Тайны, повеянные мраком
Много было поведано о главных героях нашей истории, но чтобы продолжить её хронологию, давайте вернёмся несколько назад, примерно в тот самый момент, когда Лилит оповестила первого мужчину о конце их отношений.
***
Адам — первый человек, созданный из земной пыли, вдохнувший жизни в неё, получивший строгое наказание от ангелов, вместе с женщиной покорять Эдемские сады и пробудить первый в своём виде человечки род, заселяя землю. Но, воцарившись своей силой и уверенностью, стал потакать Лилит о должностном послушании и контроле, ведь она — девушка, слабее его, поэтому он не намеревался смириться с самодовольной выходкой.
События происходят через несколько дней после признания.
***
— Лили, ау! Ты где?! Я беспокоюсь за тебя! Выходи! — ангел бродил по лесной тропинке, раздвигая и проверяя каждый кустик, попадающийся на его пути, чтобы отыскать свою возлюбленную.
Никогда Люциферу не было так хорошо, как за эти дни, чувствуя себя более значимым и нужным кому-то, ведь новые краски открыли для него совсем иные горизонты, где он по-настоящему любим и ценен. Каждый раз Серафим дивился, казалось бы, безграничной фантазии девушки, которая ежедневно подкидывала свежие идеи для забав, и во время них их взаимоотношения только росли и укреплялись. Он просто наслаждался тенистой прохладой, расслабленно опустившись на хрупкое плечо, и только на минуту засопел, когда внезапно приземлился на голую землю, не обнаружив подле себя Лилит.
Кряхтя спросонья, он поднялся, бережно отряхивая белоснежные одеяния и слегка запачканные крылья. Вокруг тихо, ни звука. Лилит скрылась в неизвестном направлении, и ничего не оставалось, как отправиться на её поиски. Наручные часики тикали, сменяясь быстрыми секундами на долгие и мучительные минуты, но цель так и не обнаружилась. Время поджигало, и Люцифер сильно занервничал, хватаясь за любую веточку, дабы внимательнее рассмотреть каждый затемнённый уголок, и наконец-то встретиться взглядом с васильковыми радужками глаз.
— Лили, пожалуйста, подай хоть какой-нибудь знак.
Её очередная игра, правила которой не были даже проговорены и придуманы за секунду до побега. Серафим замер, чтобы успокоиться и дать волю здравомыслию, погружаясь в прошлые воспоминания.
***
— Я так не хочу уходить, но Сэра явно не останется довольной, если я не явлюсь на конференцию. — ангел по-детски надул губки, неразборчиво жалуясь Лилит.
— Ну мы же расстаёмся на навсегда... М? — спокойно ответила та, продумывая каждое слово.
— Да, но а вдруг, когда я вернусь, тебя здесь не будет. И я не увижу тебя больше.
— Глупости. Я никуда не уйду, а если всё-таки так случится, то просто закрой глаза и прислушайся к миру вокруг тебя, и среди него услышишь мой голос, что непременно позовёт тебя и направит... — поглаживая спутанные волосы, девушка в конце одевает головной убор, принадлежащий ангелу.
Серафим больше ничего не сказал, лишь молча кивнул и взмыл в небо, сливаясь с белизной мелькающих облаков.
***
Люцифер улавливает необходимую картинку, решив прислушаться совету: позволить мелодиям природы проникнуть в свою душу. Тысячи звуков смешались в единую ноту: звенящий шепот ветерка, уносящий ароматы растущей в саду зелени; щебетание птиц, словно музыка нежного романса; гул самых разнообразных цветов, спорящих о красоте; и даже далекий шум потока воды, создавали симфонию для вдохновения
Вскоре он ощутил, как звуки, веющие где-то недалеко, трансформируются в образы, представляя, как устанавливается тонкая связь между этим внутренним миром и тем, который его окружал. Нить идиллии оборвалась резко, когда ангел услыхал женский крик, наполненный негодованием и злобой, и ещё чей-то, и предположений о принадлежности чужого голоса не нашлось. Серафим бросился, отгоняя прочь наступившую расслабленность, по следам зова, приближающимся быстрее и быстрее.
— Хватит припираться, женщина. Ты идёшь со мной.
— Отпусти, мне вообще-то больно!
— Как с тобой утомительно.
Рядом с Лилит находилось ещё одно существо, схожее чертами с девушкой, но более грубыми и суровыми, и однозначно он являлся первым мужчиной. Адам удерживал Лили за запястье, довольно сильно таща в сторону поляны, и её явно это не устраивало. Она кричала на него, пытаясь вырваться из стальной хватки, но но он не хотел отступать. Понаблюдав за следующими событиями, Люцифер выскочил из укрытия для подслушивания, открываясь взору людям.
