишнюю эмоциональность.
- Хм, хорошо, иди. – ответила та, поведя бровью. Матушка была не очень довольна тем, что ее сын вместо того чтобы учиться и готовиться стать великим писателем, как и все в его роду, гуляет с какими-то оборванцами, но все-таки он уже достаточно взрослый и сам должен понимать всю ответственность, возложенную на него.
- Спасибо. – кивнул тот и выскользнул из комнаты. Только у двери юноша расслабил лицо, и то сразу же заискрилось от радости.
Он пойдет на пикник с Офелей, Бет, и, вау, Осом!! Он постарался успокоить гулко колотящееся в грудной клетке сердце с бушующим румянцем и открыл дверь.
- Я иду, подожди меня немного, я быстро соберусь.
Он как можно скорее стянул домашние вещи и надел приличные темных оттенков, закрепил волосы ободком и быстро собрал все самое нужное для пикника в корзинку, не забыв достать спрятанные под матрасом от матери книги по травничеству.
- Пойдем. – кивнул он, закрывая дверь. Всю дорогу до места встречи Освальд болтал о всяком, а Пако вставлял редкие шуточки, с которых тот постоянно заливался таким громким искренним смехом, каким он был редко. Он словно мелодия ласкал слух юноши, так что Пако даже специально напрягал голову чтобы выдумать что-то эдакое – и оно всегда попадало в цель, становясь большим поводом для гордости.
- Ос, тебя как всегда издалека слышно. – помахала им рукой Элизабет, машинально поправляя две тугие светлые косички. – Что вы принесли, выкладывайте. – она заглянула в корзинку к Пако и ее ярко малиновые глаза расширились от удивления. – ты что взял новые книги?
- Новые книги? – заинтересовалась Офелия, втянув шею. Она была единственной, кого однажды пустили к нему домой. Ее спокойный начитанный взгляд привлек его матушку, а остальные друзья для нее оставались назойливыми мухами, которые только и делали, что бессмысленно жужжали. Офелия в полной мере понимала, как рискованно было оставлять у себя какие-либо книги по травничеству для Пако. «Давай лучше они полежат у меня, ты просто будешь брать их, когда тебе нужно, приходи когда захочешь.» - говорила она ему, после встречи с его матушкой. Но тот упрямился, как последний баран. Как же глупо. Всегда действовал как считал правильно сам, но при этом все равно умел выслужиться перед грозной матерью, чтобы не создавать себе же проблем. Пусть делает что хочет, его подруга совсем не была тем, кто до последнего будет стараться его переубедить или же изнывать от волнения за него. Не то чтобы ей было плевать на Пако, просто она не была тем, кто долго тревожится.
- Да. – юноша извлёк все содержимое корзинки, в том числе стопку книжек про разные растения. Освальд восхищенно застыл.
- Как ты их достал?! – он был в восторге. Пако не мог отвести взгляда от этого яркого зрелища и замер. В потных ладошках была сжата ручка изящной корзинки.
- Кхм-кхм – негромко закашлялась Офелия, выводя паренька из транса.
- Связи родителей. - коротко ответил тот, быстро собравшись. Ему был предоставлен доступ к огромной закрытой библиотеке на окраине города благодаря его богатым родителям, но те не знали, что именно он там читает. А Пако зря времени не терял – собирал потихоньку там книги по травничеству, изучал по ночам и с друзьями на полянке. Под его глазами давно пролегли тени, но его душевное состояние было в наилучшем состоянии.
- Мои родители тоже должны привести мне книги из города на следующей неделе. – Родители Офелии к огромной зависти Пако полностью одобряли и поддерживали ее хобби.
