XXX. tell me pretty lie.
7 сентября, 2022 год.
среда.
10:17 p.m.
– Нет! Замолчи, блять! Я даже слушать тебя не хочу!
Пэйтон бежал по лестнице вниз прямиком к двери, не желая слушать мои действительно глупые оправдания.
– Пэйтон, пожалуйста! - я в очередной раз ухватилась за его запястье, пытаясь остановить.
– Что?! - резко остановился, - о чём ты ещё лгала, Эванс?! Давай, говори!
Громко сглотнув ком в горле, я всхлипнула и всеми силами пыталась сдержать слёзы, чтобы не показывать себя бедной овечкой.
– Я хотела как лучше.
– Лучше?! Ну и как оно? Ах, ну да, точно. Только тебе и лучше.
Парень снова сделал попытку уйти, но теперь без конкретного скандала побег в любом случае уже не удался бы.
– Мне было страшно! Я вообще не знала, что мне делать и как реагировать на твоё внезапное появление с амнезией.
– Я мог вспомнить всё гораздо раньше, но ты предпочла держать меня за идиота, уже в который чёртов раз!
– Послушай, пожалуйста, прошу..
Грудь распирало от невыносимой боли и чувства вины. С каждой секундой я чувствовала, как теряю прежнего Пэя, вместо него нарастает один гнев и невероятная ненависть ко мне.
– Послушать? Ты издеваешься? - тот истерически усмехнулся, - мало того, что ты молчала, как все остальные, так ещё и кинула меня, как оказалось!
– Это не так!
– Ты просто уехала, Бэк! Оставила всех нас, ничего не сообщив!
Эмоции выплёскиваются, не в состоянии сдерживаться внутри; язык совсем не хочет «быть за зубами», потому что мне тоже больно. Не только больно, но и стыдно, противно от самой себя. Я живу так уже несколько лет, виня себя практически в каждом втором происшествии в моей жизни. И знаете, бывает такое, что ты устаёшь. Устаёшь от собственной вины во всём. Да, я творила глупости. Но это уже не изменить! Это безвозвратно осталось в прошлом, так как я могу исправить это в настоящем?
– Я не могла оставаться там! Знаю, что поступила просто ужасно, но и ты попытайся понять меня!
Мурмайер отступает, открывая рот от удивления. Разводит руками, активно жестикулируя.
– Понять тебя?! Ты хоть понимаешь, что со мной было, когда я вдруг узнал от Джейдена, что ты уехала навсегда?! Да как тебе понять, ты же вела и ведёшь себя как чёртова эгоистка!
Чёртова эгоистка. Когда-то и я назвала Пэйтона так.
Бывает такое чувство, когда боль перерастает в ненависть. Когда тебя ранили настолько, что ты уже не хочешь плакать, не хочешь возвращать счастливые моменты с человеком. В тебе рождается новое желание – желание мести. Ты хочешь, чтобы человек тоже почувствовал, каково было тебе. Как это, быть на твоём месте, испытывать все негативные эмоции в виде штурма разом.
– Ты сам не отличился! Знаешь, каково мне было быть твоей чёртовой игрушкой?! Ты даже не замечал моих чувств! Бегал то к Райли, то ко мне, пытаясь найти утешение. Так подумай, почему я уехала? Может, это было именно из-за твоих тупых поступков?!
На секунду парень задумался, но, видимо, лишь до того момента, пока ему в голову не пришла очередная ядовитая фраза.
– Ты вечно бегаешь от проблем, и это самая большая твоя ошибка. Если бы ты хотя бы немного подумала обо мне, Райли, да даже о родителях, всё было бы в порядке!
Не успела я ничего ответить, как входная дверь открылась и в коридоре показался Фелт с недовольной миной. Непонятно, из-за чего именно он негодовал, но скорее всего как раз из-за наших криков, слышных даже на улице.
– Что происходит?
Мурмайер будто не услышал своего друга. Продолжая испепелять меня наполненным доверху злостью взглядом, брюнет незамедлительно продолжил свою речь.
