Thirty
Dean Lewis - Be alright
Aisha Badru - Bridges
Яркие лучи солнца, пробиваясь сквозь шторы, освещают комнату. Я лежу на чем-то мягком и теплом, а в нос ударяет запах мятного геля для душа. Слегка приподняв и повернув голову, сталкиваясь со взглядом зелёных глаз и маленькой улыбкой.
Моё сердце замирает, я застывают, боясь спугнуть этот момент. Я должно быть ещё сплю, и если сделать резкое движение или сказать хоть слово: это прекрасное видение раствориться.
- Доброе утро, жена, - улыбаясь, произносит Генри, и я, наконец решаюсь хотя бы моргнуть. - Ты хорошо спала?
Его голос звучит очень нежно, из-за чего по спине пробегает табун мурашек, а внизу живота завязывается тугой узел. Отстранившись от его груди, приподнимаюсь на локтях и оглядываю комнату. На полу валяется наша одежда, разбросаная по разным углам. Я слегка краснею, и у меня учащается сердцебиение, когда я вспоминаю о событиях вчерашнего вечера и ночи.
- Я удивлена, что ты не убежал на работу с утра пораньше, - небрежно замечаю я, хотя внутри ликую. Он остался после нашей близости.
- Я решил устроить небольшой выходной, - отвечает Генри, закинув обе руки за голову. Я смотрю на его обнажённый торс, и внутри все органы сжимаются. Он прекрасен. Я так сильно люблю его. Каждую его клеточку. Иногда, мне кажется, что он не реален. Кому-то он может показаться жестоким, грубым и черствым. Но для меня нет людей прекрасней и добрее, чем Генри Клей.
- Я думаю, нам следует провести немного времени вместе. После вчерашнего происшествия, ты была так зла и растроен, что разорвала мою рубашку. - Он улыбается, заставляя меня снова покраснеть. Мы не были вместе с тех пор, как я узнала о том, что он собирается уйти из «чёрного бизнеса» и ищет пути отступления. Два года. Два чертовых года я ждала, когда он прикоснется ко мне. И он дал мне то, чего я желала. А я всегда желаю только двух вещей: лучшего для моей дочери и его.
- Мне кажется, нам следует попытаться...
- Погоди, - перебивая его, я сажусь на кровати, облокачиваясь на её спинку, и смотрю на Генри сверху вниз. - Ты боишься, что я уйду.
Я прищуриваю глаза, и отсутствие какой-либо эмоции на его лице говорит мне, что я права. Почти четыре года знакомства с Генри Клеем научили меня распознавать его эмоции. Если вначале нашего знакомства он был для меня закрытой на семь замков, сложной книгой, то теперь я знала, когда он пытается что-то скрыть, и в особенности я научилась распознавать его ложь.
- Ты боишься, что я заберу Дарси и уйду, - говорю я, и он тоже приподнимается и садится, облокачиваясь на спинку кровати. Он не смотрит на меня, а это значит, что я права. Он не хочет, что бы я смогла прочесть его эмоции в глазах.
Я задумаваюсь о том, каков характер его страха. Он боится, что на его руках окажется смерть женщины которой он пообещал весь мир (если не больше) и его ребёнка, или он боится, что люди, которые ему дороги, которых он любит, умрут по его вине?
- Ты боишься, что потеряешь нас, - тихо говорю я, и Генри смотрит на меня. - Ты боишься, что я заберу её, и тебе не останется кого любить. Ведь после смерти Даниелы, место того, о ком ты безустали заботишься, заняла Дарси...
Мне хочется кричать от отчаяния, когда эти слова срываются с моего языка. Если он освободил место в своём сердце для неё, так неужели я не смогу найти там хотя бы маленький укромный уголок для себя.
- Ты должна понимать, что рядом со мной безопасно.
- Тебе не нужно было спать со мной, чтобы доказать это, - со злостью говорю я, борясь с желанием разрыдаться и закатить настоящую истерику. Я собираюсь встать и покинуть эту комнату и больше никогда на него не смотреть. Но он хватает мою ладонь, и наши взгляды сталкиваются.
