Божественный Ход

 И вот они уже в до­ме Ки­ры, точ­нее Стай­лз по­явил­ся на де­сять ми­нут рань­ше Ли­дии в гос­ти­ной. Пе­ред ним по­каза­лась кар­ти­на: отец Ки­ры и она са­ма сто­яли по­зади крес­ла, в ко­тором си­дела ее мать за ноутбуком и горой книг. Бы­ло вид­но, как жен­щи­на все вре­мя от­ры­вала взгляд от но­ут­бу­ка к кни­гам, ко­торые лет сто не от­кры­вались и уже ус­пе­ли пок­рыть­ся сло­ем пы­ли, и за­писы­вала в боль­шой блок­нот что-то. Ну а Ки­ра с от­цом прос­то прон­за­ли взгля­дом эк­ран но­ут­бу­ка. Нель­зя бы­ло по­нять, что они сей­час ду­мали или чувс­тво­вали, ведь они не вы­ража­ли на ли­це эмо­ций. И Сти­лин­ски по­каза­лось: «По­чему его ник­то не ви­дит?!». Мо­жет прос­то по­тому, что он сто­ит в тем­ной час­ти ком­на­ты, ведь единс­твен­ны­ми ис­точни­ками све­та яв­ля­лась мер­ца­ющий эк­ран но­ут­бу­ка и не­боль­шой све­тиль­ник, сто­яв­ший ря­дом с ним. Стай­лз толь­ко хо­тел уз­нать, что за за­писи де­лала Юки­мора, но, толь­ко по­дой­дя к ним, он ус­пел лишь ми­гом взгля­нуть на лист и не уз­нал ни од­но­го зна­комо­го сло­во, из­вес­тно­го им из двух язы­ков ми­ра, да и да­же не на­до бы­ло знать ни ки­тай­ский, ни фран­цуз­ский. Яв­но это был язык мер­твых, один из язы­ков.

Толь­ко ус­лы­шав скрип от­кры­ва­ющей­ся две­ри, па­рень сра­зу же пос­мотрел в ту сто­рону в ожи­дании уви­деть Ли­дию. Но она вош­ла не од­на. Вна­чале луч­ший друг Сти­лин­ски, ко­торо­му он до­верял и с ко­торым он рос и учил­ся еще с са­мого ран­не­го воз­раста — Скотт. Даль­ше? Даль­ше во­шел «про­фес­сор» (ра­бото­датель Скот­та), по­том луч­ший обо­ротень, ко­торо­го толь­ко знал Стай­лз, тот, ко­торый яв­но был не бо­гат на­бором слов в слу­чае со Сти­лин­ски — Де­рек Хейл. А пос­ледней вош­ла Ли­дия – та, ко­торую Сти­лин­ски по­любил еще год-два на­зад, та, ко­торая пе­режи­ла мно­гое, та, ко­торая не прос­то по­теря­ла под­ру­гу, дру­зей, но и ста­ла бан­ши, а даль­ше ста­ла ви­деть од­но­го Стай­лза, ни­кого, толь­ко его. Мо­жет, в этом ви­нова­ты звез­ды? Точ­нее силь­ные чувс­тва, ис­кра, неч­то, что воз­никло меж­ду Ли­ди­ей и Стай­лзом. То, что нель­зя наз­вать страстью, прос­той влюб­ленностью. Неч­то, что дер­жит этот мир, то, что да­ет жизнь, ра­дость, счастье и да­же боль ут­ра­ты. Но что?

Она на миг ос­та­нови­лась ря­дом с дверью, пос­мотрев на Сти­лин­ски. Буд­то она уви­дила приз­ра­ка! Вот ка­ков был ее взгляд. А раз­ве она не уви­дела приз­ра­ка? Но по­том оч­нувшись от не­кого дру­гого ми­ра, она сно­ва ощу­тила уве­рен­ность и, вой­дя, зак­ры­ла дверь. Все стол­пи­лись вок­руг крес­ла и сто­ла. Каж­дый за­давал­ся раз­ны­ми воп­ро­сами, а не­кото­рые во­об­ще не по­нима­ли, в чем де­ло. И ти­шину на­рушил Скотт:

— Что слу­чилось?

Ли­дия пос­мотре­ла на Мак­ко­ла и по­том, вздох­нув сна­чала, вна­чале дро­жащим го­лосом, но по­том уже с вер­нувшей­ся к ней уве­рен­ностью:

— Я... я дол­жна вам кое-что ска­зать...

И де­вуш­ка пос­мотре­ла на Ки­ру воп­ро­ситель­но и не­уве­рен­но, с не­дос­та­точ­ной уве­рен­ностью, буд­то это бы­ло неч­то... НЕЧ­ТО. Но Ки­ра все­го лишь ска­зала:

— Ли­дия, ска­жи им... Это важ­но.

И сно­ва Мар­тин ос­мотре­ла каж­до­го из при­сутс­тву­ющих, да­же стол. Она вро­де бы хо­тела что-то ска­зать, но сер­дце не да­вало это­го ска­зать. Боль. Сно­ва боль. Как же ей бы­ло тя­жело, тя­жело бы­ло вспо­минать все сно­ва, то, как она по­теря­ла Эл­ли­сон, бы­ло тя­жело сно­ва по­чувс­тво­вать боль за по­терю Стай­лза, тя­жело вспом­нить, как она его уви­дела, тя­жело... Тя­жело ска­зать это:

— Я...