- Я предлагаю садиться кушать! – улыбнулась Элизабет. Она наименее всех остальных была заинтересована в травничестве, это скорее было хобби «поиграется, и наскучит», как и многое другое, что она пробовала до этого, но ее «ветреность» совсем не мешала ей веселиться с остальными. Даже если бы девушка завязала с этим всем, ее друзья бы не перестали бы общаться с ней. Она была неотъемлемой составляющей их компании: милая добродушная девица, простая и заботливая, не самая умная, но и не глупая – обычная, но этим и привлекающая. Казалось, после разговора с ней любые заботы уходили и оставалась только непринуждённая легкость. Бет была из тех, мимо кого ты пройдешь на улице и не заметишь, но, если познакомишься, захочешь общаться постоянно. Второй девушкой их группы была Офелия – самая разумная, уравновешенная и спокойная из всех, кого когда-либо встречал Пако. Она была из тех, кто если захочет – «задушит» тебя какими-то фактами на самые разнообразные темы. Когда она была помладше ее эрудиция была более заметна, но дети постоянно убегали от девочки. Ведь она не была «веселой», была надоедливой занудой. Но ее троих друзей она тогда почему-то наоборот заинтересовала. Постепенно, это в ней утихло – ей банально стало лень, и теперь она просто иногда устало закатывала глаза и прикрывала лицо ладонями. Всех их вместе собрал Освальд – общительный, но иногда чрезмерно вспыльчивый подросток, который постоянно ввязывался в драки. Но ко всеобщему удивлению стал очень спокойным и добропорядочным, когда случайно подружился с этими тремя. Пако же не понимал, как он попал к ним в компанию, он всегда был один, безвольно читал дома книги о каких-то науках, которые навязывали ему родители. Как однажды в его жизнь ворвался этот сорванец Ос и познакомил с хобби, оставшимся для него главным до конца - травничеством. Никогда он не думал, что у него появится такое увлечение, такой путь, что пробудит в нем желание жить. Не то чтобы Пако хотел своей смерти. У него был смысл жить – продолжить род и их родовое занятие, стать гордым и достойным писателем. Дни были спокойные, темные, он рос в этом и совсем привык к монотонному однообразию, абсолютно нейтральному.
Но стоило этому взбалмошному подростку Освальду случайно приоткрыть занавес, пустить небольшой лучик в его темный мирок, как жизнь переменилась. Вопросы и соблазны начали одолевать юношу. Он как будто до этого видел только разные оттенки серого, но голубоглазый волшебник-разбойник снял с него темные очки, и он узрел впереди целое бесконечное поле ярких красок.
И вот, теперь он тут. Теперь ему привычней на свету, в окружении красивых цветов и его друзей, а та темнота ему чужда и противна. Треона перевернулась для него.
И все это из-за одного забавного оболвана.
- Как же много всего существует – вдруг пронзили тишину слова, слетевшие с губ Освальда, внимательно рассматривавшего описания растений из толстого филиала что принес Пако. – хотел бы я однажды увидеть это все...
- Но большая часть перечисленных там растений произрастают далеко от нас. – пробормотал Пако, прочитавший уже этот сборник за недавние несколько ночей.
- И что? – Ос поднял на него свои небесно-чистые глаза, - я поеду туда и увижу все это! – «Как же много света и свободы в этом парне.» подумал Пако восхищенно смотря на него.
- Пиши мне об этом в письмах почаще, Ос – попросила на будущее Офелия, завязывая русые волосы в хвост, - Не думаю, что буду путешествовать. Хочу открыть свою школу.
- Школу? – Бет с набитым ртом удивленно выдала, разбрасывая вокруг крошки.
- Да. – Офелия быстро отряхнула свою длинную болотно-зеленую юбку. – Хочу, чтобы больше людей узнали о травничестве.
Пако слушал, и не знал, что добавить. Раньше он был четко уверен, что будет делать дальше, но сейчас даже не представляет, как лучше действовать дальше.
- Я не знаю кем хочу стать. – честно призналась Элизабет, вытерев губы салфеткой. – Когда надо будет, придумаю что-нибудь – она сказала это так безмятежно, что юноша шокировано уставился на нее. Удивительная безответственность!
- А ты, Пакорри? – полная версия его имени, произнесённая устами Оса, защекотала где-то в груди красноволосого юноши, словно мягкое перышко птички, что он случайно запустил к себе в грудную клетку не заметив.
- Пока не уверен. – расплывчато ответил тот.
- Если так и не определитесь, всегда жду вас в качестве учителей в своей будущей школе. – Офелия рассуждала логично и заранее уже искала себе работников.
- О, хорошо. – быстро согласилась Элизабет.
- Как думаешь, Пако, это можно использовать в рецепте мази от ожогов. – Освальд потянул его за край футболки и тот навис рядом, чтобы заглянуть в книгу.
