Разговор, которого не было
Эта встреча состоялась в октябре 1964 года. Официально ее никогда не было. И неофициально тоже. Но то, что происходит в некоторых кабинетах, фиксируется помимо желания их временных обитателей. Тем более, что они об этом не знают.
– Почти год прошел... – вместо приветствия сказал старший.
– Десять...нет, почти одиннадцать месяцев – уточнил младший.
– Доклад Эда читал? – спросил старший.
– Просматривал, – хмуро ответил младший и чуть помолчав, добавил, – хорошо сделано.
– А как по мне, чушь собачья! – старший чуть повысил голос. – Ты меня извини, Джон, я не хочу на тебя давить, но пришло время поговорить открыто. Я долго ждал и все понимаю. Ранение, стресс... Но я давно тебя знаю, и просто чувствую, что ты мне что-то недоговариваешь. Мне больно думать, что ты замешан в этой истории. И очень хочу сегодня закрыть эту тему раз и навсегда. Поверь, мне тоже нелегко.
– Нелегко? – в голосе младшего прорезалась злая ирония. – Извини, но мне кажется, что ты остался в хорошем плюсе. И готов поставить доллар против дайма – в ноябре этот плюс станет еще жирнее.
– Зря ты так говоришь, Джон. Я правда очень хорошо к нему относился. Я знаю твоё мнение, но он действительно был на своем месте. Ты не поверишь, но мысли о том, как бы поступил он, помогают мне принимать сложные и спорные решения. Он умел воодушевлять и вести людей за собой. Я до сих пор не понимаю, как он заставил их поверить в чистой воды фантастику из комиксов. А еще он по-настоящему любил риск. Такие люди редко встречаются
– Вот именно, мать его, риск! И да, ты чертовский прав. Мне есть о чем молчать и молчал я именно потому, что он умел подобрать ключ к любому и каждому. «Никто ничего не должен знать, все должны вести себя естественно», – так он мне сказал. Видит бог, я раз десять хотел тебе все рассказать. И каждый раз вспоминал, что это не мой секрет, что я дал ему слово. Это была целиком и полностью его идея. Не моя! – младший почти кричал.
– Джон, пожалуйста успокойся и объясни все толком и по порядку, – очень сухо, почти официально сказал старший.
– Да нечего рассказывать, – буркнул младший. Тон старшего на него подействовал и он снова говорил вполголоса. – Это должна была быть постановка. Имитация. Несколько выстрелов, пара пуль в машине и герой, отказывающийся менять программу визита и выступающий с очередной речью о борьбе с нетерпимостью и неравенством. Он попросил меня найти хорошего стрелка. Черт, Лин, я подобрал идеального кандидата! Он был по уши замазан в красном и готов был на что угодно. У этого придурка просто упала планка. Мне передали, что он бормотал что-то вроде: «Я не знаю, как все вышло. Я машинально. Это случайность. Меня не учили промахиваться...» Можешь мне не верить, но так все и было.
– Почему я должен тебе не верить? Я чего-то вроде этого и ожидал. Жаль, конечно, что ты мне не рассказал все раньше, но я тебя понимаю.
– Спасибо, Лин. Ты знаешь, мне тоже жаль, что я так долго тянул. Но имей ввиду, кто заказал стрелка, я понятия не имею. В эту тайну меня не посвятили.
– На этот счет, Джон ты можешь не волноваться. Я же сказал, что сразу предполагал – дело нечисто. Так что решил перестраховаться. Я то, как раз, рисковать не люблю.
Иллюстрация: Аарон Шиклер – Посмертный портрет Джона Кеннеди