Поклонник

Эмма.

Когда часы показали чуть за шесть, я наконец-то поставила последнюю точку в отчёте и, не перечитывая, нажала «отправить».

Система отразила: отправлено.

Через мгновение — прочитано.

Ни «спасибо», ни «получено».

Пусто.

Ответа я не получила.

Я тяжело выдохнула, выключила компьютер, накинула пальто и вышла из офиса.

В коридоре было тихо.
В лифте — глухо.
На улице — прохладно.

Я уже шагнула к дороге, как заметила его.

Кирилл.
Он стоял у машины, прислонившись к капоту, руки в карманах, взгляд — прямо на меня.

Я сделала пару шагов. Он не пошевелился. Не улыбнулся.
Просто смотрел.

Я остановилась в паре метров.

— И давно ты тут?

— Нет, — ответил он спокойно.

Он оттолкнулся от машины и подошёл ближе.

— Поужинаем?

Я не ответила сразу. Мой мозг ещё цеплялся за напряжение дня.

— Просто ужин? — спросила я, чтобы выиграть секунду.

Он чуть склонил голову.

— Просто ужин. Без допросов. Без претензий. Без... пистолетов.

Я выдохнула.

— Тогда... поехали.

Он молча открыл мне дверь. Не комментируя. Не торопя. 

И в этом молчании было странное спокойствие. Как будто в этот раз — он и правда пришёл не за контролем. А просто... за мной.

Мы приехали к небольшому ресторану на окраине города. Без лишнего пафоса. Обычный, простой ресторан.

— Не думала, что ты выбираешь такие места, — пробормотала я, выходя из машины.

Кирилл лишь пожал плечами.

— Иногда лучше просто поесть, чем пытаться произвести впечатление.

— Согласна. — Пробормотала я и, на секунду задумавшись, последовала за ним внутрь.

Мы расположились за столиком у стены. Я потянулась к меню, стараясь спрятаться за его страницами.

— Не волнуйся, — сказал он, опираясь на край стола. — Я правда не собираюсь устраивать сцен. Просто ужин. Просто ты. Просто я.

Я медленно опустила меню.

— А если всё не так просто?

Он чуть усмехнулся.

— Тогда давай хотя бы сделаем вид, что это просто, — тихо сказал он. — На один вечер. Без войны. Без боли.

Я покачала головой и, впервые за день, позволила себе почти-улыбку.

Еду принесли быстро. Я выбрала ризотто с грибами и бокал белого. Кирилл — стейк, прожарка medium rare, и минеральную воду.

— Как день? — Неожиданно спросил Кирилл.

— Рабочий, — пожала плечами я.

— А Андрей?

Я приподняла бровь.

— Ты же сказал — без допросов.

— Эмма, — его голос стал мягче. — Я просто хочу знать, всё ли в порядке.

— Всё, как и должно быть, — сказала я ровно.

— А как должно быть?

— Кирилл, — я выдохнула, стараясь говорить спокойно. — Чисто рабочие моменты. Совещание, отчёты, почта. Всё по делу.

Он кивнул. Медленно. Словно взвешивал каждое моё слово.

— Он... не обижал тебя? — спросил он тише. — Не приставал? Не пытался получить объяснений?

— Нет, — я покачала головой. — Он ведёт себя так, будто ничего не было.

— Значит, играет в равнодушие. Типичный Андрей.

Я сделала вид, что не поняла подтекста. Но он не отставал:

— Ты же понимаешь, да? — его голос стал ниже. — Это не значит, что он отпустил. Просто выбрал другой способ держать тебя возле себя.

— Он меня не держит!

— Может, и не руками. Но ты всё ещё рядом с ним. Каждый день. И он это знает.

Я отложила вилку, хотя почти не прикоснулась к еде.

— Ты закончил ?

— Нет. — Сказал он, не отводя взгляда.

Я сцепила пальцы.

— Что еще?

— Что с увольнением?

Я на секунду задержала дыхание.

— С каким увольнением?

— С твоим, Эмма. Ты должна уволиться. Помнишь? Ты ему уже говорила?

— Да, — выдохнула я.

Кирилл слегка наклонился вперёд.

— И? — спросил он тихо.

— Что — и? — я нахмурилась.

— Какая была его реакция? — спокойно уточнил Кирилл. — Когда ты сказала, что уходишь. Что он сделал?

Я фыркнула, откидываясь на спинку стула.

— Думаешь, я сказала ему про увольнение потому что ты попросил? — я усмехнулась. — Прости, Кирилл, но мир не крутится вокруг твоих решений.

