Украденная

От лица Автора.

Суровый мужчина сидел в своём просторном кабинете, рассеянно листая какие-то документы. Бумаги перед ним могли быть чем угодно — отчёты, смены, планы — но он всё равно не видел ни строчки. Мысли никак не желали держаться работы. Они снова и снова возвращались к тем самым голубым глазам и мягким, золотистым волосам, которые раз за разом всплывали в его память, будто насмехаясь.

Он чуть закусил губу и усмехнулся про себя. Кто бы мог подумать, что он — человек, давно разучившийся чувствовать что-то кроме ярости и холодного расчёта — сможет снова полюбить? Да так сильно. Что одного взгляда на обычную, ничем не защищённую девушку хватит, чтобы внутри что-то дрогнуло.

В дверь негромко постучали. Он оторвался от своих мыслей.

— Войдите.

В кабинет вошёл статный мужчина — его помощник, правая рука и человек, который знал всё, что в этом мире стоило знать. Он всегда держался уверенно, но сейчас в его взгляде читалась лёгкая напряжённость.

— Получилось? — спокойно, но твёрдо спросил главный.

— Два трупа, — без лишних эмоций ответил помощник, усаживаясь в кресло напротив. — Ты был прав: пацан действительно попытался обратиться за помощью к Аль-Фахду. Но наш человек, которого я нанял... похоже, убил его. А потом уже Аль-Фахд избавился от нашего человека.

Главный тихо выдохнул, не удивлённо — осознанно.

— Пока ещё не время, чтобы Аль-Фахд добрался до меня, — произнёс он, наливая себе виски. Кристалл бокала глухо звякнул о стол. — Что с аль-Джаббар?

— Немного... разукрасили лицо, — отчётливо, но почтительно произнёс помощник. — Но, как ты и приказывал, по животу не били.

Главный коротко кивнул.

— Думаю, Айману понравилось, — сказал он с едва заметной усмешкой.

Помощник тоже слегка улыбнулся.

— Кстати, он уже выписался из больницы.

Главный снова кивнул. Всё складывалось так, как он рассчитывал.

— Следуем дальше плану. И смотри, — голос стал резко суровым, — чтобы никто его не испортил.

— Понял, — подтвердил помощник и уже собирался подниматься, но будто что-то вспомнил. Он вытащил из папки несколько бумаг. — Ах да. Как ты просил... информация про ту блондиночку.

Едва он протянул папку, главный сразу выхватил её, будто ждал этого весь день. Глаза быстро побежали по строкам. Внутри поднялось какое-то странное, непривычное нетерпение — чувство, которое он давно считал забытым.

— Злата Зайцева... — тихо прошептал он, и в уголках губ затаилась довольная усмешка.

На одном из листов была её фотография. Он провёл по ней пальцем — осторожно, почти бережно.

— Только... — помощник слегка понизил голос, — у неё парень есть. Она приехала отдыхать с друзьями. В документах есть адрес отеля. И ещё... у неё здесь есть бабушка, работает на кухне в семье Аль-Фахд. Отец — араб, мать — русская. Всё расписано подробно. Если хочешь... можем похитить её.

Главный замер на секунду. Затем медленно поднял взгляд.

— Парня убрать можно, — произнёс он твёрдо, сурово, будто выносил приговор. — Но к ней... даже не смей подходить. Никаких похищений. Я добьюсь её как нормальный мужчина, а не силой. Я не хочу, чтобы она меня боялась.

Помощник кивнул. Для него приказы главного были законом. Он поднялся и вышел из кабинета, тихо прикрыв дверь.

Главный остался один. Его пальцы вновь коснулись фотографии — на этот раз мягче, чем прежде.

— Злата... Золотоволосая принцесса... — прошептал он, позволив себе короткий смешок.

Он аккуратно отложил бумаги, но ещё несколько секунд смотрел на них, будто не желая отрывать взгляд. Затем собрался, вернул себе прежнюю холодность и вновь переключился на рабочие дела.

Но мысли всё равно ускользали к ней. К девушке, которой он уже принадлежал, даже если она об этом не знала.

От лица Лилии.

16:00.

Мы с Фарисом находились в нашей комнате. Врач уже осмотрел его и строго приказал — сегодня он должен отдыхать. Я, конечно же, собиралась это контролировать, даже если ему это не сильно понравится.

