22
Девичий щебет разносился по "Птичьей клетке". Ранним утром не было клиентов, лишь время для себя.
К порогу дома приехала карета. Сяо Дэ первая вышла, осматривая уже оживлённую улицу. Её плеча коснулась рука журавля.
- Ох, простите госпожа! - Залюбовалась, - она помогла той вылезти из кареты.
- Если хочешь, устроим прогулку по местным улицам.
- Не стоит, госпожа! - Девочка активно замотала головой.
Улыбнувшись скромности своей служанки, Чи Чжун Ци вошла в дом. Её встретили удивлённые глаза. А после, чуть не сбив с ног, радостные визги.
- Сестрица Ци! - Причитали девушки, обнимая сестру.
Журавль не была самой старшей из танцовщиц, но к ней всегда прислушивались видя в ней старшую сестру, что защитит от гнева Муцин, что даст совет, как обольстить трудного клиента, что возьмёт вину на себя.
- С твоим уходом в "Птичьей клетке" стало мало клиентов, - прощебетала танцовщица.
- Расскажи же нам, как ты поживаешь во дворце!
- Ты стала госпожой? Император сделал тебя своей наложницей?
Вопросы сыпались на голову Чи Чжун Ци, как перья, мягко, но ощутимо со временем.
- Я приехала к вам, дабы поделиться новостью. Новый император пожелал жениться на мне.
Танцовщицы затихли, не веря в услышанное. Они ведь только могли шутить о подобном. Но уже в который раз журавль доказывает, что слова имеют силу.
- А я знала, что так и будет, - яркая Чжин Су Чже взяла сестру за руки, - Он полюбил тебя с первого взгляда. А ты?
- Чаще всего женщины страдают из-за своей любви. Поэтому, я и боюсь влюбиться в него и познать это чувство, когда сначала ты готова взлететь только от одного его взгляда, а потом утонуть в собственных слезах.
Сёстры переглянулись. Затем хитро заулыбались друг другу. Они прекрасно знали, что танцовщицам запрещено влюбляться. Но всегда хранили чувства за тканью шёлковых ханьфу. Танцовщицы понимали, что их журавль влюблена, но по привычке не даёт себе право любить.
- Эй вы, я же по вашим глазам всё вижу. Этому браку не быть, - Чи Чжун Ци посуровела.
- Почему ты так в этом уверена? - В комнату вошла Муцин, покуривая трубку.
- Я собственность императора, - девушка подняла к ней глаза, - Рабыня. Я не имею никакого права...
- Мой журавль, он выкупил тебя. Для него ничего не стоит и жениться на тебе. Отбрось все эти глупости. Ради любви, мужчины способны мир уничтожить, только бы быть рядом со своей любимой.
Чи Чжун Ци смотрела на Муцин, что вновь дала наставление, как и любая другая...мама.
- Тогда...подарите мне танец, когда я выйду замуж, - журавль окинула глазами сестёр и улыбнулась.
Танцовщицы просияли, желая сестре счастья в замужестве.
- Чи Чжун Ци, пойдём со мной, - Муцин качнула бёдрами, будто она снова юная девица, уводя журавля в свою комнату, - Я слишком хорошо тебя знаю, моя птичка. Ты всю жизнь в клетке мечтала о свободе. Презирала всех мужчин. Отреклась от любви. Что же тобой движет, моё дитя?
Девушка смотрела перед собой ища ответ на вопрос. Эти метания порядком изводили. Прижала ладонь к груди, где хранилась подвеска. Напоминание о семье.
Муцин подошла к журавлю, притягивая к себе. Её руки никогда не были ласковы, но сейчас они гладили Чи Чжун Ци по волосам, прижимая к плечу.
- Ты никогда не рассказывала о своём прошлом. Детстве. Как и почему тебя продали в бордель. Пусть я и спасла тебя от участи проститутки, твой взгляд всегда пожирал меня. Но моя птичка, знай, я приму тебя. Не спрошу ни о чём, что случилось при дворце. Бескорыстно приму тебя.
Чи Чжун Ци знала, что отвечать было не обязательно. Не найдёт она тех слов. Потому просто, обняла Муцин. Как обняла бы свою маму. Спрятала бы лицо в её волосах. Чувствовала бы всем телом её тепло.
Журавлю было неловко, что эта женщина имеет родную дочь, но никогда не была с ней так же добра. Чувство, будто она забирает у подруги нечто важное, не предназначенное ей.
"Материнская любовь..."
Будет ли Чи Чжун Ци любить своего ребёнка, который родится от императора? Будет презирать его? Или себя? Убьёт его ночью в колыбели?