- Я не поэтому... Я занялся с тобой сексом не потому что хотел, чтобы ты отвлеклась, Мелисса, - серьёзным тоном произносит Генри. Он смотрит мне прямо в глаза и свободной рукой касается моей щеки. Я прикрываю глаза и делаю глубокий вдох. Держи себя в руках, тряпка! Ты не можешь расклеиться от одного его прикосновения! - Я сделал это, потому что мне было это нужно, также как и тебе.
Его слова все равно оставляют неприятный отпечатка на моём сердце, но я выдыхаю с облегчением.
Я была ему нужна. Я нужна ему сейчас.
- А ещё я хочу, чтобы ты пошла со мной на встречу с Уолисом.
- Зачем я тебе там, это ведь касается твоей части бизнеса. - Хмурясь отвечаю я, и Генри отпускает мою руку, чтобы встать с кровати. Он начинает собирать наши вещи, и те, что принадлежат мне бросает на кровать.
- Речь уже идёт не только о теневом бизнесе, Мел, - хмурясь говорит Клей. - Он хочет, чтоб я отдал ему и большую часть туристического бизнеса. Он хочет так много, что мне... нам может почти ничего не остаться.
- В любом случае, мне нечего делать на встрече с... Кто он там такой?
- Речь идёт и о твоей части бизнеса, ты должна участвовать в переговорах. Тем более ты умеешь убеждать. - Улыбаясь замечает Генри, и я смущённо опускаю взгляд. - Я видел, как ты заключаешь договора и под каким впечатлением от тебя остаются наши партнёры после этого.
- Но я не хочу в этом участвовать, Генри, - тихо отвечаю я, не поднимая взгляда. - Никогда не хотела.
- Но ты должна, - грозно произносит он. - Одевайся, мы должны быть там в девять.
Он смотрит на меня таким взглядом, который говорит: «Не пытайся противоречить мне. Я знаю, что так надо».
- Не хочу. Я не хочу в этом участвовать, Клей, - мой голос полон отчаяния.
- Но ты должна, - натягивая на плечи одну из своих чёрных рубашек, говорит он. - Ты нужна мне, Мел.
Его голос сладок, как мёд, из-за чего меня начинает тошнить. Он смотрит мне прямо в глаза, застегивая пуговицу за пуговицей. Он знает за какие ниточки должен дергать, чтобы в чем-то меня убедить. Он знал это всегда.
Не хотя поднимаюсь на ноги и надеваю свой лучший наряд для переговоров: обтягивающее платье-карандаш, длиной выше колена, которое указывает на все достоинства моей фигуры.
Через двадцать минут мы уже сидим в машине и едем в неизвестном мне направлении. Между мной и Генри весит давящая тишина, но ни он ни я не желаем её нарушать. Он знает больше, чем я, ему виднее насколько сильно необходимо моё присутствие на этой встрече.
Когда мы останавливаемся, я разглядываю здание за окном, которое больше походит на небольшой торговый центр, нежели на офис серьёзного бизнесмена. Мы выходим из машины все в той же тишине. Генри идёт впереди, а я разглядываю его мускулистую спину, обтянутую чёрной рубашкой.
Когда мы оказываемся на третьем этаже, Генри входит в первую попавшуюся дверь, которая запускает нас в офис небольших размеров. Здесь стоит небольшой стол с компьютером на нем, шкаф, который вставлен книгами, а не официальными документами и папками, и небольшой деванчик сбоку от наглухо заштореного окна. В кабинете царит мрачная атмосфера, хотя, может, мне кажется так только из-за освещения. За столом сидит мужчина средних лет с проседью на висках. Как только мы входим, он радостно улыбается и поднимается на ноги.
- Ах, Генри Клей, - воодушевленно произносит он, протягивая руку моему мужу в знак приветствия. Генри вяло отвечает на его приветствие. - А это, должно быть, твоя жена - миссис Клей.
Я отвечаю на его рукопожатие, слегка настороженая таким радушным приемом.
