67.1~Последний день~
Джинсоль сосредоточенно выдохнула. Она в последний раз посмотрела на Хёнджина и, заранее зажмурившись, провела холодным лезвием ножа по тонкой коже ладони. Парочка капель алой жидкости попала на крышку курильницы, но остальные глухо упали на дно.
Кёнхи и Хёнджин переглянулись.
— А теперь я смешаю твою кровь со своей, — добавила жрица.
Она непринуждённо улыбнулась и чиркнула острым ножом по ладони. Тут же алой полосой по её запястью покатились капли крови, но упасть в курильницу они не успели — чужая рука поймала их в свою ладонь.
— Хорошая попытка, — хоть и с недовольством, но похвалил жрицу Ли Минхо.
Он посмотрел укоризненно на Соль, словно говоря: «Серьёзно не увидела в этом ничего опасного?» Но девушка бесшумно, одними губами, лишь виновато произнесла «прости». Про себя же подумала: «Если он здесь, всё-таки не ошиблась...».
Остальные в комнате ненадолго опешили. Опомнившись, жрица снова бросила взгляд на ладонь — кровь практически остановилась. Она с раздражением стиснула зубы и резко взметнула руку с ножом, намереваясь нанести новую рану. Но Ли Минхо вновь успел перехватить её руку.
— Что ты делаешь? — вмешался Хёнджин. — Ты ведь обещал не останавливать.
— А зачем здесь Джинсоль? Я что-то не припомню, чтобы мы об её участии договаривались. — Сощурившись, парень перевёл взгляд на Кёнхи и сжал её руку сильнее. — Зачем тебе смешивать кровь?
Тёмные глаза сверкнули огоньком негодования и обиды. Видимо, их хозяйка до сих пор злилась на Минхо: подаренная им тогда игрушка, чёрный кот с белым пятнышком на груди, очень скоро после его ухода обратилась в руках девушки огненным шаром, обжёгшим ладони.
Прожигая демона недовольным взглядом, она заявила:
— Если вы меня прервёте, я ничего не смогу сделать.
— Так и думал, что не ответишь, — Минхо небрежно отпустил её руку. — Ты нам не нужна. Убирайся.
На секунду глаза жрицы болезненно блеснули. Но она быстро отвернулась и протянула руки к курильнице.
— Куда? — выставил руку он. — Оставь. Там уже есть кровь Самджан.
Чон Джинсоль до сих пор молчала. Она проследила, как Хёнджин и Кёнхи обменялись многозначительными взглядами, и вскоре жрица с привычной уверенностью в осанке и дерзостью в поступи вышла из кабинета.
— Что, чёрт возьми, ты творишь? — возмутился Хёнджин. — Просил же не вмешиваться!
— А я и не вмешивался, — отозвался Минхо.
— Да? А зачем тогда прогнал единственную, кто может мне помочь?
— Самджан может сделать это.
Джинсоль потрясено указала на себя пальцем:
— Я? Но я ведь не жрица...
— Жрица. — Уверил он. — Чонин так сказал.
И правда, Соль контактировала с разными духами ещё с детства, а после встречи с Хёнджином и Минхо — даже с богами, хоть и изгнанными. Она пробудила мертвеца и заточённую душу могущественной жрицы. Всё это выходило не по её воле, случайно, но она это делала.
Так чем Джинсоль сама не жрица после этого? Теперь было даже удивительно слышать, что с помощью этой крови можно не только призывать и воскрешать духов...
— Что? — не сразу поверил Хёнджин. — Если так уверен, давай позовём Ян Чонина, чтобы он сам подтвердил.
— Он ушёл кое за кем, — сообщил Минхо. — Скоро будет.
***
Небольшая кофейня в одном из множества торговых центров. От её устройства веет уютом и спокойствием, а сквозь панорамные окна хорошо проглядывается молодая студентка, сидящая за одним из столиков. Она непринужденно болтает ногой, что-то печатая с улыбкой на своём компьютере. И лишь одна эта улыбка вызывает внутри стоящей за пределами кофейни девушки шквал ярости и желание разможжить голову студентки о что-нибудь тяжёлое сейчас же.
