The Heir

Бар был в самом сердце бедной части города — местечке, где драконий металл и драгоценности не имели значения. Здесь решались дела не словами, а жестами и взглядами, а любые ценности быстро становились ничем в руках тех, кто привык к уличным играм и тайным сделкам. Вдова и Герад вошли молча, притянув взгляды нескольких местных обитателей, но никто не осмелился их остановить.

Ульф сидел в углу, прижимая стакан с дешёвым вином к губам, но его взгляд был настороженным. Он был крупным мужчиной с грязной бородой и жестокими глазами, которые скрывали множество секретов. Когда он заметил их, его лицо стало менее безразличным, а его тело напряглось.

Когда Дэйрина подошла к его столу, она заметила, как Ульф чуть приподнял голову, изучая её взглядом. Не было ни испуга, ни удивления — только холодная уверенность.

— Я слышал, что ты ищешь правду, — произнёс Ульф, его голос был низким и ровным. — Ты думала, что найдёшь меня среди этих теней? Ты была права

— Ты Таргариен. — Голос её был твёрдым и уверенным.

Ульф, не удивившись, поднял глаза.

— Ты тоже знаешь, кто я. В чём вопрос? и знаешь, что я тоже Таргариен. Но... в отличие от вас, мы бастарды, мы забыты. Мы не получаем титулов, не поднимаем войска. Нас никто не ждал на этом троне. Мы рождаемся и умираем в тенях.—начались пьяные сказки, поняв что логичные объяснение до него не дойдут она сказала прямо

— Я нашла тебя. Садись на корабль. Завтра утром он отплывает в сторону Драконьего Камня.

Ульф усмехнулся, не задавая лишних вопросов.

— Понял. — Он встал и сразу направился к выходу, не оглядываясь.
Дэйрина встала и подошла к Гераду

—Он так легко согласился

—Этому нечего терять, пошли, ночь темна и полна ужаса—сказал Герад и направились вперед
________________________

Они нашли троих девчонок, которые как девушки лёгкого поведения повелись на золото и драконов.
Оставалось только два имени, которые они ещё не нашли. Герад и Дэйрина переглянулись, и без слов разделились, чтобы продолжить поиски. Он пошёл на запад, она на восток.

Каждый знал, что время — не их союзник, и не хотелось терять ни минуты.

Дэйрина бродила по улицам столицы уже больше часа. Тёмные улочки, влажные булыжники, шум трактиров и запах гари — всё смешивалось в одно глухое, тяжёлое ощущение. Плащ скрывал её лицо, движения были осторожны, но выносливость начинала подводить. С каждым шагом хотелось повернуть обратно, сказать себе, что на сегодня хватит.

Но она всё шла.

Прошла очередной поворот, глядя по сторонам — всё как обычно: пусто, глухо. И вдруг — рука резко схватила её за ворот и втянула в узкий переулок. Дэйрина не успела вскрикнуть — холодный клинок уже упёрся в кожу под её подбородком.

— Только дернись к мечу — сломаю руку. — Голос за спиной был тихим, ровным. — Кинжал на поясе тронешь — перережу горло.

Но Дэйрина не замерла. Левой рукой, скрытой в плаще, она выдернула тонкий кинжал из-под перчатки — и резко прижала его к животу нападавшего. Остриё коснулось ткани.

— Если ты хоть пальцем меня тронешь, я выпущу тебе кишки прямо тут, — прошипела она.

Он замер. Молчал, словно оценивая её, вес оружия, уверенность в голосе. Потом, чуть наклонившись, почти усмехнулся:

Он отпустил её, убрал нож, отступил на шаг.

Но едва его рука исчезла с её плеча, Дэйрина резко развернулась, и остриё её кинжала оказалось направлено прямо ему в грудь.

— Эймонд? — её голос звенел холодом. В нём не было страха — только сдержанная ярость и вопрос, как вызов. —— Узнал? — холодно бросила она.

— Узнал, когда только твой сапог ступил в этот переулок.

Дэйрина резко разворачивается, прижимая спину к стене.

— Если пришёл убивать — сделай это. Но не говори с ухмылкой, как будто ты победил.

— Если бы я хотел убить — ты бы уже истекала кровью на этих камнях. Но мне любопытно... Зачем наследница моей драгоценной сестры крадётся по переулкам столицы?

— Это не твоё дело, Эймонд.

— Всё, что касается шпионов в Королевской Гавани — моё дело. Особенно если они носят валирийскую кровь и запах дракона.

— А ты теперь и ищейка, и палач? Или всё ещё пытаешься играть в короля на месте брата?

На миг между ними напряжённая тишина.

— Ты пересекаешь опасную грань, Дэйрина.

— Я перешагнула её много лет назад. И ты тоже.

Он приближается почти вплотную. Его дыхание слышно. Он говорит чуть тише.

— Почему ты пришла сюда одна? Это безумие. Или это отчаяние?

— Потому что я умею делать то, на что другие боятся решиться. В отличие от тебя, я не прячусь за титулами.

— Ты ничего не знаешь обо мне.

— Зато я вижу, как ты дрожишь, когда остаёшься наедине со своими демонами.

Он резко отходит на шаг, словно она ударила его.

— Уходи. Пока я всё ещё не решил выдать тебя. Следующий патруль будет не таким милосердным.

— Ты мне помогаешь? О мой принц как это милосердно.

— Не думай, что это из

— Я и не думаю. Жалость — не в твоей природе.

И она пошла прочь, не оглядываясь. А он остался стоять в тени переулка, как тень её прошлого — или, может, её будущего.

Улицы Королевской Гавани притихли в предутренней серости. Туман, стелющийся по булыжникам, скрывал остатки пьяных голосов, шорохов, шагов. Дэйрина шла быстро, не оглядываясь. Её сапоги глухо стучали по камню, как отбивающийся ритм сердца.

Корабль ждал на восточной пристани — без знамён, без опознавательных знаков, просто скромное судно, гружённое рыбой и мешками зерна. Всё выглядело обыденно. Слишком обыденно для наследницы трона.

Герад молча кивнул ей. Остальные уже были на борту. Она поднялась по трапу, не обменявшись ни словом, ни взглядом.

Корабль медленно отчалил. Волны лениво плескались о борта. Ветер натянул парус.

Дэйрина стояла у края, глядя в серую гладь моря. Руки сжаты на перилах, в груди будто раздувался огонь, но не от ярости — от мыслей, которые не отпускали.

Эймонд.

Ветер подхватил её плащ. Корабль уносил её от столицы.

Но мысли остались — в переулке, где он держал её, и в его голосе, который она не могла забыть.