- Здравствуйте, - неуверенно говорю я и следую за Генри. Мы оба садимся на диванчик, а мужчина подвигает к нам своё кресло и садится напротив. Это не очень похоже на официальную встречу, скорее на какой-то... цирк. Этот мужчина не похож на человека, к которому стоит обращаться за помощью.
- Невероятно рад с вами познакомится, миссис Клей, - улыбаясь от уха до уха признаётся мужчина.
- Хватит, Джеймс. Ты знаешь, что я здесь по поводу угроз твоих астолопов.
- Угроз? - через чур наиграно восклицает Уолис. - Ну что ты, это было лишь предупреждение.
И теперь, когда на его губах появляется самодовольная ухмылка, я замечаю на сколько он отвратительный человек.
- Ты серьёзно хочешь забрать весь мой бизнес? - спрашивает Генри, поддаваясь чуть вперёд. Я же наоборот вжимаюсь в спинку дивана, желая стать невидимой. Нет, я не боюсь этого мужчину, я просто не хочу участвовать в разговорах на такие темы, пропитанные угрозами и самодовольством.
- Я согласен оставить тебе несколько акций, - ухмыляясь отвечает Уолис, и я замечаю, что у него голубые глаза. Они напоминают цвет замерзшего в зимнюю пору озёра: почти прозрачные и такие же холодные.
- Я согласен отдать тебе все активы, все договора и акцие, относящиеся к моему теневому бизнесу, но к чему тебе то, что мой прадед нажил непосильным трудом?
- Затем, - ухмыляясь, отвечает Уолис, - что мне так хочется.
- Вы, наверное, думаете, что раз он обратился к вам за помощью, вы имеете право просить больше, чем за эту помощь полагается? - мой голос звучит отдалённо, словно это говорю не я, а кто-то за меня. Я словно покинула своё тело и наблюдаю за всем со стороны. Оба мужчины смотрят на меня, широко раскрыв глаза. Бледно-голубые глаза Уолис глядят на меня с восторгом, а зелёные Генри с тревогой.
- Знаете, когда я смотрела все эти фильмы про мафию и чатала о вас книги, я думала, что вы действительно соблюдаете какой-то кодекс, охраняете свои традиции, как зеницу ока... - Мой голос звучит уверено, и я выпрямляю плечи. Уолис смотрит на меня, сощурившись и улыбаясь. - Но на самом деле, теперь каждый стремится лишь к тому, чтобы сделать как можно лучше для самого себя. Благородство теперь можно встретить только в книгах и фильмах.
У меня сбивается дыхание, так как я говорю без перерыва, глядя прямо в его холодные глаза.
Он улыбается мне широко и склоняет голову на бок.
- Она мне нравится, - произносит он, наконец, так, словно мне здесь нет, и я только что не обращалась к несу с пламеной речью. - Я бы хотел выслушать ваше предложение.
Я перевожу взгляд на Клея, и он жестом указывает мне: «Ну, продолжай, раз уж начала». Я действительно сумела завладеть внимание Уолиса, но смогу ли я предложить ему то, что ему покажется достаточным.
- Как сказал мой муж, вы можете забрать весь теневой бизнес, все акции, договоры, активы. - Я стараюсь говорить медленно, чтобы донести до него свою мысль. - Но мы не можем отдать вам весь бизнес целиком, иначе сами останемся ни с чем.
Уолис понимающие кивает, с интересом глядя на меня. Он ждёт моего предложения. Я смотрю на Генри, ища поддержку в его глазах. Он едва заметно кивает, и сделав глубокий вдох, я говорю:
- Мы так же можем предложить вам десять процентов с ежегодной прибыли от наших дел, если вы поможете выбраться нам сухими из воды.
Уолис радостно улыбается, и подскочив на ноги хлопает в ладоши, как ребёнок.
- Чудесно! Прекрасно! - Восклицает мужчина, прогуливаясь по маленькому офису. - Так значит, говорите пятнадцать процентов?