Врач также отправился проверять Халиме. Мы всё ещё не знали, что с ней и в каком она состоянии — никто не сказал ни слова. Но меня это мало волновало. Даже если она умрёт — мне не будет её жаль.
Жаль было Аймана — особенно тогда, когда он смотрел на неё, с таким тихим обожанием, будто всё его сердце было в этом взгляде. И при этом он знал, что Халиме вряд ли ответит ему тем же.

— О чём думаешь? — тихо спросил Фарис.

Я подняла взгляд. Он лежал спокойно, закинув одну руку за голову, свежая повязка на его плече слегка поблёскивала, а торс оставался открытым. Он выглядел одновременно уставшим и сильным.

Я провела ладонью по его груди, будто проверяя — всё ли нормально.

— Ни о чём, — ответила я, пытаясь улыбнуться.

Фарис приподнялся на локтях, а потом сел, опершись на спинку кровати.

— Иди ко мне, — сказал он, протягивая руки.

— Тебе же будет неудобно... — начала я.

— Иди ко мне, — голос стал низким, уверенным, почти приказом.

Я не удержалась от лёгкой улыбки и аккуратно устроилась сверху на него, обняв его за шею. Положила голову ему на грудь, слушая, как ровно поднимается и опускается его дыхание. Он так же крепко обнял меня, притянул ближе, будто совсем не хотел отпускать.

Я слышала его ровное, спокойное сердцебиение. Его рука мягко скользила по моим волосам — движение, от которого всё внутри невольно расслаблялось.

— Как думаешь... Халиме будет с Айманом? — тихо спросила я, не поднимая головы.

— Не знаю, — спокойно ответил он. — Если она понимает, что одной растить ребёнка тяжело, может и будет. Да и Айман её уже не отпустит. Конечно, я бы хотел ему другую спутницу... но, возможно, Халиме изменится.

— Возможно, — пробормотала я.

Несколько секунд он молчал, а потом вдруг спросил:

— Как назовём малыша?

Я подняла голову, усаживаясь по удобнее.

— Разве не рано? Мы же не знаем, кто будет.

Его руки легли мне на талию, тёплые и уверенные.

— Это не мешает выбрать имена для обоих вариантов, — мягко сказал он и наклонился, чтобы поцеловать меня в шею. Его щетина слегка коснулась кожи, и я не удержалась от смешка, чуть отодвигаясь.

— Я не знаю, какие имена здесь красивые, — сказала я и быстро поцеловала его в губы.

Он тихо хмыкнул, притянул меня за затылок и поцеловал глубже, с той страстной уверенностью, от которой у меня всегда перехватывало дыхание. Я ответила ему, чувствуя, как его пальцы осторожно проходят по моим плечам, по спине.

Он закусил мою губу, кажется до крови. Я хмыкнула и облизала губы.
— Всё же срок маленький... Думаю, ничего страшного не случится... — начал он шёпотом, гладя меня по спине, но я перебила его: — Тебе нужен отдых. Так что ляг и лежи.

Показалось, что он заскулил, как маленький пёсик, которому не досталось лакомства. Он положил свою голову мне на грудь.
Я же стала гладить его по волосам с улыбкой.
— Ты так вкусно пахнешь... — прошептал он. — Как мармеладка.

Я издала смешок.
— Меня так ещё никто не называл, — со смехом сказала я.

Он тоже издал смешок и стал нежно целовать мою шею.
Я запрокинула голову чуть выше, наслаждаясь этим чувством. Его губы были просто сказкой на моём теле.

Его руки залезли мне под футболку, немного поглаживая, пока не добрались до моих грудей и стали их мять.
— Тебе же сказали, нужен отдых, — прошептала я, но руки его не убрала.
— Помолчи, я в любом состоянии сделаю своей жене приятно, — сказал он и вцепился в мои губы.

Я улыбнулась сквозь поцелуй. Вдруг он резко бросил меня на кровать и оказался сверху.
Он поставил мои руки по обе стороны от моей головы.

Он пристально смотрел в мои глаза, так же как я смотрела в его, но параллельно мой взгляд падал на его повязку.
— Какая же ты красивая... — прошептал он и нежно поцеловал меня в лоб, спускаясь к щеке и к шее. — Обожаю эту шейку.

Я невольно рассмеялась тихо; в этот момент в дверь постучали.

— Можно? — послышался голос Зары.

Фарис отстранился и недовольно что-то пробормотал, затем слез с меня.  Я быстро села и в этот самый миг в комнату вошла Зара. Её взгляд метался между нами: сначала на меня, потом на Фариса, а потом снова на меня.