Он сдвинул брови, но промолчал.

— Я сказала ему это, потому что сама хотела, — продолжила я. — Потому что устала от всего этого... от постоянного напряжения, от вас обоих. От того, что меня всё время ставят перед выбором, который я не просила делать.

Он чуть приподнял бровь.

— Так... что он ответил?

Я вздохнула, убрав прядь волос за ухо.

— Ты невыносимый, знаешь? Я тебе о своих чувствах, о том, как рушусь изнутри, а ты — «а что он ответил?»

Кирилл молчал всего секунду, потом резко выдохнул, откинулся на спинку стула и, не сводя с меня взгляда, произнёс:

— Ладно. Тогда я сам узнаю.

Он потянулся к карману, достал телефон и разблокировал экран.

— Кирилл, — я резко подалась вперёд. — Даже не думай!

— Поздно, — бросил он спокойно, пролистывая контакты. — Если он не может держать дистанцию с сотрудницей, я ему помогу это сделать.

— Кирилл, положи телефон, — я выдохнула, стараясь говорить спокойно. — Он не держит меня. Мы всё обговорили. Сегодня всё стало ясно.

Он замер, всё ещё держа телефон в руке.

— Ясно? — переспросил он медленно, будто пробуя слово на вкус. — Ясно — это как? Он отпустил тебя?

— Нет, — выдохнула я, чувствуя, как к горлу подкатывает ком. — Он... напомнил про контракт, — тихо произнесла я. — Что у нас есть обязательства. Что просто так уйти не получится.

Кирилл фыркнул, качнув головой.

— Конечно. Классика. Надеть деловой тон, спрятать за ним эмоции и затянуть тебя в эту ловушку ещё глубже.

— Это не ловушка, Кирилл, — возразила я. — Это... просто работа. Документы. Условия.

— Он использует это, Эмма, — его голос стал твёрже. — Чтобы ты осталась! Чтобы ты и дальше крутилась вокруг него. Он может разорвать этот контракт — и ты это знаешь. Если бы хотел — сделал бы.

— Кирилл... — я выдохнула и наклонилась вперёд, глядя на него. — Между  мной и Андреем всё кончено.

— Кончено. Ты правда в это веришь?

— Да, — кивнула я.

— Тогда объясни мне, — сказал он тихо, но каждое слово звучало как удар. — Если всё кончено, какого чёрта он тебя не отпускает?

Я замерла.

— Кирилл...

— Нет, серьёзно, — он наклонился вперёд. — Если между вами всё кончено, если он так хладнокровен и профессионален — почему он держит тебя на этом контракте? Почему не разорвал его? Почему не дал тебе уйти?

— Потому что это бизнес! — возразила я. — Потому что у него есть правила, процедуры...

— К чёрту правила! — он резко ударил ладонью по столу, но не громко — достаточно, чтобы я вздрогнула. — Он может сделать исключение. Для тебя. Если действительно всё кончено.

Я молчала, чувствуя, как внутри всё сжимается.

Кирилл потянулся к телефону.

— Знаешь что? — сказал он спокойно. — Я всё же спрошу, какого чёрта от тебя не отпускает.

Моё сердце ёкнуло.

— Кирилл, не надо...

Он разблокировал экран, и начал листать контакты.

— Кирилл, пожалуйста, — я быстро протянула руку и положила ладонь на его телефон. — Не надо. Дай мне доработать. Спокойно. Без скандалов. Без звонков. Я обещаю тебе — всё будет нормально.

Кирилл замер, глядя на мою руку, лежащую на его телефоне. Потом медленно поднял взгляд.

— Нормально, — повторил он глухо. — Это у тебя так называется — когда другой мужчина тебя не отпускает?

Я прищурилась, чувствуя, как внутри поднимается горечь.

— А ты?

Он моргнул.

— Что — я?

— А ты меня отпускаешь? — я не убрала руку, продолжая смотреть ему в глаза. — Ты даёшь мне выбор? Или ты тоже держишь, Кирилл? По-своему?

Его челюсть сжалась.

— Я не...

— Ты звонишь мне каждый день, — перебила я. — Ждёшь у офиса. Спрашиваешь про каждый мой шаг. Требуешь отчёта о том, что сказал Андрей, что он сделал. Это что, если не удержание?

Кирилл молчал несколько секунд, не отводя взгляда.

— Это не то же самое, — наконец произнёс он.

— Почему?