Я хмурюсь и перевожу взгляд на Генри. Я сказала десять, но он хочет больше. Генри снова едва заметно кивает, и меня раздражает, что он не хочет ответить сам.
- Да, пятнадцать, - слегка неуверенно отвечаю я, и Уолис широко улыбается. Он кивает, и снова садится в своё кресло напротив нас.
- Что ж, думаю, я вам помогу, Клей, - продолжая улыбаться, говорит Уолис и с моего сердца словно камень падает. Я смотрю на Генри ожидая увидить на его лице хоть тень облегчения, но не вижу ни одной эмоции.
- С тобой приятно иметь дело Джеймс, - кивая, говорит Генри и поднимается на ноги. Я следую его примеру и тоже встаю.
- С твоей женой тоже приятно иметь дело, - сладко улыбаясь и глядя на меня отвечает Уолис.
- Надеюсь, ты разработаешь план в ближайшее время, - деловым тоном произносит Клей и идёт в направлении к двери, схватив меня за руку. Я плетусь за ним, когда Уолис отвечает.
- Конечно, Генри. Можешь не сомневаться. Надеюсь, вы так же быстро подготовите документы.
Я киваю в ответ на его слова, хотя он уже этого не видит, так как Генри выходит в коридор, захлопнув за собой дверь и не произнося слова прощания.
Когда дверь за нами оказывается закрыта, я замечаю, как его, напряженные до этого момента, плечи расслобляются.
- Я знал, что у тебя получится его очаровать, - натянуто улыбаясь говорит Генри, когда мы оказываемся в машине наедине. Нас слышит только водитель.
- Я ведь даже не знала, что должна говорить. - Раздражённо замечаю я.
- Но сказала все, как надо, Мелисса.
- Как он поможет тебе? Что он сможет сделать?
- После того, как мы оформим все документы, он поможет нам убежать из страны, поменять имена, забрать с собой нащи деньги и, возможно, семью. Он будет предупреждать, если Роджерс продберется к нам слишком близко.
- Звучит очень мрачно, - с грустью замечаю я, и Генри опускает голову, разглядывая свои колени.
- Иначе не получится, - тихо говорит он. - Но я обещаю - все будет хорошо.
Он кладет свою ладонь поверх моей, и я киваю. Мне хочется верить ему. И я верю. Но не слишком долго. Примерно до десяти часов вечера того же дня.
Я задерживаюсь на работе, так как решила заняться подготовкой необходимых документов, для Уолис. Не хочу, чтобы этим занимались мои секретари или помощники, не хочу вмешивать в это кого-то ещё.
Я пишу Генри СМС о том, что задерживаюсь, он отвечает, что тоже все ещё на работе. Звоню домой, говоря Лилиан тоже самое, и ей придётся уложить Дарси без меня. Она успокаивает меня, и говорит, чтобы я не спешила.
Однако, я стараюсь закончить подготовку, как можно быстрее, потому что соскучилась по дочери и очень хочу домой, принять горячую ванну...
Тяжелые, глухие шаги, раздающиеся в коридоре, когда я складываю документы в свой личный сейф, отвлекают меня от мыслей о доме. Дверь моего кабинета медленно и со скрипом открывается, и я удивлённо жду того, кто покажется. Здесь уже никого не должно быть, ведь рабочий день завершился часа три назад. Может, это охранник?
Но высокая фигура, которая появляется в дверях, заставляет меня испытать ледяной ужас. Я стою в пол оборота к двери, мои глаза смотрят на Роджерса, который изучает мой просторный кабинет.
- Добрый вечер миссис Клей, - его губы изгибаются в улыбка, и у меня по спине пробегает табун мурашек. - Я знал, что застану вас здесь одну.
Почему он здесь? Почему именно сегодня?
- Здравствуйте, - тихо отвечаю я, стараясь скрыть недоумение и страх на моём лице и в голосе. Я оборачиваюсь к нему всем телом, и с вызовом смотрю на него. Не хочу, чтобы он знал, что я напугана. - Удивлена вас здесь видеть.
