Еще один шанс

Алисия Коул 

28 сентября
четверг

Скрип двери архива отвлек меня от чтения «Грозового перевала». Ладно, от попытки чтения «Грозового перевала». Это третий, если не четвертый раз, когда я его начинала, потом забрасывала, и снова начинала. Классика не мое, конечно. С легкостью оторвавшись от строк, я подняла глаза и увидела миссис Роддес. Ее медленные шаркающие шаги почти заставили поморщиться.

— Алиша, добрый день. Как ты тут? Не мерзнешь? — с улыбкой спросила она, поправив очки в толстой оправе с огромными линзами. Я уже перестала замечать, что она неправильно произносила мое имя. Слишком устала ее постоянно поправлять.

— Добрый, миссис Роддес, — с хорошо скрываемым недовольством, ответила я, отложив книгу. — Да неплохо. И нет, не мерзну.

— У тебя тут прохладно. Тебе бы набросить на плечи что-нибудь.

Она негодующе покачала головой, из-за чего седые пряди у лица покачались в стороны, и потянула воротник халата, чтобы прикрыть шею, на которой висели бусы из жемчуга. 

Интересно, они настоящие?

— Не переживайте, я тут давно сижу. Уже привыкла, — отмахнулась я от ненужной заботы, при этом не отводя глаз от ее ожерелья. 

И все же, как отличить искусственные от настоящих? Надо погуглить.

— Ну, смотри сама, — она пожала плечами и с ее губ вдруг сорвался восторженный вздох. — Это что, «Грозовой перевал»?

Она быстро подскочила ко мне и, схватив книгу, принялась ее листать, при этом лизнув палец. Я раздраженно прикрыла глаза. Ненавижу, когда так делают. Ненавижу, когда загибают уголки. Ненавижу, когда ломают корешки. Какое невежество.

— Ох, Хитклиф и Кэтрин… Какая боль. Этот роман в свое время принес такую смесь эмоций…

Я лениво откинулась на спинку своего кресла и перестала ее слушать после того, как она сказала: «когда мне было девятнадцать…». Все, что она произнесла после этой фразы, пролетало мимо меня. Я смотрела на нее как будто бы заинтересованными глазами и кивком подтверждала ее слова, хотя понятия не имела о чем речь. А когда она издавала смешок, я растягивала губы в любезной улыбке. За эти мучительно долгие пять, а может и все десять, минут, я успела изучить эту женщину. Ее тонкие брови были криво подчеркнуты карандашом, губы наоборот пухлые и бледные, среди морщин на лбу виднелась вертикальная полоса, похожая на шрам. Руки казались ухоженными, даже слишком. На ногтях никакого покрытия, но выполнен простой маникюр. 

«Опа, а это что?», — заинтересовалась я, заметив большое кольцо. Золотое, с огромным рубином. Прям… огромным. А на другой руке простая печатка, больше похожая на те, что носили мужчины. В купе с жемчугом на шее это все выглядело странно.

Какая безвкусица. Жуть. Хотя я слышала, что ее муж — немец. Причем богатый. 

— … местью мертвых не вернуть, — последнее, что она сказала перед тем, как наступила пауза. 

Я проморгалась и, воспользовавшись моментом, спросила:

— Так, с какой целью вы в архив пришли? 

— Ох, точно! Что-то я заболталась, — она слегка рассмеялась и, слабо покачав головой, отложила книгу на стол. — Мне нужен журнал учета лекарств за прошлый год.

— Да, конечно. Они… так, да. Они на верхних полках четвертой секции, — я указала в левую часть архива, расположенную ближе к дверям. Миссис Роддес проследила за моим взглядом и, приспустив очки на кончик носа, посмотрела на меня с немым укором. 

— Достанешь его для меня? 

Я снисходительно улыбнулась, привыкнув к тому, что большая часть приходящих в архив сами справляются с поиском документов, и, пробормотав: «да, конечно», встала из-за стола. Взяла передвижную лестницу и, облокотив ее на стеллаж, начала взбираться к верхним полкам.