— Отец просил передать: с Халиме всё в порядке. Она сейчас в комнате Аймана, и он ни на шаг от неё не отходит, — спокойно сообщила она.

— Спасибо, а то мы так переживали, — с лёгким сарказмом ответил Фарис и отвёл взгляд.

Я тихо рассмеялась, и Зара невольно улыбнулась в ответ. В тот же момент у неё зазвонил телефон. Она взглянула на экран, её улыбка исчезла, на лице появилась растерянность.

— Кто звонит? — заметил Фарис.

— Просто подруга, — неуверенно ответила Зара и быстро сбросила звонок.

— Почему не отвечаешь? Или какой-то мужчина? — с подозрением спросил он.

Я посмотрела на неё с любопытством.

— Нет, конечно. Просто подруга со школы, — натянуто улыбнулась она.

— Покажи, — потребовал Фарис.

— Фарис, что ты делаешь? — вмешалась я. — Ты ей не отец, чтобы контролировать, и она не ребёнок.

— Я не отец, но старший брат, — сказал он твёрдо, — так что дай телефон.

— Нет, я сказала, — ответила Зара, стараясь звучать уверенно. — У тебя есть жена, возможно будет дочь — вот им и командуй. А я уже взрослая.

Фарис удивлённо посмотрел на неё, я улыбнулась. Зара ничего больше не сказала и вышла из комнаты.

— Смотри на неё, — прошептал Фарис сердито. — Уверен, там какой-то пацан.

— Успокойся. Она же не глупая. И вообще, радовался бы, что сестра наконец-то строит личную жизнь, — сказала я и легла на кровать рядом с ним.

— Пока сам лично не увижу этого смертного, не отстану от неё. Сейчас парням только одно надо, а ей всего шестнадцать, — пробубнил он, повернувшись ко мне и проводя пальцами по моей щеке.

— Не суди по себе, милый, — сказала я и чмокнула его в нос.

— Эй! — притворно возмутился он.

— Я принесу нам поесть, — сказала я, поднимаясь.

— Ладно, — буркнул Фарис и лег на спину, лениво потянувшись.
Я же вышла из комнаты и направилась вниз.

***

Я зашла на кухню, где стояла пожилая женщина.

— Извините, можно, пожалуйста, дать что-то поесть на двоих? — старалась вежливо попросить я.

— Сейчас не время, — сухо сказала женщина.

— Это для Фариса, ему... — не успела я договорить, как сзади раздался злой голос. Я не сразу поняла, что это была Рания.

Женщина сразу же посмотрела на неё.

— Разве у нас нет готовой еды? Моему сыну нужны силы, а невестке больше есть, — сурово сказала Рания.

— Хорошо, простите, сейчас всё сделаю, — сказала женщина.

— И кофе мне в гостиную принеси, — приказала Рания и, бросив на меня быстрый взгляд, ушла.

Я же не сдержала ухмылку. Стоило мне забеременеть, как она сразу стала считать меня невесткой. Интересно, когда рожу мальчика, буду ли я уже и дочерью?

От этих мыслей меня отвлек звук, открывающий дверь заднего входа, который находился прямо на кухне.
Оттуда вышла молодая девушка, блондинка с голубыми глазами. Очень красивая.

— Я принесла, как ты просила, — сказала она и поставила пакет на стол.

— Спасибо. Не нужно тебе помогать, я справлюсь. Иди лучше погуляй с друзьями, — с улыбкой сказала женщина.

— Мне не сложно, — с улыбкой ответила блондинка.

Неужели она арабка? — подумала я, пристально осмотрев её с ног до головы. Она говорила по-английски с очень хорошим акцентом.

Наконец она посмотрела на меня.

— Здравствуй, — с улыбкой сказала она.

— Здравствуй, — улыбнулась я и протянула руку. — Лилия.

Она потянула руку в ответ и пожала её.

— Злата.

— Ты очень красивая. Откуда ты? — спросила я с улыбкой, пока женщина немного наблюдала за нами и накладывала еду нам с Фарисом.

— Сочи, — спокойно сказала она. — А ты?

— Москва. А что ты здесь делаешь? — продолжала я, потому что было действительно интересно.

Она тихо засмеялась.

— Приехала с друзьями отдыхать, да и бабушку навестить, — сказала она и улыбнулась женщине. Та ответила ей улыбкой.

— Не знала, что арабки могут быть блондинками с голубыми глазами, — удивлённо сказала я.