- Я бы не пришёл, если бы... - Он запинается и садится на стул, что стоит напротив меня. Я копирую его движения и делаю тоже самое. Мы сидим лицом к лицу, в ожидании, когда кто-нибудь заговорит. Но мне нечего ему сказать, а вот раз он здесь...
- Знаете чего я не терплю больше всего, Мелисса?
- Мы не слишком близко знакомы, чтобы я знала, мистер Роджерс, - отвечаю я, положив руки на стол.
- Я не терплю глупость и предательство, - отвечает он, пристально изучая моё лицо.
- Согласна, это непростительные пороки.
- Я пришёл сюда - говорить откровенно, - его голос звучит спокойно и устрошающе.
- Что ж, я готова внимательно слушать ваши откровения, - отвечаю я, стараясь звучать как можно более непринужденно.
- Сегодня у меня была встреча с одним моим старым знакомым. Знакомо ли вам имя Уолис?
Слова застревают в горле, сердце бьётся так сильно, что мне кажется, если молчать слишком долго, он сможет это услышать.
- Нет, а должно быть? - спрашиваю я, надеясь, что мой голос звучит не слишком жалко.
- Он тоже утверждает, что никогда с вами не встречался, - улыбаясь говорит Роджерс. - Зато, он поведал мне о плане вашего мужа о том, чтобы кинуть меня.
Я молчу, вскидывая брови в знак удивления. Но я не претваряюсь, а действительно удивлена. Уолис забыл, что я была там или умышленно умолчал? Ответ очевиден. Но возникает новый вопрос: почему он не сказал ему обо мне? Как он вообще мог рассказать Роджерсу, когда мы столько ему пообещали?
- Мелисса, когда я впервые вас увидел, я понял, что вы очень умны. И вы демонстрировали мне это каждый раз, как открывали свой рот. - Теперь я слышу в его голосе непрекрытую угрозу. - И я надеюсь, что вы достаточно умны, чтобы не участвовать в том, что задумал ваш муж.
- Я не понимаю, о каком замысле идёт речь? - хмурясь отвечаю я. Сердце бешено колотится и мне трудно дышать, но я стараюсь этого не показывать.
- Генри решил выйти из бизнеса, - улыбаясь объявляет Роджерс. - Он решил уйти, хотя знает, что я не дам ему этого сделать. Обратился к одному из моих злейших врагов за помощью, но этот враг понял, что рассказать мне обо всем будет гораздо выгодней.
- Вы не думаете, что этот злейший враг мог вас обмануть? - спрашиваю я. Попытка не пытка, верно? Я внимательно слежу за его реакцией, и она мне совсем не нравится. Он усмехается, откидываясь на спинку стула. Он глядит на меня, как на маленькую девочку, которая только что спросила почему день сменяется ночью.
- Я не верю, что мой муж способен на предательство, - чуть более уверенней произношу я. Он должен мне поверить. Три года знакомства с Генри Клеем научили меня двум вещам: любить, не ожидая ответных чувств и искусно врать.
- Должно быть, вы оптимист, Мелисса, - улыбаясь, отвечает Роджерс.
- Я скорее реалист, который верет в хорошее.
- Я пришёл сюда, чтобы убедиться не врёт ли мне Уолис на ваш счёт. - резко говорит он, и я сглатываю комок в горле. - Он говорит, что Клей был один, и говорил о продаже части своего и легального бизнеса тоже.
- Что ж, это означает, что Генри предал и меня, если ваш знакомый говорит правду, - говорю я, и корю себя за эти слова. Но ничего не могу поделать. Я должна вернуться сегодня домой живой. Там моя дочь, которой нужна её мать.
- Мне хочется вам верить, миссис Клей, - говорит Роджерс и поднимается на ноги. Я не делаю тоже самое, даю ему возможность смотреть на меня сверху вниз. - Не говорите своему мужу о нашем разговоре. Вы ведь не хотите, чтобы ваша дочурка росла в детском доме.
Вот теперь я уже не могу скрывать свои эмоции. Ужас, который все это время контролировал моё тело, отобразился и в моём взгляде.
