Украденная

⚠️ Внимание: В главе присутствуют сцены насилия, жестокости и сексуального насилия.🔞

Не знаю, сколько прошло времени. Всё будто было в тумане - отрывки, обрывки, смазанные звуки и ощущения. Я плохо помнила, что со мной произошло.

Я застонала. Глаза медленно приоткрылись, и передо мной замелькали мутные очертания. Холод. Сырость. Запах плесени и старого железа. Я была привязана к деревянному стулу - запястья туго связаны за спиной, лодыжки сжаты верёвками. Пальцы затекли, спина ломила. Голова кружилась.

Моё свадебное платье было почти разодрано, оборвано внизу, лиф сполз с плеч. Фаты не было. Ни короны. Ничего. Я чувствовала себя пустой, изуродованной.

Вдруг раздался скрип ржавой двери. Я вздрогнула.

В помещение вошёл Камаль. Он неспешно прошёл внутрь, неся в руке бутылку коньяка, и опустился в старое потрёпанное кресло напротив меня. Рядом стоял штатив с камерой - чёрный, бездушный глаз объектива был направлен прямо на меня.

- Камаль... - прошептала я еле слышно, голос дрожал. - Что ты делаешь?..

Страх парализовал всё моё тело. Даже боль от верёвок отступила на второй план.

- Хочешь узнать правду? - сухо спросил он, не сводя с меня взгляда. - Я же обещал тебе.

- Нет... Пожалуйста, отпусти меня... - слёзы подступили к глазам.

- Нет. Ты узнаешь. Ты её и почувствуешь на себе, - прошипел он и сделал глоток из бутылки.

Он уселся поудобнее, откинулся на спинку кресла, словно собираясь вести долгий разговор. И начал:

- Вся моя жизнь - сплошной ад. Наверное, ты замечала, что я в этом доме - никто. Пустое место. Всё внимание всегда было на Фарисе и Заре.

Он хмыкнул с горечью.

- Старший сын. Любимец. Надежда и гордость. А потом, они хотели девочку... но родился я. Сбой системы. Лишний. Я был не тем, кого ждали.

Он сжал пальцы, будто сдерживая дрожь.

- Надо мной всегда издевались. Меня во всём винили. Даже Фарис... он бил меня, унижал при других, при тех, кого я считал друзьями. Но они были только его друзьями. Не моими. Я был один.

- А отец? Он молчал. Ему было плевать. Мать тоже. Я даже на коленях просил их - откажитесь от меня, дайте мне шанс найти другую семью... хоть какую-то. Может, я смогу быть кому-то нужным. Но нет. Им нравилось смотреть, как я страдаю.

Он засмеялся - коротко, сухо, страшно. Слёзы блестели в его глазах, но он не вытирал их.

- Так прошла вся моя жизнь.

Он замолчал на несколько секунд, словно собирался с силами, затем продолжил:

- Потом родилась Зара. И только она подарила мне каплю тепла. Маленькая сестричка. Она играла со мной, защищала от Фариса. Она была доброй. Мне казалось, что она любила меня больше, чем его. И ради неё я жил. Только ради неё.

Он отвёл взгляд, погрузившись в свои воспоминания.

- Но суть не в этом, - сказал он тихо. - Всё изменилось пять лет назад.

- Я тогда был в клубе. Один. Без настроения. И вдруг увидел, как какая-то пьяная компания начала приставать к девушке. Я вмешался. Отогнал их. Её звали Сабина. Она была из Казахстана. Такая светлая... красивая. Необыкновенная. Она испугалась меня сначала - думала, я такой же, как те. Думала, мне нужен только секс. Но нет...

Он сделал паузу, вглядываясь в пространство:

- Я влюбился. Влюбился так, что уже не мог без неё. Всё казалось другим рядом с ней. Она открылась мне, рассказала, что сбежала из дома. Родители хотели выдать её за старика, а она не могла смириться. Мечтала заработать денег, но поняла, что не готова к тому, что за этим стоит.

Он глубоко вдохнул.

- Через месяц я признался ей, что хочу на ней жениться. Не думал, что она обрадуется - она была скромной, тихой. Но... она согласилась. Я был счастлив.

- Я привёл её домой. Хотел познакомить со всеми. Отец одобрил, даже мать приняла её. Всем она понравилась. Всем, кроме Фариса...

Его голос стал резким, сдержанным.

- Он был против. Презирал её. Говорил, что я не смею жениться на «иностранке», что опозорю семью. Говорил, будто читает с листа: «Нельзя допустить, чтобы ты связал нас с ней».

Он сжал кулаки.