— Что во имя святых Небес здесь происходит?! — прямолинейно отозвался ангел, бросая на девушку мимолётный встревоженный взгляд.
— А ты ещё кто такой? Не знал, что создали ещё одного человека.
— Меня зовут Люцифер, и я не человек. — в качестве доказательства Серафим распахнул три пары крылья, демонстрируя их на всеобщее обозрение.
Он уставился на Адама, изучая, как преображались эмоции на его лице, и как высокомерие частично менялось на неуверенность и лёгкую стадию паники. Зрачки существенно расширились от первичного шока, а дерзкая улыбка сползла чуть вниз. Лилит целомудренно отошла на несколько метров, с надежой взглянув на ангела; впервые он смог прочитать в ней настоящий страх. До этого она почти никогда не рассказывала о мужчине, всячески избегая любых тем связанных с ним, и Люцифер отчасти понимал причину, поэтому старался не тревожить лишний раз.
— Т...ты...то есть...вы...ангел? — словно выскреб из себя вопрос.
— Верно. И хотел бы кое-что уточнить у тебя, помойму Лилит ясно выразилась, что не желает идти с тобой.
— Да, но...видите ли... Она сбежала от меня...и...не только...
— Мне известно о твоём жестоком отношении к ней. Не удивительно, что она сбежала.
— Это она нажаловалась вам на всякие глупости? Разве вы, высший ангел, поверите в сказочные небылицы слабой девушки? — фыркнул мужчина, словно насмехаясь в про себя.
— Не смей оскорблять её.
Острые перья, словно клинки, разрезали воздух, загораживая опечаленную Лилит, как звезда, утратившая собственный свет. Адам пренебрежительно встал в боевую позу, но его холодные слова не могли скрыть внутренней борьбы. Люцифер довольно напрягся, стремительно нахмурив брови, но под ласковым прикосновением, рвущийся успокоить и развеять тревогу, его пыл облегчился. Серафим, не обращая никакого внимания на мужчину, соприкоснулся с девичьими пальцами, мягко и ласково, как и подобает обращение с ней.
— С тобой всё в порядке? — получив одобрительный ответ, продолжил. — Ты так неожиданно покинула меня, никогда не делай так больше, пожалуйста...
— Поначалу было весело. Хи-хи. Пока не встретила его. Кстати, как ты нашёл меня?
— Последовал твоему совету: закрыл глаза и услышал, что тебе нужна чья-то помощь. Твой голос я распознаю даже на самом тёмном конце Вселенной.
— Люблю тебя... — в благодарность Лилит скромно чмокнула ангела в щеку. Люцифер ощутил приятное покалывание по всему телу. Всё же он ещё привыкает...
— Что только что произошло! Ты...я...он...ага... Я понял... Связалась с ангелом, значит, сбежала от меня ради...него... — высокомерно оглядев с высоты. — Какая же ты всё-таки дура! Очнись, Лилит! Ты человек, твоё место здесь, в Эдеме, со мной! И ты, как там тебя... О! Люцифер...точно...похоже я ошибался в благоразумии ангелов, или некоторых...
Мужчина не досказал из-за прилетевшего в его щёку удара, направленный женской ладонью. Горящая пульсация распространилась по коже, и на мгновение в сознании потемнело. Всё случилось так внезапно, Адам даже не понял произошедшего. Вопрос: «За что?» пронёсся в голове, но прежде чем он успел задать его, яркий свет вернулся, невыносимо ослепляя.
Минуту спустя Адам стал приходить в себя. Боль в щеке пульсировала, причиняя неприятные ощущения. Он пошевелил головой, проверяя все важные жизненные функции, и ко взору предстала разгневанная Лилит.
— Что ты сделала?!
— То, что должна была уже давно! Послушай меня, Адам, я не желаю тебе плохого, но ты не оставил мне выбора. Мы с Люцифером любим друг друга, и я не собираюсь перед тобой отчитываться. — отчеканила, словно предугадала наперёд.
— Ты пожалеешь об этом! Вы двое пожалеете об этом. — в последствии чего мужчина скрылся в ветвистых завесах. — грудь сжалась до неузнаваемости. — Я найду способ разрушить вашу связь.
Лилит сжала руку в кулак, прислонивши её к месту, где должна стучать сердце. Она упала на колени, давая возможность одинокой слезинки скатиться вниз, осветляя землю горестью. Девушка молчала, ей нужно немного времени, чтобы прийти в себя, Люцифер же молча наблюдал со спины, понимая с какой трудностью она борется.
— Лили... — в ответ она повернулась к нему, и в этот миг такая контрастность между их мирами заставила её замереть, словно хрупкий и ранимый, лепесток, готовый сморщиться от первого дождя.
— Люцифер... Я...Я не хотела этого...чтобы так всё случилось... М...может...п...прости...меня...
