Я - сама доброта!

— Апчхи! — потёрла свой нос Ванесса, болтая ногой на койке, пока мадам Помфри искала зелье.

— Нет, ну вы только посмотрите... Чем, деточка моя, ты вообще думала?

— Зато было весело...

— Весело ей было! Я понимаю этого Крама. Вон ведь там холодно, наверняка он привык. Но вы с Уизли-то что искали на дне озера? Хорошо, что хоть у Фреда иммунитет оказался получше твоего и бодроперцовое зелье за день его поставило на ноги.

— Мы просто хотели посмотреть, что там ищет Виктор.

— И что? Нашли? — достала огромный шприц с иглой целительница.

Ванесса вмиг застыла, сглотнув слюну. В горле заболело. Начала дышать только, когда мадам Помфри, целиком рассмотрев этот маггловский шприц, выкинула его в мусорку.

— Не нашли...

— Ладно уж, рыбка ты наша. Думаю, уже завтра сможешь вернуться к занятиям. Негоже сразу после каникул неделю отлёживаться на больничной койке.

Впрочем, Ванесса впервые болела так долго. Подняла с пола скомканную газету от Риты Скиттер в надежде, что Гарри с друзьями удалось утешить Хагрида. Ведь в недавней статье та раскрыла главный секрет школьного лесничего, выставив его злобным полувеликаном. С каждой статьей Ванесса задавалась вопросом, как скоро в ее статьях появится, что похуже? И как она вообще узнала об этом? Загадка.

Почистила мандаринку, размышляя о том, что пропустила за время болезни. Мадам Помфри не пускала к ней ни Гарри, ни Рона, только однажды Гермионе удалось убедить целительницу в важности свежих фруктов, и то разрешила войти лишь на пару минут.

Радовало только пронырство Фреда. Ему всегда удавалось пробраться к ней. Один раз даже уснули в обнимку, а наутро целительница прогнала его метлой. Закрыла все окна, забрала ключи из двери, но даже так Уизли пробрался. Вычитал где-то странные чары и, добавив к ним зелье, прилип к потолку. Мадам Помфри даже не видела, как за короткое время, пока она выходила из больничного крыла, рыжеволосое чудище вылезло, как паук, правда потом свалился, благо был уже близко к полу.

Когда до турнира оставалось два дня, Ванесса наконец-то смогла вернуться к занятиям. Подглядела вместе с Гермионой письмо от Сириуса, хоть и короткое, состоящее всего из фразы: «Сообщи дату следующей прогулки в Хогсмид», — оно сумело вернуть в её сердце прежнюю боль. Казалось бы, эта тоска ушла, ведь Сириус никогда не был частью её семьи, но любое упоминание о нём возвращало в душу каплю зависти и смятения.

Не успела Ванесса насладиться свободой, как Гермиона, схватив её за руку, потащила вместе с Гарри и Роном в библиотеку. Целая гора книг ждала прочтения. Оказалось, искать заклинания, что сумеют помочь Гарри достать то, что у него украли русалки и тритоны, — сложно. Ванесса лежала на одном из толстых томов. Затушила уже четвёртую свечу, сгоревшую до самого основания.

— Знаю, что надо было делать, — сказал Гарри, уронив голову на книгу «Эффектные заклинания для весельчаков». — Надо было стать, как Сириус, анимагом и превращаться в животное.

— Точно. Захотел, раз, и обернулся золотой рыбкой! — подхватил Рон.

— Ну или лягушкой, — Гарри зевнул от усталости.

— Это всё, конечно, круто, но знаете, как пугает, когда твой родственник в своей анимагической форме орлицы наблюдает за тобой со стороны, — пробежала дрожь по телу Нессы. — Как вспомню, до сих пор в дрожь кидает.

— Чушь какая! — отчаянно воскликнула Гермиона, захлопнув «Трудные волшебные задачи». — Кому нужны завитки на волосах в носу?

— А почему бы и нет? Если хочешь, можем поспорить, — послышался голос Фреда Уизли.

Гарри, Рон и Гермиона разом оторвались от книг. Близнецы показались из-за стеллажей с книгами. Фред первым делом подошёл к Ванессе, целуя её в щёку, и присаживаясь возле, опустил голову ей на плечи.

— А вы тут что делаете? — спросил Рон братьев.