Пока я поочередно вытаскивала темно-синие  папки в поиске нужной, миссис Роддес стояла в нескольких метрах и что-то говорила. То ли она пыталась подсказать, то ли опять завела тираду о романе. Я ее не слушала. Полностью сконцентрировалась на задаче. В ряду оставалось последние две папки, до которых стало трудновато дотягиваться. Я мельком глянула вниз и, поняв, что спускаться, передвигать лестницу и снова взбираться по ней мне не очень хотелось, аккуратно подцепила пальцами корешок и почти вытащила его из плотного ряда. Раздался скрип. Мои глаза расширились в испуге, и я задержала дыхание. Отчетливо ощутила, как лестница пошатнулась, но уже через пару секунд стабилизировалась. 

Фух, повезло.

Когда я опустила папку с документацией, миссис Роддес тут же ее перехватила, чуть ли не подпрыгнув.

— Спасибо, Алиша. Ты здесь очень полезна.

С ее губ слетела то ли насмешка, то ли смешок. Не успела я ничего ответить, как она скрылась за стеллажами.

Здесь очень полезна? Больше, чем за пределами архива? Как мило. Спасибо.

— Ох, Полли, здравствуй! — вдруг услышала я восторженный голос миссис Роддес. 

Опа, время перекура.

— Добрый день, миссис Роддес… Да, все замечательно. Спасибо… Конечно, передам, чтобы зашел, — говорила подруга громко и четко, пока я спускалась по лестнице, мысленно радуясь тому, что не полетела вниз. 

Покинув коридорчик между шкафов, я тут же наткнулась на Полли. На ее лице сияла улыбка. Слишком довольная, слишком… счастливая.

— Что это с тобой? — подозрительным тоном спросила я, подходя к столу и хватая айкос из сумки.

— Ничего. Просто хороший день. 

Я повернулась к подруге, сощурив глаза. В ее внешнем виде не было никаких изменений. Никаких преображений. Та же мальчишеская стрижка, с той же укладкой. Тот же легкий макияж и привычный повседневный наряд. Все было как и прежде. Все, кроме огонька в глазах. Он казался ярче, чем… обычно.

— У тебя редко бывают хорошие дни. Что-то случилось?

— Вчера вечером мне наконец-то доставили подарок для Луиса, — восторженно ответила она и я расслабилась. Теперь все ясно. 

Полли схватила меня под руку и потащила прочь из архива, который я заперла на ключ, оставив на двери записку о перерыве. По дороге на улицу я внимательно слушала детали прошлого вечера. Полли вообще начала готовиться к юбилею нашего друга еще несколько месяцев назад. Пока я занималась планированием отпуска, она обдумывала подарок и способы его доставки. Я даже не представляю, как ей удалось получить автографы практически всех футболистов из какого-то французского клуба, название которого я даже не пыталась запомнить. Какую магию она применила, или какие проклятия обещала наложить — я не знаю, но у нее это получилось. Правда, далеко не сразу. Да и больше всего проблем доставил фирменный спортивный костюм от того же клуба. Насколько я поняла, она заказывала его конкретно у того производителя, который шил форму для команды. Задолбала она их знатно, конечно. Зато, добилась своего. 

— Над чем вы тут хихикаете? — раздался голос Луиса за нашими спинами.

Мы резко замолчали и обернулась, едва успев дойти до служебного выхода. 

— А что, нам уже и посмеяться нельзя? — фыркнула я, глядя на парня, волосы которого почему-то были растрепаны. 

— Вот именно, — согласилась Полли. — Тебе чего надо? 

— Я тебе звонил, mon amour. Ты почему трубку не берешь? — Лу помахал своим телефоном и, на удивление, нахмурился. Не похоже на него. 

Полли достала свой мобильный и раздраженно вздохнула, увидев количество пропущенных.

—  На беззвучке стоит. Так, а что ты хотел?

— Ты мне нужна. Пойдем. 

