Поклонник

Эмма.

Мы подъехали к дому достаточно быстро. Кирилл припарковался чуть в стороне, но так, чтобы я могла легко добраться до подъезда.

Он выключил двигатель и повернулся ко мне:

— Давай я подожду здесь. На всякий случай.

— Не нужно, — покачала я головой, уже расстёгивая ремень безопасности. — Всё хорошо. Правда.

— А домой как доберёшься?

— Я вызову такси или просто дойду пешком, — спокойно сказала я. — Здесь недалеко.

Кирилл усмехнулся.

— Пешком? Ночью? Одна? Эмма, ты серьёзно?

— Кирилл, я взрослая девушка, — я закатила глаза. — Справлюсь.

— Как в прошлый раз «справилась»? — усмехнулся он.

Я замерла, рука застыла на ручке двери.

— Кирилл...

— Когда шла домой одна, — продолжил он. — Тёмный переулок. Поздний вечер. Ты же помнишь, как ты испугалась?

Моё дыхание сбилось. Я отлично помнила тот вечер.

— Помню, — выдохнула я, чувствуя, как по спине пробежали мурашки.

— Тогда скажи мне, Эмма. Ты бы хотела, чтобы это повторилось снова? Тот вечер. Тот переулок. Когда ты так дрожала.

— Нет, — отрезала я.

— Странно, — тихо произнёс он. — Тогда ты дрожала от страха... а потом — уже не от страха.

Я вскинула на него взгляд.

— Что ты сейчас сказал?

Он не отвёл глаз. Просто смотрел.

— Ты помнишь, Эмма,  — голос стал почти шёпотом, в котором сквозила угроза. — Поэтому если ты в следующий раз будешь по вечерам одна гулять... — он чуть наклонился вперёд, — я тебя снова поймаю. И сделаю то, о чём ты потом будешь думать в своей тихой квартире, когда будешь лежать одна в кровати. Потому что в следующий раз тебе не придётся ничего представлять. Я оставлю на твоей коже такие воспоминания, что тебе не нужно будет ничего придумывать. Ты будешь просто... помнить.

— Молчи, — прошептала я, чувствуя, как горит лицо.

Он откинулся на спинку кресла и повернул ключ зажигания.

— Ладно. Иди. — Он кивнул в сторону подъезда. — Подруга ждёт.

Моя руку потянулась к ручке.

— Я... позвоню тебе, — выпалила я, сама не веря своим словам. — Если... если будет не поздно.

Кирилл замер на секунду, а потом тихо, сдержанно рассмеялся. В этом смехе не было насмешки. Скорее, понимание, теплое и немного усталое.

— Хорошо, — сказал он, ещё улыбнувшись. — Жду звонка. Только не заставляй меня скучать, Эмма.

Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Просто открыла дверь и вышла.

Катя встретила меня у двери. Она выглянула, будто ждала у глазка, и сразу же открыла.

— Быстро ты, — сказала тихо, отступая в сторону. — Заходи.

— Что случилось? — спросила я, снимая пальто.

— Поговорим на кухне, — перебила Катя. Голос у неё был низкий, сосредоточенный. — Не хочу, чтобы кто-то услышал.

— Кто? — нахмурилась я.

Катя не ответила. Только прошла вперёд, к кухне, и жестом показала — садись.

Я молча пошла за ней. Что-то в её поведении уже не давало мне покоя. Это была не просто тревога. Это было... что-то личное. Что-то, что касалось меня. Или — тех, кто рядом.

— Эм, — начала она, пока наливала чай, — скажи честно... как у тебя сейчас с Кириллом? И Андреем?

Я чуть наклонилась вперёд.

— Катя... в чём дело?

— Дело в том, что знаю, кто твой поклонник, — произнесла она почти шёпотом, но в этом голосе было не сомнение, а уверенность.

У меня пересохло во рту.

— Что?.. — я даже не поняла, спросила ли это вслух.

Катя кивнула. Глубоко вдохнула. И, не отводя взгляда, добавила:

— И если я права... Эмма, тебе нужно быть очень осторожной.

Я сжала ладони на коленях, будто пыталась зацепиться за что-то реальное.