— Мне все так говорят, но араб — только мой отец, а мама русская блондинка, — со смехом добавила она. — Это долгая история.

Теперь всё стало понятно.

— Готово, — сказала женщина и поставила поднос с рисом и мясом.

— Спасибо. Была рада познакомиться, — с улыбкой сказала я.

Злата улыбнулась и кивнула, затем села за стол. Я взяла поднос и направилась в комнату.

***

Зайдя в комнату, я увидела, как Фарис что-то пытался сделать с полотенцем.

— Ты что делаешь? — с непониманием спросила я, аккуратно поставив поднос на кровать и сев рядом.

— Хотел сердце сделать, но ничего не получается, — буркнул он и бросил полотенце на пол.

— Тебе нельзя вставать! — возмутилась я. — Или мне привязать тебя?

— Я буду только рад, — с ухмылкой сказал он и взял свою тарелку.

Я закатила глаза и тоже взяла тарелку. Мы начали есть параллельно, смотря какой-то фильм.

Давно не было такого уюта, как сейчас — момента, когда мы могли быть вместе, спокойные, без тревог, хотя внутри всё равно присутствовал лёгкий страх, что что-то может испортиться.

— Сейчас на кухне я познакомилась с одной девушкой, она такая хорошая, — спокойно сказала я, поднимая взгляд к нему.

— Что за девушка? — спросил Фарис с интересом.

— Голубоглазая блондинка. Она внучка одной из ваших домработниц, — ответила я.

— Серьёзно? — удивился он.

— У неё отец араб, а мама русская, — объяснила я.

— А, ну тогда понятно, — спокойно сказал Фарис.

Я улыбнулась и посмотрела на него.

— Что? — спросил он с непониманием.

— А где слова "она красивая"? — хитро спросила  я.

Фарис хмыкнул:

— Для меня самая красивая — ты, а не какая-то белобрыса. Да я и не люблю блондинок.

Я улыбнулась и отвернулась обратно к телевизору. Стало приятно. Но вдруг улыбка исчезла, и я серьёзно посмотрела на него.

— А если бы это была голубоглазая брюнетка, сказал бы, что красивая? — спросила я.

— Нет... И вообще, что за допрос? — усмехнулся он.

— Просто интересно, — с хитрой ухмылкой сказала я.

Вдруг в дверь постучали.

— О Аллах, дадут уже побыть вдвоём или нет? — пробурчал Фарис, смотря на дверь. — Кто там?

Дверь открыла Злата.

— Прошу прощения. Могу посуду забрать, чтобы не утруждались? — вежливо и с улыбкой спросила она.

— Да, конечно, спасибо, — сказала я и протянула ей поднос с пустыми тарелками. Как-то быстро и незаметно мы управились с едой.

Она приняла поднос и, почему-то, стала всматриваться в лицо Фариса.

— Мы случайно не встречались где-то? — спросила она, продолжая пялиться.

— Нет, — сухо ответил Фарис.

— Лицо такое знакомое... — прошептала она, всё ещё пристально глядя.

Мне это не особо понравилось.

— Ладно, простите, наверное, показалось. Всего хорошего, — с улыбкой сказала она и ушла.

— И что это было? — спросила я Фариса.

— А я откуда знаю? — ответил он, пожав плечами. — Если бы я видел её, то точно бы запомнил... — он замялся. — То есть...

Я издала смешок.

— Ладно, не оправдывайся. Я сама на неё засмотрелась на кухне, но это только на этот раз, — сказала я и показала ему кулак.

Он улыбнулся и притянул меня к себе, обнял.

— Ты и так у меня самая красивая, — прошептал он и чмокнул меня в губы. — И мне кажется, у тебя начинают играть гормоны. Надо будет спросить Самира, к чему мне готовиться, — добавил он с улыбкой.

Я издала смешок.

— А мне Нурай, они же на опыте, — продолжила я, и мы тихо рассмеялись.

***

Мы лежали на боку в обнимку друг с другом, кажется, уже час. Я слышала шум телевизора и его ровное сердцебиение. Это была бы прекрасная возможность немного поспать, но сон никак не приходил.

Я осторожно посмотрела на Фариса: он спал сладко, тихо посапывая. Я улыбнулась и нежно поцеловала его в щеку. Затем медленно легла на спину, повернула голову и стала смотреть в окно.

