4
Самое дерьмовое, что есть в этом мире – это распорядок дня в приюте. И в который раз моя полы этого здания, я усердно раздумывал, что может быть ещё хуже, чем мытьё туалетов, когда твоя голова забита одними мыслями о еде и сне. Особенно, если ты со всех сторон слышишь херовые шутки по поводу внешнего вида, – спасибо валяниям на траве. Проклятия на протяжении целого дня готовы были вырываться из моего рта.
Наверное, автору было забавно писать такую ересь о «хорошем» приюте с гнилым нутром.
Прекрасное место для осиротевших детей, способное вырастить из них достойных людей общества. Оно учит быть коммуникабельным, трудолюбивым, честным и бла-бла-бла... Хотелось блевать от тысячного повторения этой херни.
Вот о чем конкретно автор не напиздел в своей книжке, так это о гнилом нутре. Всё здесь было пропитано фальшью. Добрые улыбки детей перед взрослыми превращались в злобные оскалы за их спинами.
Кто сильнее, тот и наблюдает за горбачущимися слабаками, выполняющими всю работу. Здесь либо ломаешь других, либо ломают тебя. Если будешь послушно выполнять чужую работу, получишь более менее нормальную жизнь без издевательств. Если же станешь выёбываться – загнобят так, что дойдет до «несчастного случая». Почему именно до него? Потому что работникам, а особенно директорам не нужна плохая репутация. Ведь имея конкурентов, важно быть лучшими, чтобы получать больше денег.
Из этого возникает вопрос. Неужели взрослые не видят реальности? Конечно, видят и знают, но эта иерархия им только на руку, пока она не переходит черту.
Причиной всей красивенькой обложки этого приюта является магическая сила детей. Чем мощнее ребенок, тем дороже его можно продать страже или новоиспеченным родителям. А, как выяснила практика, человек становится сильнее, когда растет в суровой реальности.
Но, конечно, о секрете высоких магических показателях своих подопечных работникам стоит молчать. Люди предпочитают красивую ложь, чем уродливую правду, именно поэтому большинство усыновляет или забирает детей из этого детского дома «Магическое диво».
–Звучит, как лавка с интересными вещами, -бробубнил я себе под нос, протирая пыль на полках в библиотеке.
Несмотря на свою гнусную внутренность, приют был солидным. Многие богачи, регулярно забирающие себе магических сирот, становятся спонсорами, давая деньги на обустройство здания. Директора отдают лучших из лучших, при этом получая больше золотых. Просто бизнес и контракт.
На первый взгляд даже и не скажешь, что это дом для многих сирот. Строение тёмных тонов в пять этажей с высокими потолками окружало большое пространство, на котором находились спортивный комплекс, оранжерея и, занимающее наибольшую часть, полоса препятствий для тренировок по управлению маной. Само здание было похоже на современную, частную школу из моей прошлой жизни. Четкие грани каждой стены составляли идеальные прямоугольные рисунки, переплетаясь между собой, образуя нетипичные формы здания. Большие тёмные окна разных размеров, не позволяющие видить, что происходит внутри. По их периметру проходили тонкие линии света, созданные магией.
У меня просто не хватало воображения, чтобы полностью представить в голове такое здание, являющееся приютом. Сама мана, благодаря которой его построили, мешала моему разуму концентрироваться, пытаясь вместить здание в воображение. Мой мозг, ещё не привыкший к другому миру, медленно свыкался с законами измерения, сказываясь на проблемах с фантазией.
Встряхнув головой, чтобы откинуть эту бессмысленную мысль, я снова смочил пыльную тряпку в ведре с водой.
Даже ежедневные уборки, которые проводили и дети, и работники не защищали приют от пыли и грязи. Хотя, если бы здесь всё происходило по «официальным» правилам, чистота была бы одним из ярко бросающихся в глаза факторов.
Хмыкнув, я продолжил вытирать пыль с верхних полок стеллажа, но вздрогнул от неожиданного крика. Я был здесь не один, что и не являлось секретом, т. к. общие расписания считались обыденностью. Но за последние два часа в библиотеке было относительно тихо: услышать можно только тихие разговорчики ребят, работающих в паре или звуки уборки.
–Интересно...
За эту неделю, что я здесь провёл, мне ни разу не удалось заметить конкретные разборки с «непослушными». Не считая конечно небольших пинков или мелких угроз.
Желчь подступила к горлу, стоило представить, как кто-то заставляет меня работать сверх моего расписания. Пользуется своей силой, чтобы сломить другого ребёнка и заставить подчиняться. Отвратительно.
Отогнав внезапно возникшие воспоминания о прошлой жизни, я спустился с лестницы и заинтересованно пошёл в сторону крика. Больше не было ничего того, что предвещало избиение, но моё чутьё подсказывало, что что-то не так. Маловероятно, что одного удара хватит, чтобы заткнуть взбунтовавшегося или удовлетворить своё желание показать собственную дерьмовую суть и выплеснуть накопившийся яд.