— И... — выдохнула я. — Кто же мой поклонник?

Катя посмотрела на меня долгим, внимательным взглядом. Как будто проверяла — готова ли я услышать то, что она скажет. Готова ли поверить. Готова ли выдержать.

— Это всего лишь догадка, Эмма, — начала она тихо. — Но слишком много совпадений. Слишком много странных вещей. И если я не ошибаюсь... это может быть Кирилл или Андрей.

Я не сразу ответила. Просто смотрела на неё, чувствуя, как сжимается горло.

— С чего ты это взяла? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Катя вздохнула. Она села напротив, положив телефон на стол. Несколько секунд молчала, потом разблокировала экран и начала что-то искать. Пальцы бегали по клавиатуре, будто знали, куда нажимать, но глаза оставались настороженными, будто всё ещё сомневалась — стоит ли.

Я молчала. Только наблюдала, чувствуя, как напряжение снова нарастает.

Наконец, она замерла. Посмотрела на экран, чуть приблизила изображение... и перевернула телефон ко мне.

— Смотри, — произнесла она, глядя не на экран, а на меня.

На фото была девушка.

Я прищурилась.

— Кто это? — спросила я осторожно.

Катя медленно откинулась на спинку стула.

— Её звали Сара, — тихо сказала Катя. — Ходили слухи, что и Андрей, и Кирилл были в неё влюблены. Оба.

Я нахмурилась:

— И?

— Она пропала, Эмма! Исчезла! Ни записки, ни следов. Только слухи... и тишина.

Я молчала, не дыша.

Катя понизила голос:

— Поговаривают, что один из братьев не просто не поделил девушку... а убил её. Из ревности. Говорят, она крутила с обоими. Один узнал — сорвался. Поджёг её дом. От неё не осталось ничего: ни тела, ни записок, только пепел. Все уверены, что это сделал Кирилл — ведь официально она считалась его девушкой.

Я уставилась на фото.

— И ты думаешь... — начала я, но не закончила.

Катя кивнула:

— Я думаю, ты слишком сильно повторяешь её путь.

Катя тихо выдохнула.

— Именно поэтому я думаю, что один из этих... сумасшедших — это Андрей или Кирилл. Но я больше склоняюсь к Кириллу. Понимаешь, он встречался с ней первым. Всё было серьёзно. Он был влюблён. А потом — резкий разрыв. Говорили, она ушла к Андрею. Не просто к другому, а к его брату. Это удар, от которого не каждый оправится. А у Кирилла, говорят, характер... не самый простой. Замкнутый, вспыльчивый. Такой — держит в себе, пока не сорвётся. И вот как раз после этой всей истории — пожар. Её дом выгорел полностью. А она исчезла. Ни тела, ни следов, ни объяснений. А потом... и Кирилл исчез.

— Кирилл? — Я всё ещё глядела на фото.

— Ну да! Кирилл! Ты меня вообще слушаешь? — Катя подалась чуть ближе.

Я медленно опустила телефон на стол.

— Катя... — голос дрогнул.

— Что?

— Где ты вообще это откопала?

Катя усмехнулась коротко, безрадостно.

— Эм, ты же знаешь, я не ищу специально. Просто наткнулась. Люди болтают, форумы, старые статьи... Я сначала не поверила, но чем больше читала — тем больше всё сходилось.

— Что сходилось? — я нахмурилась.

— Случайность за случайностью. — Она сделала паузу. — Но самое странное — это то, что её... пару раз вроде как видели.

Я приподняла брови.

— Видели?

— Да. — Катя понизила голос. — Несколько человек писали, что встречали девушку, похожую на Сару. Один — в Петербурге, другой — в Америке. Но ничего конкретного. Ни фото, ни доказательств. Просто слова.

Она поставила кружку и вздохнула:

— Но, Эм, если она правда жива... то почему молчит столько лет?

Я почувствовала, как в груди что-то болезненно сжалось.

— Может, она боится.

Катя посмотрела на меня долгим взглядом.

— Или кто-то не хочет, чтобы она заговорила, — продолжила Катя. — Один парень на форуме писал, что видел девушку, похожую на Сару недели две назад. Сидела в машине, рядом — мужчина. Он сказал, что у того была та же татуировка, что и у Кирилла.