Открыв глаза и отстранившись от Муцин, девушка лишь мягко улыбнулась ей.
|
Нюй Джи Сюй металась по комнате, кусая ноготь на большом пальце. Её верная служанка, будто курица наседка, бегала вокруг неё:
- Госпожа, прошу вас, будьте осторожны.
- Это неслыханно! Со дня на день Бай Ху объявит о свадьбе! Эта мо... Её ведь должны были отравить! Почему она всё ещё во дворце?! - Она зло посмотрела на свою служанку, что застыла, - Императрица сказала, что избавится от неё. Но я то и дело слышу, какая эта проститутка обворожительная из каждого угла!
- Госпожа, прошу... Вам нельзя нервничать. Подумайте о своём ребёнке!
Фаворитка замерла, касаясь своего ещё маленького живота.
- Я верила, что этот ребёнок станет моим шансом. Верила, что Бай Ху позабудет о ней. Но он теперь и видеть меня не желает! Я собственными руками убью Чи Чжун Ци.
Служанки переглянулись, опасаясь нервного срыва своей госпожи.
- Кто из вас хорошо знаком со служанками из Бамбукового зала? У меня возникла идея получше.
|
В покоях Бай Ху хлопотали портные, что окружили господина, примеряя на него маньфу. Мужчина смотрел на своё нечёткое отражение в цзин-цы.
За всё утро он не произнёс и слова, погружённый в свои мысли. Позади выросло тёмное пятно, что склонило голову.
- Друг мой, - хриплым голосом произнёс тигр.
- Мой господин, вы хотели меня видеть, - тайвэй выпрямился, глядя на спину господина.
Бай Ху расправил плечи. Портные засуетились, снимая с его плеч маньфу, поспешили покинуть покои.
- Гё, друг, - император повернулся к своему тайвэю, - Есть ли в твоём подчинении верный цзиньи-вэй?
- Желаете обезопасить себя в день восхождения?
- Для этого у меня есть ты, друг, - Бай Ху положил руку ему на плечо, - Хочу защитить мою небесную Чи Чжун Ци. Матушка коварна, и так просто не отступит.
- У меня есть на хорошем счету цзиньи-вэй.
- Ты бы доверил ему мою жизнь? - Тигр заглянул другу в глаза.
- Только после моих наставлений касаемо вашего непредсказуемого характера.
Бай Ху рассмеялся, слегка ударяя друга по плечу. Глубоко вдохнув, он лишь махнул рукой, без слов давая понять своему тайвэю, чтобы тот приступал к выполнению приказа.
Пхон Гё преодолел весь внутренний двор, подходя к воротам внешнего, где из-за ступенек показалась вернувшаяся Чи Чжун Ци. Тайвэй замедлился, сердце пропустило удар, волнение накрыло с головой. Журавль тоже его заметила, незаметно улыбаясь. Они шли навстречу друг другу. Мужчина не собирался останавливаться ради короткого приветствия. Губы запылали, жаждая поцелуя. Он облизнул их. Чи Чжун Ци, будто смущаясь, опустила взгляд. Ещё миг и они пересекутся. Звон металла раздался у них под ногами. Оба застыли. Журавль увидела у ног тайвэя свою шпильку, которую нарочно выронила. Она грациозно присела, протянув руку к украшению. Её пальцев коснулась горячая рука Пхон Гё, что не отрывал от пленительной госпожи своего сердца взгляда. Он позабыл об упавшей шпильке, беря журавля за руку, потянул её вверх, ловко подбирая украшение с земли.
- Доброго вам дня, госпожа, - Пхон Гё вложил в холодную ладонь девушки шпильку.
- И вам, доброго дня, господин.
- Его величество отдал приказ..., - он сомневался, стоит ли упоминать Бай Ху, ему хотелось, чтобы она думала, будто это он заботится о ней, - Кхм, я пошлю к вам цзиньи-вэя.
- Телохранителя? - Она продолжала держать его за руку, согревая свои пальцы.
- Верно. Вам не стоит беспокоиться, госпожа. Я выберу того, кто умрёт за вас... Ровно как и я, - последние слова прозвучали шёпотом.
- Моя госпожа? - Сяо Дэ неуверенно подала голос.
Неопределенно влюблённые тут же вспомнили где находятся, отпуская друг друга. Тайвэй поправил одежды, поклонился, уходя во внешний двор.
- Госпожа...
- Ты ничего не видела, - отчеканила Чи Чжун Ци.
Сяо Дэ опустила голову, следуя за своей госпожой. Девочка бросила взгляд на волосы журавля. Ранним утром она лично делала причёску госпоже и та шпилька, что была причиной остановки, выглядела незнакомой. Неужто хитрость?