Лу указал большим пальцем себе за спину, и я почувствовала, как Полли напряглась. Как, впрочем, и я сама. Мы переглянулись.

— Это срочно? — спросила подруга, крепче сжав мое плечо, за которое держалась всю дорогу. — Мы просто на… перекур идем.

Луис поджал губы и несколько раз кивнул.

Что происходит? Почему Луис такой серьезный, и что у него, черт возьми, с волосами?

— Ладно. Зайди ко мне после перекура.

— А ты с нами не пойдешь? — я вскинула бровь.

— Нет. Потом, — отмахнулся Лу и поспешил уйти от нас.

Мы с Полли снова переглянулись.

— Что это было? 

— Вот пойдешь к нему потом и узнаешь.

Я пожала плечами и потянула подругу в сторону улицы, где нас встретил освежающий ветерок и теплота, по которой я успела соскучиться, сидя в архиве. Отойдя подальше от дверей и встав под солнечные лучи, я вытащила акос и принялась заправлять его стиком. Полли же не двигалась. Не спешила доставать пачку сигарет, чем заставила меня замереть и задать вопрос:

— Ты не будешь? 

— Нет. У меня что-то… горло болит. Покурила недавно и стало еще хуже, — отмахнулась она, не глядя в мою сторону.

«Чего? Когда тебя такое останавливало?», — усмехнулась я мысленно, уже готовясь произнести это вслух, как раздался хлопок двери, на который мы одновременно обернулись. На заднем дворе центра показалась белобрысая макушка Леоны и кучерявая Теодора. 

— Ого, какие люди, — хмыкнула Полли. 

И тут я вспомнила одну вещь, которой не могла не поделиться. 

— А ты знала…, — загадочно начала я, делая тягу и не отрывая глаз от Тео, который, вдруг заметив нас, кивнул, слабо улыбнувшись. Затем притянул Леону к себе и поцеловал в висок. Я тут же отвернулась. — Тео собирается предложить этой стерве съехаться, — равнодушно закончила я.

— Че-го? Реально? 

Я кивнула, глядя куда-то вперед и не отрываясь от процесса курения. 

— Вот дерьмо. Он совсем с ума сошел?

— Не знаю. Но настроен он… достаточно серьезно.

— Идиот, — Полли фыркнула. — А ты откуда знаешь вообще?

Выпустив облако дыма, я посмотрела на подругу, стараясь не переводить взгляд ей за спину, и вкратце поведала о нашей встрече несколько дней назад.

— Какой-то он странный. Додумался же сравнить тебя с этой сучкой. 

Полли скривилась и мельком глянула в сторону Теодора. Я случайно повторила за ней. Леоны рядом не было. Только Тео и куча мужиков, некоторые из которых поглядывали на нас. Я закатила глаза, поймав взгляд Графа. 

Еще какое-то время мы простояли на улице. Полли так и не курила, я же, в свою очередь, сделала это дважды, иногда посматривая на компанию мужчин, которая начала возвращаться, стоило нам двинуться к служебному входу. Все сразу стали вежливыми и, придержав для нас дверь, одарили улыбками и приветствием. Среди них прозвучало мягкое: «Привет, Элис», на которое я никак не отреагировала. Просто прошла мимо Теодора, даже не удостоив его взглядом.

Дойдя до архива, мы с Полли попрощалась, но ненадолго. После обеда она снова заглянула ко мне. И в силу отсутствия работы, мы проболтали с ней несколько часов. О юбилее, о ее разговоре с Луисом, о миссис Роддес, которая спустя пару часов зашла, чтобы вернуть журнал. И, естественно, о Теодоре и Леоне. Мы строили догадки, придет ли он на праздник вместе с ней, ведь, судя по списку гостей, ее имени там не было. И мы понадеялись, что ничего не изменится. В какой-то момент я хотела упомянуть, что пригласила Джеймса, но, вспомнив о том, что он отказался, решила промолчать. 

