Жонглерша
Толпа была поглощена зрелищем, но те, кто по каким-то причинам оглядывались по сторонам, быстро замечали небольшую группу, стоявшую чуть поодаль. Средних лет мужчину с иссеченным шрамами лицом, и его спутницу, прятавшую лицо под капюшоном дорогого плаща, окружали несколько дюжих молодцев, одного взгляда на которых зевакам хватало, чтобы понять – это не любопытствующие горожане или крестьяне. Кожаная одежда с нашитыми металлическими пластинами, кинжалы и фальчионы на поясах, и спокойные, оценивающие взгляды людей, привычно прикидывающих, как вернее отправить ближнего своего к праотцам, заставляли зевак быстро отводить глаза. Времена были страшные и человеческая жизнь, порой, стоила меньше куска черствого хлеба, а потому привлекать лишнее внимание воинов могло оказаться себе дороже.
Надо сказать, что беседа, которую вели рыцарь (длинный меч и цепь на груди не оставляли никаких сомнений в его статусе) и дама действительно не предназначалась для чужих ушей.
– Друг мой Артур, я правда не понимаю, что мы здесь делаем, – с вопросительной интонацией обратилась к рыцарю девушка, старавшаяся стоять так, чтобы один из телохранителей закрывал ее от толпы.
– Моя дорогая, это нужно для вашего же блага. Героиня умерла. Я очень хочу, чтобы вы это поняли и прочувствовали. Ночные беседы с Богом, вдохновляющие речи и проповеди, смертельный риск – все это в прошлом. Вас ждет заслуженная награда. Тихая провинциальная дворянская жизнь с достойным мужем. Уверен, с сотворения мира ни одной дочери жонглеров не удавалось прыгнуть так высоко.
– Совсем простая роль, – с грустной иронией тихо ответила девушка.
– Забудьте о ролях. Это будет ваша жизнь. Настоящая и единственная, – на последних словах рыцарь сделал ударение. – Интрига не завершена, но дальше она будет развиваться без вас. О, я знаю, что вы не раз спрашивали себя, насколько может быть благодарен Карл и от этого вашу стриженную головку посещали самые честолюбивые мысли. Но забудьте о них. Всякий, посвященный в тайну разыгранного вами представления, закончит так же, как та несчастная, – рыцарь кивнул в сторону площади. – Алхимия, ересь, преступные извращения, дьяволопоклонство... Самые черные обвинения будут предъявлены тому из наших друзей, кто вздумает распускать язык.
– Вы меня пугаете, Артур, – девушка вскинула голову с которой, от резкого движения, свалился капюшон.
– И слава Богу. Чем больше вы испугаетесь, чем лучше запомните это зрелище, тем реже вас будет посещать искушение. – Рыцарь быстро набросил капюшон на голову девушки и подал знак одному из телохранителей. Тот резко свистнул и спустя полминуты из боковой улочки показались еще несколько воинов, ведущих в поводу лошадей.
– И все же, вы мне так и не рассказали, кто это? – спросила девушка.
– Какая разница, кем она была? – рыцарь пожал плечами и поднялся в седло. – Мало ли в этой стране умалишенных? – Дождавшись, пока его собеседница сядет на свою лошадь и взмахом руки отдавая приказ трогаться, он добавил, – для всех, в том числе и для вас, эта несчастная теперь Жанна, Дева Орлеана.
Иллюстрация: Жюль Мишель Леневё – Жанна в доспехах при Орлеане