Когда я дошёл примерно до середины одного из стеллажей, что забавно находился в глубине библиотеки, – прям отличное место для битья – снова раздался крик. Гораздо тише и испуганней, но он точно принадлежал тому же человеку; донёсся он по другую сторону книжной стены. Я быстро подошёл к краю стеллажа и немного раздвинул книги, заглядывая сквозь них.
Мальчик и девочка, возрастом немногим старше меня, стояли перед кем-то свернувшимся в клубок. Их схожие лица и блондинистые волосы намекали, что они были близнецами. Большие тёмные глаза обоих в ужасе рассматривали лежащего ребёнка. Мальчик плотно сжал губы в тонкую полоску, в то время как девочка стояла с безэмоциональным выражением лица, пуская по щекам струйки слёз.
Я мог с уверенностью сказать, что это именно они избили лежащего ребёнка, ведь частицы маны, окружающие его, исходили от близнецов. Но почему они выглядели такими напуганными? Первый раз выпускали магическую силу в такой ситуации или было что-то ещё?
–Молодцы, -ребята вздрогнули и одновременно повернули головы в сторону незнакомого мне голоса. Я достал пару книг, чтобы посмотреть на нового персонажа этой пьесы.
Из-за полок, хлопая в ладоши, в качестве похвалы за отличное шоу, медленно вышел довольно высокий юноша с красным, даже кровавыми, волосами. Они непослушными прядями составляли хаос на его голове, в то же время обрамляя лицо, наполовину скрытое чёрной тканевой маской. Пронзительные синие глаза внимательно оглядели близнецов с ног до головы.
–Ваш телекинез просто изумителен! -восхитился он, останавливаясь прямо перед ними и заставляя приподнять головы, чтобы сохранить зрительный контакт.
–Мы сделали так, как ты и сказал, -сказала девочка, хватая брата за руку.
–Выполни свою часть договора, -дополнил мальчик, крепче сжимая ладонь сестры.
–Конечно, -юноша поднял руки в знак поражения, –Они лежат у вас на кроватях, -он весело хмыкнул, когда близнецы мигом двинулись в сторону выхода из своеобразного укрытия в дальнем углу библиотеки.
Им предстояло пройти мимо меня и я задумался, а стоит ли мне спрятаться? Если да, то куда? Времени для раздумий было критически мало, поэтому придумав самый логичный вариант, я отбежал чуть дальше и медленным шагом пошёл обратно к стеллажу. Совсем скоро близнецы вышли из-за него и наткнулись на меня взглядом. Они всё ещё держались за руки, поэтому я смог разглядеть, как их хватка стала крепче. Страх пока что плескался в одинаковых глазах, как бы близнецы не пытались его скрыть.
Мы прошли мимо друг друга, более не обращая на другого внимания. Я вновь подошёл к книгам, делая вид, что ищу что-то конкретное.
Мне явно не следовало заставать этот разговор. Красноволосый не был похож на хулигана, но и безобидным он точно не являлся. Физически сильное тело отсутствовало, от него не исходила волнами аура силы, а чёрная одежда была самой простой и немного изношенной; кароче, полная противоположность обычных задир приюта. Те только и делали, что пользовались своим положением и добывали всё самое лучшее, показывая своё превосходство над другими.
Присев на корточки, я и правда заинтересовался некоторыми названиями книг, ищя что-нибудь интересное. Нам разрешалось брать книги, чтобы почитать что-то вне учебной программы, но мы обязательно должны были вернуть зарегистрированную на себя книжку в первоначальном виде.
–Нашёл что-нибудь стоящее? -кто-то лениво прислонился к полкам справа от меня. Я мельком взглянул на появившегося компаньона. Это был Энджел, точнее он в теле Карла. Кстати, как теперь его воспринимать?
–Нет. Как ты меня нашёл? -мне правда стало интересно, ведь по его расписанию, он должен быть в оранжерее.
–Случайно на тебя наткнулся, пока ходил между стеллажами.
–Ты должен быть в оранжерее, разве нет? -напрямую спросил я, выпрямляясь.
–У меня отдых, -Карл прищурился, глазами указывая в сторону, –И у тебя, помнится, тоже. Идём, -мне хотелось спросить, что происходит, но предупреждающий взгляд зелёных глаз говорил о том, что сейчас не тот момент.
Стоило дверям библиотеки захлопнуться, Карл схватил мою руку и сорвался с места, тащя за собой.
–Что происходит? -прошипел я, чувствуя боль от сильно впивающихся в мою плоть пальцев.
–Нужно спрятаться. Есть идеи?
–Класс истории, -на удивление, я быстро свыкся с привычкой Энджела «ничего не объяснять и делать», –Он идеально расположен на первом этаже и имеет много способов отхода.
–Шевели ногами, бестолочь.
Мой глаз дёрнулся. Эти перескоки с темы на тему неимоверно раздражали, но я промолчал, прикусив язык.
Сироты, мимо которых мы пробегали, заинтересованно поднимали в нашу сторону головы. Никто не пытался нам помешать, и я искренне не понимал от чего или кого мы бежали.