Реальность и безрассудок терялись в шуме, и девушка почувствовала, как хрустальные капельки начинают собираться в её глазах, готовые разбиться о стекло. Они искрились, отражая свет надвигающейся бури.
— Но это уже произошло, — его голос был тихим, но полным силы. Серафим шагнул ближе, и мир вокруг них сжался.
— И что теперь? — Лилит пыталась говорить, но её страх и растерянность парализовали голос. Внутри бушевали одни противоречия прошлого и будущего.
Лучи света пробивались сквозь облака, заливая их тени золотистым светом. Ангел смотрел на неё с невыразимой тоской, которая затмила сгущающийся вокруг них туман отчаяния.
— Лили, — он протянул руку, и её сердце забилось быстрее, но она всё равно отшатнулась, как от огня. — Ты ни в чём не виновата...
— Но...– в её голосе звучала паника. — Я не хотела, чтобы всё стало так, как сейчас...
— Так и есть, — произнёс он, касаясь её щеки. Его прикосновение было холодным, как лед, но Лили ощущала, что этот лед мог растопить пламя.
Слёзы теперь струились по её лицу, оставляя за собой медленные, горькие следы, полностью исчезая; она не достойна того, чтобы проливать их и затуманивать изумительные черты лица.
— Что теперь?
Люцифер наклонился ближе, несмотря на резко колеблющееся внутреннее напряжение, он со всей ясностью пытался прогнуть сомнения.
— Не знаю, но... Мы будем разбираться вместе. Наша дорога не закончилась, и пока мы вместе, у нас есть шанс поправить всё, даже если это означает идти навстречу самым темным страхам...
И вот, стоя на грани, Лили почувствовала, как непредсказуемый поток света наполняет её сердце надеждой, а вместе с ней приливают любящее тепло и силы подняться. Серафим прислоняется к девушке, успокаивающе обнимая, гладит по распущенным волосам, наматывая их на палец, и что-то нашёптывает на ухо, словно мистическое заклинание.
***
Прогуливаясь в Эдеме, Люцифер и Лилит уже позабыли о ситуации с первым мужчиной, стремясь сменить обстановку: за разговорами, наполненные смехом и радостью, и периодическими играми в сопровождение безобидных шуток, пара не заметила, как они пробрались в неизвестные никому из этих двоих территории. Здесь сад пустел от одиночества, представляясь более мрачным и таинственным, чем тот, что они знали. Воздух был наполнен странными ароматами, которые казались одновременно и притягательными, и отталкивающими. Люцифер и Лилит продолжали свой путь, пропустив момент, когда их шаги стали всё более осторожными. Они словно были влечены к чему-то, что находилось в глубине этого заброшенного сада.
— Тебе не кажется это странным? — из чистого любопытства поинтересовалась девушка.
— Хм, возможно, но почему? Здесь всё такое...пустое или, скорее даже, безжизненное... — из-за горизонта вылетал стая чёрных воронов, кружась в грозовых облаках и громко каркая.
— Согласна.
— Не понимаю. Прежде, я не бывал в данных частях Эдема, да и не видывал. Братья тоже ничего не говорили. И картах тоже ге припоминаю.
— И вправду странно. — ощущая какое-то накалывание. — Может, отвлечёмся? Я, например, голодна, а ты?
— Было бы славно. Не хочешь немного яблок? Они безумно вкусные, и в величайшей совместимости — сладкие.
По счастливому стечению обстоятельств рядом произрастала молодая яблоня с сочными, красными фруктами. Ангел снял шляпу цилиндр, предлагая складывать в неё плоды. Лилит обогнула вокруг ствола, рассматривая узорчатые извилины, и принялась карабкаться вверх с помощью мощных веток, ею завладел неповторимый азарт. Серафим же стоял, приготовившись к яблочному дождю.
— Лили, будь осторожна!
— Не беспокойся, милый, у меня всё под контролем. — и только, когда шляпа была наполнена доверху, девушка смогла слезть обратно.
Они сели под деревом, и Люцифер, с улыбкой, протянул Лилит плод, и та, с восхищением глядя на Морнингстара, приняла яблоко. Наружная оболочка, гладкая и блестящая, переливалась рубиновым светом под лучами солнца, пробивающимися сквозь листву. Аромат, сладкий и пьянящий, окутал ее, заставляя замереть в предвкушении. Сделав первый укус, Лилит почувствовала, как нежная мякоть тает во рту, оставляя после себя вкусовой взрыв. Люцифер, наблюдавший за ней с нескрываемым удовольствием, тоже не медлил, стремясь насытиться медовой сладостью.
— Ммм... Они...просто не передать...
— А я говорил... Лилит? — Серафим опешил от довольной улыбки девушки, явно затаившая что-то грандиозное и безумное.