- Мне кажется вполне, но только не стоит смешивать его с астридом, иначе получится мазь для ожогов. – сбоку раздался смех и серые кудряшки защекотали щёку. Тогда Пако осторожно глянул на собеседника. Так близко, видно каждую ресничку, родинку на виске, неглубокие складки у уголков рта.
Их взгляды на секунду встретились и оба парня тут же отодвинулись друг от друга и залились румянцем.
- ...Я думаю вместо астрида можно использовать корень дэли. Он менее агрессивный. – быстро выкрутился Освальд и начал листать страницы, в поисках нужной.
- 54.
- Что?
- На 54 странице. – прервал его поиски Пако.
- Спасибо.
Бет незаметно наблюдала за парнями сзади даже не прикрываясь книгой – те были слишком увлечены друг другом, все равно ничего не заметили бы. Выражение ее лица было смутным и несколько... печальным?
«О, Освальд. Вот чего она бегает за ним хвостиком.» осознала сидящая неподалеку Офелия. Девушка вздохнула, надеясь на то, что ошибается в своих домыслах.
- А помните про бал? – вдруг спросила Элизабет, похлопав легонько по плечу Освальда.
- О, точно, бал! Если я не ошибаюсь он послезавтра?
- Да! Мы же пойдем? – на ее лице отразился восторг и нотка надежды, видимая только глазами подруги.
- Конечно! Давайте развлечемся! – Освальд улыбался так широко, что даже если бы кто-то и планировал отказаться от этой затеи, все равно бы безоговорочно согласился. Услышав об этом, Пако замер.
Бал. Первый его медленный танец.
О боже, они обязаны с Освальдом станцевать во что бы то ни стало! Он не мог полностью представить весь тот уровень близости, что он испытает в момент танца, ведь каждая частичка его тела будет едина с каждой частичкой тела Освальда, он будет слышать и чувствовать кожей его дыхание, их руки мягко переплетутся... Интересно, чья будет на талии, а чья на плече? Ох, рука Освальда у него на талии, да это было бы что-то!
В этот самый момент трое подростков зависли в мечтах смутно похожих, а Офелия только вздохнула и продолжила читать свою книгу, ни капельки им не завидуя.
«Да уж»
***
Пако взволнованно поправлял костюм напротив зеркала. Оттуда на него смотрел высокий, зеленоглазый парень, с завязанными в аккуратный хвостик и закрепленными лаком алыми волосами. Темная рубашка с роскошным жабо и изумрудом в окружении его складок так элегантно смотрелась с таким же темным пиджаком оканчивающимся коротким шлейфом и идеально выглаженными брюками. Он напоминал худого аристократичного ворона.
Но положение духа юноши совсем не подходило под этот холодный образ – губы были растянуты в глупой улыбке, а ресницы трепетали.
Ему еще матушке надо показаться перед выходом, как же унять эти овладевшие им чувства! Он не мог дождаться танца с Освальдом. Так хотелось увидеть его в костюме, прижать к себе, а может даже...
Нет-нет-нет!
Он прикрыл горевшее лицо ладонями и плюхнулся на кровать. Что же будет! Что же будет!
Так все! Вдох-выдох. Пора идти.
Он показал себя женщине, которая оказалась в восторге от его внешнего вида, быстро обул лакированные туфли и направился к бальному залу. Договорились встретиться уже там. Дорога пролетела быстро, возможно потому, что Пако, сам того не заметив, значительно ускорился и чуть ли не бежал. Как же неудобно, что он совсем не мог узнать сколько времени прошло, пока он «шел», его дом был далеко от дома культуры, где проводили бал, он вполне мог опоздать.
И вот вдалеке мелькнуло высокое, уже старое, но изящное здание. Распахнув двери, Пако сразу же увидел своих друзей, дожидавшихся его у входа.
- Пако! – воскликнули в один голос Бет и Освальд. Тот не смог ничего ответить, он тупо уставился на парня.
Он был в белом. Чисто белом, немного потрепанном костюме из какого-то мягкого материала.
Волосы как всегда торчали во все стороны, но спутаны были меньше чем обычно. Он явно потратил больше времени на расчёсывание. А на ногах какие-то старые серые туфли, которые были очень хорошо начищены, но все равно не вписывались.