Ближе к концу рабочего дня, когда Полли ушла по поручению миссис Мастерс, я снова открыла книгу, чтобы скоротать время. Пока искала страницу, на которой остановилась, снова задумалась о юбилее. Если Полли уже определилась с подарком, то мне только предстояло это сделать. А учитывая, что у меня в целом это плохо получалось, я зачастую дарила лишь деньги. Мол, сам купишь, что посчитаешь нужным. Ни разу этот метод меня не подвел. И сейчас, думаю, не подведет. Можно было, конечно, вручить Луису что-то для нового хобби… например…

Нет, придумывать идеи для подарков — это не моя стезя. Найтелин и Хори неплохо умели это делать. Правда, каждая по разному приходила к результату. Найт заморачивалась, покупала, оформляла, а Хори, даже несмотря на идею, все равно дарила деньги. У нее банально не было времени на все это. М-да, иногда казалось, что у Найтелин совсем нет работы… 

✩✩✩

— Я думала, ты не хочешь со мной разговаривать, — хмыкнув, сказала я, глядя на моську Найтелин в экране телефона и ставя сериал на паузу. 

— Я не хочу с тобой разговаривать о придурке, которого ты впустила в свою жизнь, — ответила подруга, глядя куда-то вперед.

— Дай угадаю, ты идешь в магазин и решила позвонить, несмотря на то, что игнорировала меня несколько дней? 

— Ты такая догадливая, — с притворным восхищением проговорила Найт, так и не посмотрев в камеру. 

Да, это был рекорд — не отвечать на мои сообщения больше пары часов и в итоге продержаться пару суток. Такого еще не было за последние несколько лет. 

— Я еще могу угадать, зачем именно ты идешь в магазин.

— Попробуй.

— За пивом и сигаретами, — уверенно проговорила я, ни капли не сомневаясь в этом.

— Хах, нет! — воскликнула она, останавливаясь и, наконец-то, опустив глаза на экран. — Ну почти, нет. Только за сигаретами. Мне после вчерашнего корпоратива по закрытию объекта пить как-то не хочется. 

— Ого, ты не говорила про корпорат.

— Мы его и не планировали. Спонтанно как-то вышло, — она пожала плечами. 

— Чудненько, — протяжно ответила я, опуская взгляд на красные ногти и в который раз восторгаясь проделанной работой. — Кстати, ты же так и не посмотрела фотки. Вот, — я показала ногти на камеру, — любуйся. 

— О, змеюка. Тебе подходит. А что там, есть какие-нибудь новости?

— О чем ты? Ну, или о ком? 

— О Джеймсе, о ком еще.

— Ты же не хотела о нем говорить, — я вскинула брови и слегка поджала губы, пытаясь скрыть улыбку. 

— Я передумала. Мне интересно.

Найтелин нахмурилась, явно не желая этого признавать, что, впрочем, не удивительно. И только я открыла рот, как из динамика послышался какой-то грохот, после которого подруга сказала:

— Погоди, не начинай.

Я захлопнула рот, наблюдая за тем, как Найт прятала телефон в задний карман. По сути, мое лицо сейчас находилось в непосредственной близости с ее задницей. Как мило. Не прошло и минуты, как вместо темного экрана снова возникла подруга. С довольным лицом она выудила из пачки сигарету и, прикурив, уставилась на меня в ожидании.

— Я готова. Жги.

С моих губ слетел смешок. Айкос завибрировал, и я сделала долгую тягу, не отрывая глаз от экрана, а затем рассказала о цветах, о переписке и о звонке. Конечно, во время беседы не обошлось без негатива со стороны Найтелин, но все равно был виден прогресс. Подруга уже не так часто напоминала о том, что Джеймс — «тот еще ублюдок».

— И что дальше? — спросила она,  закуривая вторую сигарету. — Вы типа… вместе?

Этот вопрос выбил воздух из легких. Я как-то даже… не успела об этом подумать.

— Я не… знаю.

— Вы это никак не обсудили? Он вообще сказал тебе, когда снова приедет?

— Пообещал, что это будет на следующих выходных, но когда я пригласила его на юбилей Луиса…

— Ты сделала… что? — возмутилась Найт, чем вынудила меня оторвать взгляд от своих ногтей.