После этого Лилит начала медленно, растягивая момент, придвигаться ближе к ангелу, впиваясь в него глубоким взглядом. Девушка чётко следовала своему плану, терроризируя Серафима и приводя в смятение. Человек поддалась вперёд, чем сбила с толку ангела, и тот упёрся, почти локтями, в твёрдую поверхность.
— Тебе страшно...
— М...мне? Н...ни к...капельки...
— Тогда, я сделаю кое-что.
Губы, сочные и чувственные, пропитанные яблочным соком, медленно приближались к противоположному лицу. Она ощущала его трепет, чувствовала, как сердце ангела бьется в бешеном ритме, и это придало ей ещё больше уверенности. Люцифер замер, не в силах пошевелиться, взгляд был прикован к её губам, которые, казалось, вот-вот коснутся... Лилит слышала его дыхание, тёплое и влажное, на своей коже. В груди разгоралась страсть, но она умело скрывала её, предпочитая играть с ним, мучить ожиданием. Наконец, девушка коснулась его губ, легонько, почти эфирно. Серафим вздрогнул, а она, воспользовавшись озадаченностью, продолжила усиленнее, прижав того к земле окончательно. Её губы скользнули дальше, нежно, как перышки, а затем, с новой силой, она впилась в его уста, заставляя откликнуться. Серафим, очнувшись от оцепенения, ответил ей. Руки, которые до этого сковались страхом, потянулись к ней, тонко обвив женскую талию. Он жаждал большего, хотел раствориться в этом поцелуе, но Лилит, как хитрый игрок, держалась на расстоянии, не позволяя полностью отдаться своим чувствам. Она отстранилась, и в её глазах заплясали ярые хвосты пламени.
— Тебе понравилось? — прошептала она, наслаждаясь его смущением.
Серафим, задыхаясь, попытался сформулировать ответ, но слова застряли в горле, не желая выбираться на свободу. Лилит улыбнулась, сердечно проведя пальцами по его разгорячённой щеке.
— Не волнуйся, Люцифер, — сказала она, — у меня есть ещё кое-что...
И она снова наклонилась к нему, чтобы продолжить свою новую игру, экспериментируя на струнах его чувств. Девушка опустилась, нависая сверху, с азартным влечением тянулась, чтобы вновь открыться порыву. Люцифер полностью растворился, доверяя главенство возлюбленной; обрывки фраз, сказанные полушёпотом, размыто отобразились в сознании. Любопытство приобретало новые краски: на что она пойдёт ещё, чтобы он вновь поддался страстному искушению. Девушка ухмыльнулась, лавируя между препятствием в роли расстояния, сокращавшееся с каждой секундой. Серафим успел только ахнуть, когда вновь оказался в пленительном поцелуе, сопровождающийся любящими поглаживаниями. Грудь неровно вздымалась, заглатывая щепотки цветочного аромата, сахарного и томного, скорее всего сумеречной лилии, уникальную особенность которой ни с чем не спутаешь. Лилит прикусила нижнюю губу, из-за чего ангел безутешно ахнул, выплёскивая накопленный адреналин.
— Нравится? — убирая с покрасневшего лба, выступившие крупинки пота, Лилит ещё раз усмехнулась, гордясь намеренной дерзостью.
— Ох, если об этом узнают Небеса... — тяжкий вздох, — то...
— То-о-о? — как кошка, довольно промурлыкала первая женщина.
— Не знаю, какое наказание они подготовят, но мне всё равно... Я...Мне....
— Хорошо?
— Мне никогда не было так хорошо.
— В таком случае...
Лилит, словно когтями, вцепилась в макушку Серафима, потянув к себе, идеально уложенные когда-то волосы растрепались, превратились в сущий беспорядок, но это не имело смысла. Она всё больше и активнее демонстрировала своё заветное желание — покорить себе ангела, завладеть им, как самым желанным плодом в Эдемском саду. Тонкая слюна растянулась после кратковременного перерыва, скрепляя концы влажных губ. И вот девушка решила дополнить правила игры, добравшись до центральной части спины, места, откуда начинается рост крыльев, Лилит провела по их основаниям, сильнее подогревая кровь в венах. Пальцы ласкали миниатюрные пёрышки, вздрагивающие от любого нашёптывания; спина непроизвольно выгнулась, и Люцифер издал первый хриплый стон.
— Ого...
— Лили, п...пожалуйста...ах...
— Что такое, милый...
— Это божественно...что такое?! — роскошная слабость вмиг улетучилась, на теле пробежались колкие мурашки из-за резкого повеянного холодка, совсем не похожий на обычный.
Оглянув местоположение, Серафим остановился на дрожащей девушке, дышащая в ладони тёплым воздухом, дабы согреться. Люцифер не мог позволить даме замёрзнуть, поэтому позаботился о её здоровье, обняв крыльями.