— Ли­дия ви­дит Стай­лза, ви­дит ду­хов. И кро­ме это­го Стай­лз зас­трял в ми­ре, точ­нее в меж­ду­мирье, ее на­зыва­ют Тем­ной До­линой, До­линой меж­ду Ущель­ем, Раз­ло­мом, ко­роче, на­зывай­те, как хо­тите, но он был от­части... — Ки­ра пе­реби­ла Ли­дию, но и ее ос­та­новил Де­рек:

— Как?! Раз­ве та­кое воз­можно? И ес­ли да, то.... Во­об­ще ду­хи су­щес­тву­ют?

Нас­та­ла не­кая ти­шина, ко­торая дли­лась се­кун­ды, за ко­торые все ус­пе­ли пе­рег­ля­нуть­ся. Но Стай­лз все сто­ял ря­дом с ни­ми и ожи­дал про­дол­же­ния. Как же бы­ло сей­час ему пло­хо, мо­раль­но пло­хо. Да­же он не смог ни­как прий­ти в се­бя пос­ле все­го, что слу­чилось. И здесь уже не нуж­но сно­ва все опи­сывать, еще с са­мого на­чала. Толь­ко те­перь Сти­лин­ски и дру­гие (так ду­мал он) по­няли все ве­личие «НОР­МАЛЬ­НОЙ» жиз­ни. Ведь до это­го он, как и все нор­маль­ные ти­ней­дже­ры смот­рел филь­мы, се­ри­алы и ни­как не мог по­нять, по­чему поч­ти в каж­дом филь­ме го­вори­лось, что глав­ный ге­рой хо­чет нор­маль­ной жиз­ни и яко­бы она луч­ше, чем то, что слу­чилось с этим ге­ро­ем? И те­перь Стай­лз по­нял, что вся кра­сота и бо­гатс­тво «нор­маль­ной» жиз­ни сос­то­ит все­го лишь в ее прос­то­те, не­из­ме­ня­емос­ти, слов­но спо­кой­ным озе­ром или гладью. Ведь толь­ко тог­да ты жи­вешь жизнь, про­жива­ешь, как все, хо­тя.... Нет! Он не та­кой как «ВСЕ». Единс­твен­ное, что он не­нави­дел в «нор­маль­ной» жиз­ни, — это «нор­маль­ную» оди­нако­вость, ко­торая ас­со­ци­иру­ет­ся «как все»...

— Ну.... Я по­нимаю, что это зву­чит... — на­чала бы­ло Ли­дия, но ее пе­ребил Скотт:

— Глу­по? Не­обыч­но? Бе­зум­но?

— Не­веро­ят­но... Но это дей­стви­тель­но прав­да. Я са­ма вна­чале не по­вери­ла это­му, но.... Сей­час не об этом, — от­ве­тила Мар­тин и пос­мотре­ла на Ки­ру, а та уже по­няла, о чем де­вуш­ка, и ре­шила про­дол­жить:

— Эм, мы вы­яс­ни­ли кое-что. Ну, по­чему Ли­дия ви­дит его и по­чему он не.... Не «в дру­гом мес­те». Все де­ло в свит­ке Сю­ген­да, он гла­сит, что...

— Что Дух — но­гицу­нэ — не мо­жет быть ли­сой и вол­ком од­новре­мен­но, его ду­ша раз­ры­ва­ет­ся на час­ти, тем са­мым его фи­зичес­кая обо­лоч­ка по­гиба­ет, а он ока­зыва­ет­ся плен­ни­ком сво­его же зак­лятья... — Ки­ра за­мол­ча­ла и по­том, уже соб­равшись с ду­хом, про­дол­жи­ла: — Но есть еще од­но... Мы ее на­зыва­ем «Тай­ной» гла­вой свит­ка. «Смер­тный, ко­торый вы­пус­тил ду­ха, или же был один из тех, кто при­дал ему си­лу, по­гиба­ет вмес­те с ним, об­ре­тая се­бя и свою ду­шу в мир Меж­ду­речья, мир Те­ней, где он про­ведет веч­ность...»

«Как ве­село, те­перь я еще и веч­ность бу­ду жить», — толь­ко и ска­зал Сти­лин­ски... И ко­неч­но же его ус­лы­шала толь­ко Ли­дия и пе­реби­ла Ки­ру:

— Так мы уже по­няли, что Стай­лзу не све­тит ни­чего хо­роше­го, но ведь ты же зна­ешь спо­соб, как его вер­нуть на­зад?

— Ли­дия, ду­маю, те­бе не пон­ра­вит­ся, — от­ве­тила стар­шая Юки­мора.

— Я жду от­ве­та! — уже чуть ли не зак­ри­чала Ли­дия.

— Ли­дия, ты мо­жешь по­мочь Стай­лзу... Есть ри­ту­ал, он про­водит­ся то­же у де­рева Ми­ноя. Этот ри­ту­ал тре­бу­ет жер­твен­ности лю­бимо­го че­лове­ка...