26 глава. Риск.
Дверь захлопнулась за ней. Тишина. Глубокая, звенящая тишина, где лишь собственное дыхание резало воздух - тяжелое, хриплое, как у загнанного зверя. Он стоял посреди кабинета, кулаки сжаты так, что ногти впивались в ладони. Боль была острой, ясной, контролируемой. В отличие от той адской бури, что вырвалась наружу минуту назад.
Она ушла.
Согнутая, дрожащая, но... ушла. Не сломленная. В ее глазах - не страх (хотя он был, да), а ненависть. Та самая, что прожигала его насквозь с первого дня, когда она ввалилась сюда с улицы - грязная, наглая, с упрямым подбородком. Его трофей. Его ошибка.
Моя игрушка... - мысль прозвучала фальшиво. Игрушки не смотрят так. Не выбегают за ограду, не звонят таинственным «Теням», не роют норы под его царство.
Ярость, едва притушенная ударом, вспыхнула с новой силой. Он рванулся вперед, смахнув со стола латунный глобус. Тяжелый шар врезался в шкаф, грохотом заполнив комнату. Хороший звук. Громкий. Но пустой. Недостаточный. Воздух все еще горел в легких.
Почему?
Почему он не избавился от нее сразу? Но стало... иначе. Каждый ее взгляд, каждый шаг неповиновения - игла под кожу. Напоминание. О нем. О брате. О той части себя, что он закопал глубоко, но которая вылезала наружу в ее присутствии.
Он подошел к окну, впился пальцами в раму. Там, в темноте двора, мелькнул ее силуэт - шатающийся, но уходящий. Его кровь. Живая, дышащая, ненавистная
Вспомнил момент, когда кулак врезался в мягкость живота. Миг триумфа. Удовольствие от ее сдавленного стона, от немоты боли. Но потом - ее глаза. Сквозь слезы, сквозь шок - не сломленность. И в этом взгляде он увидел его. Настоящего Уилла. Тот же огонь, что горел в клетке первые месяцы, прежде чем угаснуть.
- Слабак. Всегда был. Ты лишь тень - эхо слов брата ударило, свежая рана.
Он стал сильнее. Жестче. Идеальным сыном Вандерли.
Но эта девчонка...
Она - трещина в его броне. Живое доказательство, что Уилл еще может что-то значить.
И теперь... «Тень».
Кто? Кейт? Нет. Он лично убедился, что тот дом вспыхнул как факел. Выжить было нельзя. Но кто-то знает. Знает о подмене. Знает о подвале? Слова, переданные стукачом: «Под ногами. В темноте. Ищите...»
Холодная волна паники смешалась с яростью. Его крепость дала течь. Дети. Филл. Теперь какая-то «Тень». Муравьи, точащие фундамент.
Алекс - главный муравей. Его муравей. Его личная слабость.
Он резко развернулся, нажал кнопку домофона. Голос - лед, выточенный годами лжи:
- Ты. Ко мне. Немедленно. Списки всех воспитанников. Отчеты о передвижениях за неделю. Особенно... ночных. И - приготовить изолятор. На неделю. Хлеб, вода, темнота. Для нарушителей.
Пауза. В трубке - ехидное -Слушаюсь, директор.
Он бросил трубку. Пламя в груди сфокусировалось, превратившись в холодную сталь замысла.
Дисциплина. Страх. Контроль.
Он подошел к сейфу, вмонтированному в стену за портретом отца. Открыл. Достал не пистолет. Папку. Толстую, с грифом «Конфиденциально». Внутри - досье. На каждого ребенка. На каждого сотрудника. Компромат. Слабые места. Страхи.
Алекс...
Страница ее досье была исчеркана пометками. «Упрямая». «Неуправляемая». «Подозрительная связь с Диланом Карвером и Мэри Ллойд». И... красными чернилами: «Сходство? Проверить. Риск.»
Он провел пальцем по строчке. Риск. Да. Но теперь... риск стал топливом.
Они полезли в подвал?
Хорошо. Пусть лезут. Он подготовит... встречный подарок. Ловушку. Для них. Для «Тени». Для Филла, если сунется.
Его взгляд упал на монитор системы безопасности. Камера в коридоре у подвальной лестницы. Темный проем решетки как зевающая пасть.
Уголки его губ дрогнули в подобии улыбки. Не радости. Предвкушения.
- Приходите, - мысленно обратился он к призракам прошлого и дерзким детям. - Спуститесь в темноту. Увидите... кто здесь настоящий хозяин.
Алекс заплатит первой. Изолятор. Холод. Голод. Одиночество. Он сломает ее упрямство. Заставит понять: ее жизнь, ее дыхание, ее боль - принадлежат ему.
Он сел в кресло, взял перо. На чистом листе вывел:
«План "Зачистка"»
Пункт первый: <Усилить охрану периметра. Датчики движения на забор.>
Пункт второй: <Ежедневные "профилактические" обыски в спальнях после отбоя. Искать запрещенные вещи, записи.>
Пункт третий: <Алекс - в изолятор на 72 часа. Хлеб/вода. Затем - перевод на кухню. 18 часов работы. Ежедневно. До... коррекции поведения.>
Пункт четвертый: <Дилан Карвер, Мэри Ллойд - уборка угольного склада. Без выходных. Под камерой.>
Пункт пятый: <Подвал. Установить камеры скрытого наблюдения внутри. И... "активную защиту". Электричество на решетку клетки? Газ? Варианты.>
Он отложил перо. Ярость улеглась, превратившись в ледяную реку расчета. Хаос усмирен. Порядок восстановлен. Его порядок.
За окном стемнело окончательно. В стекле отразилось его лицо - маска идеального директора Уилла Вандерли. Ни трещинки.
- Пусть боятся, - подумал он, глядя на темный двор, где она шла, сжимая живот. - Пусть ненавидят.
Страх и ненависть - надежные цепи. А он - кузнец, который их выковал.
Он потушил свет. В темноте кабинета осталось только ровное дыхание и чувство абсолютной власти.
Война объявлена. И он не проиграет. Никогда.