Я нахмурилась.

— И ты это сегодня нашла?

Катя кивнула.

— Поста уже нет, — сказала она. — Но люди всё ещё обсуждают. Скрины, цитаты... кто-то даже написал, что успел увидеть фото, прежде чем всё удалили.

— Покажи, — попросила я.

Катя взяла телефон, пролистала несколько вкладок и протянула мне экран.

На тёмном фоне форума мелькали комментарии, аватарки, фразы вроде:

«это она», «похожа, но не уверена».

Пальцы Кати чуть дрогнули.

— Вот, — прошептала она. — Видишь, под постом кто-то оставил ссылку на её старую страницу.

Я нажала.
Открылся профиль.
Имя: Sara L.
В углу горела зелёная точка.

Онлайн.

— Это... — я не смогла договорить.

Катя тихо выдохнула.

— Забей. Это, наверное, её мама. Говорят, иногда заходит на страницу.

Я не ответила. Курсор мигал в поле комментариев, а зелёная точка у имени не гасла.

— Листай вниз, — добавила Катя.

Я медленно пролистала ленту. Первым были новые посты — простые, почти бытовые.

«Сегодня снова пересматривала твои фото. Ты была такой красивой, Сара.»
«Два года, как тебя нет рядом.»
«Мама и папа тебя любят. Мы всё ещё ждём.»

Под каждым постом — десятки комментариев.
Сначала — слова поддержки, молитвы, свечи, сердечки. А потом — всё то, что всегда приходит за жалостью — грязь, злость, догадки.

— Она была такой доброй... не верю, что просто ушла.
— Доброй? Вы серьёзно? Я знала её — стерва редкая.
— Кирилл псих. Видно же было.
— Он спас её, а не убил. Вы всё переворачиваете.
— Андрей — такой же. Они оба больные.
— А может, она жива?
— Люди, хватит! Мать это читает!
— Пусть читает. Может, хоть кто-то скажет правду.
— Я видела её фото недавно, не фейк.
— Где?
— В комментариях писали — в Америке.
— Её давно нет. Смиритесь.
— Ага, нет... тогда кто сидит онлайн, умники?
— Это мама! Все знают!
— Да не мама это.
— Они убили её.
— Да никого он не убивал!

Я пролистывала всё ниже и ниже. С каждой строкой становилось тяжелее дышать — будто я вдыхала пыль чужих воспоминаний.

Катя наклонилась ближе.

— Видишь, — прошептала она, — они всё ещё спорят. Прошло столько лет, а люди до сих пор ищут виновного.

Я сглотнула, чувствуя, как что-то стягивает горло.

А потом пошли старые публикации.
Весёлые фото — друзья, вечеринки, музыка.
И вдруг — он.

Кирилл.

На одном снимке он обнимал Сару за плечи, на другом — стоял рядом, глядя в камеру тем самым спокойным, чуть насмешливым взглядом, который я знала слишком хорошо.
Она смеялась, запрокинув голову, волосы растрёпаны, глаза блестят — живая, свободная, счастливая.

Под фото стояли даты — четыре года назад.

Катя тихо произнесла:

— Это было до пожара. До её исчезновения.

Я не ответила. Я смотрела на экран, чувствуя, как внутри всё сжимается в узел.

Каждое фото — как укол.

Вот они вместе у моря.
Вот она сидит у него на коленях.
Вот он целует её в висок, а кто-то шутливо подмигивает в камеру.

Это был другой Кирилл.
Без напряжения, без надлома.
Живой, настоящий.

— Господи... — прошептала я. — Он был другим.

Катя молчала. Только проводила взглядом по экрану.

А потом зелёная точка у имени в углу вдруг мигнула — и погасла.

Катя накрыла мою руку своей.

— Эм... закрой это. Просто закрой.

Я подняла взгляд на неё.

— Катя... — голос сорвался. — Я знаю, кто мой поклонник. — Я отдёрнула руку, будто её прикосновение обожгло. — Если ты права... если всё, что ты сказала, хоть наполовину правда...

— Подожди, — перебила она. — Ты сейчас пугаешь меня. Кто?