- Но если я узнаю, что вы замешаны в этом, Мелисса, - он делает паузу, и моё сердце замирает, - вы устанете отмывать кровь своей дочери с белоснежных стен её милой спальни. Я вам обещаю.
И развернувшись, он идёт в направлении к двери, оставив меня с выражением ужаса на лице и в сердце.
- Я слежу за вами, - бросает он на последок, прежде чем за ним захлопывается дверь.
Как только его шаги в коридоре пропадают, я вскакиваю на ноги и от адреналина и стресса бушующих в крови, начинаю мерить шагами комнату.
Все пошло наперекосяк. И Клей не знает об этом, он не предвидел такой поворот. Надо его предупредить, надо позвонить...
Но когда моя рука нащупывает мобильный в кармане брюк, я себя останавливаю. Он сказал, что следит за мной. Это значит, что где-нибудь здесь может лежать жучок или камера. А весь мой дом и по давно может находится под круглосуточным наблюдением.
Почему Уолис рассказал Роджерсу, хотя согласился на наши условия? Но что ещё более важно, почему он не сказал обо мне? Как мне донести все, что случилось до Генри, чтобы Роджерс об этом не узнал? Что мне делать?
Когда я возвращаюсь домой, нигде, кроме библиотеки свет не горит. Значит, Лилиан уже уложила Дарси спать и ушла спать сама. Если свет горит только в библиотеке, значит Генри там.
Я тихонько пробираюсь к его кабинету, не включая нигде свет и оставляю папку с документами на его столе. Затем иду в библиотеку и застаю его дремлющим за книгой Жюля Верна. Он выглядит мирно, придерживая одной рукой голову, а другой книгу. Глаза прикрыты, а губы плотно сжаты.
- Ты очень поздно, - замечает Генри, когда скрип пословиц заставляет его распахнуть глаза. Он смотрит на настенные часы, что висят за моей спиной и показывают, что сейчас пол двенадцатого ночи.
- Готовила кое какие документы. - Отвечаю я. - Я так измотона...
- Понимаю, но скоро все закончится, - я вздрагиваю, когда он говорит это. Он замечает смятение на моём лице и хмурится.
- Знаешь о чем я подумала сегодня? - спрашиваю я, и он смотрит на меня с вопросом в глазах. - Мне хочется провести с тобой время за пределами этого дома. Как насчёт того, чтобы поужинать завтра в том ресторане, где прошло наше с тобой первое свидание?
Сначала он хмурится, но моего умоляющего взгляда достаточно, чтобы он понял. Может не все, но понял, что нам нельзя говорить здесь,и надо обговорить что-то наедине без постороних ушей и глаз.
- Конечно, хорошая идея, - улыбаясь отвечает он.
- Отлично, встретимся после работы. А сейчас, я очень устала и иду спать. Кстати, я оставила на твоём столе в кабинете кое-какие документы, просмотри их, завтра надо подписать.
- Конечно, Мел, - осторожно отвечает он, и я выхожу из библиотеки.
В папке с документами я спрятала небольшую записку с предупреждением.
«Уолис все рассказал Роджерсу. Он приходил ко мне в офис, расспрашивал: не знаю ли я кто такой Уолис. Он рассказал ему о твоём плане, но обо мне ни слова не сказал, хотя Роджерс спрашивал.
Генри, он угрожал мне. Мне пришлось сказать, что если ты сделал то, что ты сделал, значит ты предал и меня. Мы не можем говорить об этом в стенах дома, потому что Роджерс сказал, что следит за мной. Нам нужно срочно что-то придумать.
Сожги это сразу же, как прочтешь».
Я не хотела в этом участвовать, но я знала на что иду, когда согласилась выйти замуж за Генри. Я знала чем он занимается, но все равно пошла на это. Пути обратно уже нет. Нужно идти до конца.
******************************
А конец уже совсем близко.
Думаю, что напишу его на этих выходных.
Пишите что думаете. Люблю вас💙💛💜
М.👻