Возможно, это могло прозвучать жестоко. Но ведь каждую реинкарнацию Ко Данби такие мысли и доводили до конца.
Девушка сжала нож в руках сильнее, отчего на них выступили белые костяшки. Ещё немного — и сценарий повторится вновь. Она сделала решительный шаг, но следующий сделать не смогла, ведь... за спиной раздался незнакомый голос:
— Подождите!
Обернувшись, девушка напряжённым взглядом проследила, как к ней спешно подбежал парень в белоснежном костюме. Оказавшись на месте, тот ненадолго замер, со странным интересом рассматривая её лицо. Затем встряхнул головой, будто очнувшись от своих мыслей, и перевёл взгляд в пустую стену:
— Отойди на секунду, ладно? — Ян Чонин поднял руку так, словно положил её на чьё-то плечо. — Уверен, ты слышал, что три года назад на должность ответственного за новый филиал Небесной канцелярии был назначен какой-то заносчивый юноша, да? Так это я. Поэтому позволь отложить событие ненадолго. Не вдавайся в подробности, всё улажено.
Сейчас он говорил со жнецом смерти. Не говоря ни слова, дух медленно кивнул и спустя мгновение действительно исчез, как его просили.
Тогда Чонин тихо выдохнул и снова повернулся к стоящей рядом девушке. На лице не было даже тени заученной лёгкой улыбки. Казалось, он и сам сейчас несколько нервничал.
— Госпожа Юн Джувон, — юноша внезапно обратился по имени, — пожалуйста, остановитесь. Вам нужно кое с кем встретиться.
Девушка от неожиданности слегка вздрогнула и быстрым взглядом окинула его с ног до головы.
— Парень, ты больной? — серьёзно спросила она. Опустив голову, тяжело вздохнула и уже с реальной угрозой в голосе сказала: — Не лезь не в своё дело. Отойди.
Она тут же развернулась, ударившись плечом о плечо странного незнакомца. Ей уже хватило доказательств, чтобы решить, что он псих, но Чонин лишь добавил:
— Есть человек, который готов вынести десять тысяч лет ваших страданий. Поэтому... дайте нам десять минут. Да, десять минут. Всего десять минут.
В это время Хван Хёнджин уже ждал её на втором этаже, опустевшем после съезда крупного магазина. Там царила тишина, особенно под вечер. Неожиданно беспокойное сердце забилось сильнее — парень, словно почувствовав, обернулся и увидел, как с последней ступени эскалатора сошла невыносимо знакомая фигура.
«Ты всё-таки пришла», — выдохнул Хёнджин, но сделал он это с облегчением или, напротив, с нарастающим волнением в груди, сказать было невозможно.
Чувства буквально распирали его изнутри: хотелось кричать, лить слёзы, забыв о том, что ты давно не ребёнок, броситься навстречу, скрепить руки крепко-крепко на её спине и больше никогда... не отпускать.
Но демон мог только дожидаться, пока она подойдёт сама.
Та, что в этой жизни получила имя Юн Джувон, скоро оказалась прямо перед ним. Горло тут же окаменело от напряжения. Взгляд твёрдо упёрся в такое знакомое лицо, отмеченное печалью.
— Мне сказали... — девушка осеклась на середине, когда неожиданно заметила блеск слёз в глазах незнакомца. — Мне сказали, вы искали встречи со мной. Кто вы?
Хёнджин уже считал чудом, что она согласилась встретиться с ним. По ощущениям, прошли годы с тех пор, когда он так близко смотрел в эти глаза в мире старой киноплёнки. А это... был последний раз, когда ему предоставлялась такая возможность вообще.
— Может быть, ты меня не знаешь. Но я знаю тебя и знаю... очень хорошо. Я желаю, чтобы у тебя была счастливая судьба... — Тут Хёнджин не выдержал, и ему пришлось запрокинуть голову, чтобы не дать горячим слезам упасть на щёки.