— Катя, поклонник — это Кирилл.

Катя замерла. Несколько секунд просто молча смотрела на меня.

— Чёрт. Эмма. Ты серьезно?

Я кивнула.

— Он признался, — прошептала я. — Прямо сказал, что это был он. Всё это время. Письма, подарки, угрозы... это всё он.

Катя медленно покачала головой, будто не верила в то, что слышит.

— Чёрт. Эмма. Когда ты узнала об этом?

Я сжала пальцы, будто пыталась удержать себя в теле.

— Около недели назад, — выдохнула я.

Катя застыла. Потом резко спросила:

— И ты молчала?

— Прости меня, Кать.

Катя вжалась ладонями в стол.

— Подожди... то есть, когда мы поехали с тобой в клуб... ты уже знала? Ты уже знала, что он и есть поклонник?

Я кивнула. Медленно. Без слов.

Её глаза расширились.

— И ты просто тогда с ним уехала? — голос Кати дрогнул. — Села к нему в машину? Ты серьёзно, Эмма?

Я опустила глаза, не находя в себе сил на защиту.

— Ты же его так боялась! — Катя почти вскрикнула. — Ты сама дрожала, когда он тебе писал! Ты пряталась от него, ты не могла спать! А теперь что? Вы просто... катаетесь вместе?!

— Катя... тише. — выдохнула я.

Она резко замолчала.

— Тише? — повторила она. — Ты говоришь мне тише? Эм, ты вообще понимаешь, что только что сказала? Что ты знала, кто он, и всё равно с ним уехала...

Я закрыла глаза. На секунду.
А потом всё равно выдохнула:

— Я... я не просто с ним уехала тогда.

Катя нахмурилась, не сразу поняв.

— Что?

Я подняла глаза.

— После клуба. Мы... переспали.

Тишина рухнула между нами, как стекло.

Катя медленно отпрянула назад.

— Господи, Эмма... — она выдохнула, но голоса почти не было. — Ты... серьезно?

— Катя... ты сама же тогда говорила: «Вдруг он какой-нибудь красавчик, гений, в худи, со взглядом загадочного хакера, которого ищет Интерпол» — ну, помнишь?

Она застыла.

— Эм...

— Что «Эм»? Всё так и оказалось. — Я развела руками. — Красавчик, гений, в худи... и, кажется, влюблён в меня по уши.

Катя уставилась на меня, будто пыталась понять — я сейчас шучу или окончательно сошла с ума.

— Да, я так говорила... — выдохнула она. — Но до того, как узнала, что они оба могли быть замешаны в исчезновении девушки. В чёртовом исчезновении, Эмма!

Я откинулась на спинку стула, устало прикрыв глаза.

— Ну извини, — сказала я резко. — Я тоже, вообще-то, только что об этом узнала. Не то чтобы он мне сразу сказал: «Привет, я твой тайный псих и, возможно, убийца».

Катя прижала пальцы к вискам:

— Эмма... ты хоть понимаешь, насколько всё это серьёзно?

— Думаешь, я не понимаю? — бросила я. — Я просыпаюсь каждый день с мыслью, что живу в каком-то психологическом триллере. А теперь вот — новый уровень. Сара!

Катя тяжело вздохнула.

— Значит... вы с Кириллом теперь вместе?

Я отвела взгляд.

— Он так считает, — тихо сказала я. — Он считает, что я — его и точка. Делить меня он ни с кем не собирается.

Катя вскинула брови.

— Нифига себе он, — протянула она с полуулыбкой. — Прям уверенный в себе альфа-самец. «Моё и точка».

Я криво усмехнулась.

— Он действительно считает, что имеет право решать за меня. Что раз он рядом — значит, выбора у меня больше нет.

— А ты?

Я усмехнулась — коротко, без радости.

— А я? — повторила я тихо. — Я запуталась, Катя.
Слишком сильно. Я ненавижу всё это. Я ненавижу то, как он вмешался в мою жизнь, как всё перевернул... но когда он рядом... — я замолчала на секунду, подбирая слова, — становится... по-другому... как будто я снова чувствую.

— Эм... — осторожно начала Катя.