Он медленно убрал телефон из-под моей ладони, но не в карман — просто положил на стол. Наклонился ближе, так, что между нами осталось всего несколько сантиметров.

— Потому что, Эмма, — сказал он тихо, почти шёпотом, — ты моя.

— Кирилл... — начала я, но он покачал головой.

— Не надо, — сказал он. — Не говори, что это не так. Потому что ты сама это чувствуешь. Иначе не сидела бы здесь. Не позволяла бы мне везти тебя домой. Не отвечала бы на мои звонки и сообщения.

Он протянул руку через стол и накрыл мою.

— Ты можешь злиться на меня. Можешь говорить, что я давлю. Но ты не уходишь. Потому что знаешь — я единственный, кто не отпустит тебя, даже если ты попросишь.

Я медленно высвободила руку, чувствуя, как внутри всё кипит.

— Я не могу быть чьей-то. Ни твоей. Ни его. Ни чьей.

Он откинулся на спинку стула, не сводя с меня взгляда.

— Тогда чья ты?

— Своя. Только своя.

Кирилл кивнул медленно, будто принимая вызов.

— Хорошо, — сказал он. — Тогда докажи.

— Что?

— Докажи, что ты своя, — он наклонился вперёд. — Уволься. Прямо завтра. Разорви контракт. Перестань оглядываться на Андрея. И начни жить для себя.

— Я не могу просто так...

— Можешь, — перебил он. — Если действительно хочешь. Но ты не хочешь. Потому что боишься.

— Я не боюсь!

— Боишься, — он усмехнулся без радости. — Боишься того, что будет, если останешься одна. Без Андрея. Без меня. Без тех, кто держит тебя на плаву.

Слова попали точно в цель.

В груди сжалось, и я уже открыла рот, чтобы ответить, но вдруг зазвонил телефон.

Мой.

Я вздрогнула и машинально посмотрела на экран.

Катя.

— Извини, — бросила я Кириллу, хватая трубку. — Алло?

— Эмма, ты можешь ко мне приехать? Срочно.

Голос Кати звучал странно.

— Сейчас? Я... я ужинаю, — я покосилась на Кирилла, — с Кириллом.

На том конце повисла короткая пауза.

— С Кириллом? — переспросила Катя.

— Ну да... а что? — нахмурилась я, выпрямляясь на стуле.

— Эм, — она будто сдержалась, чтобы не сказать больше. — Просто приедь. Хорошо?

— Катя, ты пугаешь меня.

— Мне просто нужно, чтобы ты услышала кое-что. Это важно!

Я нахмурилась.

— Катя, ты можешь просто сказать, что случилось?

— Нет. — Она выдохнула. — Просто приедь. Пожалуйста! 

— Ладно, ладно. — сказала я чуть тише, чувствуя беспокойство в её голосе.

— Только одна, Эм. Хорошо? Только ты.

Я замерла на секунду.

— Хорошо Катя, я поняла! Скоро приеду.

Я отключила звонок и медленно положила телефон на стол.

Кирилл всё это время смотрел на меня, не моргая.

— Что-то случилось? — спокойно спросил он.

— Катя попросила приехать, — ответила я, поднимая на него взгляд. — Что-то важное.

— Я отвезу тебя.

— Нет, — быстро возразила я. — Она сказала... одной. Просила, чтобы я приехала одна.

Кирилл прищурился.

— Почему?

— Не знаю, — я пожала плечами, хотя сама чувствовала лёгкую тревогу. — Может, что-то личное. Девичье.

Он молчал несколько секунд, изучая моё лицо.

— Хорошо, — наконец сказал он. — Тогда я хотя бы довезу тебя до места. А там — как скажешь.

Я хотела возразить, но поняла, что спорить бесполезно.

— Ладно, — кивнула я. — Спасибо.

Кирилл тут же поднялся, жестом подозвал официантку и, не дожидаясь счёта, положил наличные на поднос. Я взяла сумку, машинально проверила телефон — сообщения не было, только этот короткий, нервный звонок от Кати.

Мы вышли молча. На улице уже темнело, воздух стал прохладнее. Кирилл шёл рядом, не задавая лишних вопросов, но я чувствовала, как он напряжён. Как будто знал, что дело не в просто «важном разговоре».

Я села в машину, пристегнулась. Он сел за руль и завёл двигатель.

— Адрес скажешь? — спросил он, глядя на меня.

— Парковая, дом 11. Второй подъезд.

Он кивнул и машина плавно тронулась с места.