Солнце уже садилось за горизонт, заливая комнату мягким оранжевым светом. Я аккуратно положила руку на живот. До сих пор не верилось, что во мне растёт новая жизнь — такое ощущение, будто мир стал одновременно большим и хрупким.

Вдруг Фарис недовольно застонал и повернулся ко мне спиной. Я вернула взгляд к окну и тихо усмехнулась.

«Я хочу кальмара», — подумала я про себя и даже хмыкнула от собственного внезапного желания. Интересно, найдётся ли кальмар на кухне?

Я медленно поднялась, стараясь идти как можно тише, чтобы не разбудить Фариса, и на цыпочках направилась на кухню.

Спускаясь по лестнице, я услышала голоса из гостиной.

— Фарису сейчас нужен отдых, как и Айману. Мы должны работать сами, — это был Самир. — Не хочу, чтобы они пострадали ещё сильнее.

— Ты думаешь, они будут сидеть сложа руки? — второй собеседник был Халид.

— Можно поговорить с Лилией, она уговорит Фариса лежать и отдыхать. А вот Айман сейчас будет возле Халиме крутиться, — сказал Самир.

Дальше наступила тишина, словно они обдумывали что-то важное.

— Тебя не учили, что подслушивать нехорошо? — вдруг с улыбкой выкрикнул Самир.

Я усмехнулась и прошла в гостиную.

— А по-другому нельзя. Вы же ничего не говорите, — сказала я.

Самир лишь усмехнулся в ответ.

— Как Фарис? — сухо спросил Халид.

— Спит. А я немного проголодалась, — ответила я.

— О, теперь каждый час будешь голодная, привыкай, — с ухмылкой сказал Самир.

— А где Нурай? — уточнила я.

— В гостевой комнате, с Ясмин отдыхает, — ответил Самир.

Я просто кивнула.

— Пойди на кухню, тебе там что-то приготовят, — сказал Халид.

— А у вас кальмар есть? — спросила я.

— Кальмар? — удивлённо переспросил Халид.

Самир же заулыбался ещё шире.

— Не знаю даже... — прошептал он. — Пойди, спроси. Если нет — пускай купят.

Я кивнула и уже собиралась идти на кухню, когда в гостиную забежал охранник.

— Там труп мужчины выбросили, — сообщил он.

Халид и Самир мгновенно поднялись, а моё сердце заколотилось сильнее.

Они побежали на улицу, а я, не раздумывая, сменила маршрут и пошла за ними.

Мы вышли во двор за ворота и увидели тело изуродованного мужчины. Но, присмотревшись, я поняла, что оно мне знакомо. Язид. Это был он.

— Да что же это такое... — прошипел Самир и нагнулся, чтобы проверить пульс. — Он мёртв.

Халид тяжело вздохнул.

— Там записка, — прошептала я, показывая на листок, который был сжат в кулаке Язида и слегка виднелся.

Самир осторожно достал его, развернул и начал изучать текст.

— Что там? — спросил Халид.

— «Он хотел пойти против меня, хотел не сдержать своё слово и оставить Самира в живых, когда его сердце было полно ярости и ненависти. Он бедняга думал, что Самир убил бедную Айше, но это были мои люди, чтобы этот балбес вступил на мою сторону. Я думал, с него будет больше пользы, но ошибся. Только жизнь бедной Айше оборвал. Готовьтесь к завтрашнему дню, мои родные, и берегите своих жен», — прочитал Самир и сжал листок в кулак от злости.

По моему телу пробежали мурашки.

— Он был прямо под носом! — прошипел Самир, глядя на тело Язида, и не сдержался, пнув его ногой. — Он мог рассказать! Он всё знал с самого начала! — яростно кричал он.

Халид подошёл и стал держать его за плечи.

— Успокойся! — сурово сказал он. — Он мёртв, всё. Теперь нам нужно думать о себе. Что будет завтра, знает только эта тварь. Нам нужно быть готовыми. Пускай привезут детей, пусть будут в нашем доме. Нам надо держаться вместе.

Самир ничего не сказал, достал телефон и отошёл, вероятно, чтобы сделать то, что сказал Халид.

— А ты, — обратился он ко мне, — иди в дом и ничего не говори Фарису. Когда проснётся, я сам всё ему объясню. И не нервничай, тебе нельзя. Сейчас ты должна думать только о здоровье ребёнка.

Я встала в ступор. В голове крутились мысли: а что если Язид не единственный человек, работающий на нашего врага и находящийся под нашим носом? А если есть ещё такие люди?

Вдруг рядом остановилась машина. Охрана мгновенно направила автоматы.