Оказавшись в пустом кабинете, наши лёгкие начали жадно вдыхать кислород. Кто же знал, что если бежать с такой скоростью, лавируя между людьми, по трем огромным этажам – утомительная фигня?
–Ну и что случилось?
–Кристиан.
Приподняв бровь а непонимании, я испытывающе посмотрел на Карла, ожидая продолжения. Томно вздохнув, будто он разговаривал с имбицылом, Энджел продолжил:
–Красноволосый мальчик с синими глазами.
–Ну и? -утреннее раздражение вновь подступило к горлу. Карл закатил глаза.
–Он приказал двум подросткам проследить за тобой. Я случайно услышал их разговор и сразу понял, что они говорят о тебе, -я уже собирался что-то сказать, но Карл меня перебил, –Ты, очевидно, застал то, чего видеть не должен был, вот ребенок и обозлился. Всё таки он довольно тихо проворачивает свои делишки, а тут нарисовался ты.
Удивление перебороло зарождающуюся злость. От куда он это узнал? Вернее, почему он так решил?
В сохранившихся воспоминаниях о «Монстр в тумане» я не припомнил ни одного персонажа приюта, запоминающегося таким образом. Хотя, чесно говоря, я вообще мало что помнил. Память до сих пор не желала давать мне весь сюжет книги, прочитанный несколько лет назад.
Карл со скукой наблюдал за моими сменами эмоций.
–Только посмотрев на тебя, я уже понял о чём ты думаешь. Небольшие знания об этом измерении не помогут тебе больше, чем муравей в поднятии гири, -я вскинул голову, с раздражением глянув на него, –Лучше прими то, что это реальность, а не просто рамки сюжета. Надейся на собственную голову, а не книгу.
Я думал об этом. Всю неделю, проведённую здесь, я сомневался, что смогу отделаться спокойным проживанием наблюдателя, используя только смутные строки книги. Мне нужно было не только вновь пробудить Пустоту, а достигнуть её пика. Это невозможно было сделать, если оставаться незамеченным и ощущать всё происходящее спектаклем или сном. Нужно принять тот факт, что теперь это – моя жизнь.
От правоты слов Энджела у меня скрутило живот, но я нашёл силы нагло ухмыльнуться.
–А ты, оказывается, можешь быть ещё кем-то, кроме бесячего куска дерьма, -недовольный Энджел меня рассмешил, –Тогда мне воспринимать тебя Карлом?
–Да, Лиам.
***
–Лиам! -рявкнул мужчина, подзывая меня к себе.
–Ну что на этот раз? -Карл хмыкнул, услышав мой бубнёжь.
Нехотя я подошёл к тренеру.
Приют состоит из пяти этажей, каждый из которых делится на две секции, т. е. всего десять групп детей. И для каждой имеются ответственные за неё рабочие: классный руководитель, тренер, горничная.
Этот высокий, накаченный мужчина являлся ответственным за тренировки нашей седьмой: магические и физические. Дилан Лит. Ему было около тридцати, и его физическая форма превосходила все ожидания о людях-шкафах. Одни только бицепсы были размером с мою голову, если не больше. Он сто процентов мог сломать кирпич одной ладонью без магии. Накаченный, огромный и мужественный – прям мечта школьниц, одержимых мышцами. У меня тряслись поджилки каждый раз, когда я просто смотрел на него издалека. По двум причинам: его комплекция и вечно недовольное лицо. Лицо-кирпич в представлении тренера Лита делало его грубые скулы и подбородок ещё заметнее. Серые острые глаза перекрывались темными густыми бровями, когда он злился. Прямо, как сейчас.
–Ты не работаешь в полную силу, -констатировал он.
–Нет, тренер. Видите? -я указал на свою вздымающуюся грудь и покрасневшее лицо, –Работаю изо всех сил!
Лит подошёл ближе и больно ткнул пальцем мне в плечо.
–Не обманывай меня, Лиам. Я знаю тебя с тех времён, когда ты под столом ходил. Твои навыки выше среднего, так что не смей притворяться уставшим.
–Я вообще-то правда устал, -пробухтел я, отведя взгляд.
–О-о, да? -это было не хорошо. Лицо тренера было через чур довольным, словно только этих слов он и ждал, –После тренировки остаёшься на дополнительный час.
–Что?! Но!..
–Это не обсуждается, -он беззастенчиво прервал мои возмущения и приказал идти обратно в строй.
Нельзя натрявлять на себя взрослых. Нельзя им перечить. Ты должен быть полезным учеником, Лиам. Спрячь свои когти и притворись милым, послушным котенком.
Я глубоко вздохнул и медленно выдохнул, стараясь утихомирить взбушевавшуюся злость. Сейчас не время для своих детских всплесков эмоций.
–Тренер Лит выглядит менее грозно? -кто-то с сомнением покосился в мою сторону.
–Что ты ему сказал? -спросил уже другой ребёнок моего возраста.
–Ничего.
Этот старикашка ещё получит своё. Он ни за что не забудет этот дополнительный час, уж об этом я позабочусь.