Эта парочка, Освальд с Пако, были такими разными, но в этот момент их взгляды и выражения лица стали идентичны, как будто они уже переплелись в танце.
И за этим всем наблюдали две девушки: Офелия в длинном тёмно-зелёном платье ниже колен и рукавами, как у обычной футболки. Лаконичные черные вставки были изюминкой, что очерчивала фигуру, не самую выразительную, но приятную глазу. Русые волосы собраны пучок, закрепленный двумя палочками. Девушка же рядом кардинально от нее отличалась. Ее даже чересчур худое тело было облачено в нежно лимонное платье. Полупрозрачные белые вставки делали его невесомым, девушка как будто только спустилась с небес. Светлые волосы струились по плечам плавными волнами и выглядели воздушнее обычного, а макушку украшал ободок с белыми цветами. Она казалась значительно эффектней Офелии, но образ как будто противоречил самому ее лицу, с острыми краткими чертами, превращая ангела в капризную принцессу (что ее характеру не соответствовало), когда Офелия была одета полностью в ее стиле.
Девушки обворожали проходящих мимо людей. С самого их прибытия Офелия увлеченно беседовала с прекрасной смуглой дамой, что решилась подойти к ней. Бет же тихонько топталась за ее спиной, поглядывая на Освальда.
Ос выглядел как принц из сказки – такой мягкий, улыбчивый, в светлом костюме. Его голубые глаза светились изнутри, казалось даже не были холодными, а наоборот – теплыми, греющими сердце. Не хватало только белобрысого коня. Пако стоящий рядом же напоминал злодея. Так уж получилось, что черный цвет – страшный, злой, может из-за того, что он царил в темноте, был темнотой, а это одна из самых распространённых фобий, может это все связанно с религиозным символизмом, но в итоге все сложилось так и в разумах людей черный вызывал только темные чувства. Облик смуглого юноши, привыкшего держать брови опущенными и нахмуренными, с кроваво алыми волосами и холодными зелеными глазами и правда создавал впечатление жесткого человека, но сейчас его выражение лица было живым и улыбчивым, поза простой, плечи расслабленно опущены - эта темная давящая дымка, окружавшая его обычно, рассеивалась.
Пако совсем не замечал направленных на него взглядов – он был полностью вовлечен в беседу с «принцем». Но в итоге ее все-таки прервали.
По залу разлилась активная простая мелодия.
Бал начался.
- Освальд. – Бет незаметно подпорхнула к ним, - станцуем? – любое волнение в ее словах было скрыто звонким смехом и яркой улыбкой.
- Конечно, давай повеселимся. – легко согласился тот, подавая ей руку. Румяные щечки девушки стали ярче. Она быстро вложила свою ладонь в его и пустилась с ним в танец.
Пако молча наблюдавший за этим, сжал губы и отвел взгляд от веселой парочки. «Не успел.»
На плечо легла тяжелая ладонь.
- Пако, пойдем возьмем чего-нибудь перекусить. – Офелия указала на неподалеку стоявшие столы, богатые закусками. Юноша быстро согласился, и они направились туда.
Так много яств даже Пако, сын матери фанатевшей по образу аристократки, не видел никогда: печенья, плюшки, пончики, кексики, баранки, конфеты, фрукты, шоколад и карамель в отдельных чашах и напитки: чайники с разными видами чая и кофе и множество пустых кружечек. Все это издавало сладкие пряные ароматы, которые к удивлению, особенно не привлекали людей вокруг.
Все были увлечены танцами.
Особенно Освальд и Бет.
Они скользили по залу, словно сказочные птицы. Их силуэты заставляют трепетать сердца тех, мимо кого проплывали. Бет дополняла образ Оса, а Ос – ее. Их движения словно слились в одно долгое, воздушное, активное. Вот сменилась песня и стиль их движений изменился. Оба знали танец наизусть, движения были отточены, как будто пара танцоров готовились к балу заранее. Лампы освещали все ярким, золотым светом, так что какое-то свободное не сходившее с лица счастье как будто становилось светлее. Как же им там было радостно, ох, казалось, что они своим энтузиазмом заряжали весь зал.
Но лицо Пако наоборот становилось все более и более похожим на его костюм. Он даже сам не понимал, почему испытывает такие чувства.