— Почему стало так холодно?
— Не знаю...мне не по себе...
— Эдем — часть Рая, здесь не может быть настолько хмуро.
Круг обозрения уменьшился, потому что образовавшийся туман заполонил другие части леса, приближаясь к паре, он захватывал их под свой контроль.
— Лили, я не вижу тебя, где ты?
— Люцифер! Мне страшно.
— Не бойся, я сейчас... — конец высказывания исчез, затих, и Лилит не смогла расслышать его полностью.
Разделённые не погодным явлениям старались двигаться вперёд, следуя да голосами друг друга, но чем глубже они заходили, тем туман темнел и мрачнел, словно чёрствый дым от разрушающего пожара.
— Лилит!
— Люцифер! Я здесь! — ангел прищурился и вдалеке смог поймать непостоянный женский силуэт, машущий рукой, привлекая к себе.
— Лилит?! Ты там? — но в ответ молчание. Серафим побежал в сторону «Лилит», но по мере наступления, дорогие очертания рассеялись, и вновь появились сзади.
— Я здесь, Люцифер! Помоги мне!
— Но ты только что была... — Морнингстар вновь попытался добраться до девушки, но та как будто насмехается над ним. Теперь голос вихрем заколыхал вокруг ангела, дурманя разум, и Люцифер уже не помнил, как тело становилось тяжёлым, как душащая аура окутывала его, затрудняя путь к дыханию. В последний миг Серафим закашлял, обмякая по мёрзлой земле, и не заметил подходящую тень...
***
— ...Моя голова... — ангел с трудом разлепил ресницы, потирая сдавленные виски.
— Люцифер! — Серафим не успел оклематься, как на него с объятьями налетела девушка, покрывая щёки и нос маленькими поцелуями.
— Лили? Что произошло? Где мы? О, Небеса...
— Милый, что с тобой? У тебя что-то болит?
— Не знаю, я помню только туман, и потом мы потерялись в нём...а дальше, помню только твой голос и вот теперь мы здесь... А ты, как ты выбралась?!
— Сама не поняла. Когда ты отдалился, я старалась просто идти в надежде натолкнуться на тебя, но вскоре туман стал рассеиваться, а я очутилась возле этого дерева, где и увидела тебя спящего.
— Мне кажется, что мы не совсем в Эдеме. Это место — оно чужое, не то. Но как так вышло? Ау...
— Тише-тише, не так быстро, сначала нужно разобраться, где мы вообще.
Лилит начала хлопотать рядом с ангелом, массажируя виски, дабы сбавить боль к минимуму, одновременно изучая место, в котором они вдвоём оказались.
— Фух...спасибо...полегчало немного...и всё же, где мы?
— Вы в заброшенной части Эдема. — где-то рядом промелькнула тень.
— Кто здесь?! — Люцифер встал в боевую стойку, намереваясь к атаке.
— О, не стоит меня бояться. Считайте, что я ваш друг и спаситель из тумана иллюзий.
— Кого, кого?!
Тень остановилась прямо перед парой, увеличиваясь в размерах, начала приобретать человеческие формы, а когда мрак рассеялся, перед ними предстала незнакомка среднего роста, с бледной-серой кожей. Серебристые глаза мерцали, отражали в себе тьму ночи, кристальные блики мелькали в зрачках. Вьющиеся локоны трепались от пронизывающего ветра, но он ей, видимо, не страшен; закручиваясь в кончиках. Незнакомка предстала в длинном платье дымчатого оттенка, создавая атмосферу элегантности и многогранности. Материал, из которого оно сшито, мягко струился по фигуре, придавая образу загадочности. Дымчатый тон, словно окутанный легким туманом, играл на свету.
Рукава колоколами добавляли некого шарма, свободно развиваясь при движении. Их форма напоминала облако, обвивающее руки, длина до запястья подчеркивала их изящество, да и весь образ был поистине лёгким и не перегруженным: платье идеально подходило его обладательнице.
— Простите, совсем забыла представиться. Моё имя Хавва. И это место, ещё раз повторюсь, забытые части Эдема, куда воспрещён ход смертным, а один из вас, как я погляжу — человек.
— Забытые части Эдема?! Но, я ни разу не слышал о таких.
— Спешу сказать, мало, кто слышал обо мне и об этих местах, и не каждый сможет найти дорогу сюда.
— Я всё ещё не понимаю...
— Ладно, понимаю, давайте начнём сначала. Присядьте. — Лилит и Люцифер послушались и расположились рядом с могучим деревом. Хавва же разместилась напротив них, проводя двумя пальцами в воздухе, они засияли, после чего перед ними возник серебряный поднос с ягодами.