— Я не оправдываю его, — перебила я. — Я понимаю, как это звучит. Но внутри всё так перепуталось, что я уже не могу отделить страх от... тяги. Он пугает меня, Кать.
Но ещё сильнее пугает то, как он на меня действует.

— Но, Эмма... он же... — начала Катя с тревогой в голосе.

— Он псих! Я знаю это лучше всех! — голос сорвался, и я закрыла лицо ладонями. — Но, чёрт возьми... почему я всё равно к нему тянусь? Может, я просто сумасшедшая?

— Нет, Эмма. Ты нормальная. Просто влюбилась в сумасшедшего. Кирилл — тот ещё коктейль из страсти, страха и «не подходи, убьёт». Ты не сумасшедшая. Он — да.

— Да не влюбилась я! — сорвалось с меня резким, почти испуганным вскриком. Просто... почему-то тянет к нему...

Катя вздрогнула, уставилась на меня широко раскрытыми глазами.

— Ладно-ладно... — пробормотала она осторожно. — Просто... у тебя лицо такое, как будто ты влюбилась. Только в аду.

Я тяжело выдохнула и откинулась на спинку стула.

— Ладно, — пробормотала я.

Я потянулась к сумке, расстегнула молнию и начала рыться внутри.

— Что ты делаешь? — настороженно спросила Катя.

— Что-то с этим надо делать, — ответила я, не поднимая головы.

— Ты кому-то собралась звонить?

— Кириллу. — Ответила я, нажав уже на кнопку вызова. — Если я и правда с ума схожу, то, может, стоит хотя бы выяснить, насколько глубоко.

Катя напряглась.

— Ты рехнулась?! — Катя выдохнула, хватая воздух. — После всего, что ты узнала?!

— Да! — я резко подняла глаза. — Потому что я больше не могу жить, как будто ничего не знаю! Как будто всё нормально!

— Эм... пожалуйста. Не делай этого. Мы ещё даже не решили, что с этим всем делать!

Я медленно поднялась со стула, чувствуя, как внутри всё стягивается в один узел.

— Мне нужно узнать правду, — тихо сказала я, сжимая телефон в руке. — Про Сару.

— Ты серьёзно? — Катя чуть подалась вперёд, в её голосе прозвучало беспокойство. — Ты собираешься просто взять и спросить? У Кирилла?

— Да.

— Но он же сразу поймёт, что это я рассказала, — прошипела Катя.

— Не переживай, — ответила я спокойно, прижимая телефон к уху.

— Ага, не переживать... Отличный план! Только потом не удивляйся, если меня найдут с запиской «Катя всё знала».

Я только открыла рот, чтобы что-то сказать в ответ — как в трубке раздалось:

— Алло.

Я сглотнула.

— Я... я закончила, — тихо сказала я. — Получится меня забрать?

— Да, — без паузы ответил он. — Пять минут, и я буду у подъезда.

— Спасибо.

Я нажала «завершить» и медленно опустила телефон.

Катя поднялась со стула.

— Эмма. — Только давай так: никаких намёков, никаких разговоров про Сару. Ты не будешь ничего выяснять. Ни словом, ни намёком.

— Прости Кать, но мне нужно знать правду, — проговорила я негромко, направляясь к двери.

— Так узнай! Только не сегодня и не завтра. Он ведь не идиот, Эмма. Он поймёт, что это я тебе рассказала!

— Значит, пусть поймёт. Главное — чтобы я поняла.

Я подошла к двери, накинула пальто и, тихо сказала:

— Я напишу тебе позже.

Катя вздохнула, стиснув руки на груди.

— Эм, если станет страшно — просто напиши мне. Или позвони. Даже если среди ночи, Эмма. Ладно?

Я закатила глаза.

— Катя, мы даже не знаем, что произошло, а ты уже... — я качнула головой.

— Ладно-ладно, — быстро перебила она, подняв руки. — Просто мне спокойнее, когда ты не одна во всём этом кино.

Я кивнула.

— Кино с рейтингом 18+ и пометкой «опасно для жизни».

— Вот именно, — буркнула она в ответ. — Поэтому будь аккуратна.

— Буду, — тихо ответила я и вышла, прикрыв за собой дверь.