Что может быть плохого в радости его друзей? Ведь он всегда желал для них всего самого наилучшего.
Да, в его душе бурно цвели чувства к Освальду, такие яркие, неуемные. Парню иногда даже казалось, что они все-таки могут быть взаимны. Но каждый раз после таких мыслей он прятал их подальше в испуге. Он не понимал, что делать. Он никогда не встречался с подобным ранее и знал о любви только из старых книжек, что проносил из библиотеки. Но в какой-то момент они начали создавать только больше вопросов.
Все пары там состояли из мужчины и женщины, которые зачастую придерживались определенных ролей. И сколько бы романов он не перерыл, ни разу не встретил однополой пары. Но они с Осом оба мужчины, как поступать в подобной ситуации? Какие клише из книги будет правильно использовать, как действовать?
- Ей, Пако, ты тут? – Офелия одернула паренька, который застыл с несколько пугающим выражением лица.
- А, да, все хорошо. – опомнился тот.
- Слушай, может поговорим кое о чем? – Пако заметил нотку тревоги на ее лице и был сильно удивлен – редко что-то может задеть эту его подругу. Видимо это было что-то серьезное.
- Конечно, о чем?
- Об Освальде.
- Он что-то натворил? – первым же делом осведомился он. Зная о его прошлом, парень совсем не удивился бы.
- Нет. Я хотела бы поговорить о твоих чувствах к нему. – Офелия заметила, как Пако резко выпрямил спину и напрягся, так что еще больше убедилась в своей теории. – Я же права?
- Ч-что ты... я не... - настойчивый взгляд девушки, поставившей руки в боки, резко отбил желание отнекиваться, - Да, это так.
Парень неловко топтался на месте, как-то неестественно сгорбившись. Меньше всего он ожидал подобного от Офелии – всегда холодной и безразличной к делам любовным. Вдобавок из-за того, что его раскрыли, начали закрадываться мыслишки, не одна ли эта девушка поняла все. Что если Ос тоже понял?
- Так и думала. Слушай, мне уже неловко наблюдать за вашими терзаниями, признайся ему.
- ЧЕГО? – Пако аж подпрыгнул на месте, растеряв последние нотки напыщенной аристократичности. – И что значит «ваши»? – откашлялся все-таки он.
- Вы смотрите друг на друга как два глупых влюбленных голубка, я удивлена что ты сам еще не заметил. Пако, может тебе стоит проверить зрение?
- Но... но.. – паренек не знал на какую из колкостей так гармонично вписавшихся в речь подруги ему отреагировать первым.
- Так будет проще вам обоим. Или ты до последнего собираешься ждать? Фанат куколдизма?
- Т-ты... - От чего он первым сгорит: гнева или стыда? Зачем вообще присыпать свои слова этими жестокими саркастичными шутками? Он знал об этой особенности Офелии, но впервые полноценно испытал ее на себе, раньше доставалось обычно Осу с Бет.
- Ты меня понял? – закончила наконец девушка.
- П-понял.
Офелия еле заметно выдохнула. Обычно она старалась не лезть в это все, но ее почему-то слишком напрягал вид этой парочки с кучей недомолвок. Вдобавок зная их, она понимала, что сами бы они ни о чем не заговорили.
«Неужели я тоже стала частью этих драм, охх. И главное зачем...»
Она медленно перевела взгляд на танцующих и случайно заметила, как Элизабет подвернула ногу и чуть не упала. Ос легко поймал ее и повел в сторону друзей у столов. Но девушка похоже не сильно расстроилась на этот счет и довольно хихикала, немного покраснев.
Подруга поджала губы наблюдая за ними. Почему, Бет? Почему он?
Так не хотелось снова сидеть с ней в обнимку и успокаивать. Офелия относилась к Элизабет с трепетом, возможно даже большим, чем по отношению к остальным. Все-таки она была какой-то более нежной и ранимой, чем остальные, хотя зачастую не показывала эту сторону. Разве что отчасти иногда, но не полностью.
Это часто создавало множество заблуждений. Иногда девушка сначала притворялась что ей что-то нравится, а потом, когда снова сталкивалась с этим, выказывала явную неприязнь. Парни часто путались из-за этого, да что говорить, она путала даже внимательную Офелию. Та раньше думала, что из их компании Пако – настоящий спец по сокрытию эмоций, но после того как тот начал испытывать чувства к Осу, та поняла, что по сути он ничего особо не скрывал – уж СЛИШКОМ заметна была его влюбленность. А вот к Бет сначала вопросов не было, только позже Офелия начала что-то подмечать.