— Тебя вот как раз и ищем, — ответил Джордж. — Тебя Макгонагалл разыскивает. И тебя, Гермиона, тоже.

— Зачем это? — удивилась Гермиона.

— А кто её разберёт? — пожал плечами Фред. — Хотя вид у неё был довольно мрачный.

— Она нам велела вас обоих в её кабинет привести, — подытожил Джордж.

Гермиона и Рон выдохнули. Поднялись со стула.

— Захватите побольше книг в гостиную! — строго приказала Грейнджер. — Ванесса, выберешь какие, но лучше посидеть в библиотеке до закрытия.

— Э, нет, — возразил Фред. — Я забираю Ванессу с собой. Джордж останется.

— Не останусь. Я пойду к Грейс.

Сразу за Гермионой, под крики мадам Пинс, Фред нёс на плече Ванессу, что перед этим сложила руки на груди, твёрдо заявив, что он не будет за неё решать, хоть внутри и хотела поскорее избавиться от этих пыльных книг и насладиться луной со своим любимым.

Луна в эту ночь действительно оказалась прекрасной. Укутав Ванессу в плед, Фред протянул ей бинокль. Нет лучше места для наблюдения за звёздами, чем крыша Хогвартса, и даже возможность получить за такое свидание наказание не останавливала два влюблённых сердца в объятиях друг друга.

Утро у Ванессы выдалось весьма тревожное. Ей снилось, что за Гарри бежали книги, похожие на те, что у них были по уходу за магическими существами, но сон быстро развеялся, оставляя за собой лишь послевкусие переживаний. Их поменял на радость Фред сладостью подаренной конфеты со вкусом вишни. Он снова носил за собой пледы, и стоило Ванессе выбрать место на трибунах, тут же накинул один на лавочку, а второй — на неё.

— Ты всегда теперь их будешь за собой таскать?

— Ну конечно, конечно же, всегда. Я не допущу, чтобы ты вновь простудилась, — умостился рядом он, прислонившись ближе, и в придачу укрывая Ванессу своей курткой.

— Фред, а сам ты не боишься простудиться?

— Ты что? Нет! — махнул рукой Уизли и чихнул.

Ванесса рассмеялась. Аккуратно отстранилась от Фреда и застегнула куртку на нём потуже.

— А вот я боюсь. Я не смогу пробираться в Больничное крыло так же, как ты.

Вскоре трибуны наполнились не только болельщиками, но и сами чемпионы выстроились возле озера. Свисток — и волшебники вовсе взорвались криками и аплодисментами.

Ванесса оглянулась. Искала Рона с Гермионой. Перевела взгляд на Гарри. Он стоял совсем растерянный. Остальные участники использовали чары, достойные восхищения, а его вид лишь вызвал смех, особенно громкий у слизеринцев. Сердце сжалось, когда он прыгнул в воду.

От переживаний и Фред, и Ванесса затаили дыхание. Невольно взяли друг друга за руки и продолжали смотреть, как все чемпионы исчезают в озёрной глади. Панику нагоняло неведение. Тёмная вода озера скрывала любые фигуры, и оставалось только надеяться, что Гарри справится. Несса прижалась к Фреду.

Минуты тянулись долго, сопровождаемые полной тишиной. После томительного получаса с шумом болельщиков вынырнул первый чемпион — Седрик Диггори. Почти все студенты Хогвартса завопили в один голос от радости. Он плыл вместе с Чжоу Чанг, и от их вида Ванессе стало совсем не по себе. Что если Гермиона и Рон не умеют плавать? Помотала головой из стороны в сторону, отгоняя мысли.

— Ну же, Гарри... — прошептала себе под нос.

— Он справится, — приблизил к своим губам ладонь Ванессы Уизли и быстренько чмокнул, отправляя её руку себе в карман, дабы согреть.

— О нет... — выкрикнула Ванесса, глядя, как Флёр еле вынырнула из воды одна. Подорвалась с места, намереваясь спуститься с трибуны, но, быстро взяв себя в руки, вернулась обратно. — Что же теперь будет? Там наверняка Габриель!

— Думаю, теперь она утонет... — серьёзно глянул на свою девушку Фред, но как только румяные щёчки стали бледными, ущипнул их, возвращая живость кожи. — Вэни, думаешь, Дамблдор и другие директора позволят, чтобы с их студентами что-то случилось? Даже не смей о таком думать. Всё с ней будет хорошо.