— Спокойно, — из машины вышел молодой парень с поднятыми руками.

— Ты кто такой? — прошипел Халид.

— Я за девушкой своей приехал, — спокойно сказал он, медленно опуская руки.

— Что происходит... О боже! — рядом появилась Злата, с ужасом смотря на мёртвое тело Язида.

Молодой парень тоже замер в ступоре.

— Может, полицию вызвать? — робко предложил он.

— Уезжай от греха подальше, — сурово сказал Самир, откладывая телефон

Злата бросила испуганный взгляд на меня.

— Пойдём отсюда, — вдруг обратился парень по-русски и протянул ей руку. — Мне эти арабы никогда не нравились.

Девушка едва заметно усмехнулась и взяла его руку. Они сели в машину, но перед тем как завести её, Злата с улыбкой помахала мне, и я помахала ей в ответ.

Машина тронулась и вскоре исчезла из поля зрения.

— Тело уберут. Пойдём в дом, — сказал Самир.

Я ничего не сказала, развернулась и направилась внутрь. Они шли за мной. Мне нужно было отойти от шока и собраться с мыслями.

Зайдя в дом, я уже подошла к лестнице, как услышала голос Самира:

— А как же кальмар?

— Перехотелось, — выдавила я улыбку.

Он просто кивнул и пошёл за Халидом в гостиную, а я направилась в спальню, стараясь успокоиться и прийти в себя после шока.

Зайдя в спальню, я увидела Фариса, который стоял в одном полотенце.

— Ты почему снова на ногах? — возмутилась я.

— Душ решил принять, — спокойно сказал он. — А ты где была?

Я помнила, что Халид просил не рассказывать ему, но почему-то не смогла сдержаться. Слезы потекли сами, и я подошла к нему, крепко прижавшись к его груди.

— Эй... тише, — растерянно сказал он, но сразу же взял себя в руки и крепко обнял меня. — Что случилось?

— Я устала видеть трупы! — плача, говорила я. — Я хочу, чтобы это уже закончилось! Когда мы уже будем жить нормально... Я больше не могу!

Фарис осторожно отстранил меня от себя, внимательно разглядывая лицо.

— Какой труп? Что произошло? — спрашивал он, голос был спокоен, но тревожен. — Прошу, успокойся.

Я попыталась взять себя в руки, но руки дрожали, как будто всё тело не слушалось. И еле-еле, с дрожащим голосом, я коротко объяснила ему про Язида.

Когда я закончила, Фарис замер в ступоре, точно так же, как я когда увидела его тело.

— Халид просил не рассказывать тебе... — начала я, но он перебил меня резким, но мягким голосом: — Всё, хватит.

Он крепко прижал меня к себе, словно хотел защитить от всего мира.

— Скоро это закончится, я тебе обещаю, — прошептал он.

Я просто обнимала его, со слезами на глазах, ощущая его тепло и силу.

Немного постоявши в обнимку, я отстранилась.

— Я боюсь за тебя... — прошептала я, глядя в его глаза.

— Лучше думай о себе и нашем малыше. Не надо думать обо мне, — уверенно заявил он.

Я опустила взгляд, чувствуя, как сердце сжимается от тревоги.

Он приобнял меня за плечи, подвёл к кровати и посадил на неё, сам встал на колени, сжал мои ладони и стал нежно целовать их.

— Что будет завтра? Я боюсь... — прошептала я, стараясь успокоиться.

— Всё будет хорошо. Мы будем готовы ко всему. Завтра узнаем, кто за этим скрывается. Даю тебе слово: ради тебя и нашего малыша я всё сделаю, — уверенно заявил он. — Если Язид был под нашим носом, значит, есть ещё кто-то. Я уверен в этом.

Я просто кивнула, стараясь поверить его словам.

Он помог мне лечь на кровать, затем сам лёг рядом, крепко прижимая меня к себе. Я всплакнула, глаза уже болели, сердце разрывалось от страха и усталости, но ничего не могла поделать. Это было сложно. Очень сложно.

Он нежно гладил меня по волосам, а моё лицо было уткнуто в его шею, вдыхая сладкий запах. И несмотря на все тревожные мысли, я смогла  уснуть от его прикосновений, с бешено колотящим сердцем.

В следующей главе откроются почти все карты, а самое главное — вы узнаете, кто этот человек, который так активно портит жизнь нашим голубятам. Буду рада почитать ваши предложения. Всех люблю.