– Ты не представляешь, как всем нам было хреново после твоих писем! Не ищите меня? А ты забавная, Ребэкка! Так вот знаешь что, это не сработало, потому что несколько ебучих месяцев я пытался найти хоть что-то о том, куда ты переехала.
– Но я не просила делать этого.
– Да вы можете объяснить, в конце концов, какие письма, какое переехала?
Как же зря ты вмешиваешься, Джексон. Как же зря...
Мурмайер сконцентрировал внимание на шатене, глубоко вздыхая, чтобы начать, судя по всему, долгий рассказ.
– А ты разве не а курсе того, что твоя девушка сбежала из Лос-Анджелеса во Флориду, никому не сообщив? Не в курсе того, что мы были знакомы с ней ещё до всего этого? Нет, не в курсе?
Парень медленно и недоверчиво осмотрел меня, будто спрашивая, правда ли это. То, как я виновато опустила глаза полностью выдавало меня.
– Так ты не лазила в моём телефоне...
– Не только! О-о-о, поверь мне, она слишком много скрывает. Ты хоть раз слышал от неё хоть слово про семью, друзей, или может, сестру, которой уже нет как несколько лет?
Сука.
Возникает полное ощущение разрушения моей прежней жизни, отношений, дружбы. Всего. Я чувствую, что любое слово, которое сорвётся с языка Пэйтона, разобьёт всё безвозвратно.
– Это правда, Бэк? - тихо спрашивает голубоглазый, на что я еле заметно киваю.
– А самое смешное то, что мне пришлось вспоминать об этом всём самостоятельно, потому что она, - Пэй указал на меня пальцем, - двуличная эгоистка, думающая только о своём благополучии!
– Да нет же!
– Нет?! Знаешь что, частично память я потерял именно из-за тебя, после того как узнал, что ты просто взяла и уехала. Последний год моей жизни пошёл под откос из-за того, что я нихера не помнил! А всё почему? С горя перебрал с наркотой и уебался головой об асфальт. Меня еле откачали, чтобы ты понимала.
– Мне жаль..
– Да какой смысл от твоей жалости?! Лучше бы ко мне не возвращалась память. Лучше бы я тебя вообще никогда не встречал, а так бы и сдох от передоза той ночью.
Договорив эти слова, Пэйтон последний раз бросил на меня взгляд и вышел из дома, громко захлопнув дверь. Повисла гробовая тишина. Голубоглазый глубоко вздохнул и направился вглубь дома. Мне было знакомо это его поведение. Он разочаровался, причём очень сильно. И я понимала Джексона. Я тоже разочаровалась в себе.
– Джекс..
– Молчи, Бэк. Просто ничего не говори.
– Я просто не хотела нагружать тебя своим прошлым..
– Да ладно я, ты хотя бы Пэйтону бы призналась. Если всё это действительно правда, я вообще не понимаю, как смог влюбиться в тебя когда-то.
Сказать, что эти слова снова разбили моё сердце – ничего не сказать. Словно он специально заклеивал его, чтобы потом опять швырнуть об стену, растоптать. Чтобы было больно в два раза больше. А куда ещё больнее, скажите мне? Мне кажется, я скоро задохнусь от этого пожирающего чувства.
– Я думала не о себе. Я не делала всё на своё благо.
– Но получилось то именно так, - снова вздыхает, - скажи, о чём ты ещё лгала? О своих чувствах ко мне?
– Нет, - я хотела подойти ближе, но Фелт дал понять не делать это жестом, - первое время нет. До его приезда.
– Скажи честно. Ты изменяла мне с ним?
Чувствую его боль. Знаю, насколько правда будет горькой, но если не признаюсь сейчас, то уже никогда не получу прощения. Мне нужно сохранить общение с Джексоном. Я не могу потерять и его.
– Один раз. Просто поцелуй. И это было ошибкой, - парень хотел что-то сказать, но я его перебила, - я понимаю, что на этом всё. Сама виновата, но мне искренне жаль. Прости меня, Джексон. Я и вправду мразь.
Мы не всегда будем идеальными, правильно поступать и позже не жалеть о своих поступках. Все однажды совершают ошибки. Даже самые «белоснежные» на первый взгляд люди.
Порой даже сахар может оказаться солью.