- Я пошёл против него. Первый раз в жизни. Мы подрались. Жёстко. Но я не отступил. Я готовился к свадьбе сам. Без его участия. Сам выбирал кольца. Сам договаривался с имамом. Я был счастлив. Наивный, глупый, но счастливый...

Он замолчал, и в комнате повисла гнетущая тишина.

- Пять лет назад... - его голос стал глухим, в нём дрожала ярость и боль. - Ровно в этот день... Фарис убил её.

Он посмотрел на меня. Его глаза потемнели. По моим щекам покатились слёзы, но я не могла ни вытереть их, ни сказать хоть слово.

- На следующий день у нас должен был быть никах, - продолжал он. - Мы уже всё подготовили. Она даже платье купила. Белое, лёгкое... - голос дрогнул. - А знаешь, как он это сделал?

Он тяжело вздохнул, как будто сдерживал рвущийся изнутри крик.

- Он подговорил Самира. Тот среди ночи позвонил мне - якобы срочно нужна помощь. Я, как идиот, поверил и пошёл. Оставил её одну. Мы ведь договорились провести ту ночь вместе. Она хотела. Наконец-то... Она была готова. Она ждала меня. Сидела в нашей комнате, читала книгу, расчесала волосы... А он...

Он сжал кулаки так сильно, что побелели костяшки.

- Фарис пробрался в комнату, где она ждала меня. И... - он замолчал, с трудом сглатывая ком в горле. - Он изнасиловал её. Жестоко. Животным способом. Он бил её. Ломал ей руки, ноги... почти все конечности. Она кричала. Вырывалась. Была в крови.

Он поднял на меня глаза, в которых стояли слёзы.

- Он насиловал её, пока она не потеряла сознание. Она больше не двигалась. Он... Он оставил её лежать, сломанную, как тряпичную куклу. Я... - он закрыл лицо рукой - я не могу забыть, как она выглядела.

- Все слышали её крики. Но никто не вмешался. Все боялись. Даже отец. Даже мать. Все смирились. Повернулись спинами.

Он на секунду замер, затем продолжил:

- Я вернулся и нашёл её. Комната была залита кровью. Её тело... Она лежала на полу, вся искривлённая от переломов, лицо - опухшее, избитое, глаза открытые... и в них уже не было жизни.

Он всхлипнул и вытер слезу, резко, как будто злился на себя за слабость.

- Я кричал, умолял вызвать скорую. Но никто не откликнулся. Я держал её на коленях всю ночь. Ревел, молился, просил, чтобы она очнулась, чтобы просто посмотрела на меня хоть один раз...

- А утром... - он сжал зубы. - Пришли люди Фариса. Просто забрали её тело, как мусор. А он стоял в дверях, смотрел мне в глаза и... улыбался. Как будто выиграл. Как будто победил.

Он сделал паузу. Слёзы текли по его лицу, но он резко вытер их рукой. А я - не могла. Я сидела связанная, с мокрым от слёз лицом, с бешено бьющимся сердцем и ощущением безысходности.

- Теперь ты понимаешь, за кого ты вышла? - прошептал Камаль. - Понимаешь, что может с тобой случиться, если ты хоть немного ему надоешь?..

Он замолчал. А в комнате стало так тихо, что я слышала только своё собственное дыхание и глухой стук сердца, отдающийся в висках.

- Я поклялся отомстить, - прошипел Камаль, налив себе ещё один стакан коньяка. - Поклялся заставить его испытать ту же самую боль, что терзает меня каждый день. Я ведь мечтал построить с ней семью... Сделать её счастливой. Она заслуживала этого. Заслуживала жизнь, покой, любовь.

Он резко выдохнул и, чуть склонившись вперёд, уставился в стакан, как будто в нём было её лицо.

- А теперь она просто гниёт где-то в земле. Даже не знаю, куда он выбросил её тело. Он не удосужился похоронить её по-человечески. Ни камня, ни могилы... - он махнул рукой. - Как мусор.

Он осушил очередной стакан и закрыл глаза на секунду. Я почувствовала, как сердце ухнуло в живот. В комнате было душно, и воздух будто сгущался.

- Камаль... - начала я, голос дрожал, но я пыталась подобрать слова осторожно. - Я... Я понимаю, как тебе больно. Правда. Это ужасно, то, что ты пережил... Ты не заслужил такой судьбы. Но ты заслуживаешь счастья. Оно у тебя ещё будет. Просто нужно уехать отсюда. В Америку, например... начать всё сначала. Новая жизнь... новая надежда...

Мои слова звучали слабо и неуверенно. Я боялась сказать что-то не то. Каждое слово - как шаг по тонкому льду.

Он посмотрел на меня. В его взгляде была такая пустота, что мне стало страшно.