В шатенке с короткими волосами, Юн Джувон, что смотрела сейчас на демона с очевидным непониманием, он не мог не видеть свою Ко Данби. Подрагивающие веки закрыли глаза Хёнджина. Он сказал всё, на что был способен. В ответ на медленный поклон в знак прощания девушка, немного колеблясь, тоже склонила голову. На мгновение демон ещё немного задержался на её лице, а затем... сделав один неуверенный шаг, выдохнул и прошёл мимо.
Пришло время отпустить навсегда.
Только вот... как бы Хёнджин ни всматривался, ни искал глазами, а мелкие рыжие точечки у носа и на щеках девушки не нашёл. Он не заметил на её чистом лице макияжа, который мог бы их скрыть.
Так что же, эта реинкарнация впервые не получила так горячо любимые им и ненавистные самой Ко Данби веснушки?..
Из-за тишины вокруг могло показаться, что детали того разговора остались лишь между его участниками. Но разве мог Ян Чонин, который ради этой беседы пошёл на большой риск, не присутствовать на ней?
Он всё это время стоял, держась руками за металлическое ограждение, этажом выше. Честно говоря, ему правда было о чём переживать. Юноша мог успокаивать себя лишь одной мыслью: «Но я ведь сделал это не по своей воле, верно? Меня заставили! Разве можно наказывать за это?»
Хотя Минхо, как обычно, ничего не сказал, но этим вечером он обыскался Ян Чонина. Ему во что бы то ни стало нужно было уговорить юношу дать состояться этой встрече. Когда иных мест для поиска не осталось, демон неожиданно обнаружил его в галантерейной лавке. На месте не было ни хозяйки, ни её внука.
— Да почему ты не можешь отложить момент, когда смерть заберёт её?! — уже устав препираться, вскрикнул Минхо. — Чем ты вообще занимаешься? Не тётка же протолкнула тебя на должность! Ты хоть что-то можешь?!
Чонин уже открыл рот, собираясь возразить, но слов для этого не нашлось.
— Просто приведи её, ладно? — сказал парень, выпустив напряжённо воздух из лёгких. — Чего так смотришь? С тобой к ним пойти? — он указал пальцем в потолок. — Да я разнесу там всё к чертям!
Действительно, что теперь оставалось Чонину? Он ничего не ответил, только стиснул зубы, кривя губы в улыбке, больше похожей на лисий оскал.
К сожалению, у Ли Минхо больше не было времени на разговоры с ним: ещё на днях демон попросил Бёнчоля разузнать как можно больше информации о жрице, и теперь названый брат позвонил по этому поводу. Из всех прочих способностей, о которых сообщил он, парень выделил одну особенно — Чо Кёнхи умела перемещать души, смешав кровь их владельцев.
И будто назло Джинсоль перестала отвечать на звонки, когда обещала уже отписаться, что пришла домой...
***
И снова филиал Небесной канцелярии. Наверное, единственное место в пределах черты города, где звёзды виднелись так хорошо. Сегодня они мерцали особенно ярко, словно встревоженно перешёптывались друг с другом.
Минхо долго смотрел в ночное небо сквозь куполообразный стеклянный потолок зала. Устав перекидывать взгляд с одной звезды на другую, он тяжело вздохнул, будто расстроенный тем, что не смог различить их голоса. Затем повернул голову и без доли сарказма сказал:
— Не умирай. Если ты умрёшь, мне будет тоскливо.
Хёнджин, стоявший к нему почти плечом к плечу, очнулся от своих мыслей. Он посмотрел на Минхо и, указав на него пальцем и затем смахнув с лица невидимые слёзы, начертил в воздухе крест. Не так давно один из них уже просил другого подобным образом не плакать. Когда оба демона усмехнулись, с их губ сорвались белые облачка пара — в помещении было и вправду холодно.