- Ты в порядке? – сразу же спросил прихрамывающую девушку Пако, когда они приблизились.
- Да, все хорошо, не волнуйся. – уголки ее губ приподнялись. – Просто немного ногу подвернула, до свадьбы заживет.
Элизабет заковыляла к Офелии и оживленно начала рассказывать ей обо всех деталях танцев и убеждать, что ей тоже стоит потанцевать с кем-нибудь.
Освальд оперся о стол и повернулся к Пако.
- А ты чего не танцуешь? Могли бы с Офелией тоже зажечь.
- О, она не особенно хотела, да и танцую я не очень хорошо. – парень вспомнил как матушка пыталась обучить его, но после долгого времени сдалась, заключив что ее сын может и будет писателем, но точно не танцором.
Свет резко погас и более приглушенный алый расплылся по залу. Быстрая активная музыка сменилась тягучей и медленной. Атмосфера резко стала более откровенной.
- ...Давай я научу тебя танцевать. – голос Оса хорошо вписался в эту медленную мелодию. По коже Пако пробежал табун мурашек. На долгую минуту их взгляды встретились.
- ...Давай... - Большая ладонь Освальда поднялась перед ним, и в ней быстро появилась ладонь менее широкая, но более длинная и тонкая. От их соприкосновения по пальцам как будто пробежал ток, взбудоражив кровь.
Они подошли ближе к покачивающейся в такт массе. Ос потянул Пако за руку к себе, мягко положил ее на плечо, вторую поднял в другой ладони и вытянул вбок. Последняя легла на спину парня и притянула его к себе. Не ожидавший этого Пако покачнулся и уткнулся носом в плечо Оса.
Кажется температура вокруг резко подскочила. Места, где они соприкасались, пылали, и одновременно покалывали множеством иголочек. Сердце бухало так, что музыки слышно не было вообще.
- Из-звини. – Пако поднял лицо и их щеки прижались друг к друг, заставив обоих вздрогнуть и почувствовать горящий между ними воздух.
- В-все х-х-хорошо – Ос вдруг вместо того чтобы отвернуться, рефлекторно обернулся в сторону Пако. Их носы столкнулись. Пако резко снова уткнулся в плечо парня лицом, прячась и издавая немой крик, не имея возможности утихомирить сердце, сжавшееся и разгонявшее кровь с бешеной скоростью по стоящему на ватных ногах телу.
- Я останусь тут. – пробурчал Пако понимая, что его красное лицо не должны увидеть.
- Хорошо. – Освальд рефлекторно провел по его спине пальцами, заставив занеметь позвоночник. – Пора начать двигаться. – чуть ли не касаясь губами уха и обдавая ее горячим дыханием шепнул он. Пако отрывисто кивнул в ответ.
Юноша двинулся в сторону Пако, немного задев его коленку и сократив расстояние между ними. Парень запоздало отреагировал и отступил назад, но недостаточно, так что их бедра соприкоснулись. Ткань белых брюк натянулась, и Освальд как будто кожей почувствовал, как мягко примялось бедро Пако под его. Неосознанно тот задержал дыхание.
Как близко.
Но стоило ему почувствовал движение второй ноги Пако, он резко выдохнул и последовал за ней, в этот раз правильно поставив.
- Теперь ты. – кратко шепнул Освальд.
Пако повел ногу вперед, соприкоснувшись с дрожащей коленкой Оса. Как бы долго не длились минуты этой песни, повторявшиеся движения Пако и, к удивлению, Оса были неловкими и неправильными. Их тела незаметно преодолели то небольшое расстояние, что были между ними, притянулись словно два магнита, и танцевали уже скорее в обнимку. Соединились двое в одно, во что-то горящее и нерешительно двигающееся, не то, что привлекает взгляды, не то, чем восхищается толпа, во что-то откровенно интимное, близкое, связанное алой лентой с бантиком и неразделимое.
Стук сердец слился в один, что дополняла плавная музыка наполнявшая их.