— А что не так? 

— Ну… ты приглашаешь чувака, с которым один раз перепихнулась…

— Это было не один раз.

— …в компанию коллег и друзей. Это странно. 

Найт пожала плечами и откинулась на спинку скамьи, на которой сидела в каком-то парке. Я закатила глаза.

— Он все равно там не появится. У него какие-то дела, — отмахнулась я. — Но, может, у него получится приехать в воскресенье.

— Ага, надейся. Может, он снова пропадет на месяц. Или навсегда, — Найт усмехнулась, а я нахмурилась. И подруга, видимо, заметила мое недовольство, которое я, впрочем, и не скрывала. — Ладно, извини.

 Через минут десять мы перешли к юбилею Луиса, а еще через пять, сама не знаю как, но приплыли к теме Леоны и Тео. 

 — Тебе не кажется, что Тео специально это делает? — нахмурив брови, спросила Найт после того, как я упомянула про переезд и про ситуацию на перекуре. 

— Что именно?

— Ну, пытается задеть тебя, используя эту шлендру. Мне кажется, что Тео не из тех, кто будет так рассказывать о планах, — она сощурилась, словно унюхала неприятный запах, а затем отхлебнула кофе, уже сидя на своей кухне. 

— Я думала об этом. И если это так…

— Уверена, что так оно и есть, — Найт покачала головой, из-за чего пряди темных волос упали на глаза и она их тут же смахнула. — Спорим, он таким образом хочет причинить тебе боль.

— Но это глупо. Мне же глубоко наплевать.

— Видимо, Тео об этом не знает. Способ он, конечно, выбрал странный. Я понимаю, если бы он выбрал кого-нибудь лучше тебя, но эта… Леона… Серьезно? 

— Лучше меня? — я вскинула брови в шутливом возмущении.

— Нет, нет. Конечно, лучше тебя никого нет. Ты одна такая, — уверенно заявила Найт, немного растягивая слова и вынуждая меня одобрительно кивнуть.

— В любом случае у него ничего не выйдет, — я пожала плечами.

— Ты ему об этом не забудь сказать, чтобы зазря время не тратил на эту идиотку, — Найт фыркнула и, выйдя на балкон, щелкнула зажигалкой. Огонек вспыхнул, осветив лицо, а когда исчез, подруга сменила тему и принялась рассказывать о корпоративе и о том, что учудил ее коллега, напившийся быстрее всех. Она посвящала меня в детали мероприятия, но так ни разу и не упомянула Эймона, что, довольно-таки, странно.

После разговора с ней, который длился не меньше часа, я, пребывая в приподнятом настроении, решила набрать «тому самому ублюдку». 

— Алисия? Что-то случилось? — на удивление сердитым тоном спросил он, моментально ответив на звонок.

— Нет.

— Тогда я завтра тебе позвоню, — быстро проговорил он и перед тем, как сбросить трубку, я услышала женский голос. 

— Интересненько, — промямлила я, отстраняя телефон от уха. 

Чем он мог быть занят в девять часов вечера? И с кем, черт возьми? 

Этими вопросами я задавалась до тех пор, пока не вырубилась прямо на диване. Однако мысли о Джеймсе просочились и в глубокий сон.  

В нем сначала было темно, мрачно и пугающе, пока не возникли пляшущие огоньки, словно от зеркального шара. Вспышки били по голове и заставляли жмуриться. Бродя по залу, в котором то появлялись толпы людей, то исчезали, я наткнулась на Джеймса. Он стоял спиной ко мне и появлялся лишь в тот момент, когда вокруг никого не было. С каждым шагом в его сторону дышать становилось труднее, словно кто-то выкачивал весь кислород. Однако, когда я все-таки приблизилась к нему и протянула руку, чтобы развернуть к себе, мужчина исчез. Прозвучали крики, завывания в такт музыки, которой я не слышала. 

В следующий миг снова наступила тишина и мной овладел мрак.