Я - сама доброта!

Летнее утро в Норе всегда наступало с криками петухов. Стоило солнцу подняться, как эти птицы начинали свою песню и копоша перьями важно разгуливали по курятнику. Садовые гномы ещё спали облокотившись о пень и положив головы друг на друга когда Фред Уизли на цыпочках вышел с дома и аккуратно закрыл за собой дверь. Обычно он любил поспать подольше, но в эти дни с энтузиазмом просыпался раньше всех. Вчера он и вовсе чуть не сжег кухню пытаясь приготовить сырники на завтрак. А всё ради одной кудрявой барышни гостившей у них. Его мысли напрочь оставались заняты ею целый день и ступая ещё по мокрой от росы траве, оставляющей следы на его резиновых сапогах с дыркой у самого верха он продолжал мечтательно улыбаться представляя, как дрогнут в улыбке её пухлые губки вишневого цвета.

Отойдя от дома кудахтанье кур сменилось звонким пением птиц на деревьях. Маленькие яблоки висели с прилипшими на них листьями. Им нужно ещё времени, чтобы расти. Фред подумал, что как только они созреют, то насобирает для Ванессы целую корзину и возможно даже попробует испечь яблочный пирог. Остановился. Почесал затылок. Выдохнул.

Вот я дурак!

Подумал сам на себя. Джордж услышь мои мысли, смеялся бы неделю не меньше. Но как тут можно не думать, когда самая желанная девушка в его жизни хлопает глазками глядя, как он измазал щеки мукой и подходит ближе, касается своими нежными руками к его коже вытирая её, а затем целует, оставляя на месте молотой пшеницы самый сладкий отпечаток своих губ.

Теплый ветер обдувал лицо. Фред поднимался всё выше в гору. Хорошо, что вышел ранним утром. В обед солнце бы уже жарило невыносимо. Жалел, что не взял метлу. И почему не подумал об этом раньше? Присел, разглядывая ещё закрытый бутон колокольчика. Сорвал его, как и ромашки растущие неподалеку.

— Когда нибудь я подарю ей самые лучшие и дорогие цветы... — разглядывал букет подняв его вверх и под лучами солнца, слепящими глаза улыбнулся.

На сердце уже давно не было тревог, только тепло. Фред счел себя самым настоящим везунчиком, ведь его жизнь двигалась к тому самому раю, о котором человек только смеет мечтать.

Сегодня солнце поднялось на середину неба довольно быстро. Фред еле успел вернутся к тому времени, как оно начинало обжигать его веснушчатые щеки. С дома доносились голоса и грохот кастрюль.

— Джинни, мы не будем добавлять чили в соус. — Ворчала Гермиона, пытаясь удержать поварешку магией. По правде говоря любые заклинание, кроме домашних давались ей куда лучше.

— А я бы добавила Чили прямо в тарелку Рона. — раскладывала посуду на стол Ванесса. — Он кстати ещё спит? Может разбудим его ударив крышками кастрюль ему над ухом?

Фред слыша это усмехнулся. Всё таки его девушка идеальная, хоть она и оказалась ночным кошмаром Рона. Ну а что? Кто не прочь поиздеваться над Рональдом? В этом доме таких уже нет. Зануда Перси давно съехал. Скинул обувь, не забывая при этом поправить свой потрепанный пиджак.

Дверь скрипнула. В прохладную кухню повеяло теплом. Ванесса, как раз закончив с тарелками выглянула из-за дверного проема. Улыбка тут же осветила её личико и дело было совсем не в цветах, что держал Фред. Нет. Она их сначала даже не заметила. Сердце забилось чаще от вида него самого. От голубых глаз лелеемых в отражении её саму, от растрепанных рыжих волос в которых она разглядела кусочек сухой ветки дерева и листочек. Она могла рассматривать его вечно, не обращая внимания на боль в щеках из-за столь широкой улыбки.

— Доброе утро, моя дорогая Вэни. — Протянул букет Фред.

— А я то думаю, почему Джордж ещё не вышел с комнаты. — Плавными движениями прошлась по волосам Фреда она снимая всё лишнее. — Наверняка он ищет тебя заглядывая под кровать и в каждый угол шкафа. Думает, ты от него прячешься. — Прикусила нижнюю губы при этом подмигивая. Вдохнула аромат цветов. Такой приятный. И каждый сорван Фредом. Душа от этого пела.

Даже сладкий запах цветов не мог заглушить аромат только что поджаренного бекона. Гермиона почти сожгла его, благо Джинни вовремя заметила. Впрочем, как и обычно, за кухонным столом где-то пол часа стоял невыносимый шум и чавканье, а после ветер залетал в открытое окно поднимая полупрозрачные тюли, что наверняка так и тянулись к свежему букету в вазе посреди стола. Его хозяйка в этот миг держала родную до трепета руку.

— Ни одной тучки, ни облачка. — Прикрыв глаза руками, заменяя ими козырек кепки разглядывала ясное небо.

— Так и должно быть. — Преподнес её ладонь к губам Фред и легонько чмокнул.

В голове у обоих повторялись одни и те же слова благодарности. Благодарности за то, что сейчас они рядом друг с другом. Шагая вместе, рука об руку и Фред и Ванесса чувствовали себя по настоящему счастливыми. Их любовь заметная издалека, читаемая во взгляде, в каждом прикосновении грела душу, пуще жаркого солнца.

— Эй, вы уже отправили гномов на тот свет? — Кричала с крыльца Гермиона, но как только гном шурша в кустах выскочил во двор скривилась. — Это вообще то ваше задание на сегодня.

Фред и Ванесса переглянулись. Улыбнулись. Сжав руки друг друга покрепче без слов, кивнув помчались по холму. Где-то там позади звучали вопли Грейнджер. Никто её не слушал, а ведь миссис Уизли оставила именно Гермиону за главную. Чего уж там всем до работы, когда каникулы столь коротки. Фреду и Ванессе точно было всё равно. Они бежали только вперед, пока совсем не выдохлись и падая в объятия друг друга оставили на высокой траве след своих тел.

— Люблю тебя. — выровнял дыхание Фред и поправив упавшую на лицо Ванессы прядь вдохнул её запах.

— И я тебя. — Рассмеялась она, касаясь носом его кожи на щеках.

Под легкое дуновение ветра их горячее дыхание сливалось вместе, оставляя на губах сладость. Птицы пролетали над головой. Лето дышало вместе с ними, даруя им лучшее время жизни. Всё вокруг растворялось оставляя их одних в целом мире. Кто бы мог только подумать, что любовь способна успокоить любые тревоги и сплести два сердца воедино.

Для Фреда Ванесса уже давно стала целым миром, уместившимся в одного человека, для неё же он стал тем же. То, ради чего стоит жить. Самое важное и ценное. Казалось, что кроме него ей больше ничего не нужно и самое приятное было осознавать то, что Фред считал так же. Всегда и навечно.

***

Свет луны пробивался сквозь окна. Ванесса осталась в комнате одна, слыша, как Гермиона закрыла уши и поет песенку лишь бы не слышать рассказов Джинни о торсе Рона и всей команды по квиддичу, который Уизли увидела в раздевалке. Ванесса усмехнулась. Она протянула руку пытаясь поймать свет и закрыла глаза.

— Спасибо. — произнесла вслух то ли Богу то ли Вселенной.

Её душа обрела покой в объятиях Фреда и оставалось только благодарить, ведь просить уже было нечего.