Подходя к Бамбуковому залу были слышны крики и ругательства. Ню Пон Гё и Лао Шу спорили с другими служанками:
- Пошли прочь! Вам тут делать нечего! - Ню Пон Гё уверенно наступала.
- Отойди! Думаешь, раз старшая служанка Бамбукового зала, можешь приказывать нам? Я служу...
- Знаю я, кому ты служишь, гадюка. Поди прочь. Служанкам фаворитки нечего делать в покоях моей госпожи.
- Что за кудахтанье? - Чи Чжун Ци обозначила своё присутствие.
Служанки тут же склонились перед ней, пусть и не все.
- Моя госпожа! - Мышонок Лао Шу вышла из-за спины старшей служанки, - Они пытаются попасть в Бамбуковый зал.
Послышалось недовольное цоканье языками.
- Что вам нужно? - Журавль спрятала Лао Шу за собой, обращаясь к незнакомым ей служанкам.
- Нас приставили на службу к вам, - одна из служанок выступила вперёд.
"Зачем мне пять служанок? Их троих то много на одну меня. Обождите. Ню Пон Гё сказала, что они служат фаворитке. И если приглядеться, между ними мечи летают. Но с какой стати Нюй Джи Сюй подарила мне своих служанок? Ей, как беременной нужен должный уход. Козни новые строите с императрицей?"
- Что тут за шум, а? - На перебранку пришёл евнух Жу Яо, - Госпожа, вы сегодня светитесь ярче солнца. Ослепительно.
- Евнух Жу Яо, вы то должны знать! Почему госпожа Нюй Джи Сюй отправила к нам своих служанок? - Ню Пон Гё не сдавала позиции.
- Что за чушь? - Он посмотрел на служанок, а затем на журавля, - Госпожа, я вам мало служанок отдал во служение?
- Как можно, евнух Жу Яо? - Она встала перед своими служанками, будто защищая, - Я бы не посмела просить больше.
Хуангуан чжанг понял жест госпожи, кивая. Он повернулся к служанкам Нюй Джи Сюй:
- Брысь отсюда!
Они убежали, боясь гнева главного евнуха, обронив что-то.
- Курицы слепые..., - евнух подобрал дорогую шпильку.
"Я поняла. Решила оболгать меня. Обвинить в краже. Видят Небеса, ты моя последняя забота, Нюй Джи Сюй.
Такие шпильки редко дарят своим служанкам, а если и так, то обычно хранят подальше от лишних глаз. Случайно обронили... Но хотели попасть в мои покои и подложить шпильку."
|
Вдовствующая императрица отдавала приказы слугам, что готовились к празднеству.
- Приготовьте побольше любимых сладостей императора.
Прислуга только и успевала согласно кивать словам госпожи.
Императорский дворец собирался устроить праздник. Прошло уже несколько недель с похорон императора Бай Циена. Хуан Лиен Хуа хотела загладить вину перед сыном. Устроить танцы.
- Танцы. И пригласите госпожу Чи Чжун Ци на праздник. Она ведь искусная танцовщица, помнится мне. Пусть развлекает нас.
Служанка поклонилась, покидая госпожу. Она спешила к журавлю, кривя улыбку.
Подходя к Бамбуковому залу, она остановилась, завидев госпожу Чи с евнухом Жу Яо и неизвестным мужчиной. Служанка уверенно направилась к ним:
- Доброго вам дня, госпожа.
Все повернулись к подошедшей. Она посмотрела на мужчину. Воин казался суровым и устрашающим. Его рука крепко сжимала рукоять меча.
- Госпожа Чи, вдовствующая императрица приглашает вас на вечернее празднество.
Евнух Жу Яо потёр лоб, почуяв неладное.
- В качестве кого? - Чи Чжун Ци бесстрастно посмотрела на служанку.
- Танцовщицы.
- Что за наглость? Госпожа Чи уважаемая гостья императора! И в скором времени станет его невестой, - хуангуан чжанг повысил голос.
- Не нужно поднимать крика, евнух Жу Яо. Я здесь в качестве танцовщицы. И я приму приглашение вдовствующей императрицы.
- Госпожа Чи, на празднестве будет присутствовать император Бай Ху. Вы уверены? - Жу Яо шептал.
- Я не посмею отказать императрице. Это будет расценено, как оскорбление. Император ведь ещё не сделал объявление о свадьбе.
Её спокойствие каждый раз поражали евнуха. Даже после того, как императрица чуть не убила её. Что-то ему подсказывало, что вечер закончится скандалом.
Он посмотрел на цзиньи-вэя, что теперь оберегает госпожу. Тот точно пойдёт с ней. Может и не стоит беспокоиться.