- Я умер в тот же вечер, что и она, - произнёс он ровным, ледяным голосом. - Всё, что осталось во мне, живёт только ради мести, Лилия.

Он медленно подошёл ближе.

- Она гниёт в земле, - его губы скривились в злобной усмешке. - А мой брат счастлив с тобой. Понимаешь теперь, что я с тобой сделаю?

Дверь снова скрипнула, и в комнату вошли двое мужчин. Огромные, как скалы. Молчаливые, с холодными взглядами.

- Камаль... - голос мой сорвался. Я запаниковала. - Камаль, пожалуйста, не надо... Ты не такой. Сабина бы не хотела этого. Что бы она подумала, если бы увидела тебя сейчас?..

Мужчины начали приближаться. Один закрыл за собой дверь. Второй поставил ногу на перекладину стула.

- Она бы сказала мне спасибо, - спокойно произнёс Камаль. - За то, что я отомщу за неё. А потом... я отправлюсь к ней. Со спокойной душой.

Он повернулся к штативу и стал настраивать камеру. Медленно, будто это была обычная рутина.

- Но перед этим... - его голос стал почти ласковым. - Я пришлю Фарису видео. Пусть посмотрит, как над тобой издеваются. Пусть почувствует то, что чувствовал я, когда держал её мёртвое тело в своих руках.

Паника накрыла меня с головой. Я дёрнулась в попытке вырваться, но было поздно. Один из мужчин подошёл, развязал мне руки, а затем с силой сдёрнул меня со стула и бросил на грязный пол.

Я ударилась боком, едва не захлебнулась собственным всхлипом. Пыль, холод, страх. Я не чувствовала тела - только тупую, бешеную дрожь.

- Нет! - закричала я, срывая голос, моля о пощаде, - пожалуйста, не надо!..

Я попыталась отбиваться, дёрнулась изо всех сил, но один из мужчин с силой схватил меня за руку и резко вывернул её за спину. Боль пронзила плечо, и я закричала - громко, отчаянно. Меня били. Сначала по лицу. Потом по животу. Каждый раз, когда я пыталась вырваться, удары становились всё сильнее.

Я почувствовала, как из носа пошла кровь. Горечь заполнила рот - из него тоже сочилась кровь. Меня начали раздевать. Дёргали за платье, срывали с меня остатки ткани. Я кричала, плакала, молила.

Но им было всё равно.

Меня повалили на пол, прижали, развернули на живот. Я не успела ничего осознать, как резкая, дикая боль пронзила всё моё тело. Слёзы душили. Кричать было уже невозможно. Казалось, я просто сгораю изнутри.

Они делали со мной что хотели. Били, ломали пальцы, плевали, унижали. Один за другим. Я теряла сознание, потом снова приходила в себя от боли.

А потом... просто перестала сопротивляться. Словно внутри всё отключилось. Осталась только пустота. Моё тело - уже не моё.

Я лежала, не двигаясь. Разбитая. Изломанная. Бессильная.

Я знала, что умираю.

В глазах всё плыло. Всё тело горело от боли. Каждая клеточка словно кричала. Я не могла пошевелиться. Не могла даже закрыть глаза. Меня словно парализовало.

И вдруг - шум. Голоса. Крики. Выстрелы.

Сквозь пелену я увидела, как Камаль резко вскочил и бросился к выходу. За ним - те двое. Раздались топот ног, крики на арабском. Кто-то гнался за ними.

А потом я услышала:

- Лилия!..

Это был он. Фарис.

Он остановился у меня, но не решался прикоснуться. Я почувствовала, как на моё обнажённое тело осторожно накинули покрывало.

- Ты слышишь меня?.. Лилия, ты меня слышишь?.. - его голос дрожал.

- Скорая уже в пути! - донёсся голос Самира. - Этот подонок сбежал, но мы его найдём!

Я чувствовала, как Фарис касается моего лица. Осторожно, будто боится сделать больнее. Его пальцы дрожали. Он гладил мои волосы, что-то шептал, но я не могла разобрать слов. Всё было словно в воде. Глухо, мутно, далеко.

Тело болело так сильно, что я перестала его чувствовать. Дыхание стало тяжёлым. Я открывала рот, пытаясь вдохнуть, но воздух не шёл. Казалось, лёгкие больше не работают. Всё плыло перед глазами.

Я видела только силуэт Фариса - расплывчатый, неясный. Слышала, как его голос становится всё дальше, как будто он зовёт меня из другого мира.

Мне казалось, земля уходит из-под ног.

Я попыталась пошевелиться - безуспешно. Рот едва открылся. Воздуха не хватало. Всё стало серым... туманным...

И мои глаза закрылись.

Тьма. Пустота. Без звуков. Без боли.
Мой конец?