— Зачем тогда так пугать? — легонько ударила его по плечу. — И вправду, что это я как маленькая... — щёки вовсю залились краской, но уже от стыда.

С появлением Крама, крепко державшего Гермиону за талию, стало совсем спокойно. Ванессе даже удалось разглядеть, как её подруга робела в руках Виктора. Тревога вернулась довольно быстро. Время шло, а от Гарри ни одного признака появления. Не одна она ждала Поттера. Сейчас все взгляды направились на озеро. Радость и перешёптывания исчезли, и студенты глядели, как где-то вдали бурлит вода. Ещё немного — и станет ясно, вернётся Гарри с победой или позором.

Того, что произошло дальше, не ожидал никто. Вместе с Гарри вынырнули и Рон, и Габриель. Трибуны взорвались овациями с новой силой. Теперь уже не только Ванесса, но и все вскочили с места. Не могли больше ждать. К сожалению или, наоборот, к радости, к чемпионам никого из болельщиков не пустили. Мадам Помфри суетливо бегала возле каждого, заставляя выпить своё зелье.

Гомон стоял невыносимый. Каждому не терпелось обсудить это соревнование, но никто не уходил. Судьи отправились советоваться. Голос Бэгмена, заглушающий любой шум, попросил тишины. Начался этап оценок. Флёр совсем не расстроилась низкой оценке, наоборот, сочла себя недостойной даже двадцати пяти баллов, а вот пуффендуйцы взревели, услышав, что Седрику досталось целых сорок семь. После оглашения оценки для Крама их аплодисменты и свисты не стихли. Пока что именно чемпион Хогвартса лидировал, и студенты просто не могли сидеть в тишине.

Оставался Гарри. Хогвартс убавил свой пыл. Застыл в ожидании. Слизеринцы все как один упивались хитрыми ухмылками. Ванесса взглянула на довольную Пэнси и хмыкнула.

— Вот глупые, — пошептала на ушко Фреду.

— Если будут смеяться, мы превратим их в водных жуков, — подмигнул Фред и ей, и своему брату, который думал так же.

— Почти все судьи, — тут Бэгмен неприязненно взглянул на Каркарова, — посчитали, что такое поведение говорит о высоких моральных качествах и заслуживает высшей оценки. Однако... оценка мистера Поттера — сорок пять очков.

Ванесса сначала не поверила своим ушам, а затем как вскрикнула во весь голос под свист гриффиндорцев, что аж эхо разнеслось по трибунам. Запрыгнула на руки кне менее радостному Фреду, и он, разделяя её счастье, кружился, позволяя ей наслаждаться моментом целиком и полностью.

Впрочем, не только она гордилась дружбой с Гарри. Весь Гриффиндор кичился тем, что именно чемпион с их факультета набрал больше очков, чем Виктор и Флёр. Слава такой победы долго преследовала не только Гарри, но и Рона.

Второй этап турнира для Ванессы стал любимым. Теперь, когда Гермиона начинала дразнить её долгим путём любви к Фреду и называть их Ромео и Джульеттой, Бёрк смело передразнивала её дамой сердца Виктора, и это всегда работало. Она, конечно, делала это не со зла, лишь в отместку, но вот другие знатно выводили Грейнджер своими подколами и завистью.

Март в этом году выдался ветреным. Сов сносило от каждого порыва. Бурая сова с письмом для Гарри вернулась вся растрёпанная. Ванесса как раз сидела за завтраком возле Гарри, заглянула в письмо через его плечо. Сердце застыло. Почерк Сириуса Блэка лишь слегка отличался от её.

— Он что, в Хогсмид вернулся? — удивился Рон, игнорируя внезапную бледность Ванессы.

— Похоже, что так, — ответила Гермиона.

— Не может быть! — испугался Гарри. — Его поймают, и тогда...

— Да ладно тебе! До сих пор же не поймали, — сказал Рон. — Да и дементоров в Хогсмиде больше нет.

Гарри спрятал записку. Взглянул на Ванессу.

— Что-то ты очень бледная. Заболела?

— Нет... — тихонько ответила она, отводя от друга взгляд. На душе снова появилось противное чувство зависти. — Нет, Гарри. Всё хорошо.