Когда она замолкла, что-то как будто разбилось в дребезги. Так не хотелось отрываться друг от друга, терять это уже ставшее комфортным тепло. Между их телами пробежал ледяной ветерок, хоть в помещении было тепло. Они молча с минуту не могли оторвать друг от друга взгляда, чувствуя что-то новое, что-то сокровенное, то единственное что их все еще связывало после разрыва их тел.
- Я... я пойду проветрюсь – сказал Освальд, неожиданно начав удаляться. Пако не успел даже ничего ответить, и направился к столам.
Их уже окружило множество людей, так что он с трудом нашел среди них Офелию и Элизабет. Танцы закончились, и все ломанулись к еде.
- А где Ос? – удивилась Бет.
- Он сказал, что вышел воздухом подышать.
- О, ничего если я отлучусь? Мне надо с ним кое-что обсудить.
- А ты дойдешь? – встревожился за девушку Пако.
- Да, нога не так сильно болит. Подождите меня тут, я приведу его. – Элизабет активно заковыляла в сторону выхода, словно та самая гиперактивная бабушка, что даже на пенсии «не успокоилась». Офелия внимательно провожала ее смутным взглядом.
Освальд сидел на лавочке неподалеку от входа.
Холодный вечерний воздух остудил его пыл, но дышать все равно было тяжело.
Почему именно «ОН»? дело не в Пако, он прекрасный человек, дело в его половой принадлежности.
Отец всегда говорил, что однополые отношения — это противно. Это отвратительно.
Но почему его, именно его сердце, так трепещет, когда парень смотрит ему в глаза? Когда его ладонь в ладони Оса? Когда они коснулись носами, Освальд думал, что схватит инфаркт. А когда Пако после этого так мило уткнулся ему в плечо, он чуть не упал прям там.
Почему он, Освальд, такой отвратительный?
Может показалось? Может это все из-за атмосферы? Может это просто надумки?
Как же страшно. Пожалуйста, только не он.
- Эй Ос, ты в порядке? – осведомилась подошедшая к погруженному в свои мысли парню.
- А, да, конечно. – он быстро поднял лицо и блеснул зубами. – А ты чего одна, как же твоя нога? Ох, быстрей присаживайся.
Девушка плюхнулась на лавочку по соседству с парнем. Немного расправив складки платья и распушившиеся от их танцев волосы, она заговорила.
- Все хорошо, она почти не болит. Ос, я давно хотела сказать. – девушка примялась и отвела на секунду взгляд. Освальд сглотнул ком в горле. – Я люблю тебя, давай встречаться! – она решительно устремила на него пылающий взгляд малиновых глаз и сжала только разглаженные складки платья в тонких пальцах.
Что?
Освальд застыл.
Как же пусто.
Но так не хочется бояться. Так не хочется быть отвратительным.
Так хочется быть нормальным.
Освальд кажется сам не слышал слов, что лились из его полуулыбающегося рта.
Девушка была счастлива, она крепко обняла его, прижалась. Он не контролировал руки, что обняли ее в ответ.
Пусто.
Она смеялась, кажется даже плакала, смотрела в его глаза. Видела там тепло. Какое-то тепло.
Пусто.
Мягкие губы соприкоснулись, парня овеял аромат нежных цветочных духов, на губах остался сладкий вкус ягод.
Пусто.
И так холодно.
Но правильно. Все хорошо.
Что-то негромко упало где-то неподалеку.
Пако стоял в дверях. До этого он похоже держал пакет, в который они часто собирали часть пирожных с балов, но сейчас же он упал на землю. Офелия не спешила поднимать упавшие сладости. Она молча уставилась на Бет и Оса. Она не ожидала, что все будет так.
Что? – проглотили все немой вопрос.
Пако сжал руки в кулаки. Больно. Так больно. Почему он? И она? Почему?
Как же холодно, будто зимой, иначе почему он так дрожит? Ноги занемели, а органы разрывали изнутри бешеные собаки, размазывали их по коже изнутри, облизывали шероховатыми языками, царапали когтями.
Это все можно было увидеть в его глазах, напрямую, как через стекло.
Освальд смотрел, сжав губы. Молча.
Та нить, единственная оставшаяся после их танца, была жестоко перерезана узкими остроконечными ножницами правильной, но немного ассиметричной формы.