— Это магия?! Ты тоже ангел?!
— Была когда-то.
— А?
— Оу, нет, нет, ничего. Давайте повторим. Итак, я Хавва, надзиратель этого места. Точно говоря, его защитница, на протяжении долгих лет я оберегаю вход сюда, который скрывает туман иллюзий, в коим вы умудрились оказаться. Силуэты, что ты видел, всего лишь иллюзии, поначалу они кажутся довольно реальными, но этакая реальность потом начинает сводить с ума, и существо, пробравшееся в туман, уже не выберется. Я смогла вытащить вас, прежде чем вы бы пострадали. И в моей памяти я бы не вспомнила момента, когда кто-либо застал пробраться сюда. Как вы оказались рядом с туманом?
— Мы не знаем, просто шли, разговаривали, а после наткнулись на странный лес.
— Да. Я и не знал, что где-то здесь могут быть ещё существа.
— Я не существо, а величайшее творение. Можно сказать, что здесь я отбываю своё наказание, и за долгое время одиночества...я просто рада поговорить с кем-то живым.
— Хм, да слушай, спасибо, что спасла нас...
— Не за что.
— А что значит — забытые места Эдема? И что за наказание?
— Забытые части Эдема — это мрак и уныние, страх и сомнение, серость и ненависть.
— Разве в мире существует такое?
— Ох, милочка, ты живёшь там...где есть свет и радость, а я...сами видите, но зато я вольна делать, что хочу, хотя главная моя задача — следить за этим деревом.
— Дерево?! Странная вещь для наблюдений.
— Это не просто дерево, дорогуша. Это древо Знаний, древо познания добра и зла, и я храню его плоды.
Люцифер приподнял бровь, заинтересованный.
— Древо знаний? А разве оно не легенда? — Он внимательно посмотрел на Хавву.
— Каждая легенда складывается из реалий.
— Это правда, что плоды опасны, и если съесть их, то высвободится зло?!
— Плоды этих деревьев — это не просто фрукты, — ответила Хавва, — это идеи, мудрость, глубинные знания обо всем, что может быть и что уже существует. Каждый плод — это выбор, каждое решение, которое может изменить ход истории». — Она замолчала на мгновение, обдумывая свою дальнейшую речь. — Но многие, как говорится в сказке, этих знаний не осознают, и чуждые сознания часто искажают истину».
— Лилит, всё еще настороженно смотря на незнакомку, спросила:
— То есть их нельзя просто взять и съесть?»
— Почему нет? Можно, это зависит от того, кто будет наслаждаться плодами. Не каждый способен прикоснуться к дарам Древа, — тихо произнесла Хавва. — Но помните, что его знание — это мощное оружие, и не каждый сможет справиться с его последствиями.
— А это правда, что рассказывалось в легенде о некогда существующем ангеле по имени Рута?
— Хм, не знаю, я её не видела. Всё возможно, как говорится... Хорошо было поболтать с вами, но я думаю, вам пора. Светлые души не должны находиться здесь слишком долго.
— Но как нам вернуться?
— О, не беспокойся, милая. Я вам помогу, удачи. — глаза опасно блеснули сквозь оболочку подкрадывающегося тумана. — Она вам, ой, как понадобится. — закончила подозрительная незнакомка, следом упорхнула в неведении.
***
Люцифер и Лилит очнулись на краю сада, где их окутывала пастельная аура вечернего заката. Он резко огляделся, словно ожидая, что тень незнакомки вновь появится. Лилит, все еще под впечатлением от их разговора, пыталась осмыслить сказанное.
— Что, если она права? — произнесла она, невольно трогая волосы. — Эти плоды... они могут действительно содержать тайное знание, которое изменит всё.
— Всё возможно, — ответил Люцифер. — Я не понимаю, как я мог не знать о той местности? Или кто-то из братьев знал, но недоговаривал чего-то?
— Мы не можем знать наверняка, поэтому давай не будем тревожить их. Попробуем разобраться самостоятельно.
Лилит задумалась, и тишина между ними стала ощутимой. Вдруг, как будто в ответ на её мысли, с глубины леса поднялся шорох. Чувство опасности наполнило воздух, и они оба замерли, прислушиваясь. Ужасные воспоминания о Древе воссияли в их сознании, и они поняли, что этот путь будет непростым. Шум усиливался, походя на размеренные шаги, отбивающие чёткий ритм.
— Поторапливайтесь! Арестуйте Люцифера и его спутницу.
— Это же...
— Михаил...?! — одновременно выкрикнула пара.