Затем снова наступила пауза. Хёнджин вмиг посерьёзнел и вскоре, продолжая смотреть перед собой, указал большим пальцем назад. Тот, кому предназначался этот жест, сразу его считал. Тихо вздохнув, Минхо в прищуре посмотрел на Хёнджина и с пониманием, совсем по-дружски, положил руку ему на плечо. Он отчётливо видел в его лице отчаянную решимость и понимал, что переубедить того уже никак не выйдет.
Он отошёл назад.
Всё уже было готово, но Чонин до сих пор где-то прохлаждался. Джинсоль в это время стояла рядом с золотистой курильницей и беспокойно заламывала руки.
«Разве я могу? Чо Кёнхи хотя бы знала, что делать... — думала она, размышляя о предстоящем ритуале. — А если что-то пойдёт не так?»
Внезапно девушка тоже ощутила чьё-то прикосновение на своём плече. Обернувшись, она увидела перед собой юношу лет девятнадцати, в чистом белоснежном костюме. Не успела ничего сказать, как Чонин спокойно произнёс:
— Нужно положить руку на курильницу.
Джинсоль окинула его беглым взглядом и почти сразу поняла, кем тот являлся. Как было велено, подняла руку над курильницей, но пальцы будто сами собой сжались в кулак, и положить ладонь не вышло. Чонин искоса взглянул на девушку, поднимая брови.
— Отбрось сомнения, — тут же сказал он. — Да, на тебе большая ответственность, но ты особенная. Ты — Самджан. Тебе подвластно это.
Неожиданно, но эти слова действительно придали Джинсоль веры в себя. Лишь капля сомнения теплилась в груди, но скоро её рука легла на крышку курильницы. Сквозь отверстия артефакта тут же показался яркий тёплый свет, а кровь внутри него забурлила, словно тоже зашлась в тревоге.
Наверное, люди редко поднимают головы к небу ночью и внимательно в него вглядываются. А ведь именно в этот вечер, прямо сейчас, самые яркие из них и большие начали собираться в одну искрящуюся кучку.
Мысленно готовясь к боли, которую он ещё никогда не испытывал, Хёнджин сглотнул и стиснул кулаки. Воспоминания пронеслись кинолентой перед глазами, и в глазах демона снова показались тихие слёзы.
В какой-то момент всё затихло — и все в зале насторожились. Внезапно что-то со свистом, ослепляя их, полетело вниз.
Первая звезда, как и обещала Кёнхи, уже обратилась в острый, раскалённый добела стержень. Не повредив стекло, она прошла сквозь потолок и без предупреждения ударила Хёнджина. Вторая, третья, десятая...
Звёзды неслись на него одна за другой, без передышки поражая всё тело. Демон держался стойко, но с тридцатого удара переносить их стало всё сложнее. Скоро он стал совсем плох: напряжённые до невозможности мышцы на лице и шее вот-вот обещали лопнуть, а голос срывался на хриплый, болезненный крик. Даже удивительно, как «горячие стрелы» до сих пор не сожгли его изнутри.
Когда последняя звезда пронзила его грудь, Хёнджин застыл и затем... обрушился на колени вниз, трясясь как осиновый лист. Слёзы застыли на его глазах, словно вместе с хозяином истратили последние силы, чтобы сделать даже малейшее движение.
С губ парня в последний раз сорвался тихий, болезненный стон — и он свалился на бок. Все его конечности больше не подчинялись контролю, поэтому пальцы Хёнджина разомкнулись, касаясь ледяного пола. Разгорячённая щека тоже легла на холодную поверхность, и по ней наконец скатилась одна жалкая слезинка.
«Тысячи лет твоих страданий станут моими, — пообещал про себя демон, пока сознание было ещё при нём. — Я люблю тебя, Ко Данби»
Его глаза под весом собственных век сомкнулись, а тело окончательно расслабилось.
Он, наконец, смог положить конец её страданиям.
_________________________________________
На днях я боролась с сильным желанием забросить фф. Но, вспоминая, сколько сил в него было вложено, не смогла себе этого позволить 🫡
Мой тгк — margottpoki
Всех люблю❤️🩹