— Оу, младший братик, какая встреча. Что, не долго продержались? Я говорил, что до добра ваша связь не доведёт. Полюбуйтесь, Адам взбунтовался на нас. Оказывается, его дорогая и верная жена решила сбежать и пойти против устоя Рая. А ты, брат, посмел вновь ослушаться не только меня, но и Высшего Серафима. Люцифер Морнингстар, ангел света, и ты Лилит, первая женщина обвиняетесь в непокорности, следствие чего является приказ — явиться на аудиенцию к Сэре и другим архангелам.
— Брат, что ты делаешь?
— Михаил шагнул вперед, его крылья слегка затрепетали в свете заходящего солнца, отражая его силу и могущество. Лилит почувствовала, как внутри нарастает тревога, но в то же время возникло какая-то решимость. Она отвернулась от Серафима, как будто стараясь скрыть свои чувства, и взглянула на архангела, который приближался и с гневом разрезал их души.
— Ты реально думаешь, что сможешь нас остановить? — бросил Люцифер, прерывая напряженное молчание. — Мы не игрушки в ваших руках. Я выбрал свой путь, и теперь, будь это на моей совести, ни один приказ не сможет основать меня.
— Люцифер — отрезал командир, его голос звучал как рассекающее молчание. — Вы не осознаёте, на что идёте.
Архангел хоть и был воином, не боящийся страха и трудностей, но братская любовь и боязнь за его судьбу, заставили на мгновение задуматься. Люцифер ещё не осознаёт всех замыслов мира, он молодой и наивный, вылупившийся птенец, только раскрывший клюв. Михаил понимает, что ему будет сложно понять, а самое главное принять факт опасности, но как старший брат, он хочет защитить и укрыть от неминуемой неизбежности. Ангел захватил глубокий вдох, ощущая, как в воздухе витает напряжение, подобное перед бурей. Он знал, что его чувства к Люциферу были не только братскими, но и пронизаны заботой и тревогой. «Ты еще слишком молод, брат,» — тихо произнес он, удерживая слова в сердце, как драгоценный кабошон. Михаилу казалось, что каждое мгновение, прошедшее с их последней встречей, приближало Люцифера к каким-то непростым решениям, которые могут изменить их будущее.
Люцифер, глядя в дальние небеса, не понимал всей сущности угрозы, которая таилась за горизонтом. Его молодая душа горела жаждой свободы, и с каждым вздохом он стремился к тому, что, по его мнению, сделает его более независимым. «Я смогу изменить мир,» — повторял он, не осознавая, что за каждым изменением кроется своему рода жертва.
— Это ты не понимаешь, Михаил, — сказал он тихо, отступая на шаг. — Ваши идеалы, — всё это лишь цепи, которые сковывают нас. Я не могу оставаться в златой клетке, подчиняясь ежедневным приказам. Я хочу познать мир с Лилит рядом, я узнал столько нового: оказывается, любовь так прекрасна — настоящая, искренняя.
— Мы не хотим навредить или что-то разрушить, сломать. Мы боремся за право быть собой. Если даже это означает ослушаться, тогда мы готовы идти до конца, ведь на этот раз мы не одни.
Ангелы, схватите их и проведите через портал. — Они даже не сопротивлялись, заранее приготовившись к встрече.
***
Золотой портал возник в огромном зале слушаний, возвышающийся на головокружительную высоту, а вместо потолка поблескивали живительные лучи, растворяющиеся в молочной пелене. Друг за другом следовали балконы, на которых уже присутствовали немало небесных Старейшин, но на самом пике парировала Сэра, наблюдавшая за процессом, но что больше поражало, так это то, что рядом с ней, горделиво выпрямившись, находился Адам.
— Сэра, Люцифер и первая женщина на месте!
— Отлично! Мы можем начинать... Кхм, Кхм... Многоуважаемые ангелы, добро пожаловать на слушание по делу выясненных отношений между человеком и Серафимом. Сегодня, в полдень, к нам поступила жалоба от первого мужчины. Адам, предоставляю тебе слово.
— Благодарю. Вы создали меня и Лилит первыми людьми, наделили нас общей целью, но она отказалась от меня и совместной миссии, в итоге сбежав. Вскоре Лилит заявила, что разрывает со мной связь, но потом я узнал, совершенно случайным образом, что по воле своей она полюбила Люцифера. — довольный собой мужчина закончил грандиознейшую речь.
— Спасибо, Адам. Твоё заявление принято. Лилит и Люцифер, вы обвиняетесь в непокорности, вы пошли против Небес, что вы можете сказать в своё оправдание?
— Я не собираюсь оправдываться и скажу прямо, что действительно люблю Лилит. Она самый прекрасный человек, которого я встречал. Она обладает уникальной способностью видеть мир не как место для существования, а как источник вдохновения. В каждом ее слове, в каждом взгляде я чувствую тепло и свет, которых порой так не хватает в моём мире. Когда я смотрю на нее, моё сердце наполняется радостью. Лилит умеет смеяться даже в самых трудных ситуациях и всегда находит способ поднять настроение. Ее оптимизм заразителен, а доброта и забота не знают границ. Она не боится быть уязвимой и открытой, что делает ее еще более притягательной. Мне нравится её песни, они словно колыбельные, под которые можно закрыть глаза и забыть о всех проблемах. Мы вместе пережили множество моментов — от радостных до печальных. Каждый божий день лишь укреплял нашу связь, и я с каждым днем убеждаюсь, что она — тот человек, с которым я хочу идти по жизни. Любовь к Лилит дарит мне силы и уверенность. Я готов идти на любые жертвы ради нашего счастья, ведь она заслуживает только лучшего. — Люцифер говорил чисто, не запинаясь в предложениях, не смущаясь и краснея, словно малое дитя, не увиливал от ответа. — На последних строчках он оглянулся на девушку, одаривая её доброй, влюблённой улыбкой, на что она не могла не отреагировать тем же.
— В таком случае, ваша вина действительна. Лилит, предоставляю слово тебе.
— Люцифер уже всё сказал. Адам контролировал меня, хотел властвовать, но я не хочу жить с человеком, который ни во что не ставит меня. Я счастлива с Люцифером, и мой выбор ничто не изменит.
— Суд выслушал обе стороны и отправляется для приняться следующего решения. — Сэра покинула пост вместе с другими архангелами, и примерно через двадцать минут вернулась, и во время её отсутствия зал проникся гробовым молчанием. — Итак, взвесив все варианты и расклады, мы решили следующее: в качестве наказания Люцифер и Лилит будут отбывать наказание под крестом, ну а тебе же Адам, ангелы сотворят новую жену, и будет она скромной и послушной, как того ты этого и желаешь. Приговор вынесен окончательный, и в дальнейшем рассмотрении не нуждается.
— Что?! — Морнигстар, ощутив подъем раздражения, зашагал вперед, явно готовый ошеломить всех.
— Это абсурд! Вы не можете так обращаться с теми, кто нашел настоящую любовь! Какое право имеет этот суд решать судьбы по вашему усмотрению? Лилит заслуживает быть свободной, а не заточенной под чужими взглядами! — Адам, выбитый из колеи, пробормотал, его гнев уступал место замешательству.
— Я просто хотел, чтобы она была рядом со мной...
Сэра, нахмурившись, произнесла:
— Найди в себе смирение, Адам. Как я уже и сказала, мы сотворим новую девушку.
— Ничто не отнимет у нас то, что мы построили вместе. Мы найдем наш путь, даже если этот суд решил иначе. Мы выше этого предательства. — Лилит, держа Люцифера за руку, сжала его ладонь в поддержку.
Собравшиеся начали шептаться, осознавая, что произошло нечто большее: на сферу небесного порядка надвигался ветер перемен.
***
И было это в тот день, когда высокие небеса раскрылись, и духи ангелов сошли на землю, чтобы исполнить замысел великий, и во главе их стояла Сэра, ангел с лицом, как облака, и глазами, что сияли, как звёзды вечные.
Собрались они вокруг песков земли, и Сэра взяла в свои руки песок, который был тверд, но без формы. Она сказал: «Да будет создано существо, что будет помощницей человеку, да будет её имя Ева». И ангелы начали трудиться, принося с небес свет и жизнь.
Слепили они из песка тело, гибкое и прекрасное, а затем вдохнули в него дыхание божественное. И Ева поднялась, как роскошный цветок, из самой глубины земли. И увидела она мир, и была она полна радости и любознательности, и познала своё творение.
Ева, с её мягкими русыми волосами, струящимися как солнечный свет, символизировали скромность и покорность. Её зелёные глаза, будто изумрудные глубины, излучают доверие и спокойствие, наполняя сердце Адама умиротворённостью. Она всегда приветлива, с лёгким румянцем на щеках, как наливное яблоко, не требующая внимания, но всегда готовая поддержать.
Покорность Евы стала неотъемлемой частью её сущности. Она не спорит с Адамом, стараясь понять его мысли и чувства, словно умелая музыкантка, которая настраивает инструменты перед концертом. Не зная слова «конфликт», она предпочитает мир и согласие, находя радость в том, чтобы быть рядом с ним, разделяя каждый его миг.
Ева с радостью выполняет его желания, её обаяние и доброта дарят ему ощущение уверенности. В её присутствии всё кажется проще: ускользающие лучи заката, лёгкое дыхание ветра — это всё олицетворяет ту гармонию, которая витает между ними. Она словно лунный свет в темноте, мягко освещая путь Адама, готовая следовать за ним, куда бы тот ни привёл.
——————————————————————
«Я знаю, что влюблен в тебя, потому что моя реальность, наконец то, лучше моей мечты.»